29
- Твою ж мать! - кричал Егор со всей силы.
И я невольно вздрогнула, когда красивый графин с водой ударяется о стену, вмиг разлетаясь осколками.
- Чёрт!
Он продолжал кричать, зарывая пальцы в короткие пряди. Пытаясь выплеснуть хотя бы так накопившийся пар отчаяния. Которой, кажется, в эти минуты достигло окончательного предела. Понимая со всей четкостью, как и я, что наша маленькая войнушка привела к большой катастрофе. Которая сейчас, кажется, требует своего печального финального аккорда. А ведь могло бы все быть не так и плохо. Если бы мы обратились вовремя к Могучему Королю...
Но я не произнесла этого, видя, что любимому и так плохо. Не пытаясь его остановить, и даже не пытаясь спасти его от разгрома чужого имущества. Очередного дорогого мотеля. Понимая, как это важно сейчас. Для него. Чтобы найти хоть немного успокоения.
Ведь мы уехали из этого дома так просто, словно наши враги посмеялись, надеясь сломить наш дух своей выходкой. Так как мы даже не стали искать никого в доме. Ни оставшихся боевиков, ни, возможно, покойных слуг. Так как это было опасно. Так как времени не было с точностью до совсем. Краем глаза разглядев лишь слегка посиневшие, выглядывающие из кладовки неподалёку человеческие ладони. Вид которых останется в моей памяти очень надолго. Уж слишком надолго, особенно если закрыть глаза.
- Стало быть, это точно он. А я не верил. До последнего, я не верил... - голос любимого уже начинал звучать слишком надрывно и тихо. Слишком пугающе для меня, и слишком опасно для него самого. Ибо отчаянных шагов сейчас нам не нужно. Так как именно этого и добивается враг.
Так как в эту минуту Егор прав точно чертовски. Враг - его дядя. В этом больше не осталось сомнения. Я знаю это и без его объяснений. Так как на красивом загородном доме нет следов от пуль, и нет трупов в ухоженном дворе. Нет и следов борьбы. Возможно, убрали? Но ещё скорее, хозяин сам пустил в дом незваных гостей. Так как знал их, и знал достаточно хорошо. Так же, как мать Егора, пустившая некогда боевиков в дом. Друзей и соратников её мужа. Которые убили её и оставили в живых светловолосого малыша.
И Егор сам, чёрт возьми, сам хорошо знает об этом. Мысленно уже проводя нужные параллели. И это ещё добавляет боли.
Любимая Лаура. Друг семьи. Так, быть может, следующий его отец?
А я... я просто чувствую его боль. И этот животный страх. Но этот страх - не слабость. Сила, забота о близких. Он должен знать.
- Хватит!
Мне кажется, что-то ломается внутри меня, когда я осознала все это. До точки, до боли и до конца. Когда, преодолев все свои страхи и комплексы, я подошла к Егору. Как тогда, в ночь, когда убили его любимую Лауру. И обняла его, крепко прижимая к себе. Чувствуя его дрожь.
- Все будет хорошо, - прошептала я, утыкаясь носом ему в шею.
"Не будет" - в мыслях кричало.
- Мы справимся.
"Ничерта мы сами не справимся! Надо бежать и бежать как можно быстрее к твоему отцу". Но разве я смогла бы сказать что либо иное? Особенно после того, как его руки сомкнулись на моей талии.
- Валь, это ведь страшный эгоизм с моей стороны поступать вот так, - прошептал он, начиная дышать ровнее, и ещё не выпуская меня из кольца своих рук. - Таскать тебя за собою, подвергать твою жизнь опасности...
Закончил он неожиданно. Неожиданно и резко настолько, что я отстранилась сама. Забыв на секунду о своей нежности и о своём долге. И думая лишь о сказанном им. Отчаянно пытаясь понять.
- Эгоизм? - растеряно переспросила, пытаясь поймать его взгляд. - Почему? Это ведь не... Необходимость.
Таскать меня за собой. Как не слишком-то нужный балласт. Защищать меня и следить, чтобы я не померла. Уже ведь объявлено о помолвке, и я...
- Я нашёл бы куда тебя спрятать, - он неожиданно взял моё лицо в ладони, пытаясь отыскать в распахнутых очах нужный ответ. - Ведь ты все же не персона нон-грата. После побега я мог бы передать тебя паре верных людей, паре наемников. Но я не сделал этого потому, что ты была мне нужна. Прости меня..
Он снова прошептал. И отстранился в следующий миг, столкнувшись в моем взгляде лишь с колким непониманием.
Ибо то, что я когда нибудь была бы нужна Егору, я не представляла. Считая себя не более чем пешкой в его игре. Так как он не говорил этого никогда. Лишь крепко прижал в ту ночь, когда ему было хуже всего.
"Я не хочу, чтобы ты уходила. Я сам. Без отца" - неожиданно всплыло в памяти.
Но Принц уже все по своему понял. И скрылся за дверями ванной.