Глава 21 (часть 2)
Тонкое место привело их обратно в имение, а точнее в сад. Но даже сейчас их ждала другая проблема — весь сад был в огне.
Сукуне держал Кинуэ на руках, параллельно исцеляя её обратной техникой, чтобы хоть как-то облегчить её муки. Девушка же была в полуобмарочном состоянии и всю дорогу молвила, словно в бреду, лишь одно:
— Это все она.. снова она.. — На глазах Кинуэ появились слезы. — Я слышу её смех.. она снова хочет, чтобы я потеряла тебя...
А Сукуне в ответ поговаривал:
— Никто не заберет меня у тебя. Все будет хорошо..
Кицунэ прижималась к груди демона, впиваясь ногтями в его плечи от боли, которую ей приходилось терпеть. Сукуне не решался вытащить стрелу из ее груди, пока не будет подходящей обстановки. Однако он понимал, что нужно как можно скорее добраться до дома.
Они пробирались сквозь дым и жар. Хижина уже была не так далеко, а главное она не была в огне.
— Ураумэ, ставь завесу, быстро. — Сукуне был на нервах, поэтому слова вырвались так, будно он готов был убить своего слугу.
— Но я не думаю, что она будет столь крепка, нежели ваша..
— Ураумэ! Не выводи меня и делай то, что говорят! — Ураумэ застыл на секунду, словно приходил в себя от такого тона.
— Быстрей!!!! Не стой столбом, прошу тебя, Ураумэ!! Ну ты будто не видишь, что она умирает! — Сукуне кричал во все горло. Он готов был прямо сейчас убить всех, не взирая на то, кто это, лишь бы обезопасить Кинуэ.
Ураумэ быстро опомнился и начал ставить завесу.
— Я буду ждать тебя в имении. Нужно быстро что-то придумать с огнем. — Ураумэ лишь кивнул, а Сукуне побежал дальше. Кинуэ продолжала что-то шептать себе под нос, мучаясь от боли. Она начинала бредить. Яд распространялся по телу быстро, даже с обратной техникой Сукуне.
Демон не мог смотреть на её муки и понимал, что ничего не может их облегчить. По щекам Кинуэ стекали слезы. Она одной рукой держалась за стрелу, другой же сильнее сжимала плечо Сукуне.
— Я не могу.. Все тело.. словно в огне.. —Она разговаривала с урывками. Воздуха в легких не хватало, а еще этот дым от огня.
— Продержись еще немного. Мы уже близко. Скоро вытащим стрелу и все будет хорошо. — Сукуне старался успокоить девушку, но на деле он пытался успокоить самого себя.
Демон принес девушку к дому. Он быстрее забежал в комнату и аккуратно уложил Кинуэ на футон. Кицунэ молчала и лишь её глаза, слегка открытые, бегали по образу демона, говоря о её страданиях. Сукуне положил свою ладонь на щеку возлюбленной, вытирая её слезы.
— Сейчас Ураумэ придет и мы вытащим стрелу.. Но прежде мне нужно потушить огонь и поставить нормальную завесу, а то эти твари снова придут сюда. Так что прошу, потерпи еще немного.. — Сукуне нежно, почти невесомо поцеловал девушку в губы, опасаясь, что сделает ей больно. Кинуэ же закрыла глаза и приняла этот поцелуй, но потом аккуратно отстранилась и сказала:
— Не уходи.. прошу.. я не хочу оставаться одна.. — Еще одна слеза потекла по щеке Кинуэ. — Я могу остановить огонь..
— Нет, не трать силы. Я все сделаю быстро и скоро вернусь. — Кинуэ даже не хотела слушать его. Её глаза загорелись. Она тяжело подняла руки и начала складывать их в печать, шепча себе под нос проклятые слова.
— Кинуэ, остановись! — Демон взял её за руки и положил их на пол, прижимая их сильнее. — Что ты черт возьми делаешь?!??! — Сукуне кричал на неё, смотря прямо в глаза. — Так быстро хочешь умереть??!?? — Сукуне начал выходить из себя. Нервы уже были на исходе. В его голове крутилось столько всего, столько опасений, но даже в мыслях он не хотел думать о самом худшем исходе.
Демон сделал глубокий вдох и отпустил руки Кинуэ. Сукцне прошептал:
— Прекрати. — Он опустил голову, прикрывая глаза ладонями.
Демон тяжело вздохнул и покачал голой.
— Сукуна.. — Кинуэ ощутила, как он убирает свои другие две руки с её ладоней и складывает их в печати. Рот на животе шептал проклятые слова. Демон опустил другие руки с лица и проделал тоже самое. В момент огонь исчез, а поставленная завеса Ураумэ поменялась на другую, более мощную.
Сукуне посмотрел на девушку. В его глазах читался страх и боль, которую он так не хотел показывать Кинуэ. Однакоона это чувствовала. Двуликий убрал прядку с её лица за ухо и тихо прошептал:
— Сейчас будет больно.. возьми мою руку покрепче. — Девушка напряглась. Она понимала, что Сукуне сейчас вытащит из неё стрелу, но как-то не была готова к этому.
— Ты должна попытаться сделать глубокий вдох. Так будет чуть легче.. — Он посмотрел прямо в глаза кицунэ и видел в них страх. Ему самому было страшно, но не из-за того, что сейчас произойдет, а из-за того, что может произойти после этого.
— На счет три я вытащу её. Готова?— Кинуэ лишь кивнула, а Сукуне взял в руки стрелу.
— Раз.. — Девушка начала делать вдох.
— Два.. — Все мышцы тела ощутили дыхание и отозвались на него жгучей болью, но девушка терпела.
— Три! — Он резко выдернул стрелу, а Кинуэ истошно закричала. В это время вернулся Ураумэ и быстрее присел рядом, чтобы помочь с обратной техникой.
— Все... Все хорошо. — Двуликий гладил девушку по голове и целовал в щеки, ощущая на губах соленый привкус от слез. — Уже все хорошо.. — Он сильнее прижимал руку к ране от стрелы, чтобы обратная техника хоть как-то, но затягивала её..
Кинуэ перестала кричать и лишь смотрела куда-то в потолок, тяжело дыша. Сукуне сидел рядом, продолжая лечить её рану. Она постепенно затягивалась, но яд продолжал распространяться, просто медленнее.
Через какое-то время Кинуэ уснула. Сукуне не отходил от неё и следил за её состоянием. Пока она спала, с помощью Ураумэ, демон перевязал рану, но толку от этого было мало. Сукуне понимал, что одних бинтов недостаточно. Нужно было что-то еще или же не поможет ничего.
— Но почему сейчас.. Почему это им понадобилось сейчас.. ? Напасть на неё.. Я так и знал, что не нужно было брать технику.— Демон качал головой и аккуратно гладил щеку Кинуэ большим пальцем.
Двуликий почувствовал чье-то присутствие. Очень величественное, возвышенное. Он повернулся к Ураумэ.
— Оставь нас, пожалуйста. — Слуга лишь кивнул и удалился. Демон же продолжал сидеть рядом с девушкой, наблюдая за её дыханием. В душе его бушевал ураган чувств. Сейчас он ненавидел всех, кто посмел это сделатьс Кинуэ, но также молился кому только можно было, лишь бы она выжила.
Ощущение величия стало невыносимым и Сукуне почти выплюнул эти слова:
— Инари.. Я знаю, что ты наблюдаешь. Так боишься выйти к нам? Ты и так добилась своего. Что тебе еще нужно? — Сукуне не поворачивался. Он продолжал гладить девушку по щеке.
— Я хочу лишь посмотреть, как ты мучаешься. Однако наслаждение мне приносят не твои грозные издыхания о том, как тебе плохо, а её мучения. — Из-за угла вылезла небольшая лисица. Её мех был черным, словно уголь. Она разговаривала в образе лисы не как Кинуэ, в мыслях, а в открытую.
— Нравится? — Сукуне указал на Кинуэ.
— Ты знаешь это чувство, так зачем спрашиваешь?
— Я не ненавижу своих врагов, не хожу за ними по пятам и не горю желанием их убить. — Он тихо рассмеялся. — Я лишь хищник, а они – моя добыча. Им суждено пасть от моей руки, такова жизнь. — Он перестал гладить Кинуэ и развернулся к лисице. — Ты же сейчас убиваешь своего дитя, которого сама же и бросила. Так что не говори, что мне это чувство знакомо.
— Она заслужила такую смерть. Кинуэ слишком долго ходила по живой земле, оставляя кровавые следы за собой. А главный её грех — это воспитать, влюбиться и выйти замуж за чудовище, которое оставляет не просто кровавые следы, а целые моря.
— Ты думаешь, если она умрет, то я ослабну? — Он полностью развернулся к ней, но руку с раны Кинуэ не убрал. Демон заглянул в глаза лисице.
— Я уничтожу каждое твое дитя, каждого прохожего и каждую муху за то, что они позволили этому произойти. Даже если это будут невинные отродья. Мне плевать. Мне будет точно также плевать на них, как тебе сейчас на неё.— Он ухмыльнулся. — И в этом всем будешь виновата уже ты. — Он указал пальцем на неё. — Ты с самого начала совершила ошибку, бросив её, а сейчас пытаешься все исправить. Но уже поздно. — Демон нахмурился. —Жребий брошен.
Лисица все это время молчала. Она махнула хвостом и встала, направляясь к выходу. Сукуне вернул свой взор на Кинуэ, но сзади услышал шелест. К демону подошла Инари, которая держала в зубах веточку золотой сакуры. Она прошла вокруг Кинуэ и положила эту веточку к ней на грудь. Лисица уселась перед Сукуне и посмотрела ему в глаза.
— Сакура замедлит яд, но Кинуэ умрет. Яд попал в сердце и процесс не обратим. — Сукуне тяжело вздохнул. — Ты прав, я виновата. Я испугалась её могущества, её силы. Но я даже не догадывалась, что она считала меня кем-то важным и ждала моего признания. Я считала себя богом всего: плодородия, красоты и мира, а стала лишь убийцей своих детей. — Она покачала головой. — Я не смогу возвратить ей жизнь, но помочь сделать это тебе я смогу.
— Ей осталось около недели. — Демон прикрыл глаза и поднял голову к небу.
— Я знаю, ты видел технику Кэндзяку и
понял, как её делать. — Сукуне не опускал голову, но внимательно слушал.
— Хвосты Кинуэ, все 9 штук. Уроженец кицунэ. Любовь. — Она махнула хвостом. — И несколько столетий, прежде чем встретиться вновь.