Чистый лист
Бэкхён завидовал Чондэ совсем чуть-чуть, с мизинчик, ну, может, с ладошку. Если бы он не обманывал себя, то мог бы признаться, что завидовал другу так сильно, что сводило зубы. Счастливая физиономия Чондэ раздражала, как застрявший в зубах кусочек мяса, - вроде и не смертельно, но дискомфорт приносит. А всё потому, что Ким Чондэ встретил истинную. Причём встретил именно так, как Бэкхён всегда мечтал встретить свою судьбу – в полутёмном клубе, в атмосфере вседозволенности и музыки. Она танцевала в окружении подруг, но для Чондэ была объята особым ореолом, который выделял её среди толпы. Девушка была похожа на фею – тонкую и эфемерную, она пахла ландышами и мило смущалась в присутствии парней. Чондэ так повезло, что Бэкхён в последние дни только и думал о том, когда же повезёт и ему. Цифра в паспорте стремительно отдаляла его от двадцати пяти, и интрижки с жадными до денег и славы девицами порядком надоели. Это в первые годы крышу сносило от осознания, что девушки готовы штабелями перед ногами падать, лишь бы обратить на себя внимание участника известной группы, но со временем они превратились в безликий поток женских тел, который неустанно просил заплатить за молчание. Бэкхён был не жадным и щедро платил за возможность почувствовать себя любимым в уединённом номере – покупал украшения и сумки, телефоны и наряды, но это не заглушало неприятный осадок в душе.
И тут вдруг подфартило Чондэ – первому из всей группы. У него появился человек, который принимает его со всеми тараканами, коих у него немало, полностью понимает и любит просто так, вне его популярности. В присутствии истинной можно даже в носу ковыряться и ходить в грязных носках, на любовь это не повлияет. Счастливый Чондэ заставил и Бэкхёна задуматься о личной жизни.
Конечно, Бэкхён тоже мечтал встретить свою истинную. Это была, правда, не первая в его списке мечта и даже не вторая, но в списке она точно была, где-то после спрыгнуть с парашютом и выпустить соло-альбом. Он представлял, как откроются двери и в танцевальный зал войдёт она – идеальная от кончиков волос до кончиков пальцев. Она будет высокой, стройной и такой ослепительно красивой, что даже Чондэ, который уже встретил свою пару, скажет: «Вот это тебе повезло!» Истинная бросит на Бёна томный взгляд из-под густых ресниц, и они сольются в страстном поцелуе, плавно переходящем в бурную ночь...
Вот только у судьбы на Бэкхёна были другие планы.
***
- Это кощунство – тянуть нас так поздно снова в агентство ради обсуждения концепции очередного фотобука, - протянул Чонин, мечтающий упасть на тёплую горизонтальную поверхность и забыться до утра.
Дело шло к ночи, и за день парни порядком устали, но против расписания не поспоришь.
Бэкхён хотел отпустить коронную шутку о том, что агентство ему уже как дом родной, но, переступив порог холла, замер. Сонный Чонин врезался в старшего и буркнул что-то невнятное.
- Нет, стойте! – Бён поднял руки и застыл в позе пугала, словно ещё шаг – и под ногами взорвётся бомба.
- Ты хочешь в туалет? – услужливо поинтересовался Чунмён.
- Штаны треснули? – предположил Чанёль.
- Спина заела? – обернулся Чонин. – Это старость, хён, это конец.
- Боже, какая глупость! – нервно отозвался застывший Бэкхён. – Всё гораздо сложнее!
- Мы вчера репетицию задержали из-за того, что тебе в туалет приспичило, - пожал плечами Чунмён и двинулся вслед за Чонином.
- А позавчера у тебя треснули штаны перед съёмкой в рекламе, - пояснил своё предположение Чанёль и на всякий случай пристально осмотрел Бэкхёна сзади.
- Она здесь! Я это чувствую! – Бэкхён сделал глубокий вдох и ощутил, как тонкие волоски на руках встали по стойке «смирно». Чужой аромат был совсем тонким, скорее, ноткой в общем букете, но этой самой ноткой он пронимал внутрь, касался языка, нырял в глотку и наполнял лёгкие, от чего Бэкхёну хотелось втянуть в себя весь воздух в помещении и не выдыхать больше никогда. Этот запах возвращал его в то время, когда он был свободен, когда айдолов показывали по телевизору, а он с братом гонял в футбол во дворе. У бабушки вдоль забора росли белые лилии, и если тогда, совсем ещё мальчишке, ему все цветы казались одинаковыми, то теперь для взрослого парня их запах стал синонимом свободы и беззаботного счастья.
И вот теперь этот запах здесь, он пропитал пол, стены и потолок, заставил вечный двигатель растерянно замереть и сбил с толку человека, у которого всегда было что сказать.
- А я говорил менеджеру, что нам нужно отдыхать, - мимо статуи Бёна прошествовал Сехун. – С возрастом надо больше спать.
- Я не старый, - ожил Бэкхён. – Я ещё ого-го! – парень устремился по коридору и вскоре обогнал Чонина. Возле дверей по пути он приостанавливался, втягивал воздух, театрально раздувая ноздри, и снова продолжал уверенно шагать. Остальные еле поспевали за ним.
- Я же не обидел его тем, что назвал старым? – осторожно поинтересовался макне у лидера.
- Обидеть Бэкхёна? Нет, ты не всесильный, - отозвался Чунмён, но на всякий случай решил проработать эту тему с Бёном перед сном. В последней книге по психологии, которую он прочитал, было так написано.
У дверей в студию Бэкхён остановился. Аромат лилии стал гуще, от него слегка кружилась голова и сохло во рту. Парень одновременно хотел распахнуть эту дверь и боялся, что судьба ударит его под дых.
- К нам пришли новенькие ради съёмки фотобука, - произнёс Бён, когда за его спиной образовалась толпа из остальных ребят, желающих побыстрее закончить с работой. – Я уверен, что истинная... Она точно среди них.
- Истинная? – испуганно отшатнулся Сехун, который втайне мечтал никогда так не вляпаться.
- Ты уверен? – Чондэ по-дружески положил руку ему на плечо. – Ты, помнится, недели две назад тоже так думал.
- Это другое! – упорствовал Бён. – Я чувствую! – он ударил себя в грудь, и Чондэ отступил.
- Я-то в ближайшее время не собирался остепеняться, но так уж и быть, - Бён многозначительно подмигнул другу. – Передайте менеджеру, что в ближайшие дни я буду очень, - он ухмыльнулся, - занят, - и нажал на дверную ручку, врываясь в студию, как маленький смерч. Ему не хватало только развевающего плаща за спиной и света софитов, направленного только на него.
В студии действительно были девушки. Барышни от неожиданности замерли и уставились на гостя, с которым их ещё не успели познакомить. Бэкхён тоже застыл, внимательно сканируя каждую особу. В помещении было девушек семь-восемь, ароматы их духов наслаивались и глушили нотку лилии, но истинная точно была среди них.
- Я не знаю... - Бэкхён растерялся. – Если... если кто-то из вас чувствует мой природный запах, выйди ко мне, пожалуйста, - его щёки зарделись. Среди девушек была пара-тройка очень даже симпатичных, и он помимо воли стрелял в них взглядами.
Девушки переглянулись, кто-то пожал плечами, кто-то улыбнулся, а одна, та, что стояла в самом углу и прятала лицо под широкополой панамкой, взяла и шагнула вперёд. Бэкхён тогда подумал, что ей просто плохо видно шоу, которое здесь разворачивается. Но она сделала ещё один шаг, и ещё, пока не оказалась перед остальными, прямо напротив Бэкхёна.
Плечи парня разочарованно поникли.
- Ты? – не сдержался он, и его губы презрительно скривились. – Истинная?
Бён окинул взглядом фигуру среднего роста в бесформенной чёрной футболке и спортивных штанах. Ни намёка на женственные формы. Из-под панамки на него смотрели обычные, но малость испуганные карие ненакрашенные глаза. На её коже даже тонального крема не было, и на подбородке сияла красная точка от вчерашнего прыща. Бледные губы, бледная кожа... Девушка была такой бледной и неприметной, что у Бэкхёна вырвалось вслух:
- Чем я так провинился в прошлой жизни?! Страну предал?! – девушка сделала шаг назад, не сводя при этом испуганных глаз с парня. – Это какая-то ошибка... Моя истинная не может быть такой! – всплеснул он руками и получил тычок в бок от Чондэ.
- Извините, - услышал он тихое из-под панамки.
- К чёрту! – Бэкхён поджал губы и выскочил из помещения.
***
Чондэ был в ярости. Он кричал и размахивал руками, клял Бэкхёна на чём свет стоит, но Бён был непреклонен.
- Я читал, что бывают сбои, - настаивал он. – Это тот самый случай. Когда ты увидел истинную, ты же обомлел от её красоты! Она у тебя очень даже привлекательная, честное слово! Я тоже обомлел! Но не от красоты! Она никакая, Чондэ, вообще никакая! – не унимался в ответ Бэкхён. - Серая, бесцветная. Разве такая подходит мне? Разве я такой же, как она?! Нет! Я – Бён Бэкхён! Плакатами с моим лицом комнаты миллионов девчонок увешаны! Стоит только пальцем поманить, как целая очередь из желающих быть со мной выстроится! А эта... эта... - он даже слов не мог подобрать, чтобы описать девушку-лилию. - Да никакая истинность не заставит меня и близко к ней подойти!
- Ты – идиот, - сдался Чондэ. – Поверь мне, когда я увидел тебя впервые, то подумал, что ты придурок, но со временем понял, что, - он сделал паузу, - ты и есть придурок, который мастерски притворяется нормальным. С тобой бесполезно разговаривать, разгребай эту кашу сам.
- Нет никакой каши. Я буду игнорировать её, пока она не уйдёт. Мы снимем фотобук, сложностей у меня с этим не возникнет, я профессионал, а когда всё будет готово, наши пути разойдутся.
- А потом будешь всю жизнь вспоминать её, - добавил Чондэ.
- Да, как сбой системы, - не остался в долгу Бён.