lovebomb | V.H

отходим от треклиста, если не лень, советую включить песню «ты не считаешь» - noize mc, может некоторые слова в тексте и не сходятся с главой, но атмосферу передаст.

Винсент

Хэйзел и Макс вышли из кафетерия вместе. Рука парня лежала на ее плече. Я знал, что это все он делает забавы ради, ему нравится всех бесить, и скорее всего они разговаривали о том, почему мы с Флинн больше не общаемся, но смотреть на эту картину без сжатых до скрипа зубов я не мог. Хотелось убиться об стену, чтобы этого не видеть, сделать что угодно, лишь бы не думать об этом, но я не мог.

Вечером я был в клубе. Нормана я вынудил отправить Форда в отпуск и повесить все на меня, и тот спустя час уговоров согласился. Мне нужно было хоть что-то, чтобы как-нибудь отвлечься. Лишь бы не оставаться наедине со своими мыслями. Нет. Один я больше не останусь. Иначе моя зависимость сведёт меня в могилу окончательно.

- Не кисни, чувак. - Макс пихнул меня в плечо. - Что случилось?

- Сам прекрасно знаешь наверняка. - огрызнулся я, не поворачиваясь к нему лицом. Я смотрел в окно, пытаясь отвлечь своё внимание.

Парень лишь усмехнулся. Я обернулся на него и выгнул бровь.

- Зачем мне говорить тебе то, что ты прекрасно узнал из разговора с Хэйзел? Или ты хочешь, чтобы я это повторил тебе, собственными губами?

- Возможно.

- Получай, - я уже хотел назвать его сукиным сыном, но удержался, потому что моей агрессии могут не понять. Я обзываюсь любя, но кто бы ещё это понял... - Я признался Флинн в любви. Она меня отшила. Теперь тусуется с Хосслером. Все отлично, Макс, у меня все просто прекрасно. Никогда не было лучше.

- Ты был таким мачо, черт, да я бы в тебя влюбился, будь я девушкой, а сейчас раскис. Мог бы привлечь еще кучу таких же девушек, как она, а сейчас на тебя кто посмотрит? В тряпку превратился, Винс. Очнись. Иди вниз, отдохни. Переутомился. Я чувств твоих не разделяю и не понимаю, но понимаю, что чердак у тебя уже изрядно накренился и скоро поедет. Отказов не принимаю, я сам с остальными делами разберусь.

- Я сам прекрасно знаю, что я тряпка. Не стоило напоминать. Но стоит вам уже, блять, понять, что я ничего с этим сделать не могу. Я влюбился по уши, как сраный подросток, и это полностью мое дело. Вы так хотите мне помочь, будто от любви я стал намного хуже.

- Тебе честно? Стал. Вернись к реальной жизни. На тебе висит клуб, а ты думаешь о девочках. Верни образ холодного и строгого мужлана.

- В том-то и дело, что это был образ. Не хочу так больше. Эстер ушла, я стал холодным уебком, потом впервые что-то почувствовал и перестал стыдить себя за чувства. А меня за это осуждает уже не первый человек. Ничего не изменится от вашего пиз...вранья.

Я понимал, что мне, как человеку серьезному, так часто сквернословить не полагается, но в данный момент не мог уже окончательно сдерживать себя. Когда я злился или обижался на весь мир, я начинал ругаться отборным матом не хуже какого-нибудь сапожника.

- Иди вниз. Я уже сказал. Отдохни.

Я заметил заговорщески хитрый взгляд друга, но ничего не сказал. Он сам по себе человек такой, хитрюга. Даже если он ничего не замышляет, лицо его будет говорить об обратном.

Я спустился в зал и осмотрел помещение, гордясь своей работой, своим трудом. Прошёлся взглядом по диванам, по барной стойке, по стенам и потолку.

Увидел ее.

Нет, другую ее. Ту, к которой я бы ещё пару месяцев назад вернулся бы за милую душу. Вместо того, чтобы тусоваться в своей гребаной Италии с каким-нибудь горячим итальянцем, она сидела здесь. Одиноко заседала на диване и осторожно потягивала мохито - ее любимый алкогольный коктейль.

Ни капли не изменилась. Мы не виделись чуть больше, чем полгода, но для меня это было огромным периодом времени. Слишком много нового произошло.

- Из Италии выперли? - спросил я в первую очередь, подойдя к девушке.

Эстер подняла глаза на меня, и на лице ее появилась больная улыбка. Такая, будто бы она не ожидала меня здесь увидеть. Действительно. Бьюсь об заклад, она знала, чей же этот клуб. И Макс знал, что она здесь, раз выгнал меня сюда. Хотя он видел-то ее пару раз в жизни. Я не так тесно общался с ним и с Джеттом в школьное время.

- Так получилось, что я была вынуждена вернуться. - ответила Уайт, преодолев ком в горле. Поверь, милая, у меня он тоже есть.

- Где будешь теперь учиться? - задал я вопрос, который интересовал меня больше всего. Раз уж мы давно знакомы, зачем начинать разговор с вежливых вопросов, ответ на которые мне не интересен, на самом деле.

Когда она назвала универ, в котором учился я, первая мысль была «все, перевожусь». Но потом я вспомнил, что она поступала на гуманитарные факультеты, а значит у нас есть большой шанс не увидеться вообще. Тем более, может внимание Джейдена вернётся к Эстер, и он забудет про Хэйзел. Всем от этого будет хорошо.

- Это хорошо. Хосслер, получается, с тобой на одном факультете. - спокойно и холодно отвечал я.

- А ты?

- Не думаю, что тебе это нужно знать. В любом случае, мы как минимум на разных направлениях. Я догадываюсь, почему при возвращении ты выбрала именно этот ВУЗ, но я поспешу тебя расстроить - ничего общего мне с тобой больше не нужно.

- Как был самовлюбленным, так и остался.

- Прошло всего полгода, что ты думала? Что я после твоего ухода закроюсь и кардинально поменяюсь? Нет, Эстер, жизнь идет своим чередом. С тобой, без тебя, не важно.

- У тебя есть кто-то?

- Не важно.

- Значит есть... - девушка подняла глаза в потолок и глубоко вздохнула. Я начинал злиться. На нас обоих.

- Уайт, какая к черту разница? Если ты так хочешь услышать ответ, то я не женат, не помолвлен и даже ни с кем не встречаюсь. Но тебя это волновать не должно. Если ты сначала кинула меня, а потом, грубо говоря, обделалась, после чего решила вернуться, то я тебя обрадую - это так не работает. Ты не можешь оставить меня со словами «я потом вернусь, ты только никого себе не ищи». Я ушёл, Эстер. Можешь возвращаться к кому хочешь - к Джейдену, к Джордану - он, к слову, не в этом универе, так что смело можешь переводиться - к кому угодно, вообще не важно. Но не ко мне.

- Даже если мой выбор в учебном заведении пал именно на этот только из-за тебя, то это ещё не значит, что при твоём отказе я пойду переводиться. Буду мозолить глаза.

- Отлично. Все как ты любишь. Вернуть меня не получится. Как ты не старайся. Удивительно, что ты не нашла себе какого-нибудь сексуального итальянца.

- Хватит про Италию. Я здесь, и это хорошо.

- Кто тебе сказал такое, свет моей души? Ты здесь, и это плохо. - я усмехнулся.

Да. Я погорячился со всеми теми словами о том, что между мной и Эстер больше ничего не будет. Про отношения я и думать не хочу, а вот... А вот на одну ночь она меня все же раскрутила.

Мы вошли в мою квартиру, уже попутно снимая друг с друга одежду. Черт, и когда на меня так успела нахлынуть страсть? Я не люблю ее, но сейчас почему-то раздеваю. Секс перестаёт быть чем-то, что связано с любовью?

- Все ещё играешь на гитаре? - усмехнулась Эстер, указав на музыкальный инструмент в углу комнаты, который я на выходных привёз из родительского дома.

В субботу я поехал к родителям, чтобы забрать гитару. Я не играл на ней давно, но пальцы все ещё помнили. Помнили все, что могло бы понадобиться для того, чтобы в музыку вылить все свои эмоции от несчастной неразделенной любви.

Я коснулся струн, затем опустил голову, закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Я любил музыку, все, что было связано с этим словом, но сам становился «музыкантом» только тогда, когда мне нужно было выплеснуть эмоции. Я писал стихи, коротенькие песни, в которых выражал все свои чувства, все то, что не мог сказать человеку напрямую.

Ты не считаешь, сколько дней я тебе не звонил
Не отвечаешь ни по одной из своих двух мобил
И засыпаешь рядом с тем, кого я бы убил,
Если только бы встретил, и если хватило бы сил*

Я пел, не сдерживая себя, своего чувственного порыва. Сочинял на ходу. Про третью строку... Я почему-то был уверен, что между Хэйзел и Джейденом есть какая-то связь. Может просто интимная, может ещё и романтическая. Просто сходил с ума, на самом-то деле.

В чьей-то руке твой зад, в чьей-то - медиатор старый
Каждому своё: одному - ты, другому - гитара*

Может даже у них ничего и не было. Я сходил с ума только оттого, что позволил Джейдену быть рядом с ней. Я ненавидел его всем своим сердцем за все его душевные качества, и ничего бы не заставило меня поменять своё мнение.

Я сходил с ума от ревности, от этой безумной привязанности к Хэйзел. Я даже не уверен был в том, что это любовь, потому что слишком много боли мне в последнее время эта любовь причиняла. Уже зависимость.

Эту ночь мы с Эстер провели вместе. Я и жалел, и не жалел о содеянном. Спать я могу с кем угодно, просто чтобы расслабиться, но вот все это время мне казалось, что я изменяю принципам, которых у меня уже давно как нет. Странно даже.

* - строки из песни «ты не считаешь», о которой я говорила перед началом главы