Моя личная горничная (18+) [РЕДАКЦИЯ]

Утро сменяет ночь, день идет за днем, месяц за месяцем. Так сложно порой с чем-то смириться и так сложно осознать одну истину, от которой ты так пытался убежать, и не убежал. Но тяжелее всего смириться с утратой и той болью, что преследует уже столько дней, осознание того, что ты опоздал. Снова.

В дверь тихо стучатся, и она открывается. На пороге появляется девушка, держа в руках папку бумаг, и с замиранием сердца смотрит на начальника, что словно приходит в себя и бросает в ее сторону не добрый взгляд.

— Сэр, здесь бумаги, — начала как-то неуверенно сотрудница, все еще не отходя от двери и готовая словно быстро бежать, в случае чего.

— Я кажется просил разбираться самой, — рычит в ответ Джон, ломая с жутким треском карандаш в руках.

— Но, сэр, здесь нужна ваша подпись, — ее голос сходит совсем на шепот, и она попутно кладет руку на ручку двери, опуская ее вниз. Это не доведет до добра, девушка знает реакцию мужчины, но у нее нет другого выбора: подписи нужны и очень срочно. За последний месяц мужчина достаточно сильно изменился и работать стало еще сложнее, словно ты находился на минном поле, где один не осторожный шаг мог лишить тебя жизни.

— Я же просил не донимать меня! — начальника резко встает, ударяя руками в стол, и сотрудница лишь тихо пискнула, покидая, словно ветер, кабинет, закрыв дверь. Джон садится обратно, раздраженно бросая половинки карандаша на стол, и перевел свой взгляд на стол, что был завален бумагами и папками, что еще нужно было проверить, подписать, рассмотреть.

Мужчина обреченно вздохнул, отодвигая полку и доставая оттуда новый карандаш, остановив свой взгляд на лежащей «лицом» вниз фоторамки. Еще вчера ее не было. Джон не спеша кладет карандаш на бумаги, взяв фоторамку и перевернул. На ней красовалась фотография его бывшего горничного, и мужчина лишь прытко положил ее обратно и закрыл полку, тихо вздохнув. Не сложно догадаться, что ее подложил Луис, но ему ли не знать, как сейчас тяжело приходится его другу. Зачем делать только хуже?

В дверь вновь стучатся, и господин переводит свой взгляд на только что зашедшего Луиса. Достаточно было вспомнить о нем, и он тут-как-тут, на первых секундах приходит. Звездоцап берет в руки карандаш, вновь устремляя свое внимание в бумаги.

— Джон, у тебя на сегодня встреча назначена, — Луис знал, что друг его прекрасно слышит, хоть и делает вид, что через чур занят.

— Я же просил все отменить, — рычит в ответ господин, переводя на него свой взгляд.

— Послушай, как долго ты будешь прятаться? — мужчина делает несколько шагов, и в воздухе раздается треск сломавшегося карандаша. — В тот день мы потеряли не только его, но и Дилана. И я не смогу вечно все тянуть на себе, пока ты будешь приходить в траурном состоянии.

— Ты хоть знаешь, как тяжело смириться со всем этим? — он бросает половинки на стол, доставая новый карандаш. — Я так долго бегал от простой истины, так долго мирился и так быстро все потерял. И знаешь, я думаю закрыть компанию.

— Ты в своем уме?! — вскрикивает вдруг Луис, приходя в недоумение.

— Да, еще в своем. — хмурится в ответ Джон, складывая пальцы в замочек. — И больше не брать горничных. Никогда. Пойми, он был третьим в моем личном служении, и посмотри, какая участь его настигла. Элизабет ушла от меня, Саша бросила детей и тоже исчезла, а он... Я никогда не найду горничную, похожую на него. Лу, мне и так тяжело, не заставляй меня насильно держать компанию, — он отодвигает полку и достает фоторамку, показывая другу. — Ты вновь ее принес.

— Джон, давай обсудим это позже. К тебе пришли, — мужчина моментально меняет тему разговора, заставляя господина вновь злиться. Через секунду в него летит половинка карандаша.

— Я же просил все отменить, — и Джон ломает третий карандаш, сжимая половинки в руках.

— Джон, я знаю, ты не простишь мне этого. Никогда не простишь мне эту ложь, но у меня не было другого выбора, — Луис ловит на себе озадаченный взгляд друга, и стучит в дверь. — Заходи!

Господин внимательно переводит взгляд на дверь, пытаясь вспомнить всех, кто записывался к нему на встречу, и даже прикинул в голове несколько вариантов, лишь крепче сжимая в пальцах половинки карандаша. Дверь не смело открывается, а ожидание начинает еще больше съедать изнутри. Джон знал, что иногда компании отправляют от себя новичков, но эти новички иногда до тошноты были скромными и стеснительными, дергались от любого шороха, что сильно раздражало мужчину. Луис видит, как друг начинает терять терпение, и манит гостя рукой, мило улыбаясь. Тот не смело открывает дверь еще шире и переступает порог кабинета, останавливаясь рядом с тем, кто позвал его.

Джон в одно мгновение приходит в удивление, выронив половинки карандаша на стол, и не спеша поднимается, боясь сделать движение или лишний раз моргнуть, словно этот мираж мог рассеяться. Но это был не мираж.

— Не верю. Не может быть. Мне же сказали... — мужчина выходит из-за стола и подбегает к парню, крепко его обнимая, прижав к себе. — Маркус, как же я скучал.

— Господин, я так счастлив, что снова вижу вас, — горничный утыкается носом в плечо мужчины, чувствуя, как от волнения дрожит всем телом, а кончики пальцев неприятно защипало. Находится в столь крепких и одновременно нежных объятиях было бесценно.

Джон не спешит отпускать парня, продолжая держать его в своих объятиях, уткнувшись тому в шею, и облегченно выдохнул, впервые ощущая радость оттого, что вновь видит этого заносчивого горничного, от которого первые дни воротил нос и лишь желал, чтобы тот добровольно ушел из дома. Сейчас же все было иначе, и он украдкой смотрит на Луиса, понимая, к чему были сказаны его слова. Мужчина отводит взгляд, все же отстраняясь от Маркуса, но не отпускал.

— Чего ты слезы льешь-то? — Джон проводит пальцем по щекам парня, что глупо засмеялся, прижимаясь щекой к его ладони.

— Луис сказал мне о своих желаниях насчет вас, но мне все равно так не хватало вашего присутствия, — горничный утыкается головой господину в грудь, не смело обнимая.

— Лу, — мужчина смотрит в сторону друга, что пожимает плечами, будто он здесь не при делах, — я мысленно похоронил его, чтобы в итоге узнать, что ты обманул меня?

— Зато посмотри, сколько счастья в твоих глазах, — он хитро улыбается, отходя поближе к двери. — И заодно ты понял, как не можешь жить без этого парнишки. Не стоит благодарности, — и прытко покидает кабинет, чтобы не нарушать столь ламповую атмосферу, что сейчас царила в кабинете.

Джон вновь переводит свой взгляд на Маркуса, заключая в свои объятия и желая так стоять как можно дольше. Он мягко гладит парня по волосам, а эта тишина лишь дополняет всю эту нежность, счастье и чувства, которые сейчас бурлили глубоко внутри, начиная не спеша согревать и заставлять улыбаться, начинать еще больше ценить то, что чуть не потерял. Господин отчетливо помнил события того дня, как Маркус висел буквально на волоске от жизни, и как его не пускали к нему, перевозя в реанимационное отделение. Луис оказался достаточно хитрым и неплохо сыграл на горе друга, заставляя того поверить в смерть своей горничной.

Но сейчас Джон не хотел об этом думать, и лишь покрутил головой, отгоняя воспоминания прочь, желая насладиться тем, что вновь может заключить в своих объятиях Маркуса.

***

— Долго ты будешь еще копошиться? — рычит недовольно Джон, наблюдая за тем, как его горничный пытается быстро застегнуть рубашку и накинуть на плечи пиджак.

— П-простите, господин. Вы бы еще за секунду до выхода сказали мне переодеться, я бы точно успел, — огрызается в ответ Маркус, хватая ленточку и накидывая к себе на шею, посмотрев в зеркало.

Господин подходит к парню и поворачивает его к себе, умело завязывая галстук и подтягивая подушечку вверх. Он так и не научил горничного этому делу, да и сам уже не особо злиться на этот недостаток. Мужчина так привык завязывать галстуки Маркусу, что от одной мысли, что тот начнет это делать самостоятельно, тело бросало в дрожь. Заботиться о своем горничном ему нравилось, даже через чур, и сейчас лаже этот момент он признает в себе, больше не отвергая. Джон застегивает одну пуговицу на пиджаке парня, внимательно посмотрев ему в глаза, и дотронулся до шрама на лице. Маркус смотрит в ответ, уже не боясь, довольно смело и уверенно.

— Идем. Мы и так опаздываем, — господин манит его за собой, покидая комнату, а после и дом, по пути встретив всех своих горничных. Может он и говорил, что не возьмет больше их, но не уточнял, что прошлых уволил.

Горничный спешит за Джоном, садясь в машину и замечая вновь заскучавшего Луиса. От подобного парень даже невольно улыбнулся, а воспоминания первых дней и первой поездке на этой машине моментально наполнили мысли, проходясь приятной дрожью по телу. Он столько пережил находясь в этом доме, даже чуть не распрощался с жизнью, но так был счастлив вернуться. А некоторые привычки остаются неизменными, заставляя лишь вспоминать прошлое.

Джон садится на переднее сидение, и Луис трогается с места, иногда поглядывая в зеркальце, что висело в машине. Маркус смотрел в окно, иногда поглядывая в сторону господина, что сидел впереди и разговаривал по телефону. Поездка оказалась достаточно долгой, хотя бы из-за тишины, что сохранялась на протяжении всего времени, за исключением разговора господина по телефону.

Они достигают пункта назначения, и все трое выходят, останавливаясь напротив довольно неплохого дома в два этажа. Маркус завороженно поднимает голову, но Джон толкает его вперед, тем самым не давая полностью насладиться всей красотой в вечернее время. Горничный отмечает, что его господин ужасно был обделен терпением, и привычка толкать его вперед явно останется навсегда неизменной. Но он так привык к этому, что даже уже не злиться.

— Месье Джон, вы приехали! — Жасмин машет рукой, лучезарно улыбаясь, и подходит к мужчине, приобнимая его, а сзади подошел и Бенджамин. — Я знаю, вы были против этого, но я не удержалась. Все-таки не стоит быть таким скромным и отметить это дело можно.

— Как ты себя чувствуешь? — интересуется мужчина, мимолетно осматривая собравшихся гостей. Их здесь было предостаточно.

— Благодаря врачам моя беременность протекает удачно, — отвечает девушка, и также приветливо здоровается с Луисом, пока не замечает позади него Маркуса. Она ставит бокал на стол и подходит к нему, крепко обнимая. — Я так счастлива, что с тобой все в порядке.

— А я счастлив за тебя, — горничный улыбается в ответ, посмотрев на Жасмин, что отстранилась от него.

Джон манит Маркуса за собой, пока Жасмин и Бенджамин о чем-то переговаривались. Парень с открытым интересом рассматривал все, что видел, тем самым вспоминая, как впервые попал в дом господина и также прытко на все бросал свой взгляд. Здесь было достаточно красиво, ярко и много людей, даже не замечая, как теряет господина. Он моментально начинает крутиться вокруг себя в его поисках, но не находит пропажу, и в итоге решает отойти в сторону, чтобы никому не мешать. Горничный останавливается возле столика и даже берет бокал с пуншем, наблюдая за всеми, кто здесь находился, и умудряется повторно упустить из виду Джона, что моментально смешался с толпой.

Маркус вздохнул, взяв еще один бокал, и в один миг опустошает его, решая подняться на второй этаж и посмотреть, что находится там. Лестница находилась с двух сторон, и парень подходит к той, что была ближе всего, с неким волнением дотрагиваясь до перил и рассматривая даже их. Все-таки дом был через чур богат и прекрасен. Он поднимается, замечая там огромный зал с не менее количеством людей, и решает не идти туда, надеясь, что Джон не находится сейчас там. Маркус не хотел потеряться.

Музыка вдруг стихает, и горничный подходит поближе, замечая, наконец-то, своего господина, что сейчас находился в центре внимания. Его окружили все присутствующие в виде круга, а некоторые заняли свои места на лестнице и рядом с Маркусом. Джон говорил достаточно красивые слова, словно решил толкнуть речь, поздравляя с чем-то окружающих. Маркус же не особо вслушивался в его слова, и поэтому не уловил всю суть данного вечера, лишь поспешив спуститься вниз. Все же лучше находится поближе к Джону, да и так парень чувствует себя намного легче, ведь находится среди толпы незнакомцев ему совсем не хотелось.

— Но, это еще не все новости на сегодня, — мужчина поворачивается в сторону горничного, что прятался за высокими людьми. — Маркус, иди сюда!

Гости расходятся и горничный чувствует себя даже как-то смущенно, а эти тысячи глаз, что на него смотрели ввели в еще большую неловкость. Он крутит головой, не спеша подходя к господину, и тот становится напротив него.

— Между нами сколько всего произошло, но именно тот судный день дал понять, что без тебя моя жизнь не имеет смысла. Не буду говорить много ванильности, в данный момент акцент идет не на это. Я долго думал, взвешивал все «За» и «Против», но пришел к окончательному решению, понимая, что не хочу терять тебя еще раз. Поэтому, Маркус, — Джон смотрит прямо в глаза парня, не спеша становясь на одно колено, а рядом прошлась волна шепота и даже восторга. Мужчина достает небольшую коробочку, открывая ее, где красовалось золотое колечко, — ты выйдешь за меня?