Глава 15. Пиджак пахнет обещаниями.
Мы вышли из ресторана, и холодный ветер сразу обжег кожу. Я невольно съежилась, чувствуя, как мурашки пробегают по оголенным плечам.
- Замерзла?
Хёнджин снял пиджак, не дожидаясь ответа, и накинул его мне на плечи. Тяжелая ткань сохранила тепло его тела и запах - дорогой парфюм с нотками кожи и чего-то древесного.
- Не надо... - попыталась я возразить, но он уже обнял меня за талию, притянув ближе.
- Молчи и грейся.
Мы пошли вдоль набережной, и его рука оставалась на моей спине, твердая и уверенная. Фонари отражались в черной воде, растягиваясь в золотые нити.
- Ты вообще когда-нибудь боишься? - спросила я, глядя на свои туфли, мерно стучащие по брусчатке.
- Каждый день, - он неожиданно ответил серьезно. - Страх - это то, что не дает нам совершать глупости.
Я фыркнула:
- Ты же сам мастер по глупостям.
- Вот потому и знаю, о чем говорю.
Мы прошли мимо закрытых кафе, пустых скамеек, темных витрин. Город ночью казался другим - тихим, почти беззащитным.
- А ты? - он внезапно остановился, заставив меня посмотреть на него. - Чего боишься на самом деле?
Я хотела ответить что-то резкое, но...
- Быть ненужной, - вырвалось само собой.
Хёнджин рассмеялся, но не зло:
- Ну, это я тебе гарантированно могу испортить. Буду докучать, пока не надоест.
Дальше мы шли молча. Его пальцы слегка сжимали мой бок, а пиджак пах им настолько сильно, что казалось, будто он все еще обнимает меня.
- Лакрима.
- Что?
- Завтра в это же время. Я покажу тебе кое-что.
Я хотела спросить "что?", но он уже поднес руку к моему лицу, отодвинул прядь волос и... просто улыбнулся.
И впервые за долгое время я почувствовала, что ночь не такая уж холодная.
Мы остановились у моста, где свет фонарей дробился на тысячи бликов в черной воде. Хёнджин все еще держал меня за талию, но теперь его пальцы водили ленивые круги по тонкой ткани платья, будто запоминая каждый изгиб.
- Тебе пора, - сказал он, глядя куда-то за мою спину.
Я обернулась - к нам подъезжало такси.
- Ты вызвал...
- Я не собирался отпускать тебя одну.
В его голосе звучала та же сталь, что и тогда, в кабинете, но теперь она оборачивалась не угрозой, а... заботой?
Я сняла его пиджак, вдруг ощутив нелепую нежность к этой смятой ткани.
- Держи. Простудишься, герой.
Он взял пиджак, но вместо того, чтобы надеть, набросил его снова мне на плечи.
- Завтра вернешь.
Такси уже подъезжало. Хёнджин открыл дверь, и в свете салонной лампы я вдруг разглядела то, чего не замечала раньше - его искренние глаза.
- В восемь, - сказал он, придерживая дверь. - Не опаздывай.
Я хотела ответить что-то колкое, но вместо этого кивнула.
Когда машина тронулась, я не оглянулась. Но знала - он стоит и смотрит вслед.
А пиджак на моих плечах пахнет не только дорогим парфюмом, но и обещанием.