Глава 27
Глава двадцать седьмая
Времени обдумать это не было.
Джейсон наклонился и схватил ее за локоть. Пиппа отпрянула, чувствуя металлический запах его пота, пятнами проступившего на рубашке. Подтянула ноги, чтобы оттолкнуть, но Джейсон, должно быть, прочитал ее мысли по глазам и с силой прижал их к полу. Другой рукой он подтянул Пиппу к себе, заставляя сесть.
Крик Пиппы увяз в клейкой ленте. И все же нельзя оставлять попыток. Ее должны услышать. Рядом наверняка есть люди!
— Тебя никто не слышит, — сообщил Джейсон, будто незримо забравшись ей в голову и стоя рядом с Рави, который твердил, что надо бежать.
Пиппа вытянула ноги и оперлась на кончики пальцев. Поставила кроссовки на землю, хотела сделать шаг, однако лодыжки оказались связаны слишком туго. Она завалилась вперед.
Джейсон подхватил ее. Поставил на ноги, крепко взял под локоть. Под подошвой зашуршали камешки.
— Умничка, — тихо, почти рассеянно произнес Джейсон. — Иди сама, или придется тебя тащить.
Он говорил негромко и без лишней грубости, потому что контролировал ситуацию и прекрасно об этом знал. Вот и все.
Джейсон шагнул вперед, и Пиппа поплелась за ним. Они двигались медленно, и ей представился шанс оглядеться.
Вокруг стояли деревья. Со всех сторон виднелся высокий металлический забор, выкрашенный в темно-зеленый цвет. Позади обнаружились ворота, через которые, судя по всему, Джейсон загнал машину. Сейчас они были открыты нараспашку. Словно издевались над ней.
Джейсон вел жертву к зданию, похожему на склад: стены были обиты листовым железом. Рядом стояло строение из кирпича… Стоп! Пиппа видела это место. Однозначно видела. Она снова огляделась. Зеленый металлический забор, деревья, склады. И, будто этого мало, вдалеке — пять фургонов со знакомым логотипом на борту. Пиппа уже бывала здесь прежде. Правда, не вживую. Она призраком бродила по здешним окрестностям в «Гугл-панорамах».
Джейсон привез ее в «Грин Син лимитед». Складской комплекс рядом с проселочной дорогой у черта на куличках в Нотти-Грине, практически в самом лесу. Джейсон прав; здесь никто не услышит ее криков.
Однако попытаться все равно надо, и когда они добрались до металлической двери с торца здания, Пиппа опять замычала.
Джейсон лишь улыбнулся, сверкнув зубами.
— Никого нет. — Он залез в карман на груди и извлек оттуда связку ключей разных форм и размеров. Затем принялся перебирать их, выбрав в итоге самый длинный с зазубренными краями.
Бормоча что-то под нос, Джейсон прицелился ключом в массивный серебристый замок на двери и невольно ослабил хватку на локте.
Пиппа не могла упустить такой шанс.
Она дернулась, вырываясь на волю.
Ее ничто не держало. Свобода!..
Увы, далеко уйти не удалось.
Не успела она и двух шагов сделать, как Джейсон схватил ее за связанные руки, удерживая, будто собачку на поводке.
— Успокойся, — велел он, снова поворачиваясь к замку. Джейсон не выглядел сердитым: в изгибе губ виднелась улыбка. — Ты не хуже меня знаешь, что это бессмысленно.
Пиппа знала. Шансы выжить менее одного процента.
Дверь с лязгом открылась, и Джейсон толкнул створку. Петли громко скрипнули.
— Заходи.
Он перетащил Пиппу через порог. Внутри было темно, только маленькое окошко высоко справа впускало немного солнечного света. Джейсон, словно опять прочитав ее мысли, щелкнул выключателем на стене. С ленивым жужжанием вспыхнули промышленные лампы. В длинном холодном помещении вдоль обеих стен стояли высокие металлические стеллажи, а на полках громоздились огромные пластиковые чаны с маленькими кранами внизу: удобрения и средства от сорняков. В бетонном полу под полками виднелись две канавки.
Пиппу толкнули, и она упала на бетон, ближе к правой стене. С трудом села, глядя на стоявшего над ней мужчину. Вдохнула и выдохнула через нос, но слишком громко и чересчур часто, отчего в голове защелкало: КЛ, КЛ, КЛ.
Вот он — прямо здесь. На вид — самый обычный человек. В ее кошмарах он казался намного крупнее.
Джейсон улыбнулся и покачал головой, поднял палец и шагнул к табличке с надписью «Осторожно! Ядовитые вещества».
— Это охранная сигнализация. Та самая, о которой ты спрашивала, да? — Он помолчал. — Ты ошиблась в другом: ее включила именно Тара Йейтс. Она была здесь, в этой комнате. — Он обвел склад взглядом, словно упиваясь темными воспоминаниями. — Они все здесь были. Здесь и умерли. Тара, оставшись без присмотра, каким-то образом умудрилась снять скотч. Осмотрела все и включила сигнализацию. Я, видишь ли, забыл выключить ее в тот раз.
Джейсон поморщился, словно говорил о некоей досадной оплошности, забавной и совершенно незначительной. У Пиппы на затылке встали дыбом волосы.
— Все обошлось. Я приехал вовремя. Пришлось, правда, поторопиться, чтобы не слишком опаздывать на ужин, но все прошло замечательно.
«Замечательно». Пиппа тоже порой произносила это слово. Вроде пустое — но какой же в нем скрывался глубокий темный смысл…
Она замычала. Пиппа не знала, что пытается сказать, просто хотела хоть что-то сделать, пока не поздно. Ленту отодрать не удалось, однако сдавленного мычания хватило, чтобы напомнить себе: она еще жива и Рави с ней.
— Что? — спросил Джейсон, расхаживая взад-вперед. — Не переживай. Я учел прежние ошибки. Сигнализация отключена. Как и камеры видеонаблюдения, и внутри, и снаружи. Все выключено, так что беспокоиться не о чем.
Пиппа выдавила хриплый звук.
— Они будут выключены, сколько потребуется. Всю ночь. Все выходные. До утра понедельника тут никто не появится, так что не волнуйся. Здесь будем только мы вдвоем. Ты и я. Так, дай-ка я на тебя гляну…
Джейсон подошел ближе, и Пиппа, попятившись, уперлась спиной в полки. Он опустился рядом на колени и стал разглядывать ленту, обмотанную вокруг запястий и лодыжек. Подергав за них, пробормотал под нос:
— Нет, так не пойдет. Слишком свободно. Торопился усадить тебя в машину. Ладно, переделаю. — Он похлопал Пиппу по плечу. — Мы же не хотим, чтобы ты последовала примеру Тары?
Пиппа захрипела, задыхаясь от запаха его пота.
Джейсон встал, с кряхтением опираясь на колени, и подошел к стеллажам. Пиппа повернула вслед за ним голову, но он уже возвращался, держа что-то в руках.
Рулон серого скотча.
— Вот и я, — сказал Джейсон, вновь опускаясь на колени.
Пиппа не видела, что он делает сзади, но когда он коснулся ее, по спине пробежала дрожь, тошнотворная и ледяная. Накатило чувство, что сейчас ее стошнит, и в таком случае она захлебнется собственной рвотой, совсем как Энди Белл.
В памяти всплыла Энди. Ее призрак уселся рядом, взяв Пиппу за руку. Бедняжка. Она знала, какое ее отец чудовище. Энди была вынуждена каждый день возвращаться к нему в дом. Она умерла, пытаясь сбежать от него и спасти родную сестру. Тут в голове Пиппы мелькнули два разрозненных воспоминания, слившись воедино. Расческа. Не просто расческа, а фиолетовая щетка на столе у Энди — она виднелась в уголке фотографии, которую они сделали с Рави. Такая же расческа была у Мелиссы Денни, второй жертвы Джейсона. Трофей, который он забрал, чтобы вновь переживать приятные моменты. Убийца отдал ее своей дочери и, вероятно, испытывал темный трепет, наблюдая, как Энди причесывается. Больной урод!
На этом мысль оборвалась — запястья прострелило резкой вспышкой боли. Джейсон содрал ленту вместе с волосками и частицами кожи. И опять — свобода! Надо драться. Вцепиться ему в шею. Выцарапать ногтями глаза. Пиппа замычала и брыкнулась, но ее держали слишком крепко.
— Что я сказал? — тихо спросил Джейсон, сжимая ее руки. Он больно заломил их ей за спину и потянул назад, прижав внутреннюю часть запястий к стальной опоре стеллажа.
Клейкая лента была липкой и холодной. Джейсон обмотал сперва одно запястье, потом металлический стержень, затем вторую кисть.
Пиппа силилась развести руки как можно дальше, чтобы лента хоть чуточку ослабла. Однако Джейсон держал их крепко, наматывая витки изоленты.
— Готово, — сказал он. — Красиво и надежно. Теперь ты никуда не денешься, правда?
Лента поглотила еще один крик.
— О, про них я тоже не забыл, не волнуйся, — сообщил Джейсон, спускаясь к ногам. — Вечно вы волнуетесь… Ноете. Шумите по пустякам…
Он встал на колени и намотал новый кусок скотча вокруг лодыжек поверх старого. На сей раз плотнее, для пущей надежности сделав несколько витков.
— Обычно я даю возможность высказаться. Ну, перед тем как… — Джейсон отстранился, глядя на моток изоленты и нежно проводя пальцем по его краю. Затем потянулся к лицу Пиппы. — Уж постарайся, чтобы я не пожалел, — сказал он и резко дернул за кончик ленты на ее губах.
Пиппа потянула в себя воздух. Во рту он ощущался совсем другим: более свежим и не пропитанным ужасом.
Можно закричать, если захочется. Позвать на помощь. Но какой смысл? Ее не услышат. Кроме них, здесь никого нет, только они двое.
Отчасти ей хотелось спросить у Джейсона: «Почему?» Впрочем, ответа все равно не будет. Он не Эллиот Уорд, не Бекка и не Чарли Грин, у которых находились свои причины ступать на серый путь, сотканный из добрых намерений и неверных решений, ошибок и случайностей. Она читала заключение психолога, этого хватило. У Убийцы КЛ нет серой зоны, нет никаких тайных мотивов. Именно поэтому дело казалось ей идеальным. Самый подходящий вариант в ее случае: спастись, чтобы спасти себя. Теперь она никого не спасет. Она проиграла и скоро погибнет — беспричинно. Просто так. Потому что Пиппа и те пятеро, которые были до нее, чем-то не нравились Джейсону, вот и все. Поэтому как ни спрашивай, не ответит.
В приступе ярости хотелось и другого: громко послать его на хрен, засыпать угрозами и устроить истерику, чтобы он не выдержал и убил ее сразу, здесь и сейчас.
Так или иначе, что бы Пиппа ни сказала, это не остановит его и даже ни капельки не оскорбит.
Если только…
— Она знала, кто ты, — хрипло, с надрывом проговорила Пиппа. — Энди. Она знала, что ты убийца. Увидела тебя с Джулией и поняла.
Вокруг глаз у Джейсона собрались морщинки. Он дернул губами.
— Да, она знала, что ты маньяк. — Пиппа еще раз с наслаждением глотнула воздух. — Знала едва ли не с самого начала. Поэтому никогда не водила домой друзей. Она целый год копила деньги, чтобы сбежать на другой конец страны и жить от тебя подальше. Хотела взять с собой Бекку. Дождалась бы, когда та окончит школу, приехала бы и забрала ее. А потом, оказавшись в безопасности, Энди сдала бы тебя полиции. Такой у нее был план. Она ненавидела тебя всей душой. Как и Бекка. Возможно, она не знает, какой ты, но тоже тебя ненавидит. Это очевидно — поэтому она и села в тюрьму. Куда угодно, лишь бы от тебя подальше.
Пиппа швыряла в него словами, и в ее голосе один за другим звучали шесть выстрелов, оставлявших в груди Джейсона зияющие дыры. Она прищурилась, готовая выпотрошить его одним взглядом. Однако враг не торопился падать. Он стоял со странным выражением лица и озирался, будто пытаясь понять, о чем она говорит.
Наконец Джейсон вздохнул.
— Что ж, — произнес он с притворной грустью. — Энди сама виновата. Не стоило лезть в мои дела, они ее совершенно не касались. Теперь мы оба знаем, почему она умерла. Потому что не слушалась. — Он преувеличенным жестом стукнул себя по лбу. — Я всю жизнь ее воспитывал, а она не слушалась. Так же, как и Филиппа, Мелисса, Бетани, Джулия, Тара… Вы вечно шумите по пустякам, перебиваете без спросу. Так нельзя. Нужно слушаться. Вот и все. Слушаться и делать все, что тебе говорят. Разве это сложно?
Он возбужденно затеребил конец скотча.
— Энди… Ради нее я даже завязал. Ну, когда она пропала. Полицейские слишком близко подобрались ко мне, нельзя было рисковать. Пришлось остановиться. Вдобавок я нашел человека, который меня слушался. А потом… — Он тихо и мрачно рассмеялся, указывая на Пиппу рулоном изоленты. — Потом пришла ты. Опять принялась шуметь, закатывать истерики, лезть в чужие дела. Всячески меня доставать. Я потерял вторую жену, единственную женщину, которая меня слушалась, потому что она зачем-то послушала тебя. Ты стала настоящим испытанием, и я понял, что должен его преодолеть. Еще раз. Последний. Ты слишком шумная. Непокорная, капризная. Разве отец тебя не воспитывал? — Он стиснул зубы. — Опять ты норовишь все испортить. Мне плевать на Энди, ты и сама знаешь. Тебе меня не задеть. Только лишний раз доказываешь, что я был прав насчет нее. И насчет Бекки. И тебя. Всех вас. Вы — ошибка природы. Вы опасны.
Пиппа не могла ответить. Она потеряла дар речи, наблюдая за мужчиной, расхаживающим взад-вперед, словно в бреду. Изо рта у него летела слюна, по раскрасневшейся шее змеились вены.
Потом он вдруг выпрямился, в восторге округлив глаза.
— Мне тоже есть что тебе рассказать. Ха! — Джейсон громко хлопнул в ладоши, и Пиппа вздрогнула, ударившись головой о металлическую полку. — Да, я преподам тебе последний урок, перед тем как ты исчезнешь. Тогда ты поймешь, что это — единственный подходящий для вас конец. А я навсегда запомню выражение твоего лица.
Пиппа в замешательстве на него уставилась. Какой еще урок? О чем он говорит?
— Это было в прошлом году, — начал рассказывать Джейсон, глядя ей в глаза. — Где-то в конце октября. Бекка снова не слушалась. Не брала трубку, не отвечала на сообщения. И вот однажды я зашел домой — в тот, старый дом, хотя в то время я жил со своей второй женой, которая меня слушалась. Я принес Бекке и Дон всяких деликатесов на ужин. Мне даже спасибо не сказали. Дон, как всегда, сидела тихо, а вот Бекка… Бекка вела себя очень странно. Витала в облаках. За ужином я снова напомнил ей, что надо слушаться, но она явно думала о своем. — Он выдержал паузу, облизнув пересохшие губы. — Тогда я сделал вид, будто ухожу, а сам остался в машине наблюдать. И представляешь, через десять минут Бекка выходит из дома, а на поводке у нее собака. Ее-то она и скрывала. Я не позволял им заводить собаку. Пусть я не жил там, они все равно должны были спросить разрешения. Представляешь, как меня это взбесило? В общем, я пошел вслед за Беккой.
Сердце у Пиппы подпрыгнуло, рванулось вниз по ребрам и рухнуло в живот. Нет, нет, нет. Только не это. Пожалуйста, не надо.
Джейсон ухмыльнулся, глядя, как на лице Пиппы сменяют друг друга эмоции. Он упивался каждым моментом.
— Это был золотистый ретривер.
— Нет, — тихо сказала Пиппа, физически ощущая в груди боль.
— И вот, Бекка выгуливает шавку, — продолжал Джейсон. — Затем спускает пса с поводка, гладит и говорит: «Иди домой», что, конечно же, в очередной раз доказало, что Бекка не заслуживает собаку, поскольку не способна нести за нее ответственность. Она кидает псу палку, тот тащит ее обратно. Она кидает снова, в самые кусты, и пока пес достает ее, убегает. Собака ищет ее, не может найти. Я понимаю, что Бекка не готова завести питомца. Поэтому подхожу я к шавке… Очень дружелюбной, кстати.
— Нет, — повторила Пиппа, с силой дергая за путы.
— Бекка не готова к ответственности, надо преподать ей урок, — улыбнулся Джейсон, упиваясь отчаянием на лице жертвы. — Веду милого песика к реке и…
— Нет! — крикнула Пиппа.
— Да! — расхохотался он в ответ. — Я утопил твою собаку. Правда, тогда я не знал, что она твоя. Я сделал это, чтобы наказать дочь. А потом ты выпустила подкаст, из-за которого у меня начались неприятности, упомянула в нем собаку… Барни, кажется? Ты думала, это просто случайность, и ни в чем не винила Бекку. Так вот, — Джейсон снова хлопнул в ладоши, — никакая это не случайность. Твою собаку убил я. Видишь, какими таинственными путями движется судьба? Она вечно сводила нас вместе. И сейчас ты здесь…
Пиппа моргнула, и Джейсон, да и вся комната потеряли краски, наливаясь красным. Как злость. Как ярость. Как кровь на руках. Как будущая смерть.
Она закричала. Утробно, хрипло, дико.
— Сдохни! — орала она, и злые, отчаянные слезы хлестали в открытый рот. — Сдохни! Сдохни!
— Началось, да? — Джейсон скорчил обиженную гримасу.
— Сдохни! — От ненависти Пиппу трясло и выворачивало наизнанку.
— Ладно, как хочешь…
Он подошел и с визгливым скрипом вытянул из рулона длинный кусок клейкой ленты.
Пиппа подобрала под себя ноги и лягнула его связанными ступнями.
Джейсон с легкостью увернулся, подошел сбоку и встал рядом на колени.
— Вечно вы не слушаетесь… — сказал он, протягивая руки к ее лицу.
Пиппа задергалась изо всех сил; казалось, еще чуть-чуть — и локти вывернутся из суставов.
Джейсон прижал кончик ленты к правому уху. Закрутил петлю на макушке и залепил другое ухо. Скотч мерзко скрипнул, отрываясь от рулона.
— Пошел ты!
Джейсон принялся наматывать полоски скотча горизонтально: на подбородок Пиппы и вокруг затылка, сминая волосы.
— Не дергайся! Будет криво.
Он намотал ленту на подбородок, сделал пару витков и захватил нижнюю губу.
— Вечно вы не слушаетесь… — произнес он, сосредоточенно щуря глаза. — Теперь ты вообще не будешь слышать. И говорить. Даже смотреть на меня. Не заслужила!
Очередной виток ленты залепил губы, начисто лишив Пиппу возможности кричать. Следующий лег выше, под самый нос.
Джейсон обмотал скотч вокруг затылка, сдвинув вверх, чтобы не закрыть случайно ноздри. Лента залепила лицо до самых ресниц.
Он встал поудобнее и поднял рулон скотча вверх, чтобы замотать макушку. Снова и снова. Круг за кругом. Спускаясь по лбу…
Залепил скотчем брови.
Опять обмотал затылок.
Оставался последний виток.
Последний кусочек лица.
Пиппа наблюдала, как он лишает ее зрения; только в самый последний момент зажмурилась, когда лента легла поверх глаз.
Раздался треск. Пальцы с силой надавили на висок, закрепляя оторванный край скотча.
Вот и все. Посмертная маска готова.
Безликая.
Слепая.
Немая.
Исчезнувшая.