глава 26
Глава двадцать шестая
Пиппа шагала сквозь тьму, с трудом нашаривая путь и двигаясь вслед за раскатами странного грома.
Воздух. Ей есть чем дышать.
Она открыла глаза, однако ничего не увидела. Картинка не укладывалась в сознании. Дикая боль раскалывала голову, ломая на части череп.
Но она могла дышать.
А потом уловила и распознала мерный шум в ушах. Знакомые звуки. Шумел двигатель. Она в машине, лежит на спине.
Пиппа моргнула пару раз, и тени обрели форму; мозг снова начал работать. Тесное замкнутое пространство; грубый ковер под щекой; вверху — крыша, по бокам — узкие проблески света.
Она в багажнике.
Наверное, она была в отключке всего несколько секунд. Полминуты, не более. Похититель затащил ее в припаркованную рядом машину.
Мысли торопливо наслаивались друг на друга.
Ее похитил Убийца КЛ.
Ей конец.
Не прямо сейчас — Пиппа еще жива и, слава богу, способна дышать. Но, считай, уже мертва во всех смыслах. Гарантированно.
Ходячая покойница. Только не ходит — встать-то она не может.
В душе жгучей пеной поднялась паника, выплескиваясь в дикий крик. Однако из горла вырывался лишь сдавленный хрип. Что-то затыкало рот.
Пиппа потянулась проверить… Погодите-ка, двигаться она тоже не могла. Руки были сцеплены за спиной. Скреплены. Склеены.
Она вытянула палец, пытаясь нащупать то, что держало ей запястья.
Клейкая лента.
Надо было сразу понять. На рту, значит, полоска скотча. Ноги тоже не слушаются — судя по всему, связаны в лодыжках.
В глубине живота родилось незнакомое прежде чувство. Дикое, первобытное. Неописуемый ужас, который невозможно выразить словами, прострелил каждую клеточку — от глаз до кончиков пальцев.
Она умрет.
Онаумретумретумретумретумретумретумретумретумретумретумретумретумрет.
Сердце билось так быстро, что выстрелы за ним не поспевали. Сейчас лопнет. Вот-вот.
Пиппа снова попыталась крикнуть, выталкивая сквозь скотч слово «помогите», но клейкая лента надежно удерживала его во рту.
Надо успокоиться. Дышать, просто дышать.
Только зачем, если она все равно умрет?
Пиппа глубоко вдохнула, собралась и затолкнула невыносимое чувство в темный уголок на задворках разума.
Дела обстоят следующим образом: нынче суббота, четыре часа дня, она в багажнике машины, за рулем которой сидит Убийца КЛ, он же Дэниел да Сильва. Тот везет ее в некое место, где планирует убить. Руки связаны, ноги тоже. Таковы факты. Их мало. Нужны новые. Пиппе всегда нужны факты.
Следующий факт был особенно тяжел для восприятия, хотя сам по себе не имел отношения к текущим обстоятельствам. Вспомнилось кое-что, не раз слышанное в криминальных подкастах; лучше бы она их не слушала… Голосок в сознании очень четко, без пауз и истерики, напомнил: «В случае похищения делайте что угодно, лишь бы вас не перевезли в другое место. Как только вы там окажетесь, шансы на спасение упадут практически до нуля».
Пиппу уже куда-то везли. Свой шанс на спасение она упустила.
Ей оставалось менее одного процента.
И все же по неведомым причинам эта цифра ее не испугала. Напротив, Пиппа успокоилась, как будто статистика помогла принять ситуацию.
Дело не в том, что она готова умереть, а в том, что это произойдет с крайне большой вероятностью. Почти гарантированно. Надеяться не на что.
Ладно. Какие есть варианты?
Прежде всего, они еще не приехали.
Не лежит ли в кармане телефон? Нет, она выронила его, когда ее схватили. Даже слышала, как тот падает на дорогу.
Пиппа подняла голову, оглядывая багажник, и вздрогнула, потому что в тот момент они свернули, и машину затрясло на ухабах. В багажнике было пусто. Рюкзак, видимо, убийца тоже забрал. Итак, что дальше?
Надо попытаться представить себе маршрут, которым они едут, и запомнить повороты.
Ее схватили в конце Кросс-лейн, там, где росли деревья. Она слышала, как завелся двигатель, однако машина не разворачивалась, так что похититель, видимо, поехал вперед той же дорогой. Плохо одно: в панике Пиппа не заметила, в какую сторону. Ехали они больше пяти минут. Возможно, уже покинули границы Литтл-Килтона. Впрочем, непонятно, чем ей это поможет.
А что, в принципе, способно ей помочь? Давай думай, пока снова не запаниковала!.. В голову назойливо лезли посторонние мысли. Не давал покоя тот самый, сакральный вопрос.
Кто будет искать тебя, когда ты исчезнешь?
Ответ она не узнает, поскольку к тому времени умрет. Хотя нет, сказала Пиппа самой себе, перекатываясь на бок. Она знала ответ, всегда знала в глубине души. Ее будет искать Рави. Мать. Отчим. Младший брат. Кара — та ей практически сестра, а не подруга. Наоми Уорд. Коннор Рейнольдс. Джейми Рейнольдс — точно так же, как она в свое время искала его. Нэт да Сильва. Даже Бекка.
Пиппа счастливый человек. Правда. И почему она никогда об этом не думала? Вокруг столько людей, которые за нее переживают, пусть даже совершенно незаслуженно…
Вновь накатили эмоции. Не паника, нет. Новое чувство было не таким ярким, скорее тягучим и серым, но причиняло не меньше страданий.
Она больше никогда не увидит родных. Никогда. Даже Рави с его нелепыми шуточками и разнообразными признаниями в любви. Не услышит, как он называет ее сержантом. Не увидит ни семью, ни друзей. Не успеет даже попрощаться с ними.
Из глаз потекли слезы, капая по щекам на жесткое ковровое покрытие. Почему нельзя провалиться сквозь землю, растаять, исчезнуть, чтобы КЛ не сумел до нее добраться?
Что ж, хоть матери она сказала на прощание, что любит ее. Той будет что помнить… А как же папа? Что ему Пиппа успела сказать напоследок? Ему и Джошу? Будет ли брат вспоминать о ней спустя годы? А Рави… когда Пиппа в последний раз говорила ему, что любит? Давно, слишком давно… Вдруг он не проникся, не понял? Тогда его это убьет… Пиппа заплакала сильнее, слезы собрались вокруг скотча, заклеивающего ее рот. Пожалуйста, пусть он ни в чем не винит себя. Он самый лучший на свете, а Пиппа — самое гадкое, что с ним могло приключиться. Заноза в сердце, которую теперь не извлечь…
Рави обязательно будет ее искать. Не найдет живой, так найдет убийцу. В этом Пиппа не сомневалась. Рави сделает что угодно. Он добьется справедливости вместо нее; справедливость — очень скользкое слово, но оно понадобится родным, чтобы со временем научиться жить без Пиппы, раз в год возлагая цветы на ее могилу. Погодите, какое сегодня число?.. Даже не знать дату собственной смерти!
Она рыдала и плакала до тех пор, пока рациональная часть сознания не взяла верх над отчаянием. Да, Рави найдет убийцу, выяснит, кто он такой. Но есть разница между «знать» и «суметь доказать». Огромная разница — уж кому, как не Пиппе, судить. Она усвоила эту истину на собственном горьком опыте.
Надо ему помочь. Составить план. Заодно занять себя делом. Она поможет найти убийцу и отправить его в тюрьму. Надо лишь оставить в багажнике как можно больше улик. Волосы. Кожу. Все, что содержит ДНК. Измарать собою всю машину, указать на виновника.
На это она вполне способна. Пиппа выгнулась и потерлась головой о ковер. Сильно, до боли, чувствуя, как рвутся волосы. Подвинулась и принялась опять тереться.
Далее — кожа. Доступных мест не так уж много. У нее открыты лицо и руки. Она вывернула шею, прижалась щекой к ковру и принялась ерзать взад-вперед. Было больно, из глаз текли слезы, но она упрямо продолжала обдирать кожу. Если пойдет кровь, еще лучше. Посмотрим, как убийца будет оправдываться.
Затем — почти полностью обездвиженные руки. Пиппа принялась сдирать костяшки пальцев о ковер и о спинки пассажирских кресел.
Что еще можно сделать? Она мысленно перебрала все криминальные подкасты, которые слышала. Вспомнились два слова, столь очевидные, что странно, почему она не подумала про них раньше. Отпечатки пальцев. У полиции есть ее отпечатки, их сняли после гибели Стэнли. Отлично. Завитки на коже станут липкой паутиной — Пиппа раскинет ее, чтобы поймать Убийцу КЛ. Но ей нужна твердая поверхность; ковер не годится.
Пиппа огляделась. Есть заднее окошко, но до него не добраться из-за крышки багажника. Стоп! Борта машины отделаны пластиком. Годится! Пиппа подтянула под себя ноги, прижала кроссовки к ковру и, извиваясь гусеницей, подползла к борту.
Она прикладывала пальцы по очереди и каждый вдавливала в пластик по несколько раз. Всюду, куда могла.
О’кей, что дальше? Ответ подсказала машина, подпрыгнувшая на очередном ухабе. Они снова куда-то свернули… Какое лицо будет у Рави, когда он услышит, что ее больше нет? Стоп, не надо об этом думать. Лучше в последние часы помнить его улыбку.
Рави говорил, что она самый храбрый человек на свете. Сейчас Пиппа не чувствовала храбрости. Ни капельки. Однако Рави воспринимал ее именно такой и часто спрашивал себя, как поступила бы Пиппа на его месте. Она попробовала сделать то же самое, незримо чувствуя его присутствие.
«Что бы ты посоветовал, окажись мы с тобой здесь вместе?»
Рави велел бы ей не сдаваться — вопреки всякой логике и статистике. «К черту низкий процент выживаемости. Ты Пиппа Фитц-Амоби. Мой маленький сержант. Пиппус Максимус. Ты способна на что угодно».
«Поздно», — ответила она.
Он сказал бы, что никогда не бывает поздно. Они еще не приехали.
«Давай, Пиппа. Борись. Ты справишься».
Да. Обязательно.
Рави прав. Она до сих пор в машине. Это можно использовать в своих целях. Шансы выжить в аварии намного выше, чем наедине с убийцей.
Следовательно, нужно устроить аварию. Таков новый план.
Пиппа посмотрела на дверцу багажника. Защелки не было; можно попытаться открыть дверцу и выкатиться в салон. Прыгнуть через заднее сиденье и кинуться на водителя, заставляя его бросить руль.
Итак, есть два варианта. Ударить ногами по сиденью, чтобы сломать его и сложить спинку, или перелезть через верх, в щель между крышей и подголовниками. Однако чтобы проделать любой из этих трюков, сперва надо открыть крышку багажника.
Пиппа выбрала второй вариант. Крышка багажника наверняка крепкая (Пиппа уже приложилась пару раз о нее коленками), но закреплена только с двух сторон с помощью крючков или каких-то механизмов. Надо лечь поудобнее, прицелиться и от души пнуть ногой в один угол.
Машина сбавила скорость.
Слишком резко для поворота. Черт.
Пиппа затаила дыхание, чтобы лучше слышать. Донесся резкий звук — хлопнули дверцей.
Что он делает? Зачем вышел? Пиппа ждала, когда дверца снова хлопнет, но несколько секунд стояла полная тишина. Потом наконец дверь закрыли, и автомобиль вновь тронулся с места. Слишком медленно, на такой скорости аварии не случится.
Семь секунд спустя машина опять плавно остановилась. Отчетливо скрипнул ручной тормоз.
Приехали.
Поздно.
«Прости», — беззвучно сказала Пиппа Рави. И добавила на всякий случай, словно каким-то образом могла передать ему свои мысли: «Люблю тебя».
Дверца открылась. Потом хлопнула. Раздались шаги.
Пиппу опять сковал ужас, просочившийся из дальнего уголка сознания, где его, казалось бы, надежно заперли.
Она съежилась в комок, подтянула колени к груди. Затаила дыхание.
Багажник открылся.
Пиппа увидела темный силуэт, ярко выделявшийся на фоне послеполуденного солнца.
Чудовище.
Пиппа моргнула, привыкая к свету.
Не чудовище, обычный человек. Причем знакомый, судя по осанке.
Потом убийца показал свое лицо. Продемонстрировал хищный блеск улыбки.
Только Пиппа ожидала увидеть вовсе не его.
Перед ней стоял Джейсон Белл.