Я никогда не расскажу о Заке.
Тереза
Я просто хотела спокойно пообедать.
Но наблюдать за тем, как Бри оседлала Тома в своей сторис, - полная противоположность спокойствию. Если честно, я постоянно проверяю ее профиль. Ну, что я могу сказать?
Наверное, мне нравится разрывать свое сердце.
И хотя я порвала все связи с Томом, меня все еще убивает тот факт, что вчера он пошел с Бри на какую-то вечеринку, да еще и в школьный вечер. Хотя я убрала себя из уравнения, это еще не значит, что я не превращаюсь в жалкое, разбитое ничтожество всякий раз, когда вижу, как они держатся за руки в коридоре.
Я знаю, что их «любовь» - это полная чушь.
Но… часть меня боится того дня, когда это изменится. День, когда Том забудет, что это с самого начала было ложью.
В момент слабости я позволяю себе бросить взгляд в сторону стола спортсменов и встретиться глазами с самим дьяволом.
Оказывается, он уже пялился.
Я поддерживаю зрительный контакт, как будто меня к этому принуждают. Как будто я физически не могу отвести взгляд. Если бы глаза могли говорить, мы бы написали целый роман. Черт, я была так хороша на этой неделе.
Поставила спектакль, достойный «Оскара», если можно так выразиться. Я ни разу не посмотрела в его сторону, как бы мне этого ни хотелось.
До этого момента…
Бри сидит у него на коленях, обвивая рукой его шею, и болтает с Лейси. Я вздрагиваю, когда она крепко целует Тома, спрыгивает с его колен и уходит с подругой. Я отрываю взгляд от идеальной пары и переключаю свое внимание обратно на Лану, которая попивает воду из бутылки. В этот момент мой телефон оповещает о новом сообщении.
От него.
Я просматриваю его, и мое сердце начинает биться в два раза быстрее.
Том
Я бы хотел, чтобы это была ты.
Я поднимаю глаза, встречаясь с ним взглядом. Том не сдвинулся с места. Он смотрит на меня так пристально, что у меня по коже бегут мурашки. Боль окутывает меня, как объятие, из которого я не могу вырваться. Слишком крепко.
Слишком сильно.
И мне бы хотелось, чтобы это была я.
Это так больно, что я притворяюсь, будто не видела его сообщения, и засовываю телефон в задний карман. Я должна быть счастлива. Моя пьяная речь на вечеринке, похоже, сработала.
Все указывает на то, что люди поверили мне, будто Зак не студент Истона.
Признания постепенно становятся старыми новостями, как и перешептывания в зале.
Оскорбления тоже сошли на нет.
Так почему же я чувствую, будто умираю?
Я почти доела свой обед, когда из школьного звонка на потолке раздается громкий голос, который эхом разносится по всему кафетерию:
- Тереза Батлер, пожалуйста, немедленно явитесь в кабинет директора.
Болтовня сразу же стихает, и все головы поворачиваются в мою сторону.
Подумать только, раньше я мечтала быть в центре внимания, как моя сестра-виртуоз, и все такое. Должно быть, я, сошла с ума, потому что это мой худший кошмар.
Что маме Тома нужно от меня?
Я бросаю взгляд на Лану.
Она смотрит на меня с беспокойством.
- Расскажешь мне после?
Я киваю в знак согласия и беру свой поднос. Выбросив остатки еды, я выхожу из столовой под пристальными взглядами всей школы. Несколько минут спустя я плюхаюсь на один из складных стульев перед кабинетом директора Каулитц.
Внутри не слышно ни единого звука.
Я нервно играю пальцами и ерзаю на своем сиденье, пока звуконепроницаемая дверь со скрипом не открывается. На пороге появляется заместитель директора Истона, мистер Холл, и приветствует меня кивком.
- Заходи, Тереза.
Подождите… он пригласил меня сюда?
Спотыкаясь, я вхожу в комнату и вижу, что мама Тома стоит в углу кабинета, на ее утонченном лице отражается смесь стыда и вины. Мистер Холл жестом приглашает меня занять место за столом миссис Каулитц. Я подчиняюсь, не задавая лишних вопросов. Однажды я уже была здесь. После того, как ударила Артура коленом по яйцам и мама Тома назначила мне наказание.
Кабинет выдержан в скучных серых тонах, два больших окна освещают небольшое пространство. Мистер Холл сидит за письменным столом - явный признак того, кто сегодня главный.
Почему они смотрят на меня так, будто я совершила преступление?
- Вам, наверное, интересно, почему вы здесь, поэтому я сразу перейду к делу, - твердо говорит мистер Холл. - Вы знаете, что это такое?
Мистер Холл поворачивает ко мне старый компьютер, стоящий на столе.
Я тяжело сглатываю, глядя на тексты на экране.
«КТО НАПИСАЛ ПРИЗНАНИЯ?
#НайдиЗакаИЛав»
Закрытый канал.
- Невозможно не знать. Все в школе в курсе, - отвечаю я.
Мистер Холл кивает.
- Видишь ли, до нашего сведения дошло, что, по слухам, ты являешься одним из авторов распространившихся признаний.
Черт.
Я знала, что все это еще вернется, чтобы укусить меня за задницу. Я просто не знала когда. Школа сделала все, что было в ее силах, чтобы похоронить случившееся. В тот день, когда Бри повсюду распространила признания, я прибежала домой, разбитая на части, но Лана сказала, что к обеду во всей школе не осталось ни одной копии.
Конечно, к тому времени было уже слишком поздно.
Ученики были заинтригованы.
Озабочены нашими темными секретами.
- Это правда? Ты - Лав? - спрашивает мистер Холл.
Я не отвечаю, кусая щеки изнутри и поглядывая на директора Каулитц, которая трусливо прячется в углу.
- Я уверен, ты понимаешь, что родители недовольны. Многие обвиняют нас в том, что мы потеряли контроль над нашими учениками. Они говорят, что эта ерунда с Заком и Лав отвлекает их детей от учебы. Нас жестко критикуют, мисс Батлер.
Я по-прежнему молчу.
- Людям нужны имена. Они хотят, чтобы ответственный за это понес наказание.
- И вы думаете, что я несу ответственность? - спрашиваю я.
Мистер Холл обескураженно вздыхает.
- Мы знаем, Тереза. Отбрось притворство.
Я хмурюсь.
- Какое притворство?
- Мы знаем, что ты опубликовала признания. И мы знаем, что ты создала канал в Телеграмм.
Моя челюсть отвисает до пят.
- Вы думаете, я это сделала? - кричу я.
Хуже всего то, что даже если бы я хотела доказать им, что не являюсь администратором, продемонстрировав настройки группы, Бри скорее всего уже позаботилась о том, чтобы создать поддельную учетную запись, не оставляя возможности отследить ее.
Мистер Холл делает долгую паузу.
- Бриэль Рэндалл призналась во всем. Она сказала нам, что подслушала твой разговор и ты чуть не сломала ей нос, чтобы заставить ее замолчать.
Я закипаю от ярости.
Конечно, они поверят этой Барби из Малибу, а не мне. Они поверили бы говорящей обезьяне, если бы она говорила правильные вещи, все что угодно, лишь бы спасти свою задницу и доставить удовольствие разгневанным родителям.
- Зачем мне вообще это делать? - огрызаюсь я. - Признания были унизительными. Они разрушили мою жизнь.
- Неужели? Как по мне, очень похоже на то, что они - как там говорится - возвысили вас, - возражает мистер Холл.
Я совершенно сбита с толку.
- Вы думаете, я сделала это, чтобы привлечь внимание?
- Мисс Рэндалл отметила, что вы всегда были довольно замкнутым человеком и у вас не так много друзей.
- Если бы я хотела завести друзей, я бы разговаривала с людьми. А не разрушала бы свою репутацию. Вы ошибаетесь. Это сделала Бриэль. Она опубликовала признания. Она создала канал.
- Послушай, Тереза… Старшая школа - полный беспорядок, жизнь трудна - я понимаю это. В наши намерения не входит наказывать тебя. Ты отличная ученица. Возможно, даже одна из наших лучших. В конце концов, только лучшие получают стипендию в Дьюке.
Я сжимаю челюсть, по щеке медленно скатывается слеза.
Они собираются шантажировать меня, да?
- Вытри слезы, малышка. У нас есть к тебе предложение.
Ага, шантаж на подходе.
- Люди уже знают, что это ты, но Зак… Его трудно вычислить. Его признания… ну, ты же знаешь, в каком свете они нас выставляют. Родители в ярости. Все, что тебе нужно сделать, это сказать нам, кто он.
Я украдкой бросаю взгляд на маму Тома.
Она избегает моего взгляда всеми возможными способами. Она выглядит измученной. Напуганной. Она знает, что Зак - ее сын. Она должна знать. Вот почему она молчит. Вот почему она свалила это на мистера Холла.
Уверена, она вообще никогда не хотела находить ответственных за это учеников. Она понимала, что таким образом выкопает себе могилу.
Вероятно, она игнорировала негативную реакцию родителей до тех пор, пока у нее не осталось выбора, что объясняет, почему они не начали шантажировать меня раньше.
- Отдай нам Зака, и я обещаю, что мы все сделаем по-тихому. Никакого наказания, никаких последствий. Дьюк никогда не узнает о том хаосе, который ты здесь устроила.
- Я уже сказала всем, что Зак - сотрудник в…
- В библиотеке? - мистер Холл смеется. - Да, мы слышали. Жаль, что у нас в библиотеке уже много лет не работают мужчины.
Черт.
- Прости, но эта сделка распространяется только на настоящего Зака.
- А если я вам не скажу? - мой голос дрожит.
- Ну, тогда, я думаю, Дьюк заслуживает узнать, какого человека они впускают в свое учреждение, не так ли?
Теперь я плачу навзрыд.
Задыхаюсь от рыданий в кабинете директора.
- Итак, что будешь делать? Выбирай с умом, - мистер Холл опирается предплечьями о стол, соединяя руки в замок.
Я не утруждаю себя ответом.
Почему?
Потому что все уже кончено.
Неважно, что он скажет дальше, я обречена.
- Вот что, я дам тебе выходные, чтобы ты приняла решение. Приходи к нам в понедельник со своим ответом.
Я храню гробовое молчание.
- Хорошо? - подбадривает он.
Я слабо киваю и волочу ноги к выходу. Я чертовски хорошо знаю, что мне не нужны выходные, чтобы обдумать свой ответ.
Я не могу этого сделать. Я никогда не расскажу о Заке.
О Томе.
Никогда.
Чувствуя себя так, словно мистер Холл прикрепил мое сердце степлером к своим унылым серым стенам, я спешу по коридору к своему шкафчику. Мне нужно убираться отсюда к чертовой матери. Сегодня пятница. Сомневаюсь, что мама будет возражать, если я пропущу вторую половину дня. Я просто скажу ей, что плохо себя почувствовала. Я же не могу сообщить ей, что потеряла стипендию, - она даже не знает, что я ее получила.
Наверное, хорошо, что я ей не рассказала…
Поскольку рассказывать уже нечего.
На экране моего телефона появляется сообщение от Ланы.
Лана
Что случилось?
Я пишу ей, пробираясь сквозь толпу.
Тереза
Ничего особенного. Просто потеряла стипендию.
Ее ответ приходит мгновенно.
Лана
ЧТО???? Где ты?
Лана
Я тебя встречу.
Тереза
Я иду домой. Поговорим позже?
В следующую секунду я дохожу до своего шкафчика. Собираю вещи в рекордное время и мчусь по коридору, одержимая желанием успеть добежать до своей машины до того, как столкнусь с кем-ни…
- Тера?
Я поднимаю голову.
Это чудо, что мне удалось узнать его сквозь слезы.
Том.
Конечно, мать вашу.
Я пытаюсь вытереть слезы, но в итоге лишь размазываю тушь. Его губы приоткрываются, когда он пристально смотрит на меня. Сказать, что я в полном беспорядке, было бы преуменьшением века.
В его глазах кипит смесь боли, сожаления и вины.
Он открывает рот, чтобы заговорить.
- Я…
- Малыш? - раздается позади нас знакомый голос. Бри появляется рядом с ним, властно обхватывая рукой его бицепс. - Вот ты где, - она звонко целует его в щеку.
В другое время это разбило бы мне сердце.
Но проблема в том, что разбивать больше нечего.
- Тереза, привет. Не видела тебя там, - Бри одарила меня своей лучшей коварной шлюшьей улыбкой. У меня нет сил притворяться, поэтому я выбираю свой лучший и единственный вариант: броситься бежать. Оттолкнув Бри, я смотрю Тому прямо в глаза.
Мальчику, ради которого я пожертвовала своими мечтами.
А затем я выбегаю из школы.