Глава 37
Глава тридцать седьмая
Практически не дыша, Пиппа прижималась глазом к дверце шкафа, пытаясь разглядеть, что за нею происходит.
Макс снаружи шатнулся. Спотыкаясь, прошел мимо, прижимая руку к лицу. Пиппа осторожно выдохнула, чувствуя кожей собственное дыхание. Наверное, Нэт дала ему оплеуху. Отсюда и шум. В планах такого не было, зато лишняя секунда помогла Пиппе спрятаться.
Макс ее не заметил, он не знал, что в доме незваный гость. Наркотики на месте — плавают в синей бутылке с водой. Самая сложная часть плана, вызывавшая наибольшие опасения у Рави, позади.
Теперь остается ждать.
Макс миновал гостиную и направился к арке, ведущей в кухню. Оттуда донесся грохот. Макс выругался под нос и еще раз хлопнул дверью. Через минуту вернулся, прижимая что-то к глазу, и подошел к дивану. В руке он держал нечто зеленое и блестящее; скорее всего, пачку замороженного горошка. Вот и славно. Нэт наверняка врезала ему от души. Правда, теперь у Макса будет синяк, придется как-то объяснять его происхождение…
Впрочем, это не так уж плохо. Скорее даже хорошо. Между Максом и Джейсоном Беллом завязалась потасовка. Джейсон ударил его, Макс сделал вид, что уходит, взял молоток и подкрался сзади. Да, синяк отлично впишется в общую картину.
Макс плюхнулся на прежнее место; Пиппа теперь видела только его затылок. Макс, что-то буркнув под нос, громко зашуршал пакетом с горошком и подался вперед.
Противные сосущие звуки разнеслись по всему дому, пробирая до самых костей.
Пиппа пошевелилась, и рюкзак зацепился за крышку пылесоса. Она высвободила лямку и выпрямилась, снова заглядывая сквозь планки. Теперь, с такой высоты, Макс был виден. Одной рукой он прижимал к глазу пакет замороженного горошка, другой держал бутылку. Сделал по меньшей мере четыре больших глотка, прежде чем поставить ее на стол. Но этого мало. Он должен выпить все до последней капли.
Пиппа вытащила из кармана одноразовый телефон. 20:57. Черт, уже почти девять вечера. Манипуляциями с телом Джейсона удастся выиграть самое большее три часа. Значит, оставалось не более получаса до того момента, как начнется отсчет времени смерти. Через сорок пять минут Пиппа должна организовать себе алиби.
Пока же она сидела в шкафу. Единственное, что оставалось, — это ждать. Наблюдать за Максом из укрытия и мысленно уговаривать его выпить еще воды.
Макс не слушался. Он положил телефон на кофейный столик, потом взял джойстик и снял игру с паузы. Раздались выстрелы. Много выстрелов, однако Пиппа услышала только шесть, и кровь Стэнли опять потекла по пальцам. Кровь Стэнли, а не Джейсона.
Отчего-то она чувствовала разницу.
Ровно в 21:00 Макс сделал еще один глоток.
Второй — в 21:03.
В 21:05 он сходил в туалет на первом этаже, который находился прямо рядом со шкафом, и Пиппа прекрасно все слышала. Макс не стеснялся, а она опять разучилась дышать.
В 21:06 Макс вернулся на диван и снова выпил воды. Из носика донесся сосущий звук. Макс поставил бутылку с водой на столик, затем снова взял ее и поднялся. Что он делает? Что происходит?
Пиппа не видела, как ни выворачивала шею.
Он прошел на кухню. Раздался плеск воды. Вскоре Макс появился, держа в руке злосчастную бутылку и навинчивая на горлышко крышку. Налил свежей воды. Должно быть, все выпил или, по крайней мере, большую часть, раз пошел наливать новую.
Наркотики теперь в желудке Макса.
Он споткнулся, запнувшись о собственную ногу. Постоял немного, рассеянно моргая, будто не понимал, где находится. Под глазом виднелась красная отметина.
Видимо, таблетки начали действовать. Первая доза попала в организм больше десяти минут назад. Интересно, скоро он отрубится?
Макс неуверенно поднял ногу, слегка качнулся и торопливо шагнул к дивану. Снова отпил воды. Пиппа знала, что у него сильно кружится голова. Она испытывала то же самое год назад, когда Бекка подсыпала ей отраву, хотя в гораздо большей дозировке. Тогда ее накрыло свинцовой тяжестью, и возникло такое чувство, будто разум отделяется от тела. Скоро Макс перестанет чувствовать под собой ноги.
Интересно, о чем он думает, сняв игру с паузы и снова принявшись палить во все стороны из укрытия за полуразрушенной стеной? Может, о том, что голова кружится из-за недавней оплеухи? Он, наверное, чувствует неимоверную усталость, глаза закрываются сами собой, и Макс говорит себе, что надо выспаться. Он еще не знает, что как только заснет, то выйдет из дома и убьет человека.
Макс опустил голову на подголовник дивана, где лежал пакет горошка. Пиппа не видела его лица, но глаза, вероятно, еще были открыты, потому что он по-прежнему стрелял.
Экранный персонаж двигался вяло, мир дергался и носился вокруг него бешеными кругами: Макс терял контроль над пальцами.
Пиппа затаилась, переводя взгляд с дивана на телевизор.
Ждать. Надо ждать.
Она глянула на часы. Минуты стремительно убегали.
Наконец оба объекта наблюдения замерли. Макс растянулся на диване, уронив голову на подлокотник, а персонаж на экране застыл посреди поля боя, и его полоска жизни иссякала по мере того, как он получал удар за ударом.
«Убит», — сообщила игра, переходя на экран загрузки. Макс не отреагировал, даже не дернулся.
Сейчас 21:17; прошло двадцать минут с той поры, как он впервые выпил воды с наркотиком.
Пиппа не знала, крепко ли он уснул. Из шкафа под лестницей мало что было видно. Если она покинет укрытие, но окажется, что Макс не спит, ей конец.
Она осторожно толкнула решетчатую дверцу шкафа, приоткрыв ее на несколько сантиметров. Огляделась в поисках чего-нибудь маленького и увидела пылесос, длинный провод которого был обмотан вокруг корпуса. Годится. Пиппа размотала часть провода и покрепче взялась за него, чтобы тут же втянуть обратно и закрыть дверцу шкафа, если Макс вдруг дернется.
Потом бросила вилку в сторону гостиной. Та, загремев, трижды ударилась о половицы и со свистом втянулась обратно в корпус.
Макс не шелохнулся, он неподвижно лежал на диване.
Уснул.
Пиппа вернула тяжелый пылесос на место; он громыхнул, стукнувшись о пол, но Макс по-прежнему не двигался. Пиппа выбралась из шкафа и прикрыла за собой дверцу.
Макс лежал, прижимаясь щекой к жесткой обивке, из груди с тихим свистом вырывалось дыхание. Дышит, уже хорошо.
Пиппа подошла к кофейному столику. Волосы на затылке ощутимо вставали дыбом. Было такое чувство, словно Макс следит за ней даже сквозь опущенные веки. Вокруг одного глаза наливался синяк. Он выглядел беспомощным, лицо — так и вовсе как у мальчишки. Люди во сне всегда кажутся невинными, юными и безгрешными. Но Макс отнюдь не белая овечка. Сколько раз он смотрел на девушек, так же беспомощно лежащих перед ним? Чувствовал ли он за собой вину, как чувствует ее сейчас Пиппа? Нет, вряд ли, он прогнил насквозь. То ли родился с изъяном, то ли был так воспитан, уже неважно.
Пиппа поняла, что подставляет его не только затем, чтобы спасти свою шкуру.
Ей банально хотелось мести.
Этот город слишком мал для них двоих. Что там город — весь мир! Одному надо уйти, и Пиппа собиралась драться до последнего.
Она потянулась вперед, взяла телефон Макса. Экран вспыхнул. Уже 21:19. Надо торопиться.
Судя по значкам в верхней части экрана, батарея была заряжена наполовину. Хорошо, этого должно хватить.
Пиппа отошла от Макса за диван. Нажала боковую кнопку, чтобы перевести телефон в беззвучный режим, затем опустилась на колени, снимая рюкзак. Сунула руку внутрь, достала маленький прозрачный пакет для сэндвичей, вместо него закинув опустевший пакетик из-под таблеток и рулон клейкой ленты.
Телефон она положила в пакет и надежно застегнула. Встала и повернулась к входной двери. Рюкзак оставила на полу: еще вернется. Только отдаст телефон Макса Джейми и Коннору.
Она прошла мимо комода в коридоре, где стояла деревянная миска с россыпью монеток и ключей. Порылась в ней, отыскав брелок от «ауди». Скорее всего, это ключи от машины Макса, а остальные, что висят на кольце, — от дома. Они тоже понадобятся.
Держа в одной руке ключи, а в другой — надежно упакованный телефон, Пиппа отперла замок и вышла на улицу в прохладный вечер, аккуратно закрыв за собой дверь. Она зашагала по дорожке перед домом, мельком глянув на залепленные скотчем камеры.
Пассажирская дверь поджидавшей ее машины открылась, высунулась Нэт.
— Все нормально? — спросила она.
— Д-да, прекрасно, — ошарашенно сказала Пиппа. — Что ты здесь делаешь? Я же велела тебе сразу уходить, ехать в дом брата и обеспечить себе алиби.
— Я не собиралась оставлять тебя одну, — заявила Нэт. — Пока не удостоверюсь, что тебе ничего не грозит.
Пиппа кивнула. Так она и думала. Правда, она вовсе не одна, Джейми и Коннор тоже рядом. Впрочем, опасения Нэт понятны.
— Все нормально? — спросил с заднего сиденья Коннор.
— Да, он спит, — ответила Пиппа.
— Прости, пришлось его ударить. — Нэт смущенно опустила глаза. — Он пытался вытолкать меня за дверь, а я видела, что ты еще стоишь посреди комнаты, поэтому…
— Все хорошо, — перебила Пиппа. — Так даже лучше.
— Мне, кстати, понравилось, — улыбнулась Нэт. — Давно чесались руки.
— Срочно езжай к брату. Вряд ли Максу поверят, что ты приходила к нему в гости, но лучше перестраховаться.
— Все будет нормально, — заверила Нэт. — Дэн пьет пятую кружку пива. Я скажу ему, что сейчас 20:45, и он не заметит подвоха. Ким с ребенком сегодня у матери.
— Ладно.
Пиппа переключила внимание на Джейми, который сидел за рулем. Перегнувшись через Нэт, она передала ему упакованный телефон. Джейми взял его и, слегка кивнув, положил на колени.
— Поставила на беззвучный режим, — сообщила Пиппа. — Батарейки вроде хватит.
Джейми снова кивнул.
— Я отключил геолокацию, — сказал он, указывая на встроенную в машину систему. — Два поворота направо, потом прямо до «Грин Син лимитед». Едем объездными путями.
— Ваши телефоны выключены? — уточнила Пиппа.
— Выключены.
— Коннор?
— Да, — ответил тот, сверкнув глазами с заднего сиденья. — Выключил еще дома. Включать не будем, пока ситуация не прояснится.
— Молодцы. — Пиппа выдохнула. — Итак, когда доберетесь до места, то увидите, что ворота открыты. Не заходите внутрь, ясно? Ни в коем случае. Дайте слово.
— Хорошо, не станем, — сказал Коннор.
Братья коротко переглянулись.
— Обещаем, — добавил Джейми.
— Даже не заглядывайте в ворота, просто встаньте неподалеку, — велела Пиппа. — Телефон Макса пусть лежит в пакете, не трогайте его. Там на траве у дороги несколько больших камней. Телефон в пакете положите за самый первый. Положите и уезжайте.
— Пиппа, мы все поняли, — произнес Джейми.
— Извини, я просто… боюсь, вдруг что-то сорвется.
— Все будет нормально, — мягко заверил Джейми, успокаивая ее расшалившиеся нервы. — Мы с тобой.
— Уже решили, куда поедете? — спросила она.
— Да. — Коннор наклонился вперед, в желтый круг света из зеркала заднего вида. — В Уикоме сегодня кинофестиваль «Марвел». Поедем туда. На стоянке включим телефоны. Позвоним кому-нибудь, напишем. Там повсюду камеры.
— Ясно. — Пиппа кивнула. — Отлично, Коннор.
Он слабо улыбнулся — было видно, что Коннор напуган, поскольку понимает, что случилось нечто ужасное, хотя понятия не имеет, что именно. Нет, они, конечно, обо всем догадаются, когда по городу поползут слухи. Но это будет нескоро, а пока они действуют вслепую, оттого им страшно вдвойне. Впрочем, Коннору бояться нечего. Пиппа в любом случае возьмет вину на себя. Остальным ничего не грозит. Они были в кино, они ничего не знали.
Пиппа молча пыталась приободрить его взглядом.
— Позвоните мне, когда уедете из «Грин Син», — попросила она. — Подождите пять минут, а потом, как отъедете подальше, позвоните и скажите, что телефон Макса на месте.
— Да, конечно, — кивнул Коннор, размахивая одноразовым телефоном, который она им выдала.
— Ладно, думаю, все готово. — Пиппа отошла от машины.
— Мы подбросим Нэт к брату, а затем поедем туда, — сказал Джейми, заводя машину.
Рев двигателя прорезал тихую ночь.
— Удачи, — прошептала Нэт, задержав взгляд на Пиппе.
Вспыхнули фары, и Пиппа прикрыла глаза от яркого света, невольно отступив на шаг. Она глядела им вслед недолго — буквально две секунды. Времени нет: нельзя ни медлить, ни задаваться вопросами, не тащит ли она всех, кто ей дорог, на дно.
Пиппа поспешила обратно к дому Хастингсов и только с третьей попытки подобрала нужный ключ. Тихо толкнула входную дверь. Макс, конечно, спит, но не стоит испытывать лишний раз удачу.
Ключи от машины Пиппа оставила на полу в коридоре, рядом с рюкзаком, чтобы не забыть на обратном пути. В голове стоял туман: ее сбили с толку тревоги Нэт, добрые слова Джейми и страхи Коннора. Надо снова сосредоточиться на деле. Пока все идет по плану. В голове возник список — перечень предметов, которые необходимо забрать из дома Макса.
Всего три вещи.
Пиппа поднялась по лестнице, завернула за угол и прошла в спальню Макса. Она уже бывала здесь прежде, еще до того, как узнала, что Энди Белл торгует наркотиками. Там ничегошеньки не изменилось: то же темно-бордовое покрывало на кровати, те же груды скомканной одежды.
Еще она знала, что за плакатом «Бешеных псов», приколотым к пробковой доске с заметками, висит фотография Энди Белл с голой грудью — та самая, которую девушка оставила в кабинете Эллиота Уорда, а Макс нашел и все это время хранил.
От одной мысли о снимке Пиппу затошнило. Ужасно хотелось сорвать фотографию и забрать Энди домой, чтобы упокоить наконец вместе с ее призраком. Энди и без того настрадалась. Увы, нельзя. Макс не должен знать, что здесь кто-то побывал.
Белая корзина для белья была набита одеждой так, что крышка не закрывалась, ненадежно балансируя сверху. Пиппа принялась рыться в грязных вещах, радуясь, что на руках перчатки. На самом дне нашла подходящую толстовку: темно-серую и с капюшоном, хоть и изрядно мятую. Она вытащила ее и бросила на кровать, остальные вещи скомкала и вновь запихнула в корзину.
Затем она направилась к встроенному шкафу. Нужна обувь. Кроссовки. Желательно с необычным рисунком подошвы. Пиппа открыла двери и заглянула внутрь, опустив взгляд в самый низ, где вперемешку валялись ботинки. Потом полезла в дальнюю часть шкафа. Если обувь лежит сзади, значит, Макс ее практически не надевает. Пару темных беговых кед она брать не стала: подошва с годами истерлась до гладкости. Рядом с ней валялась белая кроссовка. Судя по извилистым линиям подошвы, следы останутся четкие, и это не та обувь, в которой он бегает каждый день. Она порылась в куче разномастной обуви и нашла пару.
Пиппа выпрямилась, собираясь закрыть дверцы шкафа, когда заметила кое-что еще. На краю полки лежала темно-зеленая бейсболка с белой галочкой. Тоже пригодится.
Взяв в охапку серую толстовку, белые кроссовки и бейсболку, она спустилась на первый этаж, периодически замирая и прислушиваясь к глубоким вздохам Макса, погруженного в сон. Стопку одежды она положила рядом с рюкзаком.
Оставалось последнее, и можно уходить. Последнее, но самое опасное и мерзкое.
Пиппа сунула руку в рюкзак и вытащила еще один пакет для сэндвичей.
Затаила дыхание, хоть в этом и не было необходимости. Если Макс способен что-то чувствовать сквозь сон, то непременно услышит, как ее сердце грохочет о ребра. Долго ли оно выдержит подобный ритм?
Пиппа бесшумно, прислушиваясь к всхрапам, подкралась к Максу сзади, с другой стороны дивана, где лежала голова. Придвинувшись ближе, села на корточки, ругнувшись на лодыжку — сустав громко щелкнул. Открыла пакет для сэндвичей и поднесла к голове Макса, другую руку в перчатке медленно запустила в его волосы. Можно не осторожничать — все равно придется выдирать их с корнем. Срезать нельзя, нужна луковица и клетки кожи, где содержится ДНК.
Пиппа взялась за небольшой пучок темно-русых волос.
Резко дернула.
Макс всхрапнул, выдохнул, в груди у него булькнуло. Но не пошевелился.
Пиппа, даже зубами чувствуя, как колотится у нее сердце, осмотрела волоски, застрявшие между пальцами. Длинные, волнистые, с парочкой луковиц и пленками кожицы у корня. Немного, но должно хватить. Не стоит рисковать лишний раз и дергать снова.
Она сунула пальцы в пакет и потерла их друг о друга; светлые волоски, почти невидимые, упали в полиэтилен. Несколько штук зацепились за латексные перчатки. Пиппа вытерла их о диван, запечатала пакет и отошла.
Вернувшись в холл, она упаковала толстовку Макса в большой пластиковый пакет для морозилки, кроссовки и бейсболку — в другой и запихнула в рюкзак. Теперь тот был полон, молния с трудом застегивалась. Пакет с волосами Макса Пиппа засунула в передний кармашек и взвалила рюкзак на плечи.
Перед уходом она выключила в гостиной свет, сама не зная зачем. Желтые лампы, как бы резко ни светили, не могли вывести Макса из бессознательного состояния. Впрочем, рисковать не стоит; когда она вернется через несколько часов, Макс должен спать. Таблетки, конечно, надежная штука: Макса они не подводили ни разу, но Пиппа ничему не доверяла. Даже самой себе.
Она подобрала с пола ключи и вышла, закрыв за собой входную дверь. Нажала кнопку на брелоке, и в черной машине Макса замигали задние фары, сигнализируя о том, что дверцы не заперты. Она открыла дверь со стороны водителя, бросила ключи на сиденье, затем снова закрыла ее и пешком пошла по улице.
Наконец-то можно было стянуть с рук латексные перчатки. Они намертво прилипли к коже, мокрой то ли от пота, то ли от крови Стэнли: было слишком темно, чтобы судить наверняка. Пришлось снимать их зубами. Вечерний воздух показался чересчур холодным и тяжелым для голой кожи. Использованные перчатки Пиппа сунула в карман.
Машина стояла неподалеку. Ждала, когда Пиппа перейдет к следующему этапу плана.
Настала пора организовать себе алиби.