Глава 9
Шумный завтрак с охренными Маришкиными блинчиками перерос в торопливые сборы, а потом в тёплое прощание. Обнимашки, обмен соц сетями и обещания собраться так ещё раз.
Потом дорога в город, Димкины осторожные расспросы про Лёлю, обиженная Бусинка, которая из вредности спряталась под диван, когда мы приехали домой. В какой-то момент захотелось остановить время и остаться в этом счастливом миге, где всё понятно, всё хорошо, без каких-либо «но».
Как-то быстро начался май.
Учеба стала требовать больше внимания — бесконечные коллоквиумы, контрольные, рефераты, та же защита курсовой, которую препод перенес на середину мая, после праздников. Я боялась потерять баланс между учебой и отношениями, но Кай всё понимал. Сам готовился к диплому, досдавал долги, писал экзамен.
В свободное от учебы, работы и дел время мы были вместе. Нежились у меня дома, гуляли до ломоты в ногах, ходили в кино, катались на мотоцикле по ночам.
Первые покатушки, конечно, запомнились больше всего.
В этот день Кай был очень молчаливым, лишь спросил обхват моей головы в телеге. Я не вдуплила, зачем ему такая информация, но измерила и скинула. А вечером он оповестил меня, что мы едем кататься. Сначала не поняла, какие он катания имел в виду, и выперлась к нему в юбке и топе. Но не завидев уже привычной бэхи на улице, растерялась. А потом чуть не откинулась, увидев Кая в черной куртке в облипку, восседающем на полностью черном мотоцикле. Вид был чертовски горячим. Он тогда подозвал к себе и шепнул на ухо, что я, конечно, очень сексуальная, но нужно переодеться во что-то другое.
Когда я вышла во второй раз уже в джинсах и толстовке, он показал мне мой шлем, смеясь, что на мою головку только детский размер подошёл. А потом долго-долго рассказывал, как садиться, как держаться, что делать во время каких-либо маневров и что ни в коем случае делать нельзя. Установил специальное приложение на мой телефон и подключил его к гарнитуре, чтобы мы могли общаться во время поездки. Она была от Диминого шлема. Сам парень не водил, а лишь иногда катался в качестве двойки.
А ещё Кай получил от меня в жбан, когда я увидела наклейку «села — дала». Но он лишь хихикал и приговаривал, что никого так не цеплял, и лишь Дима и я будем платить телом за катания на его коне.
Первые несколько километров я ссалась, но потом распробовала и расслабилась. Прям как секс. Кай поддал газу, и мы носились по всей Москве. Иногда к нам кто-то подбивался, и мы ехали группкой с другими мотиками, а иногда парень закусывался с машинами, петляя по полосам и оставляя автолюбителей матюгаться сзади. В конце, уже ночью, мы уничтожали бургеры с молочным коктейлем на парковке Мака. Ну, а потом пришлось дать.
А ещё мы, как-то раз, пошли вместе в зал. Но лучше бы не ходили. На этой почве и случилась первая ссора. Лбом уперся, что теперь качаться только вместе. На мой вопрос почему — мужики на меня похабно смотрят. Я поржала, а Каю было не смешно. Тут чутка напряглась, потому что повод хуевый. Максимально. Я когда тренируюсь, мне фиолетово кто и что. Есть только музыка и подходы. Я и железки. А вот смотреть и триггерить каких-то там мужиков — не, спасибо. Еле объяснила и умаслила, что теперь есть только он (благо, не додумалась шуткануть про корейских мужей). В итоге тренировки в одиночестве отбила и в голове поставила галочку, что в следующий раз на такое предложение, как совместный поход в зал, сразу вести Кая в постель. Лучше меня, чем мозг.
Этот опыт ссоры был странным. Артём никогда не ревновал. Вот вообще. Поэтому мне даже не приходилось думать о каких-либо объяснениях. После этого я удивилась, как он тогда пиздец не устроил, когда я лайкала Сивицкого, в качестве действия в игре.
Как только начался июнь, мне было не до этих размышлений — сессия поимела конкретно. Если предыдущие разы мне в зачетки ставилось больше пятерок, чем четверок, то в этот раз — спасибо, что умею пиздеть. Как избежала двух троек — хер его знает. Чудом и только. Пришлось хлопать глазками и мило улыбаться на сексистские фразочки старого пердуна. А в мыслях поливать его помоями и совать хуи за пазуху. Лёле у него повезло меньше — отправил на пересдачу, потому что она не выдержала и чуть не обхуесосила Леонида Степановича прям в аудитории, прям в лицо. Короче, сессию мы закрыли весело и глобального пиздеца избежали.
Но это я так думала.
Пиздец же всегда незаметно подкрадывается.
На последние выходные июня выпал день рождение Милки. Она та ещё любительница покутить и всегда захватывала родительскую дачу для праздника. Я тоже уже ждала её дэ рэ, чтобы, наконец-то, познакомить моих девчонок с Каем. Но он оповестил меня, что ему нужно к дедушке в деревню. С говном съедят, если не приедет в этот день. Я посетовала на ситуацию, но раз надо, значит надо. В следующий раз. Кай, в свою очередь, допросил о празднике, и я по глазам увидела, что не хочет отпускать одну. Зубы сжал, голос нарочито спокойный — кто будет, где и так далее. Я тихо спокойненько рассказала все моменты и со скрипом получила добро. Надо сказать, что после родительского контроля в школе я отпрашивалась впервые. Хотя на самом деле не отпрашивалась, но ощущения были, что именно это я и делала.
Днюха прошла отлично, у Милки много друзей со школы, поэтому отмечали весело. Я решила много не пить, чтобы, если что, мозг у меня остался девственным. Утречком воскресенья была самым огурцом и лишь подхихикивала над заплывшими лицами оставшихся на ночевку гуляк.
Кай должен был вернуться только вечером, поэтому мы вчетвером — я, Лёля, Мила и Саша прибрали бардак и ближе к закату двинули в город. За Бусей оставалась приглядывать соседка.
В девятом часу Кай написал, что уже дома умотанный дедом в усмерть. Я посмеялась и написала, что труд облагораживает человека. Он ушел в душ, а я полезла в инсту.
Мила навыкладывала миллион историй, и я решила тоже, на память, стырить себе фотку, где мы всей гурьбой и очень смешные. Настроение было отличным, и я подрубила себе музыку, дожидаясь своего дельфинчика из ванны. Ну и дождалась.
Каюша: [вложение]
Это кто нахуй такой?
Я десять раз перечитала сообщение и так же десять раз открыла фотку, которую он прислал. Скрин моей истории с общей фотографией. Точнее приближенный кусок со мной.
Эээ, это двоюродный брат Милы
Каюша: И какого хуя он тебя обнимает?
Это просто фото
Каюша: Да?
Ты смеешься? На солнышке перегрелся?
Каюша: Похоже, что я смеюсь?
Я ещё раз спрашиваю, какого хуя тебя
обнимает какой-то утырок?
Я резко выдохнула. Что за пиздец? Это какой-то прикол?
Давай отдохнешь, и завтра поговорим, потому что ты сейчас хуйню несешь
Каюша: Я хуйню несу?
Это ты дала кому-то себя облапать
Блять. Мама, роди меня обратно. Жопа заполыхала знатно.
Чё ещё расскажешь?
Давай, ты же там был и всё видел
Может, я ещё и потрахалась с кем-то?
Каюша: Надеюсь, что нет
Так ты ответишь?
Что ответить?Ты ебнулся? Это блять ПРОСТО ФОТО
Каюша: Он просто положил руку к тебе на талию
И просто прижал к себе
Просто для фото
А я так же просто задал вопрос
Какого хуя он тебя обнимает?
У меня мало было ситуаций, когда я хотела рвать себе волосы на жопе. Ну что за хуйня? Терпение лопнуло.
Иди на хер
Я поставила «не беспокоить» и отбросила айфон. Пусть хоть пальцы сотрет, не допишется.
Через пять минут телефон завибрировал, оповещая о входящем вызове. Я тут же сбросила. Мозги пусть на место поставит, а потом поговорим.
Телефон разрывался еще десять минут беспрерывно. А я ходила по квартире и бесилась. Руки чесались, что-нибудь разбить, а больше кого-нибудь отпиздить. Кого-то конкретного, конечно. Смартфон затих, а я села на ковёр успокаиваться.
Ишь чё. Будет он со мной в таком тоне разговаривать. Тон я, конечно, его не слышала, но представляла. И терпеть не намерена. Это что же, плюс один абьюзер в моей жизни? Ну вот какого спрашивается рожна? Ну вот зачем он так? Почему нельзя было нормально спросить?
Через двадцать минут Кай начал писать в iMessage, где можно обойти фичу с режимом фокусирования.
Каюша: Я внизу. Спустись.
Нет
Каюша: Не еби мозг и спустись
Дорогой мой, ебешь мозг здесь только ты. Я даже отвечать не стала. Всё моё «спокойствие» пошло по пизде.
И снова звонок. Выдохнув, нажала «ответить».
— Я сказал тебе спуститься, — именно так я и представляла его голос. Злющий, шо пиздец.
— Да что ты? Чтобы ты мне уебал?
— Ты ебнулась? Я хочу поговорить.
— Мы говорим.
— Боже... Ты можешь просто спуститься и поговорить со мной лицом к лицу? — Вот умеет же выводить, говнюк.
— Пока ты не успокоишься, мы будем говорить так.
— А я, блять, не смогу успокоиться, пока мы не поговорим лично!
— Ты делаешь из мухи слона! Уймись! Ты мне тогда мозг проканифолил и теперь снова? Если бы я знала раньше, что ты будешь мне чайной ложечкой мозг есть со своей ебучей ревностью, то я бы не...
— Что ты «не», Лин? Слабо сказать мне это в лицо? Я тебе на первом свидание сказал, что ревнивый. Что для меня нет полумер! — Голос Кая сорвался на крик.
— Не кричи на меня! — Я сама повысила тон. — Ревность разная бывает и твоя — это не нормально. В следующий раз, если на меня посмотрят как-то не так, ты меня ножом пырнешь или что? Я повода никогда не давала и не даю. Это просто фото, без подтекстов и прочего. А теперь езжай домой и успокойся, через не могу, если понадобится. Сейчас я не спущусь.
Повисла тишина. Было слышно лишь звуки улицы и его дыхание.
— Я понял.
Кай сбросил звонок, и я закрыла глаза.
Меня трясло.
— Сука! — Я со всей дури лупанула рукой по полу, и косточка на внешней стороне запястья вспыхнула болью. Тут же набежали слезы. Обещание не реветь по мужикам пошло в пизду.
***
С утра я была злая. И чтобы заглушить злость, начала пидорить квартиру. Прям как мамка. Когда у неё не было настроения, или она была недовольна мной или отцом сразу же хваталась за тряпки и вылизывала комнаты до блеска.
С уборкой возилась до обеда, и, в конце концов, отвлёк меня звук уведомления из инсты.
dimasteklov: Привет
Лин, а можно узнать, что случилось?
Привет
У друга спроси
dimasteklov: Ну нет, кинь цифры
Я не отстану, потому что это пиздец
Вздохнув, скинула свой номер и тут же приняла звонок.
— Миледи, что случилось? Он вчера только приехал от деда, а потом почти сразу же злющий сорвался на моте куда-то. А в таком состоянии ему нельзя на нём катать. Вернулся где-то в три ночи и вылакал бутылку водки, — Дима был реально обеспокоен и по звукам курил. — Ничего мне не сказал, сейчас спит.
— Вот и пусть спит. Ему, видимо, солнышко головку припекло, потому что он такой хуйни нанёс мне из-за какого-то фото.
— Какого фото?
— В истории у меня, с дня рождения подруги. Если бы он изначально спросил у меня спокойно, всё бы было норм. Но нет, ему надо было на говно изойти.
— Блять. Вопрос снят, — Димка тяжело вздохнул. Видимо, чекнул фотку. — У него проблемы с этим. Ревнивый до ужаса. Всё это началось по большей части из-за папашки, а добавилось из-за измен. Прошлым девчонкам нравилось выводить и изводить Кая, а потом получать его щедрые извинения за истерики. А так как у него по тебе фляга свистит, то это уже обострилось донельзя. Если до этого он ещё как-то держался, то сейчас...
— Я никого не выводила и не собираюсь. А с такими заебами можно и спятить. У меня мамка есть, которая всю жизнь мне мозг поебывала, только от этого избавилась, что теперь не общаемся. А тут — здрасти. Можешь передать ему, чтобы больше не смел со мной так разговаривать. Я пока не готова его видеть.
— Ну нет. Я вашей совой не буду. Щас за тобой прикачу, и сама ему всё скажешь.
— Не поеду я никуда.
— Поедешь, Лин. Он всё равно проспится и приедет к тебе. Я понимаю, что ты не чувствуешь себя виноватой. Прекрасно понимаю. У меня была такая девочка, — на секунду Дима замолчал. — Она не давала продыху, следила, проверяла телефон и, когда я заебался что-либо доказывать ей, начала грозить что вены порежет, если её брошу. Я сразу же мамке её сдал, чтобы следила и перестал с ней контачить. В такой ревности мало приятного, но Кай может понять и исправиться, если поймет, что точно важен и нужен.
— А то есть пока у него есть сомнения? Мне самой изменили, я знаю, как это больно, и никогда бы не стала делать этого сама. Не ему точно.
— Вот и скажешь об этом. Не манди, скоро буду.
Димка сбросил звонок.
— Жопа! Беспросветная!
Я быстро ополоснулась, распустила волосы и надела простенькое тонкое платье на бретельках. Пока я не спеша настраивалась на разговор, Стеклов кинул смс-ку, что подъезжает. И ведь не отвертишься. Значит, точно к Лёльке яйца подкатывает. Та странная, в последнее время, но молчит, отмахивается. Мы с Милой не лезем, она такой человек, что всё равно не допытаешься, сама расскажет, как время придёт.
Я вышла во двор, и мне тут же «мигнул» фарами серый порш. Да блять, они там Пентагону сайты херачут?
— А ты молодец. Увидит в каком ты платье, считай пол дела сделано. Будет похуй, что ты там ему лялякать начнешь, — Дима сразу же тронулся с места, как только я уселась на сиденье.
— Захлопнись, Дим. Я с вечера хочу кому-нибудь горло перегрызть, не доводи до греха, — пристегнулась и откинулась на сиденье. — Он хоть не разбитый приехал?
— Не. И Кай, и мот целы. Я тоже сразу паркинг проверил, — он побарабанил пальцами по рулю и откашлялся. — Так что там за крендель?
— Это двоюродный брат подруги. Скажу сразу — никаких скрытых мотивов нет. Реально просто фотка. Мы дурачились, и надо было как-то всем впихнуться в кадр.
— Ну переклинило Каюшу чутка.
— Нихуя себе переклинило! Какие бы между нами чувства не были, я не позволю так с собой разговаривать. Когда он предъявил мне за мужиков из зала, я ещё сдержалась. Но тут прям выбесил.
— Да, я поржал. Сказал ему, что он ебобо, — Димыч захихикал.
— Хуже чем ебобо..
— Лин, ты охуенно красивая девушка, попавшая во все его пункты об идеале. Он очень боится тебя потерять, — я качнула головой. — Я знаком с ним с первого класса, знаю его лучше, чем он сам себя знает. И если вы расстанетесь, это его сильно размажет.
— И что же мне теперь паранджу надеть и своё мнение в жопу пихнуть?
— Да нет же... — парень цокнул языком. — Просто попробуй понять его и найти правильные слова, чтобы он смог отпустить эту неуверенность в себе. Подстраиваться под партнера, конечно, надо, но в разумных приделах.
Я ничего не ответила. Вчера было стойкое ощущение, что Кай мне нихера не доверяет. А если нет доверия, смысл, тогда, что-то выстраивать. Это всё рухнет при первом же шторме. Я нервно теребила ремешок сумки.
Найти правильные слова. Он тоже должен их найти.
Я не заметила, как мы подъехали к модному жилому комплексу и свернули в подземный паркинг. Признаться честно, я у ребят за все эти месяцы не была. Димка был всегда дома, а «тихо» проводить время мы с Каем не умели. Да и не хотели.
— Вы, блять, серьезно тут живете? Чё вы там за сайты строчите? — На парковке стояли охуеть какие дорогие машины с блатными номерами, давая понять, что в этом жк жители при бабках.
— Обычные, — усмехнулся Дима. — Мы ж снимаем.
— И паркинг тоже?
— Угум. На своё пока в процессе, — Димка задорно мне подмигнул, и мы вышли из машины.
Мы долго поднимались в лифте, потому что с нами зашла семья с визгливым ребенком, который нажал на несколько кнопок.
Квартира у ребят была большая — трехкомнатная и современная. С легким бардаком, правда, но мужицкое логово оно такое.
— Кайчик-зайчик, солнышко моё, ты встал? — Я прошлась по гостиной, где был лишь конских размеров диван, мягкий ковёр и плазма на пол стены с приставками и джойстиками.
— Отъебись. — Голос парня из недр квартиры был охрипшим и совсем разбитым. Даже чуть жалко его стало. Но только чуть. Сам дурак.
— Я вот за сижками в ларек вышел. Иду и смотрю — Лина чешет. Ну я и смекнул, что надо её к нам вести, — Димка мне улыбнулся, и я не сдержалась. Всем бы таких друзей.
Из одной комнаты послышался грохот, и почти сразу дверь, судя по звукам, распахнулась. Я присела на диван и сложила ногу на ногу. В проеме зала показался помятый Кай в джинсах и толстовке. Наверное, как вчера приехал, так и остался в одежде.
— У-у, посети-ка ты сначала санузел. Воняшь. Разве так любимую девочку встречают? — Стеклов толкнул Кая обратно в коридор. — Давай-давай. Не убежит она. Я вас закрою.
Я отвела от них взгляд. Кай смотрел на меня глазами побитого щенка, и сердечко стало предательски дрожать. Друг увел его в ванную и вскоре вышел.
— Левая спальня, если тебе интересно посмотреть его срач, — Димка кивнул в ту сторону и направился к двери.
— А ты?
— А я пойду погуляю. Буду поздно! — Подмигнув, Дима скрылся за дверью, и я реально услышала обороты нескольких замков. Как и обещал, закрыл.
Я тихонько встала с дивана, оставив на нём свою сумку, и ушла в комнату Кая. Окно было занавешено темной плотной шторой, от чего спальня была в полумраке. Свет давал приглушенный прикроватный светильник на тумбе. А так, обычная комната — большая двуспальная кровать, компьютерный стол и шкаф с зеркальными створками. На игровом стуле накидана одежда, на столе несколько мониторов и грязные кружки, а так же тетрадки и листы, прикрытые сверху макбуком. На подвесной полке фигурки Funko POP из Лиги Легенд и Игры Престолов и единственная фотография. Я подошла, чтобы рассмотреть поближе. Кай вместе с мамой радостно улыбались в объектив. Парень прижал к себе женщину за плечи, а она обняла его за талию. И правда, красавица.
Я поежилась от холода и стала искать пульт, чтобы выключить кондиционер, но нигде его видно не было. Не стала рыскать и забила, потерев ладонями голые плечи. Шум воды в ванной затих. Я нервно заправила волосы за уши, а потом поправила их обратно.
Через минуту на пороге комнаты показался Кай в одних домашних шортах. С ещё мокрых волос капала вода, скатываясь по его голой груди и прессу, исчезая на резинке шорт. Вот же сучок!
— Лин, я..
— Подожди, сначала ты выслушаешь меня, — парень отвел от меня взгляд и кивнул. Сев на край своей кровати, он склонил голову вниз. Я не знала, куда мне деться, поэтому осталась стоять около его стола, чуть облокотившись о край.
— Можно я тебя обниму? Пожалуйста, — да что же это такое. Соберись, тряпка. Эти его жалостливые глазки всю душу выедят.
Вздохнув, я всё же подошла к нему и встала между ног. Парень сразу же притянул меня к себе и уткнулся лбом в живот.
— Кай, то что ты вчера мне устроил — это пиздец. Не было никаких причин для ревности. Если бы ты нормально меня спросил, а не с наездом, я бы так же спокойно тебе бы ответила. Ты мне вообще не доверяешь?
— Тебе я доверяю. У меня нет доверия к парням, которые крутятся вокруг тебя, — он говорил тихо.
— Да никто не крутится вокруг меня. Там были знакомые мне люди и, если бы кто-то вдруг полез, поверь, этому бы человеку сразу настучали по чеполашке. Ты знаешь, что мне изменил Артём. Ты знаешь, что мне было больно, и я бы никогда так не смогла поступить с тобой. Я тебя люблю. Даже с твоей сраной ревностью. Но ещё такой раз я не выдержу.
— Лин, мне было неприятно увидеть, что тебя обнимает кто-то другой, — я положила руки ему на плечи, слегка поглаживая распаренную кожу пальцами. Кай выдохнул. — Тебе было бы приятно, если бы я какую-нибудь девчонку так зажал?
Я сглотнула.
— Не думаю. Но ты не знаешь обстоятельств. Коля женат, Нади не было с нами лишь потому, что она работает врачом, и её вызвали на дежурство.
— Не всех мужчин останавливает жена, Лин. Ты сама это прекрасно знаешь — парень усмехнулся и оторвался от меня, чтобы посмотреть в глаза. — Да, вот такой вот я долбоёб неуверенный. Мне кажется, что если я не рядом, то на тебя сразу же кто-нибудь накинется. Что в твоей жизни появиться кто-то ещё.
— Дурак ты, Меркулов, — я сдалась и обняла его. — Но ещё раз ты позволишь себе разговаривать со мной в таком тоне, и я отдам тебя на растерзание Лёле. Выкинь из головы своей дебильные мысли. Мне больше никто не нужен.
— Я постараюсь больше так себя не вести. И да, извини, за то, что так с тобой разговаривал. Но и ты мне пообещай, что не позволишь к себе так прикасаться. Даже, если я не вижу. Особенно, когда я не вижу.
— Обещаю, сделать всё возможное, чтобы этого не повторилось, — Кай провёл руками по спине и ягодицам, а по телу пробежались мурашки от контраста его теплых ладоней по моей прохладной коже.
Он вновь оторвался от меня и окинул моё тело совсем другим взглядом. Внизу живота предательски заныло. Ну трахнет же ща.
— Ты что же без белья? — Голос сразу, как тягучий мёд.
— Нет, — его ладони спустились к подолу и медленно потянули вверх. — На мне есть трусы.
— Ну какие же это трусишки... так, клочок ткани, — платье полезло выше, а Кай стал выцеловывать живот, поглаживая большими пальцами рёбра. Я качнулась вперёд, зарываясь в его влажные волосы. — Заключим мирный договор?
— Может быть. Насколько мирный? — Ну, конечно, я поддалась на эту провокацию.
Кай не ответил, лишь сдернул до конца платье. Потянулась за поцелуем, и меня увлекли на кровать. Язык требовательно ворвался в мой рот, а руки уже избавились от белья. Он не церемонился — развёл коленом ноги и полез проверять, насколько мокрая. Легкие касания по клитору и вниз, раскрывая и заполняя сразу двумя пальцами. Я впилась ногтями в спину, и Кай выдохнул мне в губы, спускаясь ощутимыми укусами по шее. Огребёт за засосы, но потом. Сейчас хочется, чтобы уже вошёл.
Припал к соскам, поочередно посасывая то один, то другой, не прекращая трахать пальцами. От обилия ощущений потекла ещё больше. Он довольно простонал и остановился, улавливая, что я была уже близко. Куснула его плечо в знак протеста, а Кай лишь улыбнулся, заменяя пальцы членом.
Было не так, как раньше. Я чувствовала его теснее, жарче и по-другому.
Он уловил понимание в моём взгляде и сразу заткнул поцелуем.
Меня распирало от эмоций. Кай вдалбливался, а я сжималась вокруг него, отвечая на его фрикции, подмахивая бёдрами, на сколько позволяли поза и тяжесть его тела. Он вновь атаковал шею, а мне хотелось сдохнуть от ощущений.
— Кай, резинка...
— Нам же охуенно и так, малышка.
— Но...
И снова затыкающий поцелуй. Мне хотелось больше, жёстче. Решила довериться и обняла парня крепче. Он уловил моё принятие и стал двигаться размашистей. Всё внутри содрогалось — я была почти на грани.
— Скажи, что ты только моя, — шепчет на ухо, замедляясь, от чего у меня вырвался разочарованный стон. Мне очень хочется кончить, но Кай, будто специально, не даёт дойти до конца, предотвращая жалкие попытки двигаться самой и в итоге останавливаясь вовсе. — Скажи.
— Твоя, Кай. Только твоя... — вновь возобновляет толчки, более интенсивные, и я стискиваю его и царапаю спину. На меня накатывает целая волна, от чего выгибаюсь ближе к нему. Он так стонет от моих сокращений, что тут же резко выходит и спускает на мой живот.
Кай тяжело дышит с закрытыми глазами надо мной, а я всматриваюсь в его лицо, так же переводя дыхание.
— Ну что, доволен? — Он распахивает глаза и улыбается.
— Конечно, — ведёт кончиками пальцев по моей шеи до пупка. — Ты в моих поцелуях и сперме.
— Свин, — нисколько человеку не совестно. Лыбу давит. Хватаю его за подбородок и притягиваю ближе. — Ещё раз такое проделаешь — получишь. После таких выкрутасов дети получаются.
— Если осторожно, не получаются.
— О, тебе лекцию прочитать? — Улыбается ещё хитрее и тянется куда-то за меня. Выуживает футболку из подушек и вытирает с меня свои «следы».
— О, не, с лекциями покончено навсегда, — целует в нос, уголок губ, щёку и так до ушка. — Если бы ты хотела меня остановить, ты бы остановила и заставила надеть резинку. Но ты, почему-то, этого не сделала.
Я молчу. Прав, зараза.
— И всё равно, ты свин.
— Твоё слово, пупсик, и я буду кем угодно, — Кай встаёт, подхватывает меня на руки и несёт в ванную.
Невозможный мужчина. И всё равно, тресну ему, чтоб было.
После душа мы валяемся в его кровати и ждём доставку пиццы, потому что кто-то ничего не ел со вчерашнего вечера, а день уже близится к четырём часам. Еду привозят на удивление быстро, и Кай зовёт меня в гостиную. Я прошлепала к нему в его футболке и носках, потому что от кондиционера плитка и ламинат холодные.
Парень сидел на полу по-турецки, уже уплетая кусок пиццы.
— Димыч какую-то игрушку закачал. Она анимешная, должна тебе понравиться. Ты любишь такое, — я села рядом и тоже подтянула себе ещё горячий кусочек.
Он что-то быстро тыкал на джойстике одной рукой, и вскоре на телеке появилась заставка.
— Что-то знакомое, — наблюдая за катсценой, пришло озарение. — Я в ТикТоке её видела, хотела поиграть, но для мака не нашла. Там на видосе на компе играли.
Игра предлагала выбрать из двух персонажей основного — девушку или парня.
— Ту что по середине нельзя? — Кай хмыкнул и покачал головой. — Ну девочку тогда. А то вдруг мне прилетит, что за парня играю.
— Я тебя щас отшлепаю.
— Так себе наказание.
Пока на экране показывали ещё одну сцену, я приговорила ещё один кусок и вышла на кухню помыть руки.
— Блять, у вас кто-то сдох на кухне.
Кай разбирался с управлением и даже бровью не повёл.
— Ага, картофан вроде.
— И вам норм?
— Все вопросы к Диме, он купил его, чтобы пожарить, но я уже три месяца жду жареной картошечки, — парень передал мне джойстик.
— И типа запах не смущает?
— Пока двери закрыты — нет. Поэтому я там уже пару недель не появляюсь. Пусть сам убирает.
— Пиздец, ребят.
Я им не мамочка, сами разберутся. Но на месте хозяев по шее бы им надавала.
Кай показал мне, куда жмакать, а игра давала подсказки, что нужно сделать. Я увлеклась сюжетом и вскоре уже сидела между его ног, откинувшись на грудь, и била разных монстров, открывала точки телепортации и сундуки с лутом, а так же просто бегала по карте, выполняя задания. Кай помогал, кладя на мои руки свои, когда я пищала, что не могу прибить кого, а потом нашёл эту игру в магазине в айфоне и сказал, что я могу скачать себе на планшет или телефон, чтобы играть. Так незаметно приблизился поздний вечер.
— Останешься? — отвлекая меня поцелуями и не давая прицелиться из лука в большого моба, спросил Кай.
— А Буся как? Мне домой надо, — конечно, хотелось остаться, но котейку я бросить не могла.
— У тебя же соседка на выходных приглядывала за ней?
— Она сегодня в ночь работает.
— Ну ладно... — Расстроился. Я тоже, но ответственность есть ответственность.
— Чуть попозже тогда такси вызову, — поцеловала в щёку и повернулась обратно к экрану.
— Чё ещё умного скажешь? Я отвезу тебя, не дури.
Стиснул в объятьях, опять сбивая мне прицел.
Тут в коридоре защелкали замки, и в квартиру ввалился Дима.
— Ой, вы посмотрите на них! В раю снова идиллия? — Парень облокотился на дверной косяк. — Я, если честно, про вас и забыл. А потом резко вспомнил и чёта на очко присел. Но, вроде, мой мальчик жив-здоров.
— А что бы я с ним сделала-то? — Не отвлекаясь, поинтересовалась у парня.
— Ты в машине грозилась мне шею перегрызть, поэтому...
— Ты же сказал, что на улице около ларька её встретил.
— Я же не уточнял в каком именно районе был этот ларёк, — Дима подмигнул другу. — Должен будешь. Например, разобраться с картохой. А то я боюсь, скоро, она разберётся с нами.
— Ладно, тогда я пошла одеваться, отвезёшь же? — Я вышла в меню и отложила джойстик в сторону.
— Угу.
Я поднялась с пола и, проходя около Димки, уловила знакомый аромат.
— Хм, знакомый запах, — я вскинула брови и улыбнулась.
— Ну, я иногда твоего парня обнимаю очень крепко, поэтому и знакомый, — Дима пожал плечами, проходя в гостиную.
— Да-да, верю.
Только у одной знакомой мне девушки были такие сладкие и стойкие духи.
Я прикрыла дверь в комнату, скинула футболку Кая и надела своё чуть помятое платье. На голове было чёрте что, поэтому пришлось кое-как прочесать копну руками. Парень появился в своей комнате через пару минут. Сначала поцеловал открытое плечо, а потом переоделся в джинсовые шорты и в майку, в которой недавно щеголяла я.
— Он ничего не рассказывал? — Может хоть Димка словом обмолвился другу, а то так интересно.
— Неа. А что, думаешь, Димыч всё-таки твою подружку где-то выловил? — Кай взял со стола документы и ключи от машины.
— Есть такие подозрения. Но Лёля тоже молчит пока.
— Ну, расскажут, как время придёт. Пошли, моя краса, — Кай подошёл ближе и чмокнул в губы, переплетаясь своей ладонью с моей. Его глаза блестели в тусклом свете ночника, и я вновь ощутила тайфун бабочек, как в нашу первую встречу, понимая, что и сама без него уже не смогу. Он только мой.