Эта опасная игра| 18+

Самая жесткая битва, с которой вы когда-либо столкнетесь-
это между тем, что вы чувствуете и тем, что вы знаете.

Неделя спустя спустя

— Ты готова?— Дастин заходит в гардеробную,— Нам нужно быть на встрече через пол часа, милая.
После похорон, я пообещала Дастину, что мы вдвоем пройдем терапию, которая должна помочь нам справиться с потерей сына. Я не могу сказать, что лечение проходит быстро, но мне все реже снятся кошмары по ночам. Дастин старается не оставлять меня одну, хоть я и понимаю, что ему также, как и мне безумно больно.
— Да, можем ехать.

— Говорят, боль ощущается острее через дни или недели... Но, кто это придумал полный лгун. Невыносимость от того, что ты больше ничего не можешь сделать, что ты больше никогда в жизни не увидишь своего ребенка, убивает вдвойне сильнее, чем эти чертовы недели! Видеть последние минуты его жизни и не знать, что они действительно последние, это... Мучительно, больно и тяжело. Я не хотела и не хочу верить в то, что наш мальчик, больше никогда не засмеется, не будет играть в свои любимые игрушки, не видеть, как он спит пуская пузырики и в конце концов не видеть, как подрастает наш ребенок. Я понимаю, что уже ничего не поделаешь, но... я надеюсь, что там.— я замолкаю. Тяжело сказать те слова. Я не хочу отпускать Луку, но ему будет так лучше.— Я надеюсь, что там ему будет лучше. Он будет счастлив. Он не один.
— Кимберли, вы сейчас прошли последний этап. В начале, когда вы пришли, у вас было только отрицание и полная изоляция, но посмотрите на то, что вы мне говорите. Мы проработали с вами гнев и торг. У вас была депрессия, но сейчас, мы с вами втроем прошли этап смирения. Это очень важный момент. «В каждой перемене, даже в самой желанной, есть своя грусть, ибо то, с чем мы расстаемся, есть часть нас самих. Нужно умереть для одной жизни, чтобы войти в другую». Я знаю, что понадобится еще достаточно много времени, чтобы сердце не болело так сильно, но со временем боль станет слабже и она не будет вас так мучить.

Прошло пять месяцев со смерти Луки. Моему мальчику могло бы исполниться год и три месяца, но этого не произошло из-за пьяного водителя, который уснул за рулем. Его посадили на достаточно долгий срок. Дастин и наш адвокат сделали все возможное, чтобы это случилось.

— Детка, я тут подумал... Нам надо отдохнуть от всего, что произошло за это время. Отдых нужен тебе. Ты загрузила себя работой, но я вижу, как ты устала и я не могу просто, вот так смотреть на тебя измотанную.
— Все нормально, Дастин. Я в порядке. Мне надо работать. Слишком много дел.— я не хочу, чтобы у меня было хоть одно свободное время. Я не хочу думать о чем-то еще кроме работы. Не-хо-чу!
— Ким, слушай меня. Когда ты приедешь, ты возобновишь все свои дела, но сейчас ты собираешь вещи и мы уезжаем.— нет, я не брошу своего сына. Я должна приходить к нему...— Дорогая, тебе не нужны эти мысли. Я не дам тебе думать о плохом, хорошо? Прошу тебя, собери вещи. Мы уедем на неделю и скоро вернемся. Пожалуйста...
— Я не хочу его здесь оставлять. Я должна остаться, Дастин.— мои слезы начинают скапливаться в уголках моих глаз и я пытаюсь сдержать их. Дастин кладет ладони мне на щеку и целует меня в лоб.— Детка, я рядом. Нам нужен этот перерыв. Я люблю тебя и поэтому, пожалуйста, давай пойдем на верх и соберем твои вещи, хорошо?
Я киваю головой и мы с Дастином за руку поднимаемся наверх.

Прошло десять часов с тех пор, как мы приземлились и сейчас, мы сидим на пляже в Сардинии. Род Дастина начался именно от сюда. Это самое красивое место, которое я видела.
Легкий ветер обдувает волосы и кожу. Мы сидим в тишине и слушаем шум моря и крик чаек. Очень тихо и впервые спокойно, за очень долгое время.
— Я люблю тебя, Ким.— говорит Дастин и поворачивается ко мне.
— Я тебя люблю, Дастин. Спасибо, ты был прав. Нам это нужно, как ничто другое. Нам нужно держаться друг за друга, чтобы пройти эти... трудности.
— Пойдем, мне нужно кое-что тебе показать.— Дастин улыбается и помогает мне встать.
Через пару минут мы подходим к небольшой яхте.
— Я взял ее на прокат. На ней мы проведем всю эту неделю. Мы сможем останавливаться в самых красивых местах, где ты только пожелаешь.
— Абсолютно во всех?
— Да.— Дастин улыбается и помогает мне подняться на яхту.— Еда в контейнерах и холодильнике, но если ты захочешь попробовать местные блюда, то мы пришвартуемся к какой нибудь гавани и перекусим. Здесь все находится очень близко.
На следующий день мы рано отправились к небольшой деревушке, чтобы походить по улицам и перекусить.
Сейчас мы сидим в небольшом кафе, на берегу моря.
— Я хочу горячий шоколад и молочный бисквит.
— Хорошо, а мне капучино и болоньезе.
После этого мы с Дастином идем на набережную, чтобы прогуляться. Спустя двадцать минут очаровательной красоты, Дастин говорит:
— Давай вернемся к яхте. Я хочу кое-что сделать.
Дастин находит для нас другую красивую и уединенную бухту. Я смотрю в красивую и кристально чистую воду. Пляж полностью уединенный и не видно следов.
— Как насчет искупаться, дорогая?
Я надеваю купальный костюм и встаю рядом с Дастином. Он берет меня за руку и на счет три мы прыгаем в воду. Я опускаю голову и вижу очаровательные маленькие скалы, рыб и водоросли. Мы с Дастином плаваем почти час, Дастин всегда рядом со мной, защищая, как обычно. С ним я чувствую себя защищенной и в уюте.
Потом мы с Дастином решаем поужинать, а после он везет меня на пляж на небольшой надувной лодке. Он расстилает на песке плед и одеяло, на которое я ложусь, а сам достает вино из маленького переносного холодильника и устраивается рядом со мной. Дастин наполняет два бокала и протягивает один мне. Дастин обнимает меня за талию, притягивая к себе, и мы смотрим, как яркое солнце садится за горизонт в оранжевых и ярко розовых тонах.
— Я не думала, что моя жизнь сложится таким образом. Я счастлива с тобой и я была счастлива с нашим сыном. Я думала, что у нас будет любящая и счастливая семья,учитывая что нам пришлось пережить. Но, потом случилась трагедия и я хотела умереть вместе Лукой. Я хотела быть рядом с ним.— Дастин слушает меня внимательно, не перебивая.— Я думала,  что моя жизнь закончилась в тот момент, когда Луки не стало, но, вот сейчас я сижу рядом с тобой, с моим любимым сероглазым мужчиной, который сделает все возможное, чтобы мы снова стали счастливой семьей. Я безумно благодарна тебе за все это, но...— я чувствую, как Дастин напрягается подо мной.— Я чувствую себя виноватой за то, что сижу здесь, улыбаюсь и проживаю жизнь дальше, как в тот момент наш сын... его нет рядом. Я виню себя это.
— Ким, ты не виновата в произошедшем. Я знаю, что ты сейчас испытываешь и понимаю твою боль, но жизнь продолжается и я больше чем уверен, что наш Лука хотел бы, чтобы его мама и папа были счастливы и продолжали жить ради себя и ради него.— я вижу, что он пытается уйти от этого. Ему так будет лучше. Если небу нужен был ангел, то они забрали лучшего человека для этой роли.
— Ты прав, нам надо научиться заново жить. Не позволять этому всему разрушить настоящее. Мы должны помнить прошлое, но не должны позволять себе утонуть в боли и страданиях.
— Мы должны сделать еще одну попытку к нашему будущему, дорогая.
Я осушаю свой стакан, ставлю его на маленький столик, затем высвобождаюсь из рук Дастина и встаю. Я стягиваю с себя платье, а затем купальник и бросаю одежду рядом с Дастином, который наблюдает за мной, а его глаза от боли переходят в танцующие огоньки пламени. Я скучала по этому голодному взгляду. Единственный свет исходит от прожекторов яхты. Легкий бриз взъерошивает мои волосы, и я улыбаюсь Дастину. Он поднимается на ноги и раздевается, не отводя от меня взгляда, и дрожь возбуждения пробегает по всему телу при его наготе. Он подходит ко мне ближе и целует меня сначала трепетно, а затем все более страстно. Мои руки блуждают по его спине и татуировкам, а его по моим лопаткам, доходя до низа. Мы ложимся на одеяло и моя потребность в большей близости становится все больше.
— Я люблю тебя.— я смотрю на немного потного Дастина, который выдыхает он резко, прежде чем закончить начатое.
— Я тебя безумно люблю.— я приподнимаюсь с Дастина и ложусь рядом с ним. Пытаюсь отдышаться, что получается сделать не так просто.
Наши дни на яхте пролетели слишком быстро, и когда мы в последний день покинули Ла-Маддалена, я почувствовала тоску.
Дастин заметил это.
— Если хочешь, мы можем вернуться в следующем феврале.
Я благодарно улыбаюсь ему.
— Обещаю.
Мы возвращаемся в Нью-Йорк. Наш новый дом. В Италии мы подумали, что надо поменять наше настоящее и хоть немного уйти от прошлого. За время пока нас не было, наши друзья позаботились о том, чтобы мы смогли вернуться в новый уютный дом.
— Он прекрасен.— осматриваясь вместе с Дастином, говорю я.
— Я знал, что он тебе понравится. Я купил его давно и хотел сделать тебе подарок, но ремонт немного задержался. Теперь он наш.
— Ты самый удивительный человек, которого я когда-либо встречала.
— Люблю тебя.
— Люблю тебя.

Месяц спустя

— Дастин, у меня есть небольшая новость.— я иду в нашу спальню, где он только что разговаривал с Ларри.
— Какая, милая?— он смотрит на меня вопросительным взглядом и не понимает, что я держу за спиной.— Что это там у тебя?
Я улыбаюсь, но сердце начинает колотиться. Страх и сердце начинает щемить от волнения.— Я беременна, Дастин.— протягиваю ему тест на беременность.
Он смотрит на меня с надеждой, любовью и благоговением.
— Я снова стану папой?— я киваю ему и улыбаюсь. Он поднимает меня на руки и крепко обнимает.— Господи, спасибо тебе, милая. Я счастлив.— он опускает меня и подносит ладони к моим щекам. Целует меня в лоб, губы, щеки.— Я клянусь, что я больше от вас не на шаг. Вы будете в безопасности, всегда, обещаю.
— Я знаю, милый.— я его крепко обнимаю и одна слеза скатывается по моей щеке.
— Все будет хорошо. Ким, подари мне дочь.
Я отстраняюсь от Дастина и встречаюсь взглядом с холодно-серыми глазами, как у Луки. Разве можно отказать этой просьбе, когда тебя просит любимый муж? Когда смотрит на меня так с желанием и счастьем, с вожделением? Когда я единственная, кому он сказал, что любит, кроме нашего сына?
Я киваю, не замечая, что уже просто плачу. Дастин целует меня в губы. Он спокоен за меня, зная, что это слезы счастья.

Неделю спустя

— Привет, мой малыш.— я дотрагиваюсь статуи маленького ангелочка, который сладко спит.— Мы с папой принесли тебе розы.— я улыбаюсь и кладу их на маленькую могилку.
— Мама и папа рядом, наш Лука. У нас есть для тебя новости, у тебя скоро появится сестренка или братик. Мы скучаем по тебе и надеемся, что ты там счастлив и со своей бабушкой.— я смотрю на Дастина и меня охватывает шок. Он впервые говорит с Лукой, вот так.— Не смотри так на меня,— улыбается он, поворачиваясь ко мне.— После работы я часто прихожу к Луке и разговариваю с ним.— он снова улыбается, но уже Луке, смотря на маленького спящего ангела. Я обнимаю его и слезы начинают литься, и я не могу их остановить.

Дастин

Она вошла в мою жизнь внезапно, как цунами, который обрушивается на корабль в океане. Тогда я не понял, что впустив ее в свою жизнь, я навсегда лишусь покоя. Она стала для меня целым миром. Она была всегда и везде, даже тогда, когда она больше не была рядом. Она была в мыслях.
Я не хотел любить ее, но полюбил.
И понял я это слишком поздно, что своею любовью я разрушаю ее жизнь. Я слишком собственник, чтобы отпустить ее.
Надо было пережить смерть собственного ребенка, чтобы понять, что совместное светлое будущее будет не скоро. Нам стоило пройти слишком много всего, что заполучить его. Я отчасти испортил ее жизнь. Заставил пройти через ад и переживать боль.
Я люблю ее и это ничто не изменит. Сейчас, прошло много времени и наконец-то мы смогли пережить самые страшные пытки, которые уготовила нам жизнь.

Эпилог
Пять лет спустя, США, Нью-Йорк

Двое маленьких детей, девочка и мальчик бегут по зеленой траве через весь сад в надежде успеть первыми, пока не догнал отец. Они привыкли быть первыми, так их с рождения учил папа. Сейчас, они, смеясь, обнимают его, а он подхватывает их на руки, кружит.
— Папа! Мы же пойдем сегодня к фонтану?
— Конечно пойдем, дорогие мои!— он обнимает их и целует каждого в щеку.— А как себя мама чувствует?
— Как круглое облачко.— шепотом говорит девочка и смеется вместе со своим братом. Дастин поддерживает этот смех, радуясь тому, что Ким не слышит этого. Ей вот-вот предстоят роды и Дастин старается оградить ее от любого волнения.
— Идите собирайтесь, а я посмотрю, что делает мама.— он опускает сына и дочь на пол и проходит к выходу в сад, который стал любимым местом Ким и Дастина.
Она сидит на качели под деревом и разговаривает по телефону. Рука Ким покоится на большом животе, пальцы часто поглаживают его. Она любит поглаживать его, а особенно, когда случается, что-то волнительное. А волнительное касается ее одной из самых верных подруг.
— Ким, я выхожу замуж! Наконец это случилось!
Кимберли смеется, прекрасно понимая, каково это.
— Я так рада за вас, Харпер! Ты так долго этого ждала!
Поговорив с Харпер, Кимберли улыбается. Так здорово, когда у друзей все хорошо, от этого становится спокойнее.
— Привет.— Дастин присаживается рядом и кладет руку на живот Ким.— Мы с Луи и Меланией собираемся к фонтану, составишь нам компанию?— дочка похожа на меня- добрая и смелая девочка, а сын- настоящий храбрый, маленький воин. Копия папы. А еще он очень похож на Луку. У наших детей такие же светлые, серые и холодные глаза, как у папы и такие же темные, как смола волосы.
— Здесь так спокойно и уютно,— Кимберли поглаживает свой уже большой живот.— Но, конечно, я поеду с вами. Хочу шоколада.
— Дома нет шоколада?— хмурится Дастин, думая, как он упустил такую важную вещь. Он лишил жену сладкого наслаждения.
Смотря на задумчивое лицо Дастина, Кимберли начинает смеяться:
— Я хочу кушать шоколад и гулять с тобой и нашими обожаемыми детьми, а потом съездить на набережную. Но, наверное ты очень устал?
Теперь он всегда устает. Дастин занимается теперь не только постройкой отелей, но и сидит в мэрии. Ему очень понравилась политика, год назад, когда его пригласили на собрание директоров.
Изменился ли Дастин? Смотря на него, Кимберли видит все такого же статного и властного мужчину, знающий себе цену и любящий свою семью, оберегающий их, как он пообещал тога, пять лет назад. Станет ли Дастин еще и партийным деятелем, Кимберли не знает, но знает одно, что ему скучно жить размеренно и тихо.
— Я люблю тебя!— Он целует Кимберли,— Я не устал. Никогда для вас не устану. Не устану быть всегда рядом с семьей.
Одно из самых счастливый времен - это вечер, когда вся семья собирается вместе и без разницы где именно. Они семья, им везде хорошо, где они вместе.
Маленькие Мелания и Луи любят постоянно бегать возле фонтана, гоняя птиц. Кимберли всегда улыбается, наблюдая за ними. А еще мне нравится бывать возле набережной и смотреть на воду, вспоминая тот день в бухте.
— Выходи за меня еще раз, Ким?— говорит Дастин, целуя Ким в губы.
Здесь красиво, сейчас нет такого наплыва людей, что происходит очень редко. Можно сидеть долго и смотреть, как резвятся сын и дочь, познакомившись с другими детьми.
— Как дела на работе?— он все по прежнему занят работой, но старается, как можно больше уделить внимание жене и детям.
— Хорошо, все хорошо здесь, в семье, а на остально все равно. Я вас люблю, больше жизни.
Кимберли обнимает мужа, наблюдая, как Луи и Мелания бегут в их сторону. Дастин подхватывает двойняшек  на руки, а они радостно обнимают обоих родителей. Как же прекрасно слышать детский смех и как здорово, когда тебя может обнять ребенок! Нужно ценить каждую минуту, которую мы проживаем - вот что самое важное.