Напарники

POVФилип

Неожиданная находка стала главной уликой. Либо Джек Фостер воскрес, что мало вероятно, либо кто-то ведёт со мной игру. Подбросить зажигалку мог только тот, кто хотел меня отвлечь. В том, что сделано это было специально, я даже не сомневаюсь.

—Уже вернулись, детектив? — спросил Коллинз, отрываясь от просмотра спортивной передачи по ламповому телевизору — то, чем на самом деле занимался шериф на работе в промежутках между патрулированием города. —Что-то нашли?

—Ничего, кроме мусора.

—Я говорил, что это пустая трата времени, — он самодовольно хмыкнул.

—Могу я взглянуть на книгу регистрации жителей Старвилла? Давно проводилась последняя перепись населения?

—Если вы о пропавших, то их ещё вычеркнуть не успели, — усмехнулся Феликс, который при виде Мелани тут же встрепенулся, как павлин, пытающийся привлечь её внимание своим облезшим хвостом.

—Книга с переписью за последний год стоит на верхней полке, — Коллинз даже не стал вставать, увлеченный футбольной игрой.

Достав книгу, я открыл фамилии на букву F, пробегаясь по всем именам: Джеймс, Джастин, Джимми, Джереми... И только один из них был Джек. Теперь и в том, что эта зажигалка принадлежала когда-то пропавшему Фостеру у меня тоже не было сомнений.

—Мелани, не составишь мне компанию сегодня вечером? — подошедший к блондинке офицер противно улыбнулся. —Хочу заскочить в бар, немного расслабиться.

—Феликс, спасибо за приглашение, но...— смущенно протянула она «но», придумывая причину, чтобы отказаться, бегая глазами по комнате в поисках опоры. —Я боюсь, Фил будет меня ревновать, — в итоге она наигранно рассмеялась, повиснув на моём плече.

Растерянный парень перевёл взгляд на меня, недоверчиво сгибая бровь. 

—Я не знал, что вы...вы вместе? — изо всех сил скрывая своё разочарование, парень неосознанно отступил на шаг назад.

—Да. Мы просто это стараемся не показывать, ведь сам понимаешь, личное и работу лучше не смешивать, — Грейс врала так уверенно, что даже мне хотелось ей верить. —Но спасибо за шоколадку, которую ты мне передал. Она была очень вкусной.

—Какая шоколадка? — спросил он, повертев головой. —Я ничего не передавал.

—Нет? — блондинка перевела взгляд на меня. —Наверно, я что-то перепутала... Извини.

—Ладно, — он нервно улыбнулся, отходя дальше от нас. —Я пойду работать тогда.

—От кого тогда была та шоколадка? — шепотом спросила Грейс, убедившись, что Ромео в офицерской форме не сможет этого услышать.

—От тайного поклонника, я же сказал, — чего она ожидала от меня услышать? Когда перед тем, как приехать домой на обед, мы с Карлом заходили в магазин, он расхвалил шоколад, который производит на продажу кто-то из местных, и со словами «вы обязаны попробовать этот прекрасный натуральный шоколад», настоял на том, чтобы я взял хотя бы одну плитку. Сам я сладкое не люблю, но знаю, что Грейс любительница десертов и конфет.

Она недоверчиво, пытливо всматривалась в моё лицо, ожидая моего признания.

—А тайный поклонник случайно не упрямый заносчивый детектив, считающий, что всегда и везде прав, и никогда не принимающий помощь от других?

—Я бы описал его как умного, харизматичного, независимого молодого красавчика. Так что вряд ли мы говорим об одном и том же человеке.

—Тогда одно из двух: или ты такой самовлюбленный и описываешь себя, или ты гей, который сам был бы не против принять от него ухаживания.

—Я не гей! Ты вообще думаешь, что говоришь?

—Правда? А иногда очень похож, — звонкий смех привлёк внимание шерифа, спасая девушку от моего гнева.

—Филип, что там с твоей машиной? — спросил Карл, отвлекаясь от экрана. —Ещё не сделали?

—Сказали, завтра смогу забрать.

—Уже? Быстро они справились.

Быстро? Они должны были просто шины подкачать, и это заняло у них несколько дней. Я уже начал нервничать, что мою красавицу на запчасти разобрали и продали. Но завтра мы наконец-то встретимся.

Оставшийся день прошел без происшествий и достижений. К вечеру Коллинзы решили устроить барбекю на свежем воздухе в своём дворе. Пока Карл занимался грилем и маринованной индейкой, я развёл костёр, от которого не отходила вечно мерзнущая Грейс, потирая свои застывшие ладони над огнем.

—Бедная девочка, у тебя уже губы синие, — запричитала Сьюзан. —Я принесу плед и выпить что-нибудь горячего.

—Лучше сразу коньяк, Сью, — крикнул Коллинз, усмехнувшись, на что только получил осуждающий взгляд жены.

—Не понимаю, почему этой зимой так холодно. Никогда так не было раньше, — Мелани села в раскладное походное кресло, пододвигая его ближе к источнику тепла.

—О чём ты думала, когда даже не стала брать с собой в поездку пальто? Честное слово, будто на пляж собиралась.

—Лучше скажи, сколько мы тут ещё пробудем. Я не рассчитывала свой гардероб на несколько лет вперёд.

—Не знаю, — честно признался я, чувствуя, что не могу свести все факты, которые мне удалось достать, воедино.

—Надеюсь, мы уедем отсюда быстрее, чем зацветёт эта яблоня, потому что мне не хотелось бы умереть от аллергии. Особенно после того, как я выжила в пожаре, эта смерть будет даже не героической.

Я перевёл взгляд на невысокое тонкое деревце у забора, которое, казалось, тряслось от ветра и лёгкого мороза точно также, как сама Грейс.
Вернувшаяся Сьюзан закутала девушку в тёплый плед и впихнула в руки чашку чая с лимоном.

—Спасибо большое. Так правда намного лучше, — блондинка вежливо улыбнулась, делая глоток дымящегося напитка.

—Вы увлекаетесь садоводством, миссис Коллинз? — спросил я, помешивая дрова в костре.

—Я? Нет, что вы, — она добродушно улыбнулась, садясь в соседнее кресло. —Карл в последние годы стал любить возиться в земле. Весной овощи сажает, ягоды. Не так давно вот яблоню посадил. Но я боюсь, она не успела прижиться на новом месте до наступления холодов, и может погибнуть.

—Недавно посадил, значит?

—Да. Около месяца назад. Будем надеяться, дерево сможет пережить эту зиму.

—А вот и мясо готово, — бодро крикнул Коллинз, снимая остатки индейки с гриля.

Ужин прошел за историями шерифа об их с женой молодости и несмешными анекдотами. Смотря на их семью, непроизвольно начинаешь думать о том, какого это вообще прожить с человеком под одной крышей более двадцати лет. Каждое утро просыпаться с этим человеком и засыпать. Ежедневно слышать его голос и видеть его лицо. Делиться своими новостями и мыслями, выслушивать и поддерживать в ответ. Сомневаюсь, что смог бы когда-нибудь также. Есть люди, не созданные для семьи, и я чувствую, что один из таких. Никогда не видел себя в роли примерного мужа, а уж тем более отца. Это серьёзная ответственность — быть опорой для других людей, и я вряд ли смогу взвалить это на свои плечи.

Во время одного из рассказа шерифа об университетских годах, я невольно задержал взгляд на Грейс, которая слушала его с очень заинтересованным видом, непроизвольно реагируя мимикой на отдельные его слова: то на её лице появлялась освещенная пламенем улыбка, то она хмурилась, сдвигая густые брови навстречу друг другу, то прикусывала нижнюю губу, сдерживая усмешку, когда та была не совсем уместна. За её активной мимикой можно было наблюдать вечно, с интересом изучая каждую эмоцию. Я даже не понял, в какой момент голос Карла превратился в фоновый шум, потому что после второй или третьей истории я уже его не слушал.

—Филип, может принести всё-таки коньяку? Ты какой-то грустный, — после завершения очередного рассказа обратился ко мне шериф.

—Не надо. Я думаю, что мне лучше бы уже пойти спать.

—Сегодня-то дойдёшь до спальни, или тебе больше по душе диван в гостиной? — засмеялся Коллинз, похлопывая меня по плечу.

Это было бы очень смешно, если бы не было так нелепо. Конечно, вторую ночь прятаться в другой комнате я не смогу. Хотя если быть честным, это не я прятался. Я пытался спрятать от себя Грейс.

Ведь это просто издевательство — жить с ней в одной комнате, да ещё и спать под одним одеялом, особенно после того, как мы «весело» встретили Рождество. Я могу отвечать за свои действия, но за реакцию моего организма, моего тела на неё я не в ответе. И Грейс тут совершенно не причём, и поэтому не должна как-то пострадать от этого. Только с каждым разом сил сдерживаться становится всё меньше. Ради её же безопасности, нам следует держаться друг от друга и не пересекать невидимые, и так уже почти размытые границы.

Когда я вернулся в спальню из душа, девушка ещё не спала. Мелани сидела напротив зеркала в своей розовой сорочке и лёгкими движениями наносила на лицо и шею какой-то крем. Влажные расчесанные волосы аккуратно свисали с плеч, скрывая под собой тонкие ключицы. Увидев меня в отражении, она несколько секунд помолчала, прежде чем задать вопрос, который был вполне ожидаем от неё после шутки Коллинза.

—Почему ты спал в гостиной прошлой ночью? — она села в пол-оборота ко мне, продолжая свои манипуляции с кремом, постепенно спускаясь к зоне декольте.

—Я смотрел телевизор и не заметил, как заснул, —я упал на кровать, чувствуя приятное облегчение в ногах и спине после целого дня ходьбы.

—Телевизор? Тебе сколько лет, Морген, чтобы засыпать под телепередачи? — губы растянули в улыбке. —Давай я обработаю тебе ожоги на спине, — взяв тюбик с мазью, она направилась ко мне.

—Не надо. Уже ничего не болит.

—Не начинай сопротивляться даже. Я ведь тебе не уколы ставлю, а просто наношу заживляющую мазь.

—С тобой проще согласиться, чем спорить, —я стянул с себя футболку, усаживаясь спиной к девушке.

—Наконец-то ты это понял, — она круговыми движениями, как только что наносила на свою кожу крем, также покрывала участки моей спины прохладной мазью.

—Это не значит, что я теперь вообще не буду с тобой спорить.

—Да пожалуйста, — усмехнулась девушка. —Я всегда с удовольствием докажу тебе, что ты неправ.

—Ты совсем неисправима, Грейс, — в ответ она надавила на рану ногтём, заставив меня шикнуть от боли, отпрянув от неё. —С ума сошла?

—С тобой трудно оставаться в здравом уме, — она отложила мазь, забираясь под одеяло. —Вечно чем-то недоволен. Ты хоть когда-то в жизни был счастлив, Морген?

—Мне не на что жаловаться, — отключив свет в комнате, я тоже накрылся одеялом.

—Умей радоваться тому, что имеешь. Просто не жаловаться — не достаточно, — она развернулась лицом ко мне, подпирая голову рукой.

—Например, чему мне радоваться конкретно сейчас? — я зеркально отразил её позу, также подперев голову рукой.

—По крайней мере, тому, что ты не спишь сейчас на улице.

—Ну, да. Но с другой стороны, я сплю в доме потенциального убийцы.

—Ты до сих пор считаешь Коллинза убийцей? — она перешла на шепот, словно боясь, что шериф нас подслушает.

—Я не могу это отрицать. Мне не хватает фактов ни для того, чтобы обвинить его, ни для того, чтобы убрать из списка подозреваемых.

—И ещё меня ты называешь неисправимой? — она с упрёком посмотрела на меня. Несмотря на отсутствие света, в комнате не было непроглядной темноты. Я хорошо видел лицо девушки и даже то, как она закатила глаза. —Ты ведь сам такой же. Никогда ни в чём не признаешься.

—Было бы в чём признаться — признался бы.

—Та шоколадка была от тебя ведь, да? Признавайся, Морген, — Мелани продолжала шептать игривым тоном.

—Возможно.

—В таком случае, спасибо, — она улыбнулась, довольная тем, что добилась своего. —Спокойной ночи.

—Спокойной ночи, — упав головой на подушку, я закрыл глаза, почти сразу же погрузившись в крепкий сон.