Самаэль

Первым, что свидетельствовало о течении Жизни, был оглушительный писк в ушах. Вслед за ним пришла боль. Рот наполнил тошнотворный привкус. Эта смесь напомнила Крису о его смерти. Провернутый в брюхе нож разрывал плоть, пока болевой шок уничтожал сознание. Крис лежал на земле и раскрывал рот в попытке глотнуть воздух. В отличие от того раза он не ощущал надвигающейся тьмы, наоборот веки прожигал горячий свет.

Парень разлепил веки. Пандемониум обрушился на него своим хаосом. Голумы куда-то бежали, резво передвигая руками и ногами. Парочка гоблинов перевернула стеклянный шкаф, разлетевшийся вдребезги. Освободившаяся душа закричала, когда ее моментально поглотил шатер. Крис провел ладонью по животу, убеждаясь в отсутствии раны. То было лишь видение, мираж. Парень подскочил на ноги. Твари Цирка неслись в разные стороны, и лица каждого были искажены ужасом. Что-то однозначно произошло. Что-то неправильное.

Пандемониум взревел. Мощь ударной волны пригвоздила всех к земле. Губы Криса зашевелились в немой молитве, подсознательный жест, ведь парень не знал, кого конкретно он просит о спасении. Кого-то рядом разорвало на части, капли крови попали на лицо Криса.

Наступившее затишье веяло еще большей опасностью. Никто не спешил подниматься, и только глаза опасливо скользили с одного на другого.

-что произошло? – прохрипел Крис.

Горло пересохло и царапало от попыток говорить.

-Пандемониум поддерживается за счет сил Хозяина. Души кормят голодную тварь и помогают Самаэлю восстанавливаться. – принялся объяснять давно известную истину гоблин. Крис стиснул зубы, сдерживая порыв перебить его.  – все перевернулось вверх дном несколько часов назад. С Хозяином что-то произошло.

Как только гоблин договорил, щупальца цирка схватила его и затащила в вечно голодное и жестокое брюхо. Его крики моментально смолкли.

Ноги перестали держать Криса, и он бы свалился на пол, если бы несколько голумов не подхватили парня подмышки. Все вокруг тряслись от ужаса и с надеждой смотрели на ассасина, внезапно наделенного большими полномочиями.

Крис не знал, как далеко простирается их связь с Самаэлем, но не сомневался, что мучительная боль от кинжала в животе принадлежала не ему. Кто-то напал на Самаэля. Он был слаб и терял свою власть. Пандемониум буйствовал.

Крис растворился в воздухе, не удостоив никого из присутствующих словом. Он был единственным, способным покидать цирк в любой момент, и ему следовало разобраться с ситуацией. Они нуждались в душе, стоящей сотни.

Через несколько секунд Крис очутился в темном коридоре. Парень достал из ножен два коротких меча, длиной с предплечья. Он бесшумно ступил в комнату. Его зрение оставалось острым в темноте, что помогало настигать жертв внезапно.

Кровать в центре комнаты пустовала. Крис перевел взгляд на стены. Ранее увешанные постерами с любимыми артистами они пустовали, как и полки. Комната обезличилась.

Крис вбежал в соседнюю, чтобы обнаружить идентичную картину. Он обошел каждую, чтобы убедиться, что дом Маршаллов опустел. В нем не имелось ничего, способного свидетельствовать о жизни трех сестер и их отца. Их не было. 

Крис в бешенстве разрезал спинку дивана. Синтепон разлетелся в разные стороны, точно снег усыпал пол. Крис закричал и упал на колени. Он как никогда жаждал липкой крови на своих руках и лице, он хотел выдрать сердце маленькой сильфы из груди и почувствовать его последний удар в своем кулаке. Не следовало внимать словам Самаэля. Нужно было прикончить Вайолетт Маршалл при первой же возможности, чтобы не допустить последовавшего вслед хаоса. Теперь он медленно и мучительно расправится с ними тремя, заставив смотреть, как Жизнь покидает тела.

Крис достал из кармана давно позабытый предмет. Его руки дрожали, печать выпала и громко покатилась по полу. Парень пополз за ней и схватил прежде, чем она закатилась под диван.

Несколько месяцев назад после того, как Крис доказал свою полезность, Сэм поручил ему печать. Ее можно было использовать единожды и лишь в экстренных ситуациях. Эта ситуация подходила под параметры. Хозяин в опасности. Он жив, ведь все его подданые еще дышат земным воздухом. Пандемониум сожрет их с потрохами, если они ничего не предпримут, а стервы Маршалл, которые причастны к пропаже Самаэля, сбежали.

Крис закатал рукава толстовки и, не раздумывая, прижал печать к запястью. Кожа начала плавиться от одного прикосновения и пошла волдырями. Крис прокусил щеку до крови, сдерживая стон боли. В воздухе запахло дымом. Когда он отвел печать от руки, на левом запястье красовалась ярко-красная, кровоточащая в окружении облезлых кусков метка духа Огня. Настало время Райкеру исполнить клятву.

Крис зло ухмыльнулся и поднялся на ноги. Он извлек на свет гвоздик, камушек которого уже потускнел и был покрыт запекшейся кровью. Даже застежка была на месте. Крис аккуратно погладил украшение, будто оно могло передать владелице его прикосновение.

-Вайолетт Маршалл, я иду за тобой.