Глава 31. Один пойдет ко дну.
Нельзя разрушить то, что не построено, можно лишь развеять иллюзии того, что кажется реальным.
Дастин.
Я вижу все, как в замедленной съемке.
Вот, он идет за руку с той, что ему безразлична... должна была быть, по крайней мере. Вот, он танцует с ней, а затем я вижу, как он кладет ее руку на талию и с рывком прижимает ее ко всему телу. Она кладет свои руки ему на плечи и... Дастин прижимается своими губами к ее. Это страстный и властный поцелуй.
Я стою, как дура, которая только что говорившая о любви.
Дастин поворачивается в мою сторону и его нахальная улыбка пронзает весь мой позвоночник. Я все поняла. Он играл со мной. Все слава, которые он мне говорил, все это чушь! Я дура, раз поверила ему.
— Ким, малышка...— тянется ко мне Джесс, а Харпер продолжает смотреть на Дастина. Ее лицо становится жестче и яростнее.
— Все хорошо, правда,— говорю я, а слезы сами вот-вот должны нахлынуть. В горле ком, а на сердце боль.— Я выйду, хорошо? Извините.
— Я с тобой.— говорят подруги в унисон.
— Нет, все хорошо. Я хочу подышать свежим воздухом.
Я разворачиваюсь, беру сумку и прохожу мимо Дастина. Я знаю, он смотрит в спину, как будто целясь в мишень. Я и есть мишень.
***
На улице прохладно, а снег медленно падает, словно под настроение. Прохлада охлаждает мой пыл, как вдруг, дверь клуба открывается и от туда выходит Дастин. Я не хочу видеть его, но он поднимая бутылку с алкоголем усмехается.
Дастин
— Как ты мог?! Я не просила ничего, кроме честности, но и ее мне не дали...— спрашивает она шепотом, а слезы предательски собираются по углам глаз и настилают пеленой.
В душе реки слезы, а на глазах улыбка... Мне ужасно больно, что я причиняю моей любимой Ким столько страданий, но если бы не я и не мой урод отец, то ничего бы этого не было. Я виноват, что влюбил ее в себя и сам запутался в этих чувствах.
— Потому что я такой. Ты поверила мне, а я просто играл тобой, манипулировал. Эта опасная игра... для тебя.— спокойным, безразличным тоном говорю я, а сердце разрывается от этих ужасных слов, но я продолжаю,— Бедная, несчастная Кимберли Брук! Всем все равно на тебя. Все равно твоему отцу, приемным родителям, сестре, друзьям и... все равно мне! Я тебя не люблю. Ты думала, что я говорю правду, но это всего лишь шутка, обман, ложь. Называй как хочешь. Жалкая беззащитная дура.— я никогда ее еще такой не видел. В ее глазах была боль, ужасная, кричащая боль, которая грозила разорвать хрупкое сердце со шрамами.
Она сильная, справится. Повторяю я себе раз за разом.
— Уходи, ты мне надоела!— кричу я. Она вздрагивает от крика и поворачивается ко мне. Я поднимаю бутылку виски которую держу в моих руках и глотаю горючую жидкость. Все потерянно...
— Удачи... вам. Теперь ври кому- нибудь другому. — улыбается она, достает из сумки ключи от машины, садится в нее и уезжает.
Это конец.
***
Сев в машину, я уже не сдерживала не крик, ни слезы. Ударив по рулю, я завожу машину и выезжаю на дорогу.
Я набираю скорость и машина едет все быстрее. Крик. Скорость. Удар по рулю. Тормоза. Слезы.