Глава 41
Глава 41. Охотник
Я с удивлением обнаруживаю, что Джей сидит на диване рядом с Дайей и оба они увлеченно копаются в своих компьютерах. Когда мы вошли, он подскочил метра на три, все еще явно пребывая в ужасе от поместья.
– Какой из призраков так тебя напугал? – спрашиваю я с ухмылкой.
– Чувак, клянусь Богом, пока я мочился, что-то дышало мне в затылок. А я просто стоял и ждал, когда оно попытается схватить меня.
Дайя бросает на меня веселый взгляд.
– Это он еще на чердак не поднимался. Я до сих пор злюсь на Адди за тот раз.
Глаза Адди распахиваются.
– Это было всего однажды! – защищается она. – И с тобой тогда ничего не случилось, – заканчивает она, опускаясь на диван напротив.
Сажусь рядом с Адди, а Сибби в это время о чем-то бубнит на кухне и, злясь, хлопает ящиками. В очередной раз.
– Я потеряла душевное спокойствие. Вот что со мной случилось, – возражает Дайя. – Этот демон мог привязаться ко мне, и тогда я привела бы его домой и промучилась бы всю оставшуюся жизнь.
– Разве можно его в этом винить? Ты же просто неотразима, – усмехается Адди, заметив сузившиеся глаза Дайи.
– Лесть мне помогает только иногда.
– А сейчас?
– Совсем чуть-чуть.
– Ребята, вы не видели мой розовый нож? – кричит Сибби из кухни, лихорадочно открывая дверцы и хлопая шкафами.
Сибби стала мне ужасно симпатична, как раздражающая психованная младшая сестренка. Но, черт возьми, мне обязательно нужно найти ей дом и работу. Дать цель в жизни, которая не будет ограничиваться раздражением меня до чертиков.
– Ты поинтересовалась у Шакала? – спрашиваю я, вскидывая бровь, когда она смотрит на меня, прищурившись.
Она прекрасно знает, что я имею в виду тот случай, когда она сочла нужным поделиться с аудиторией тем, что Шакал трахнул ее в задницу ее же ножиком. Будто кому-то это может быть интересно.
– Он воспользовался им только один раз, и, думаю, я бы вспомнила, если бы мне засунули нож в задницу…
– Может быть, ты уронила его где-то в своей комнате, – срочно вклинивается Адди.
Сибби хмыкает.
– Я уже смотрела, но проверю еще раз, – бурчит она и, нахмурившись, идет к лестнице.
Единственное, что может вывести ее из равновесия кроме пропажи сообщников, – это потеря ножа.
Джей прочищает горло; его щеки краснеют, а взгляд переходит на Сибби, отчасти заинтригованный, отчасти встревоженный.
– Думаю, я знаю, кто сообщники Клэр, – объявляет Джей, уводя тему от призраков и секса с воображаемыми людьми, орудующими ножами.
Мои брови удивленно вскидываются.
– Правда?
Мы пришли к выводу, что если нам удастся добраться до подельников Клэр, то выманить ее с уютного островка будет гораздо проще.
Я уже готов был послать все к черту и взорвать его. Я даже мог бы раздобыть все необходимое для этого, но это заняло бы слишком много времени. И как бы мне ни хотелось собрать как можно больше людей из «Зейда» и взять ее остров штурмом, у нее там тоже имеется своя небольшая армия, а я не хочу жертвовать многими человеческими жизнями ради этой суки.
Но я могу разыграть жизни ее партнеров.
– Насколько нам известно, она общалась только с двумя пользователями. IP-адреса не удалось отследить, а их личности были скрыты. Однако запуск дрона прошел успешно, и я только что получил сведения о том, что она заказала рейс для этих двоих, чтобы они ее навестили. Их имена есть в регистрационных записях, – рассказывает он, открывая данные и разворачивая свой ноутбук ко мне.
Гэри Лоусон и Джеффри Шелтон.
– Оба лоббисты, – добавляет Дайя.
– Вполне подходит, – бормочу я, разглядывая фотографии этих людей на экране.
Типичные жутковатые старики, которых заводят маленькие дети и которые делают жизнь американцев как можно более несчастной, живя при этом в достатке.
– Когда вылет?
Джей ухмыляется, его ореховые глаза так и пылают от азарта.
– Завтра. Из частного аэропорта в Лос-Анджелесе.
Я поворачиваюсь к Адди и замечаю крошечную веточку, торчащую из ее волос, а также кусочки коры, грязь и маленький листик. Кроме того, на голубой футболке уже проступили следы крови, которые она изо всех сил пытается спрятать. Что еще хуже, вокруг ее горла появился внушительный кровоподтек, и я буду чертовским лжецом, если скажу, что от этого мой член не становится твердым снова.
Я с трудом сдерживаю улыбку. Она выглядит весьма потрепанной, но старается не подавать виду.
Взглянув на меня, она бросает взгляд, который означает: «Заткнись, иначе…» На моем лице проскальзывает ухмылка.
Какая страшная маленькая мышка.
Но на этот раз я ее послушаю.
Правда, это довольно непросто, поскольку Дайя тоже смотрит на нее, подняв брови. Адди чуть поджимает губы, и я предчувствую, что очень скоро они во всех подробностях обсудят, как близко она соприкоснулась с природой.
– У нас достаточно времени, чтобы перехватить самолет.
Адди с любопытством наклоняет голову.
– Что именно ты собираешься делать?
И теперь я оскаливаюсь вовсю, в моей ухмылке проскальзывает уже настоящая свирепость.
– Я знаю, как именно мы заставим ее прийти к нам.
Она с любопытством вскидывает брови.
– И как же?
Я перевожу взгляд на Джея, и, хотя он выглядит не менее заинтригованным, он насторожен. Этот говнюк никогда не одобряет мои планы. Это просто глупо. Они же потрясающие.
– Гэри Лоусон и Джеффри Шелтон вступят в противостояние с Зейдом. И угадайте, кто проиграет?
– Они, – уверенно предполагает Адди.
– Нет, детка. Я.
* * *
Адди качается на носочках, от нее волнами исходит нервное возбуждение. Она вела себя беспокойно с тех самых пор, как мы приехали в аэропорт несколько часов назад. Мы прилетели в Лос-Анджелес максимально быстро, чтобы у нас осталось время на планирование и подготовку. А сейчас мы сидим и ждем в частном самолете на взлетной полосе, и она начала превращаться в тасманского дьявола из «Луни Тюнз».
– Почему бы тебе не присесть? Здесь чертовски удобно, – предлагаю я.
Для подтверждения своей точки зрения я закидываю ноги на маленький коричневый деревянный столик перед собой и откидываюсь назад.
– Как ты можешь быть таким расслабленным? – спрашивает она, но смотрит на кресло так, словно ей действительно не повредит, если ее задница хоть на секунду опустится на него.
– Это наименее волнующая вещь, которую я когда-либо делал во время работы.
Она вскидывает бровь, и если бы я не знал наверняка, то подумал бы, что она обиделась.
– Это чертовски грубо, – сухо произносит она.
Да, определенно обиделась. Я ухмыляюсь.
– Не хочешь забраться на переднее сиденье и трахнуться рядом с мертвым пилотом? – спрашиваю я, крайне интересуясь ее ответом.
Она всегда меня удивляет.
В тот момент, когда она открывает рот, в отдалении раздаются чьи-то голоса, которые отвлекают ее, словно собаку, заметившую кошку.
Проклятье. Придется вытягивать этот ответ из нее позже.
Голоса приближаются, и она моментально вскакивает, расправляя напряженные плечи. Она еще не привыкла к полевым заданиям и, несмотря на все свои способности, все еще нервничает. Бывают дни, когда она пробивает даже мою защиту и опрокидывает меня на спину. Но сейчас она выглядит так, будто вот-вот предстанет перед судьей и ее приговорят к пожизненному заключению или еще какому-нибудь дерьму.
– Ты себя недооцениваешь, Аделин, – лениво потягиваюсь я.
Мои движения расслабленны и медлительны. Так обычно бывает, когда мои руки вот-вот обагрятся кровью.
– Я не недооцениваю, – защищается она. – Это старые, обрюзгшие мужики. А вот их охранники…
– Это мои люди, – заканчиваю я.
Рот Адди складывается в букву «О».
– Ах ты, хитрый пес, – шепчет она, и на ее пухлых губах появляется улыбка.
Карамельные глаза смотрят на меня теперь с веселым блеском.
Когда двое мужчин и их охранники подходят к ступеням, мы замолкаем. Они начинают подниматься, и металл под их весом стонет.
– В конце концов ей придется вернуться в Штаты, – раздраженно бурчит один из них.
Первым в самолет заходит Майкл, и я почти смеюсь, когда он выхватывает из кобуры пистолет и направляет на меня.
Джефф и Гэри следуют за ним, а еще один из моих людей, Барон, идет позади.
– Что здесь происходит? – восклицает Гэри, заметив нас, и оба старика замирают, а потом отступают назад.
Поднимаю руку в приветственном жесте.
– Я пришел, чтобы сдаться, Гэри. Иначе зачем бы еще я здесь был?
– Сдаться? О чем ты вообще говоришь? Кто ты такой?
– Ах, прошу прощения, – произношу я, ухмыляясь. Дотягиваюсь до сиденья рядом с собой, поднимаю маску и прикладываю ее к лицу. – Может быть, сейчас?
Смешно, как быстро они бледнеют; их глаза округляются, узнавая мою маску из телевизионного выступления.
Отбросив ее в сторону, я шучу:
– Вам понравилась моя речь? А то я слишком нервничал.
Гэри фыркает, не зная, что ответить. Я поднимаюсь, и они тут же отступают назад. Два неуклюжих идиота натыкаются на Барона, пытаясь увеличить дистанцию между нами, но наемник стоит как кирпичная стена.
Джефф разворачивается к Майклу, и его лицо краснеет.
– Почему ты не стреляешь в него? Стреляй же!
Майкл молчит, и лицо Джеффа становится уже багровым. Майкл опускает пистолет и улыбается.
– Вижу, вы удобно устроились за кулисами, – замечаю я. – Можете громко выкрикивать требования, уверены в том, что никто никогда не узнает, кто вы на самом деле.
– Предаетесь праздности, – добавляет Адди.
Теперь ее тело расслаблено, а вместо беспокойной фигуры – обходительная кошка, поигрывающая коготками и готовая вскрыть пару глоток.
Добыча становится хищником.
И она – самое прекрасное создание, которое я когда-либо видел.
Гэри смотрит на нее, и из его глаз едва не вырываются лазеры, но если он рассчитывает, что это может ее запугать, то он жестоко ошибается.
– А ты, черт возьми, кто такая?
Она поворачивается ко мне, и на ее лице появляется глупая улыбка.
– Мне очень хотелось бы сказать что-нибудь пошленькое. Твой худший кошмар, – глумится она, комично расширив глаза, когда снова встречается взглядом с Гэри.
Он зло зыркает на нее, ему явно не до смеха. Я же, напротив, улыбаюсь как идиот.
Она небрежно машет рукой.
– Нет, правда, я и есть тот Алмаз, с которым вы все так носитесь. Мне даже обидно, что меня не узнали. Особенно учитывая, какая огромная вы, ребята, заноза в моей заднице.
Джефф бледнеет; на его лице появляется озарение, когда он понимает, кто она такая.
– Очевидно, отправиться к моим родителям – это была блестящая идея Клэр, да? Но может быть, кто-нибудь из вас тоже имеет к этому отношение? – спрашивает Адди, и в ее глазах проскальзывает тьма. Легкомысленный смех исчезает.
Гэри даже не пытается скрыть гримасу нездорового триумфа на своем лице. Адди сразу же перехватывает этот взгляд и, ничего не говоря, с безразличным выражением поднимает пистолет и стреляет ему прямо в коленную чашечку.
Глаза старика округляются, и он моментально падает на пол – с криками и истекая кровью. Джефф снова натыкается на Барона. Под его редеющими волосами блестит пот, и он смотрит на своего напарника с пепельным лицом.
– Ах ты, сука! – восклицает Гэри.
Меня охватывает злость, и я простреливаю ему второе колено, вырывая из его горла еще один болезненный вскрик. Майкл и Барон качают головами, глядя на эту парочку, как на самых тупых людей на свете.
И я вынужден с ними согласиться.
– Теперь нам придется нести тебя на руках, Гэри. Посмотри, сколько неудобств ты доставляешь. Значит, вот как мы поступим. Ты поедешь вместе с нами. Мы вернемся в Сиэтл, в хорошее уединенное местечко, где меня свяжут и заткнут рот кляпом. Может быть, я даже позволю своей девушке нанести мне несколько ударов. Адди тоже свяжут, но трогать ее не будут.
Даже в его состоянии Гэри смотрит на меня с недоумением.
– Затем ты позвонишь Клэр и сообщишь, что поймал Зейда и Алмаз. Скажешь, чтобы она прилетела сама, раз уж мы у тебя.
– С какой стати нам это делать? – спрашивает Джефф с перекошенным лицом.
– Думаю, Клэр пора появиться на сцене. Она слишком долго пряталась.
Джефф и Гэри переглядываются, и у последнего по красному от испытываемых мучений лицу струятся реки пота.
– Я не собираюсь участвовать в вашей авантюре, – начинает Джефф, но я поднимаю руку, обрывая все то бесполезное дерьмо, которое уже собиралось вылиться из его рта.
– Джеффри. У тебя нет гребаного выбора.
* * *
Джеффри все еще уверен, что у него есть возможность выбирать.
Весь полет и дорогу до места назначения в Сиэтле он отстаивает свою точку зрения. Это все была идея Клэр. Они просто поддерживают ее деловые начинания и помогают ей с логистикой и средствами.
Бла-бла-бла.
И только когда Адди переползает с пассажирского сиденья и упирает свой пистолет ему в колено, он наконец замолкает, щелкая вставными челюстями так сильно, что они вполне рискуют превратиться в постоянные.
Майкл везет нас к заброшенной винодельне, ржавой от времени. Это место чем-то напоминает мне поместье Парсонс. Виноградные лозы, вьющиеся по серым каменным стенам. И одинокое здание среди виноградников и высокой зеленой травы.
Машина трясется на неровной грунтовой дороге, почти целиком скрываясь из виду в окружающей растительности. Гэри лежит на полу, обхватив свои окровавленные колени, бледнея с каждой кочкой все больше. Барон перевязал его, чтобы остановить кровотечение, но, похоже, он вот-вот потеряет сознание. Если это произойдет, долго он не протянет.
Что ж, умрет так умрет. В любом случае нам хватит и одного из них.
Майкл припарковывает внедорожник у винодельни и выпрыгивает из него, опережая нас, чтобы выломать заколоченные двери, а Барон помогает мне вынести из машины тело бесполезного Гэри.
Внутри здание выглядит таким же заброшенным, как и снаружи. Лозы винограда уже заняли и внутреннюю поверхность стен. Сквозь трещины в фундаменте пробиваются сорняки, их стебли расползаются по всему полу.
На оставшейся в просторном помещении аппаратуре видна ржавчина и выбоины. Под потолком проходят трубы, некоторые из них лопнули и провисли.
Оттаскиваю Гэри в сторону – прямо под свисающую трубу, предоставляя Иисусу самому решить, хочет ли он, чтобы тяжеленный кусок металла рухнул ему на голову. Если он меня разозлит, то, возможно, я и сам собью его. Небрежно бросаю его, не обращая внимания на извергаемые проклятия, а Барон провожает Джеффа, заставляя встать рядом с покалеченным партнером.
Адди несет три складных металлических стула, намотав на руки несколько веревок. Я бы предложил помочь ей, но за такое она мне яйца оттяпает. Хотя я с радостью бы их отдал.
Она так окрепла и стала такой самостоятельной со времен своего похищения, что иногда у меня физически болит грудь и от гордости, и от желания трахнуть ее.
Она смотрит на меня с развратной улыбкой на лице, расставляя стулья. Я подхожу к ней, наслаждаясь тем, как напрягается ее маленькое тельце. На ее горле красуется черно-синее кольцо, и каждый раз, когда я вижу его, зверь, запертый в моей грудной клетке, трепещет.
– Если бы я не знал, то подумал бы, что тебе хочется сделать мне больно, – бормочу я, с вожделением наблюдая за покачиванием ее округлых бедер.
– Ты будешь таким беспомощным слабым котеночком, – воркует она и ухмыляется еще шире, когда я бросаю на нее грозный взгляд.
– Ты по-прежнему будешь так думать, когда окажешься в моих зубах?
Беру ее за горло, притягиваю к себе, и карамельные глаза расширяются от похоти. Я провожу губами по краю ее рта, вырывая дрожащий вздох.
– Я был беспомощен, только когда влюбился в тебя. И пусть ты обладаешь полной властью надо мной, мышонок, но я никогда не был беззащитен. Не принимай мое безволие за слабость. Все способы, которыми я причинял тебе боль, всегда были преднамеренными.
Она сдерживает улыбку, а затем ее кулак влетает мне в щеку. На короткое мгновение у меня темнеет в глазах, а потом она разворачивает меня и резко толкает на металлический стул.
Мой вес почти заставляет его опрокинуться, но ее ступня припечатывает стул между моих ног, не давая мне упасть – и находясь в опасной близости от моего члена.
Мне кажется, мои кости трещат из-за пытающегося вырваться наружу чудовища внутри меня, и с моих губ срывается рычание. В тот момент, когда я уже собираюсь броситься на нее, она хватает меня за горло и забирается на меня сверху, прижимаясь своими тугими бедрами.
Мои руки ложатся на ее ягодицы и сжимают их, а она наклоняется вперед.
– Не принимай мою покорность за слабость, детка, – выдыхает она мне в ухо хриплым от желания голосом. – Все способы, которыми я собираюсь причинить тебе боль, будут преднамеренными.
Прежде чем я успеваю озвучить угрозы, поднимающиеся по моему горлу, ее губы впиваются в мои, не только заглушая мои мрачные обещания, но и полностью разрывая их на части.
Ее рот неистово приникает к моему, и я теряюсь от того, насколько легко она повелевает мной. Я мог бы легко сбросить ее, но мне чертовски нравится подчиняться этой маленькой темной богине.
Схватив мои руки, она заводит их за спинку стула, стискивая вместе.
Мою нижнюю губу пронзает резкая боль; ее зубы впиваются в нежную плоть и требуют крови. Прежде чем я успеваю отпрянуть, она отстраняется сама и с гордостью оглядывает мое лицо.
И только тогда я замечаю, что веревка вокруг моих запястий туго затянута. Если бы я не был в нескольких секундах от того, чтобы перегрызть ей горло и трахнуть ее, я был бы впечатлен.
– Синяк под глазом и окровавленная губа. Думаю, на сегодня с тебя хватит.
Она легонько шлепает меня по щеке в манере «молодец, парень», после чего слезает с меня и усаживается на стул рядом.
Все, что мне остается, – смотреть на нее и фантазировать, как я покараю ее позже. Но просто для справки: мой член сейчас тверже гранита, потому что это была, наверное, одна из самых горячих сцен, которые я когда-либо переживал в своей жизни. Каждый раз, когда я решаю, что тверже уже некуда, она доказывает мне, что я ошибаюсь.
Почувствовав мои коварные мысли, она передергивает плечами, изображая скуку.
Адди всегда любила убегать – особенно от правды.
– Если с прелюдией все, то давайте заканчивать, ладно? – произносит Майкл рядом с покрасневшим Джеффом.
Его руки скрещены, а на лице скучающее выражение. В придачу ко всем своим достоинствам этот парень умелый актер, и, судя по всему, пока я был занят, он настраивался.
Гэри все еще стонет на полу, а Джефф неловко переминается рядом с ним, его глаза мечутся по сторонам, убегая от моего взгляда.
Сделав глубокий вдох, я пытаюсь сосредоточиться на ситуации.
– Не похоже, что мы попали в бедренные артерии, так что его ждет очень медленная смерть. Пусть мучается в углу.
Майкл кивает, хватает Джеффа за руку и тащит к нам.
– Барон, ты не свяжешь меня? – обращается Адди к наемнику, прислонившемуся к стене справа.
Она ухмыляется, прекрасно понимая, насколько заманчиво звучит это предложение.
– Хочешь, чтобы меня прикончили? – спрашивает Барон, и его глубокий баритон звучит выше обычного.
Адди закатывает глаза.
– Я не дам ему убить тебя.
Не стоит ей быть настолько уверенной в этом. Но я держу рот на замке и пристально смотрю на Барона, когда он сдается, понимая, что он и Майкл – единственные кандидатуры для ее связывания, учитывая мои связанные руки.
Барон быстро управляется с веревкой и отходит в сторону, прежде чем я успеваю придумать причину отрубить ему руки. Но кого я обманываю? Мне не нужна причина.
Майкл поворачивается к Джеффу.
– Дай мне свой телефон, – требует он, а затем грубо вырывает мобильник из рук старика, как только он достает его из кармана.
– Ну что, детишки, выглядите так, будто ваши задницы только что надрали два старика, которые достают свои крошечные члены лишь для того, чтобы поссать.
С тем же эффектом он мог бы просто произнести «скажите “сыр”».
Я бросаю на него злой взгляд, а Адди отворачивается, зажмурив глаза, как будто ей слишком стыдно, что ее фотографируют.
– Немного потрясем, возьмем дерьмовый ракурс, и вуаля – типичная фотка, сделанная дегенератом, – торжествующе улыбаясь, произносит Майкл и делает снимок.
Затем он поворачивает телефон к Джеффу.
– Что бы ты сказал, сделав такую фотографию?
Джефф смотрит на изображение.
– Что мы зря потратили деньги на всех этих тупиц и нужно было с самого начала делать все самим, – выплевывает он.
Когда он осознает, что помог написать достоверное сообщение Майклу, буквально вырвавшему слова из его уст, его глаза темнеют от ярости.
Пальцы Майкла порхают по клавиатуре, и он проговаривает слова вслух, пока пишет, просто чтобы разозлить Джеффа. Затем останавливается и смотрит на старика с ехидной ухмылкой.
– Слушай, а как пишется «тупица»?
На лбу Джеффа вздувается вена, и он бросает на Майкла взгляд «ты что, издеваешься?». Майкл продолжает смотреть на него, желая заставить его продиктовать это слово. Зарычав, Джефф выплевывает каждую букву сквозь стиснутые зубы.
Закончив печатать, Майкл грубо хлопает его по плечу и произносит:
– Спасибо, чувак. Без тебя бы я пропал.
Адди хмыкает, и теперь мне придется укокошить еще и Майкла только за то, что он рассмешил мою девочку.
– Зейд официально был пойман, – объявляет он, с триумфом отправляя сообщение. – А теперь… ждем.
– Надеюсь, ты был не настолько глуп, чтобы сказать Клэр, что они надрали нам задницы, – говорю я, кивая в сторону Джеффа.
Он машет рукой.
– Не волнуйтесь, принцесса, она подумает, что для того, чтобы одолеть большого серого волка, потребовались все вооруженные силы. Ваша репутация не будет опорочена.
– Я беспокоюсь не о своей репутации. Просто это будет слишком неправдоподобно.