37
Авелина и Эйдан устроились в спальне Эйдана. Комната была проста: матрас среднего размера стоял посреди пола, на нём разбросаны были несколько подушек и лёгкое одеяло. В углу стоял единственный шкаф, рядом потрескивал тёплый камин, освещая комнату мягким оранжевым светом и наполняя воздух уютной теплотой. Авелина сняла своё роскошное платье и туфли, оставив их в углу. Её волосы слегка растрепались, макияж уже смылся слезами, и рядом с Эйданом она была совсем другой - простой, настоящей, без показной роскоши и притворства. Она села на матрас у камина, накинула его футболку поверх своих трусов, и ощутила, как впервые за долгое время может просто быть собой. Эйдан сел рядом, его взгляд был мягким и внимательным, словно он хотел прочесть каждую её мысль, каждый её вздох. Тепло камина окутывало их, создавая ощущение, что весь мир снаружи перестал существовать. В этой простоте, вдали от блеска и ожиданий, Авелина позволила себе забыть о своей «идеальной» маске и почувствовать себя настоящей - дрожащей, уязвимой, но свободной рядом с ним. Авелина медленно затянулась сигаретой, её взгляд был устремлён на танцующие в камине огоньки, отражающие дрожащие тени на стенах. Её мысли метались между болью, сомнениями и странным облегчением, которое приносило пребывание здесь, вдали от всего и всех. Эйдан лежал рядом, не отводя своих синих глаз от неё. Его пальцы нежно скользили по её ляжкам, лёгкое прикосновение, которое было одновременно и утешением, и обещанием, что он принимает её такой, какая она есть. На губах у него играла мягкая, почти игриво-ласковая улыбка.
Эйдан- Ты можешь быть любой
Тихо сказал он, почти шёпотом.
Эйдан- лишь бы ты улыбалась.
Авелина невольно слегка улыбнулась сквозь слёзы, ощущая странное смешение вины и облегчения. Здесь, в этом простом, тёплом уголке, её не осуждали, её принимали без условий, и это чувство - такое непривычное и опасное - заставляло сердце биться быстрее. Они лениво лежали на матрасе, огонь камина бросал тёплый свет на их тела, отражаясь в дрожащих тенях. Их губы сливались в неторопливых, мягких поцелуях, без страсти, только игра и лёгкая близость. Авелина смеялась, рассказывая что-то без умолку - глупые истории из своего детства, нелепые ситуации из школы, всё подряд, что только приходило в голову. Её руки играли с его волосами, спускаясь на плечи, она наклонялась, чтобы ещё раз поцеловать его в щёку. Эйдан молча слушал, улыбаясь. Он иногда тихо смеялся, иногда только сжимал её ладони в своих, но никогда не перебивал. Для него было важно, чтобы она говорила, чтобы выговаривалась, а он мог быть рядом, просто слушать и принимать её такой, какая она есть, без осуждения и требований. В этот момент мир снаружи перестал существовать - оставались только они, тепло камина, мягкий свет и бесконечный поток её слов, которые он принимал с нежностью. Авелина уютно устроилась на матрасе, лёжа рядом с Эйданом. Он взял её руку и улыбнулся:
Эйдан- Давай я научу тебя нескольким французским словам. Сначала «красота» - beauté.
Его синие глаза блестели от лёгкого веселья, когда он наблюдал за её попытками повторить.
Авелина- Бо-о-тэ...
Протянула она, смущённо улыбаясь, слегка скривив губы от акцента. Эйдан не удержался и рассмеялся:
Авелина- Ещё раз, но с таким акцентом тебя просто нельзя не любить!
Девушка- игриво обиделась, надувая губы:
Авелина- Ну вот! Смеёшься!
Эйдан- Ладно, ладно...
Улыбнулся он.
Эйдан- Теперь «любовь» - amour.
Она снова пыталась повторить, слегка смешно шепча французские слоги, и он мягко смеялся, не скрывая радости от её стараний.
Авелина- А теперь научи меня слово «звёздочка».
Аопросила она, наклонившись ближе. Он взял паузу, притворно обдумывая:
Эйдан- Звёздочка... на французском это будет petite étoile. Повтори за мной.
Авелина- Петит этуаль...
Ее произношение было далёким от идеального, и он мягко засмеялся.
Эйдан- Отлично!
Сказал он, улыбаясь.
Эйдан- Отныне для меня ты ma petite étoile... моя маленькая звёздочка.
Авелина смутилась, но глаза её заблестели, и она не могла удержать улыбку, чувствуя, как теплота этих слов окутывает её сердце. Их губы снова встретились, и поцелуй, сначала мягкий и игривый, постепенно становился глубже. Авелина чувствовала, как каждое прикосновение Эйдана разжигает в ней одновременно желание и тревогу. Его руки скользили по её спине и бёдрам, осторожно, но уверенно, словно изучая каждую её реакцию. Она отвечала ему с такой же страстью, прижимаясь ближе, ощущая тепло его тела. Сердца стучали в унисон, дыхание участилось, и молчание комнаты наполнялось лишь их тихими вздохами и шёпотом. Они оба понимали, к чему это ведёт, и одновременно боялись этого осознания. Но страх смешивался с неотразимым влечением - они были на грани, и каждый новый поцелуй уводил их всё глубже в эту запретную близость, где желания и эмоции переплетались без остатка. Огонь камина мягко мерцал, отражаясь на стенах и освещая их силуэты. Лунный свет проникал через окно, играя на их телах, когда они медленно и нежно сливались в объятиях, позволяя страсти вести себя. Тихие стоны, перешёптывания и дрожь дыхания наполняли комнату, смешиваясь с потрескиванием дров в камине. Их тела двигались в унисон, близость была полной, интимной и осознанной, каждое прикосновение говорило больше, чем слова. Одежда была на полу, словно забытая формальность, оставив лишь настоящее - их желание, тепло и доверие друг к другу. Они позволили себе эту ночь, где мир вокруг исчезал, оставаясь только они, огонь, лунный свет и момент, который запомнится навсегда. Эйдан тихо лежал рядом с ней, наблюдая, как Авелина спокойно спит в его объятиях. Лунный свет мягко ложился на её тело, освещая линии её плеч, изгибы рук и нежные черты лица, словно он видел перед собой ангела. Он осторожно прижимал её к себе, ощущая тепло её кожи и ритм её дыхания. Внутри его поднималось непреодолимое желание - взять её с собой, чтобы никогда не отпускать, чтобы они навсегда остались здесь, в этой постели, в этом уюте и безопасности. Мир за окнами перестал существовать. Он закрыл глаза, сжимая её ладонь, и, позволяя себе раствориться в этом мгновении, медленно уснул, чувствуя, что наконец нашёл то место, где они могут быть вместе без страха и условностей. Комната была тиха, лишь лёгкое потрескивание дров в камине и слабое дуновение ночного ветра за окном нарушали тишину. Лунный свет мягко падал на их тела, освещая каждую линию и изгиб. Они всё ещё спали, сливаясь в объятиях, и даже во сне эта ночь оставила свой след. Она изменила всё - Авелину, её чувства к Эйдану и даже к Джейдену. Сердца бились в унисон, дыхание медленно успокаивалось, а мир вокруг будто перестал существовать, оставив только их и этот момент - интимный, тёплый, полный невысказанных эмоций.