ГЛАВА 25
Хёнджин.
Яркие вспышки в моих глазах продолжают сверкать, от чего я практически ничего не вижу. Я поднимаю голову, пытаясь сориентироваться, где я, кто я и что происходит. Но в глазах стоит только яркий свет и дикая, ужасающая боль в голове. Я не знаю как мне облегчить ее, хватаюсь за голову, жмурюсь. Качаю головой из стороны в сторону, запускаю руки в волосы, чтобы как-то привести себя в чувства.
Ужасная, кошмарная боль. Я издаю стон и слышу голос Эллы, такой перепуганный.
«она не должна волноваться. я не могу допустить того, чтобы она пугалась» - мельтешит у меня в голове, но я не могу ничего сделать.
Снова вспышка, а вместе с ней и картинка перед моими глазами.
Элла лежит, а я держу ее в руках, пытаясь привести ее в чувства. С глаз текут слёзы, мое сердце колотится как бешеное, когда я смотрю на воду вокруг себя и полную ванну. Руки трясутся.
Темно.
Новая вспышка и новая картинка. Мои пальцы в волосах Эллы, я целую ее так сильно и так страстно, как-будто от этого зависит моя жизнь. В моем теле все кипит, я пытаясь запомнить ее всю, каждую частичку ее мягкого и красивого тела. Мои руки будут помнит её, даже если моя голова - нет. Темно.
- Джинни? - нежный голос Эллы врывается в мой мозг, она держит свои руки у меня на ногах, сидя на корточках передо мной. -
приди в себя, дорогой, - она так нежно это говорит, что я хочу ответить ей, что со мной все в порядке, но боль в голове такая сильная.
- я вызову врача, хорошо? Подожди меня минутку.
Нет.
Она не должна уйти. Я вижу в ее глазах панику, когда резко хватаю за руку и останавливаю ее. Кажется я вцепился слишком сильно, потому как сразу осознаю это и убираю руку, будто от горячего.
Она что-то кому-то говорит и я замечаю человека в белом халате до того как прокаливаюсь в темноту. Элла.
Я сижу на кресле рядом с койкой Хёнджина, когда он спокойно спит, будто час назад ничего не произошло и он совсем не напугал меня. Напротив меня, по другую сторону от Хёнджина сидит Минхо, мы молча переглядываемся в безмолвном разговоре. Он также переживает за него, как и я, и пусть у них странные мужские отношения, я знаю, как сильно они любят друг друга. Ли Минхо сорвался с работы, чтобы проверить состояние своего младшего брата и это достойно и ценно.
Я держу Хёнджина за руку. Я думаю, это тот самый, единственный момент, когда я могу коснуться его, при этом не получив хмурого взгляда в ответ. Как бы я сильно не хотела этого, но он не вспоминает меня, что доставляет мне ужасную боль. За это время я поняла, как сильно стал он дорог мне, что мои чувства давно выходят за чувства дружеских и пусть, он не любит меня, я смирюсь с этим, но он должен пообещать мне, что он будет в порядке. Он обязан быть в порядке. Мое сердце не железное, я смогу жить с его отношением ко мне, но с не смогу жить, если буду знать, что он чувствует себя плохо.
Тем более, с тем фактом, что за ним до сих пор охотится какой-то безумный человек, пытающийся убить его всеми возможными способами, я вообще не смогу нормально спать.
Я поднимаю взгляд на Минхо и замечаю, что он уснул, сидя и сложа руки на груди. Его можно понять, столько работы и столько проблем с расследованием.
Я снова смотрю на руку Хёнджина, подмечая какие гладкие у него пальцы и руки. Казалось бы, когда у меня была возможность коснуться их, я не могла, потому что его руки были не материальными.
Я наконец решаюсь посмотреть на Хёнджина, но когда поднимаю свой взгляд, замечаю, что он давно уже не спит. Он молча смотрит на меня, пристально, не отводя своего взгляда.
То есть он давно не спал, а смотрел как я держала и поглаживала его руку?
Я резко отдёргиваю свои руки от его руки, потому что не могу назвать выражение лица Хёнджина довольным, но и недовольство он тоже не выражает.
- ты в порядке? - спрашиваю тихо я, стараясь не будить Минхо и параллельно, нажимаю на кнопку вызова врача.
Он откашливается, но видимо ему трудно говорить, ведь когда я застала его в непонятном приступе, он издавал гортанные болезненные звуки.
- да, - всего лишь отвечает он, все также не сводя с меня взгляда. Это странно, потому что то он вообще на меня не смотрит, то смотрит неотрывно.
В палату входит врач и две медсестры. У последних загораются глаза и они переглядываются между собой, бросая многозначительные взгляды на Хван Хёнджина.
«он болен, идиотки!» - хочется закричать мне, но я хмуро смотрю на них, пуская мысленные кинжалы.
- приветик, - воодушевленно говорит врач. Кажется, он американец пожилого возраста, его акцент такой смешной.
- как у тебя дела, большой парень? Хёнджин тяжело вздыхает.
- все в порядке, - говорит он.
- хорошо, - растягивает врач, записывая что-то себе в бумаги.
- твои вспышки частое явление?
- нет, это впервые.
- твои вспышки и головная боль сопровождались чем-то?..- врач пристально смотрит на Хёнджина. Воцаряется тишина, Хёнджин бросает на меня тяжелый взгляд, затем снова поворачивается к врачу.
- нет.
- точно? Например, какими-то картинками или видениями? Возможно тем, что ты не помнишь. Какими-то фактами из аварии, например? - врач продолжает допытывать Хёнджина и я замираю. Неужели он пытается вытянуть из него, не вспомнил ли чего Хёнджин? Я замираю, ожидая ответа.
Хёнджин снова смотрит на меня, его взгляд намного тяжелее чем прошлый и намного дольше. Будто он пытается что-то увидеть во мне, что-то узнать.
- я же сказал, что нет. - резко отвечает он и все в комнате вздрагивают.
Даже Минхо, который, казалось бы, спал совсем недавно.
- хорошо, извини, мальчик, - вздыхает врач.
- такое возможно с твоей травмой головы, так что не оставайся один на слишком долгое время. Не отпускай эту девочку надолго. - доктор улыбается, смотря на меня и что-то заставляет мою кожу покрыться мурашками.
«не отпускай эту девочку надолго».