𝑹𝑬𝑫 𝑴𝑶𝑶𝑵

Минхо откинулся на спинку кожаного дивана, обитого бордовым бархатом, и устало прикрыл глаза. Тяжелый день переговоров, споров и угроз наконец-то подошел к концу. Сегодняшняя сделка с японцами была особенно нервной, и даже привычная к давлению психика Минхо чувствовала усталость. Ночной клуб "Красная Луна", принадлежащий ему, был единственным местом, где он мог ненадолго забыть о своих обязанностях, о бесконечных проблемах и просто расслабиться, хотя и здесь, за ширмой роскоши и разврата, постоянно витал запах денег, власти и опасности.

Клуб был оформлен в стиле "декаданс". Тяжелые портьеры из алого бархата закрывали окна, создавая ощущение изолированности от внешнего мира. Стены были выкрашены в глубокий пурпурный цвет и украшены золотыми рамами с картинами в стиле модерн. В центре зала возвышалась сцена, подсвеченная прожекторами, словно алтарь, на котором разворачивались ночные представления. Мебель была из темного дерева, обитого кожей и бархатом, а повсюду расставлены были массивные канделябры с горящими свечами, добавляющими помещению атмосферу таинственности. В воздухе витал густой аромат дорогих духов, табака и алкоголя.

Минхо открыл глаза, и его взгляд скользнул по полумрачному залу. За столиками, расположенными вокруг сцены, сидели богатые и влиятельные люди, которые искали здесь удовольствий и развлечений. Их разговоры были громкими и надменными, а взгляды оценивающими и жадными. Официантки, одетые в вызывающие наряды, сновали между столиками, принося напитки и закуски. На сцене танцевали девушки, их тела извивались под ритмы громкой музыки, но ничто из этого не могло привлечь внимание Минхо. Он уже привык к этой роскоши, к этой атмосфере вседозволенности, и ничто здесь больше не могло его удивить.

Он поправил манжету своего черного шелкового пиджака и поднес к губам бокал с дорогим виски. Вкус был насыщенным и терпким, но даже он не мог прогнать навалившуюся на него усталость. "Сегодня какой-то совсем вымотанный", – подумал Минхо, мысленно ругая себя за то, что слишком много времени уделяет делам, забывая о собственном отдыхе.

В этот момент заиграла новая мелодия. Ритм стал более медленным и чувственным, а прожекторы на сцене сменили цвет, окрашивая зал в мягкий розовый свет. На сцену вышел он.

Минхо замер, словно парализованный. Перед ним стоял парень, словно сошедший со страниц сказки. Его волосы были цвета восходящего солнца, словно сотканные из золотых нитей, а кожа белой, как слоновая кость. Его губы были пухлыми и малиновыми, как спелые ягоды, а глаза темными и глубокими, как бездонные омуты. Он был одет в облегающий черный костюм, который подчеркивал его стройную фигуру и длинные ноги. Талия была тонкой, словно у осы, а движения грациозными, словно у пантеры.

Феликс начал свой танец медленно и плавно, его тело извивалось под музыку, словно змея. Его руки были гибкими и нежными, а ноги сильными и мускулистыми. Он двигался с такой пластикой и чувственностью, что Минхо не мог отвести от него глаз. Казалось, будто время замерло, и в этом клубе остались только он и этот парень, с его завораживающим танцем.

Минхо отпил глоток виски, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. Он привык к красивым телам и эффектным движениям, но Феликс был чем-то иным. Он не просто танцевал, он словно рассказывал историю, историю о страсти, о желании, о тоске. Его взгляд был пронзительным и завлекающим, и Минхо почувствовал, как его тело покрывается мурашками. Он не мог оторвать от него глаз, словно был загипнотизирован.

Феликс двигался по сцене, словно танцуя только для него. Он наклонялся, выгибался, словно соблазнял Минхо каждым своим движением. Он прикусывал нижнюю губу, бросая на Минхо томные взгляды, и от этого у Минхо перехватывало дыхание. Он чувствовал, как его тело начинает гореть, и желание просыпается внутри него.

В это время, Феликс, как и Минхо чувствовал что-то необычное. Как только он вышел на сцену, его взгляд тут же зацепился за мужчину, сидящего в VIP-зоне. Он был одет в дорогой черный костюм, его лицо было серьезным и напряженным, но глаза смотрели на Феликса так, как никто никогда на него не смотрел. В его взгляде не было ни похоти, ни надменности, а лишь какое-то странное и непонятное, но такое притягивающее внимание. Феликс почувствовал, как его сердце начинает биться быстрее, а по телу пробегает дрожь.

Он продолжал танцевать, но теперь все его движения были адресованы этому человеку. Он чувствовал, как их взгляды сплетаются в единое целое, и ему казалось, будто они танцуют только для друг друга. Он отдавался танцу со всей страстью и энергией, которую хранил в своем сердце, он хотел донести до этого мужчины свою суть, свою душу. Он чувствовал его желание, его волнение, и это заставляло его танцевать еще более страстно и отчаянно.

Закончив свой танец, Феликс, задыхаясь, поклонился публике и быстро покинул сцену. Он ушел в свою гримерку, но взгляд того мужчины не покидал его. Он понимал, что его жизнь больше не будет прежней.

Минхо, глядя на то, как парень покидает сцену, понимал, что не отпустит его. Он привык получать то, что хочет, и теперь его целью стал этот танцор, с волосами цвета восходящего солнца, кожей слоновой кости и малиновыми губами. Он не знал, кто он и откуда, но был уверен, что этот парень должен стать его.

Минхо поманил к себе одного из барменов, крепкого парня по имени Чанбин, который работал в клубе уже несколько лет и пользовался доверием Минхо.

— Чанбин, — тихо проговорил Минхо, — найди мне того танцора, который только что выступал.

— Того, со светлыми волосами? — уточнил Чанбин, прекрасно понимая, о ком идет речь.

— Да, — ответил Минхо, не отрывая взгляда от двери, в которую скрылся Феликс, — найди его и приведи ко мне.

— Будет сделано, босс, — ответил Чанбин и, быстро кивнув, отправился выполнять приказ.

Минхо откинулся на спинку дивана, чувствуя, как предвкушение опьяняет его сильнее, чем самый дорогой алкоголь. Он понимал, что его жизнь, возможно, навсегда изменилась, и он, вопреки всем своим принципам и убеждениям, готов был это принять. Он ждал. Он знал, что скоро увидит этого парня снова, и это предвкушение наполняло его сердце каким-то странным и незнакомым, но таким приятным волнением.

***

Чанбин, быстрый и ловкий, словно тень, скользил по узким коридорам "Красной Луны", пробираясь сквозь толпу официанток и персонала. Он знал этот клуб как свои пять пальцев, каждый укромный уголок, каждую потайную дверь. Знал он и то, как быстро и бесшумно перемещаться, чтобы не привлекать лишнего внимания. Задание от босса было не из тех, которые можно отложить, и Чанбин, движимый верностью и профессионализмом, спешил выполнить поручение.

Он свернул за угол и оказался в небольшом коридоре, где располагались гримерки артистов. Звуки музыки приглушались, и здесь царила атмосфера ожидания и тишины. Сердце почему-то сжалось от волнения, как будто он чувствовал, что что-то не так. Подойдя к двери гримерки Феликса, Чанбин уже собирался постучать, но услышал приглушенные голоса и резкие движения.

Приблизившись к двери, он увидел, что она слегка приоткрыта, и сквозь щель он заметил Феликса, прижатого к стене каким-то мужчиной. Мужчина был одет в дорогой костюм, его лицо было искажено вожделением, а руки грубо хватали Феликса за плечи и бедра. Феликс отчаянно сопротивлялся, пытаясь вырваться из его хватки, его лицо было бледным от страха, а в глазах плескались слезы.

Чанбин, не раздумывая ни секунды, распахнул дверь и в несколько шагов оказался рядом с ними. Он схватил мужчину за плечо и резким рывком оттащил его от Феликса, отбросив его в сторону, словно мешок с мусором. Мужчина пошатнулся, удивленно глядя на Чанбина.

— Что здесь происходит?! — прорычал Чанбин, его голос был полон гнева.

— Ты кто такой?! — воскликнул мужчина, поправляя свой пиджак. — Какое тебе дело?

— Я работаю здесь, и я не позволю тебе обижать этого парня, — ответил Чанбин, его взгляд был полон ненависти. — А теперь иди отсюда, пока я не вызвал охрану.

Мужчина презрительно хмыкнул, глядя на Чанбина, но, увидев его решительный взгляд, решил не испытывать судьбу.

— Ты еще пожалеешь об этом, — прошипел он, указывая пальцем на Чанбина и быстро покинул гримерку.

Чанбин повернулся к Феликсу, который сжался в комок, прислонившись к стене. Его руки дрожали, а по щекам катились слезы. Чанбин подошел к нему и аккуратно коснулся его плеча.

— Все в порядке, теперь все хорошо, — тихо сказал он, стараясь успокоить Феликса. — Он больше тебя не тронет.

Феликс поднял на Чанбина свои заплаканные глаза.

— С..спасибо, — прошептал он, его голос дрожал от волнения.

Чанбин помог Феликсу подняться и внимательно осмотрел его. Феликс был одет в свой сценический костюм, облегающий его тело, и Чанбин заметил, как дрожат его руки и ноги. Он понимал, что Феликс напуган и, скорее всего, растерян.

— Пойдем, босс ждет тебя, — сказал Чанбин. — Он хочет с тобой поговорить.

Феликс кивнул, и Чанбин, поддерживая его, вывел его из гримерки. Они направились к VIP-зоне, где их ждал Минхо.

Минхо, чувствуя нарастающее беспокойство, несколько раз проверил часы. Почему Чанбина так долго нет? Что могло задержать его? Мысли о Феликсе не давали ему покоя, и он уже собирался сам пойти его искать, как увидел Чанбина, ведущего Феликса к его столику.

Минхо тут же поднялся со своего места. Увидев Феликса, он заметил, что его глаза были красными от слез, а движения неуверенными. Его охватило яростное чувство, и ему захотелось разорвать на части любого, кто посмел обидеть этого парня.

— Что случилось? — прорычал Минхо, его голос был полон угрозы, а глаза метали молнии.

— Все хорошо, босс, — ответил Чанбин, понизив голос. — Какой-то мудак пытался его достать, но я вовремя подоспел.

Минхо нахмурил брови и посмотрел на Феликса, и нахлынувшее чувство ярости в миг перешло на беспокойство.

— Феликс, — сказал он мягко, обращаясь непосредственно к юноше, — что произошло?

Феликс опустил взгляд, его лицо покраснело.

— Ничего, — прошептал он, — все в порядке.

Минхо подошел к нему, аккуратно коснулся его подбородка и заставил его поднять глаза. Он смотрел в них с такой нежностью и заботой, что Феликс чуть не расплакался от переполнявших его чувств.

— Не лги мне, — прошептал Минхо, — я вижу, что ты напуган. Скажи мне, что случилось.

Феликс, чувствуя защиту и поддержку, рассказал о том, что произошло в гримерке. Он рассказал о том, как к нему приставал тот мужчина, как он пытался вырваться и как боялся, что никто не придет ему на помощь. Он рассказывал все это с дрожью в голосе и слезами на глазах, и Минхо, слушая его, чувствовал, как внутри него все кипит от гнева.

— Я хочу купить вот его, — послышался вдруг грубый голос.

Минхо и Феликс обернулись и увидели того самого мужчину, который приставал к Феликсу. Он был одет в дорогой костюм, его лицо было надменным, а взгляд похотливым. Он смотрел на Феликса так, словно он был всего лишь товаром.

— Он хорош в своем деле, поэтому я хочу его купить, — добавил мужчина, указывая пальцем на Феликса.

Минхо вспыхнул от ярости. Его глаза сузились, а челюсти сжались. Он не мог поверить в то, что этот мужчина посмел так неуважительно говорить о Феликсе, как будто тот был какой-то вещью.

— Господин Ким, этот... — начал было Чанбин, пытаясь сгладить ситуацию.

— Он не продается, — грубо перебил его Минхо, его голос был полон угрозы, и резким движением обнял Феликса за талию, прижимая его к себе.

Мужчина удивленно посмотрел на Минхо, но, увидев его взгляд, полный ненависти, тут же побледнел.

— Что ты себе позволяешь?! — воскликнул мужчина, — он всего лишь стриптизер.

Минхо проигнорировал его слова и прижал Феликса еще ближе к себе, и отставив поцелуй на его шее, прошептал.

— Феликс уже принадлежит мне. Он мой.

Феликс вздрогнул от его прикосновения, по его телу пробежала дрожь. Слова Минхо были наполнены собственничеством и властью, но в них также чувствовалась защита и нежность. В этот момент он понял, что больше не боится. Рядом с Минхо он чувствовал себя в безопасности.

Минхо смотрел на мужчину холодным взглядом, полным презрения.

— А теперь убирайся отсюда, пока я не заставил тебя пожалеть о своих словах, — прорычал он.

Мужчина, понимая, что перешел все границы, быстро покинул VIP-зону, оставив Минхо и Феликса наедине.

Минхо отпустил Феликса и, посмотрев ему в глаза, произнес.

— Прости, что тебе пришлось через это пройти. Я обещаю, что больше никто тебя не обидит.

Феликс улыбнулся, и обнял Минхо в ответ, прижимаясь к нему всем телом.

— Спасибо, — прошептал он, — я знаю, что ты меня защитишь.

Минхо прижал Феликса к себе еще сильнее и, обняв его за талию, увел в один из своих кабинетов, где они наконец смогли остаться наедине.