Charter 33.
Умереть за любовь не сложно. Сложно найти любовь, за которую стоит умереть.
POV ЭШЛИ
Два месяца... почти два месяца прошло с тех пор, как я живу у Кинга. Кто бы мог подумать, что время пролетит так быстро и незаметно? Мне до сих пор с трудом верится во всё происходящее.
Если бы мне два месяца назад сказали, что я буду жить у незнакомого парня, который похитил меня, заставив претворяться его девушкой ради какой-то там престижной компании, то я бы рассмеялась этому человеку в лицо, посчитав его сумасшедшим. Но порой судьба преподносит нам всем сюрпризы, которые круто переворачивают твою жизнь на 180 градусов. И ты снова задаешься вопросом:
А хорош ли этот сюрприз на самом деле?
Сюрприз, который поселит тепло и радость на душе, позволяя сгустку счастья, подобно лучам солнца, распространиться по всему телу.
Или сюрприз, который несёт за собой ошеломляющую весть, ужасный исход, то ли предательское отношение, или просто же сами люди - это не так важно, если этот сюрприз способен уничтожить всё самое светлое и хорошее, что было предназначено только для самых лучших, которые поистине достойны этого.
На данный момент мой «сюрприз» заставил меня застыть на месте от удивления и нескрываемого возмущения.
– Я бы мог присоединиться к тебе, - я вопросительно подняла бровь, с усмешкой смотря на него. – Ну знаешь, чтобы сэкономить воду и все такое, - невинно пожал плечами он.
Его игривый тон и дерзкая улыбка говорили о другом. Ой, как о другом.
– Я справлюсь сама, - твёрдо ответила я.
– Точно? - переспросил он, издеваясь.
Я стрельнула на него строгим взглядом, с немой просьбой заткнуться.
– Просто скажи, когда передумаешь, принцесса, - издевательски посмеялся он и вышел из спальни.
Трэвис был сегодня в отличном настроении. Он много шутил, смеялся, он был забавным и это было мне по душе. Я так устала от угрюмого, серьезного Трэвиса с нахмуренными бровями, поджатыми губами и сжатыми кулаками. Так устала, но не отвыкла. Хоть он и старается, а он вправду очень стараться держать себя под контролем, он не даёт мне полностью расслабляться. Я всё ещё чувствую его превосходство и манию контроля, которую у него не отнять.
Мы с Кингом подъезжаем ко входу парка аттракционов, что очень странно для меня... Трэвис рассказал, что сегодня приезжает Смит вместе со своей девушкой, Эвелин. Они решили выбрать более спокойной местечко и парк аттракционов пришёлся им по душе. Подумать не могла, что когда-нибудь можно было бы встретить таких «плохих» парней в обычном парке аттракционов. Нет, ну я серьёзно. Я всегда считала, что такие, как Кинг только и делают, что сокращают количество бутылок в винном погребе своих родителей и уменьшают количество нулей на кредитной карточке. Но я глубоко ошибалась.
– Будь хорошей девочкой, Эшли. Не расстраивай меня, - наверное в сотый раз шепнул мне на ухо Кинг, когда мы подошли к компании его друзей.
Мы поздоровались с парнями, а именно со Стивом, Луи, Заком, Смитом и его девушкой. Это была брюнетка примерно моего роста. У неё были необыкновенные зеленоватые глаза с коричневатыми крапинками по краям; волосы, достающие ей до лопаток. Пухлые щечки и губы сердечком были отличным дополнением её привлекательной внешности. На вид она очень симпатичная и милая девушка с очень приветливой улыбкой.
– Привет, - приветливо улыбнулась она мне.
– Привет, Эвелин.
– Эшли, верно?
– Верно...
– Девушки, что вам принести попить? Или может будите сахарную вату? - спросил Смит, замечая ларёк с со сладкой ватой и попкорном.
– Я бы не отказалась от попкорна, - сказала Эвелин.
Я отказалась.
– Почему ты не хочешь? - спросил у меня Трэвис, обнимая со спины, отчего моё тело напрягалось.
– Я не хочу.
– Решила сесть на диету?
– Нет же ты! Не хочется мне.
– Ты и вечером ничего не ела, - не отставал он, привлекая все больше внимания к нашей персоне.
Боже, если он сейчас же не прекратит весь этот цирк, я убью его.
– Я просто не хочу, я не голодна, спасибо, но откажусь.
– Я принесу тебе сахарную вату, - решительно сказал он, и выпустив мою талию из своих крепких оков, пошёл следом за парнями.
– Трэвис! Так не пойдёт! Эй! Я кому говорю? Я не буду её есть! - в ответ я услышала издевательское «конечно-конечно» и расплывающуюся ухмылку на лице парня.
– А ты такая же, какой я тебя и представляла, - совсем не к стати говорит Эвелин, оценивающе осматривая меня.
– Ну и какая же? - щурясь, возможно менее дружелюбнее, чем она, спрашиваю я.
– Ты не пойми меня неправильно. Я не имела в виду ничего плохого, - слегка улыбается она, извиняясь, – ты боевая, я бы даже сказала немного резковатая, прямолинейная, но простая. Ты стоишь на своём, не подстраиваешься под других, независима от других, а самое главное единственная, кто перечит оборванцу Трэвису, - усмешка вылетела с моих губ, в глазах появилось отчаяние. Я с интересом посмотрела на девушку, ожидая продолжения.
–... Именно так тебя и описывал Смит. Я не верила, совсем не верила, - девушка проницательно посмотрела на меня, слегка качнув головой, - не могла представить, но теперь я вижу всё сама...
Стало стыдно. Я снова почувствовала себя стервой. Она ведь хорошая, поистине добрая, без единых намеков как-то насолить мне, да и другим. А я... повела себя, как эгоистичная сучка.
– Оу-у... извини, я так наехала на тебя...
– Всё нормально. Не переживай, я тебя понимаю.
В каком смысле?
Я вопросительно посмотрела на девушку.
– Глупые подозрения на фоне ревности, подозрительная компания, боязнь потерять любимого человека... тем более Трэвис немного закрытый, я бы сказала очень... сложный человек. В окружении которого постоянно какие-то вертихвостки, - усмехнулась Эвелин.
– Кажется, я поняла о чем ты.
– Он изменился с нашей последней встречи... - неожиданно сказала она, посмотрев в сторону парней у прилавка с напитками.
– Изменился? - удивлённо переспросила я.
– Именно. Трэвис, которого я знала раньше, был всегда грубым, циничным, в какой-то степени эгоистичным задирой, не придававший вещам особого значения. Он был пофигистом, обязательно контролирующий всех и всё вокруг себя... а теперь?
– А теперь? - протянула я, ожидающе взглянув на неё.
– А теперь он другой, Эшли, - девушка перевела на меня многозначительный взгляд, заставив прислушаться к каждому слову, слетавшему с её уст. – Он сдержан - это сразу видно. Он начал замечать невесомые вещи вокруг себя, придавая этому всему значение. К примеру: он заметил, что ты сегодня не ела. Третье - он не назвал Смита влюблённым придурком, - усмешка вылетала с наших губ. – В четвёртых, и в самых главных - он заботится о тебе, вот даже сейчас, смотри, - головой она кивнула в его сторону.
Плотнее укутываясь в куртку, с замиранием сердца я посмотрела на него.
Трэвис стоял в очереди за ватой.
Надо же, сам Трэвис Кинг стоял в парке аттракционов в длиннющей очереди, впереди которого была женщина с плачущим ребёнком, которого не силах успокоить мать. Сзади Трэвиса была толпа школьниц, громко смеющихся, кокетливо стоящих глазки, в попытках привлечь его внимание. А он до сих пор продолжал стоять там, лишь для того, чтобы купить сахарную вату своей девушке.
Надо же... я уже начала называть себя «его девушка». Как быстро я привыкну к этому? Как далеко мы зайдём, теряя остатки обладания себя в этой беспроигрышной игре?
– И в конце-концов он не с этой курицей Розали - это в пятых.
– Розали?! - с отвращением переспросила я.
– Эм-м... я взболтнула лишнего, да? - Эвелин закусила внутреннюю щеку, виновато смотря на меня.
– Всё нормально... они больше не пересекаются, - выдохнула я, отводя взгляд в сторону.
– Стоп. Ты с ней знакома? Вы что с ней виделись?
– Да. Буквально, два-три дня назад. Неприятная особа, так и хотелось выдернуть ей все волосы, - недовольно сказала я, раздраженная только воспоминанием о нашей первой и последней встречи.
– О, да-а... когда Смит только познакомил меня с его друзьями, она была там. И знаешь, Эшли, после двух-минутного общения с ней, я поняла, какая же она всё таки блондинистая шлюшка.
– Именно! - воскликнула я. Мы рассмеялись с Эвелин, кидая ещё пару колкостей в её адрес.
Вдруг, я осознала, что в картинке моего подсознания не хватает одного недостающего пазла.
– Подожди... то есть... сколько вы встречаетесь со Смитом?
– Два года и пару месяцев.
По непонятной мне причине, сердце больно защемило. Некая боль отдалась в груди, медленно растягиваясь, словно раскалённые иглы проходили насквозь, проделывая огромные дыры, вроде бы в недавно зажитом органе.
– Получается... Трэвис и Розали два года были вместе? Да, я знаю, что он ни с кем не встречался, но... почему она? Она же такая тупая... она же... она же просто глупая курица... - бормотала что-то непонятное я, пытаясь разобраться в этой каше.
– Эшли... давай не будем о ней. Всё в прошлом. Он забыл её, она была нужна ему лишь для некоторых утех. Ты другая, ты его девушка, он любит тебя.
Мне стало плохо. Лёгкие сжались, я ощутила, как горький ком подкатил к горлу, отдавая противный вкус, в глазах защипало. Я пропустила её последние слова мимо ушей, иначе меня сейчас стошнит.
«Он забыл её».
Меня он забудет так же быстро и беспамятно.
«Девушка для некоторых утех».
Я и есть девушка, которую он использует для получения своих целей. Я, девушка, которая знает всю эту ужасную правду и, что самое необычное - принимает её. Принимает её и его таким, какой он есть.
А он...
«От тебя куча проблем»
«Ты приносишь одни только проблемы».
«Ты невыносима».
«Чем лучше ты будешь себя вести, тем быстрее ты окажешься дома».
Дома... конечно он избавиться от меня! Он уже всё продумал!
Я была, есть и буду просто девушкой, которая обманом поможет ему - заполучить компанию.
Он избавится от меня. Получит компанию и навсегда забудет о моем существовании.
А я, кажется, стала зависима от него. Черт, да. Конечно да, чёрт возьми! Я полностью зависима от него, от его контроля...
я не справляюсь...
Бывает, что на тело, погружённое в воду, действует не столько выталкивающая сила, сколько заталкивающая.
POV ТРЭВИС
Наконец выбравшись из этой утомительной очереди, я направляюсь к девушкам. Я, как идиот иду с огромной розовой сладкой ватой в руках, что прилично напрягает меня. Я никогда и никому не покупал сладкую вату...
На полпути к «моей девушке» я замечаю нечто странное в её взгляде. Она стоит одна, спиной оперевшись на ограждение аттракциона, которое было пусто и так же уныло, как и рядом стоящая девушка. Когда она замечает меня, поднимает голову, прямо смотря на меня. В мои глаза.
Её взгляд мутный, лицо непроницательное, отрешённое. Она смотрит на меня так, словно я что-то натворил. Что-то опять случилось? Черт, конечно же, да!
Я подхожу к Эшли. Она не произносит ни слова, просто смотрит перед собой в одну точку, практически не моргая. Её брови до сих пор недовольно сдвинуты на переносице.
– Эшли?
Я зову её, но она не реагирует, по прежнему смотря в одну точку.
– Эшли, всё в порядке?
– Что? - она подняла на меня свои глубокие, карие глаза, светящиеся в темноте.
– Твоя вата, - я тяну ей сладость, которую она на удивление принимает с первого раза, сказав мне сухое «спасибо».
Блять! Тут точно что-то не так. Всё же было хорошо. Что могло пойти не так? Она же просто разговаривала....
Эвелин... что она могла ей сказать? Почему она такая замкнутая? Почему молчит? Причём тут я?
А может быть Стив? Хотя нет. Он был со мной, там, рядом с напитками. Он ещё никак не контактировал с Эшли. Дело в другом...
Я снова смотрю на неё, пытаюсь поймать её взгляд, но она тупо смотрит на вату, мыслями обитая где-то далеко и видимо, не проявляя желания поделиться ими со мной.
– Что стряслось? Ты в порядке?
– Да...
Тихий, почти беззвучный ответ не придаёт ни капли правдивости. Что-то точно случилось. Я знаю это, а ещё я чертовски хорошо знаю её.
– Тогда почему ты грустишь? - я сделал шаг к ней, оставляя между нами расстояние вытянутой руки.
Наконец, два карамельных глаза посмотрели на меня из под пушистых рыжих ресниц. В её глазах читалось презрение? Может это обида? Ненависть? Скорее всё вместе.
– Скажи... мне ещё долго придётся делать всё это? - она вяло развела руки в стороны, смотря прямо в мои глаза.
– Что именно, Эшли? - я прекрасно понимал о чём она, но мне хотелось услышать это от неё.
Девушка ответила без раздумий. Четко, точно и предельно ясно. Как я и думал.
– Врать.
Я вздохнул. Устало потер виски, сильнее сжимая кожу между пальцев.
– Дай мне несколько недель и я обещаю, что...
– ... что отпустишь меня домой... - выдохнув, закончила она.
Я был прав. Это было презрение. Именно оно было глубоко засеяно на глубине её зрачков, скрытой за радужкой унылых глаз.
Ненавидит. Конечно, она будет ненавидеть меня. Всю жизнь. Всегда. Где бы она не была, она навсегда будет питать только ненависть и презрение ко мне. Я уверен. Поэтому, когда весь этот долбанный спектакль закончится, мы с ней никогда больше не пересечемся.
Я сделаю всё, чтобы она держалась, как можно дальше от меня.
– Да. И ты никогда больше не увидишь меня.
Может мне показалось, но мне кажется, что она была раздосадована и разочарована моим последним ответом. Почему? Она же так хочет избавиться от меня... я точно знаю это.
– Супер, - фальшивая улыбка появилась на её лице, глаза померкли. А я до сих пор не могу понять, что с ней стряслось и какова причина её плохого настроения.
– Эй, Кинг! Пошлите на картинг! Парни уже там, ждём только вас, - в стороне крикнул нам Луи.
– Прокатишься?
– Можно, я просто посижу? - усталым голосом попросила она.
Разве я могу заставить её? Конечно, могу, и должен. Я всегда это делал. И ведь делаю до сих пор.
Заставлю... должен был бы... Но после того случая... я пытаюсь быть аккуратен по отношению к ней, правда стараюсь, но это не так легко с её сложным характером и постоянными капризами, отказами и недовольствами.
Почему она увяла? Увяла, словно роза, лишенная света. Почему же ты потеряла свой свет? Почему заросла шипами? Кто сломал твой стебель, Эшли?
Почему ты так долго никого не подпускала к себе...
....почему подпустила меня?
Я слишком долго молчу. Эшли устало вздыхает и опускает взгляд снова на вату, свободной рукой поправляя рыжий локон за ухо.
– Хорошо, - говорю я и она тут же оживляется.
– Спасибо, - из полуоткрытых губ, шепчет она, смотря на меня снизу вверх.
POV ЭШЛИ
Я стояла около трассы картинга. Прошло немного времени, как они начали бешено гонять круги.
Я была одна. Кинг оставил меня одну... ну почти. Он думает я не знаю, но я слышала, как он попросил одного парня проследить, чтобы я не натворила глупостей, а именно - не сбежала. Он не доверяет мне, ну и ладно. Мы всё равно чужие люди. Он мне никто, и я ему тоже.
Но почему тогда мне не всё равно на это? Почему я не могу спокойно смириться с мыслью, что скоро всё закончится и мы разбежимся, как в море корабли... я просто не могу. Это так неправильно. Я чувствую себя такой потерянной. Потерянной в своих наивных мыслях, которые, как пластинка в проигрывателе крутится снова и снова, не оставляя меня в покое. Я словно тону в болоте из моих глупых чувств и наивных ожиданий. Тону медленно и беспамятно, а в попытках спастись - хватаюсь за крошечную надежду, при потухании которой меня засасывает всё глубже и глубже с новой силой, вот только вместе с ней усиливается и боль. Появляется разочарование.
Подул прохладный ветерок. Я сильнее укуталась в кожаную куртку, зарываясь подбородком в её воротник, дабы согреться.
В обочине подъезжает серая машина, а из неё выходит Трэвис. Он улыбается, что-то кричит вслед Смиту с Эвелин, которые снова садятся в машину, которая с ревом умчалась обратно.
Затем Кино замечает меня.
Он сделал пару шагов и вот мы снова стали лицом к лицу. Он выше меня на полторы головы, поэтому мне приходится приподнимать голову, чтобы взглянуть на него, когда он так близко ко мне.
– Замёрзла? - спрашивает он.
– Нет. - вру я, слегка качая головой.
Неожиданно для меня он протягивает руку к моему лицу и указательным пальцем касается кончика носа.
– Он такой же красный и холодный, как нос дед Мороза, Эшли.
Он щёлкает меня по носу, отчего я морщусь и улыбаюсь.
– Сильно замёрзла? - вновь спрашивает он.
– Нет, только руки... но они у меня всегда, - я остановилась на секунду, поражённая его действием, -... холодные.
Совершенно неожиданно для меня Трэвис берет мои руки в свои большие ладони. Он слегка наклоняется и подносит мои оледеневшие ладони к своему лицу. Из приоткрытых губ парня вылетел тёплый воздух, щекоча кожу рук. Я с удивление и в неком оцепенении уставилась на парня, поражённая его действиями. Он подул ещё несколько раз, согревая мои руки, невесомо, совсем мимолетно, касаясь губами моей опалённой кожи.
– Так лучше? - спросил он, прекращая свои действия.
– Да... спасибо, но не стоило.
– Пустяки...
– Почему ты один? Где другие? - спросила я.
– Я не мог оставить тебя одну.
– Почему?
– Допустим, ты могла бы сбежать. Или ещё хуже разорить всех продавцов сахарной ваты.
– Эй! - я несильно пихнула его в плечо.
– Ну а что? Кто мне говорил, что не будет есть, я не голодна, не буду...
– Ну хватит!
– А потом съела всё без остатка, даже мне не оставила. Тяжкая жизнь у жиробаски.
– Трэвис, блин! Прекращай! - засмеялась я, услышав это необычное прозвище. – Меня ещё никто не называл жиробаской, - усмехнулась я, задорно глянув на парня.
Моё настроение заместо улучшилось, и я уверена именно этого и пытался добиться Трэвис и ему это удалось.
– А меня ещё никто не называл мелким извращенцем, - усмехнулся он, заставив меня засмущаться. Блин, я ведь и вправду так его назвала. Почему же теперь так стыдно?
– Мы прям особенные- нервно усмехнулась я.
– Ага, единственные, блять, - не смотря на мат, его слова были задорными и издевательскими отчего улыбка не спадала с моего лица.
– Стой! - слишком резко сказала я. – Ты слышишь?
– Что? - он удивленно вскинул бровь.
– Тш-ш...
Я снова услышала этот звук. Кто-то жалобно скулил. Прислушиваясь на этот тихий, почти беззвучный, тоскующий лай, я нашла маленькую собачку, свернувшуюся в клубок, дрожа всем тельцем.
Это был маленький щенок, возможно даже породистый, в чем я плохо разбираюсь.
– Эшли? Что ты делаешь?
– Эй, малыш, иди ко мне, - я присела на корточки около этого маленького чуда.
Щеночек поднял на меня свои большие чёрные, как смоль грустные глаза. Он был таким одиноким и маленьким, отчего мне стало не по себе. Но щенок не спешил выполнять мою команду, лишь слегка наклонил голову вбок, рассматривая меня.
– Хей, малыш, иди ко мне, - я подняла на руки маленькое дрожащее тельце, поглаживая мягкую шерстку.
– Щенок? Серьёзно?
– Ты посмотри на это чудо... - протянула я, плотнее укутывая щеночка в свои объятия.
– Ну смотрю я, и что дальше? - Трэвис вопросительно поднял бровь, уже понимая мои намерения.
– Давай возьмём его, - просила я. Трэвис уже хотел был мне отказать, но я быстро перебила его, настаивая на своём. – Пожалуйста, пожалуйста, давай его возьмём. Ты посмотри, какой он хорошенький. Кстати, нужно дать ему имя, ну или ей... ты сможешь посмотреть, кто это, а то я совсем ничего не понимаю в этом? - попросила я.
– А ты пощупай, - усмехнулся он, скрестив руки на груди.
– Ну, Трэвис!
– Ладно, ладно, давай своё чудо.
Я осторожно передала в руки парня маленького щенка.
– Это девочка.
– Хм... как же тебя назвать? - я схватила щеночка обратно, пристально вглядываясь в её чёрные глаза. – Может Лаки?
– Так зовут моего соседа, - усмехнулся Трэвис. – Ты только представь, выходишь ты на улицу и кричишь: «Лаки, Лаки, к ноге!» или «Лаки, Лаки, фас!» и тут выходит мой пятидесятилетний жирный сосед, вот зрелище то будет.
Трэвис рассмеялся, а я всеми с ним.
– Хм... может тогда Тявка?
– Что? Тявка? - смеясь, переспросил Кинг.
– Ну да... мне почему то хочется назвать её Тявкой. Тебе, как? Нравится? - спросила я у щенка, который в ответ звонко залаял. – Ну вот, видишь, ей нравится, значит решено. Будешь Тявкой.
– Ладно, поехали домой, - улыбнулся Кинг, и неосознанно обняв меня за плечи, направился к собственной машине, прижимая меня к с своей тёплой груди.
Неужели... у нас есть прогресс? Я имею в виду прогресс наших отношений. Не лживых, не любовных, а просто дружеских отношений...
Мы ненавидели друг друга, а теперь... а теперь мы неплохо ладим, мы понимаем друг друга и пытаемся понять и принять чувства и переживания, касающиеся нас... друг друга...
Это же хорошо, правда?