[BL] Я читаю чужие мысли

Продолжался третий тур отбора.

К этому времени Линь Хань постепенно адаптировался к жизни на базе. Он каждый день спокойно работал и регулярно принимал пищевые добавки, а когда не был занят вопросами, связанными с полётами новичков, то мог продолжать возиться с чертежами новой модели меха, которые захватил с собой, уезжая из научно-исследовательского института.

Его жизнь здесь налаживалась и становилась всё более привычной и упорядоченной.

Поскольку его основной задачей на третьем этапе было присматривать за новичками на полигоне, и хотя он не разговаривал с солдатами ни о чём другом, кроме работы, всё равно Линь Хань постепенно познакомился с ними ближе.

Сегодня он, как обычно, с самого утра находился на тренировочной площадке, но в данный момент, наблюдая за мехами, выглядел по-особенному задумчивым.

Раньше он случайно услышал, что Хэ Юнтин тоже начинал свою карьеру тут, и его результаты в прошлом до сих пор никто не смог превзойти. Тренировки в то время были гораздо более жестокими, чем сейчас, но даже так он упорно трудился и всегда был на вершине рейтингового списка. В конце концов, став номером один, он сразу же попал в элитную команду пилотов Объединённой базы... А потом... сколько ему пришлось преодолеть препятствий на своём пути, чтобы подняться на вершину и занять свою нынешнюю должность? Об этом можно было складывать легенды.

Каким человеком он был в то время? Был ли он похож на себя теперешнего?.. Или он сильно изменился?..

Каждый день кто-то выбывал. Каждый день у мехов были повреждения, а у солдат снимали очки по разным причинам... Иногда, когда Линь Хань наблюдал за тренировками этих молодых ребят, он чувствовал, что система оценок на этих соревнованиях слишком строгая, не говоря уже о том, что это был только третий этап отбора, и впереди их ещё ждал самый непредсказуемый и жестокий четвертый тур.

Линь Хань слышал, что четвертый тур - это настоящее боевое учение. Но, что самое главное, локация уже не ограничивалась тренировочной базой, и пилоты, прошедшие отбор, в финальном испытании будут десантироваться прямо в бескрайнем межзвездном пространстве.

Даже при условии, что военные старались всеми силами обеспечить их безопасность, всё же никто не мог гарантировать, что всё пойдёт по плану и не нападут звездные пираты, зерги или другие опасные космические существа - мутанты...

В этом мире борьба за ресурсы по-прежнему являлась самой частой причиной для конфликтов, а в межпланетном пространстве существовало много серых зон, которые невозможно было полностью контролировать, и люди проходя через них каждый раз подвергали себя непредвиденным опасностям.

Как правило, для обеспечения безопасности во время проведения четвертого тура на борту боевых кораблей и в командном центре находились специально отобранные воины - мастера своего дела, можно сказать лучшие из лучших. Но это была лишь мера предосторожности, и они не не принимали непосредственного участия в учениях, а лишь следили за происходящим на расстоянии.

Был даже год, когда один из пилотов новичков, который был особенно обеспокоен безопасностью своей жизни, подал заявку на отказ от участия в четвертом туре отбора, которая была одобрена, и он покинул Объединённую базу за шаг до финала.

Но сейчас это был только третий этап, и Линь Хань пока не стал задумывать так далеко вперёд. В конце концов, это всё ещё учения, и хотя нельзя отрицать, что есть опасности, за последние несколько лет не было никаких серьезных инцидентов.

Звонок, только что поступивший на его коммуникатор, вывел его из оцепенения.

Линь Хань как раз закончил сегодняшнюю работу, поэтому собирался покинуть тренировочную площадку. На выходе он случайно столкнулся с Ци Цзяму, который по-прежнему возглавлял рейтинговый список этого года.

— Здравствуйте, мистер Линь, — парень улыбнулся ему. — Спасибо за вашу тяжёлую работу сегодня.

Черты его лица в этот момент не выглядели резкими, как раньше. Уже было время обеда, и утренняя тренировка только что подошла к концу. Хотя все по-прежнему были в форме, но всегда серьёзное выражение лица Ци Цзяму, наконец, расслабилось, поэтому он выглядел сейчас таким солнечным и ещё более юным.

Он вежливо поприветствовал Линь Ханя. В конце концов, именно он доставлял ему больше всего хлопот в третьем туре.

Линь Хань посмотрел на молодого человека перед собой.

В эти дни мех Ци Цзяму всегда работал со сбоями. Либо внутренняя программа меха выходила из строя, либо ментальная связь пилота со своей бронёй была нестабильной. Поэтому Линь Хань проводил половину своего рабочего времени, помогая Ци Цзяму отладить его мех.

Видимо из-за того, что его тренировочные показатели были очень хорошими, а выступления почти всегда проходили без ошибок, он стал объектом неудовольствия в глазах многих новобранцев.

Таким выдающимся людям часто приходится терпеть большое давление: казалось бы, все вокруг хвалят и ищут их расположения, но среди таких людей обязательно найдётся группа, которая потом исподтишка атакует.

Во-первых, Ци Цзяму слишком хорошо показал себя во время отбора. Во-вторых, хотя сам он не выглядел таким неприступным, как Хэ Юнтин, но с ним также было нелегко подружиться: парень не любил много разговаривать, и у него всегда было одно и то же сдержанное выражение лица, когда он общался с кем-либо. Как следствие, он не смог завести друзей в тренировочном лагере и держался особняком.

Постепенно у тех, кто уже сформировал небольшие группы по интересам, начали появляться некоторые идеи. Но на базе было много правил, и строгая система списания баллов за малейшие нарушения. Хотя они не могли подавлять его открыто, но и не могли перестать думать о том, чтобы что-то сделать.

И третий тур отбора, наконец, дал им такой шанс.

Они начали использовать различные причины, чтобы зайти в мех Ци Цзяму, и потом вмешивались в некоторые настройки или даже портили детали, чтобы выскочка либо сам страдал от последствий, либо ему приходилось просить мастера мехов помочь настроить и починить броню.

Не нужно было быть очень проницательным человеком, чтобы заметить, как по-особенному генерал заботился о мистере Лине, а тем, кто раньше осмелился явно или тайно наблюдать за красавцем омегой, даже вычли очки. Однако из-за того, что у меха Ци Цзяму вечно возникали какие-то проблемы, Линь Ханю, который решал их, приходилось довольно часто вступать в контакт с ним.

В итоге, многие новички, наблюдая за их взаимодействием, втайне радовались. Это было так же, как если бы они вытолкнули его прямо под дуло пистолета генерала Хэ.

Линь Хань не был глупым, и, конечно, обо всём догадывался. Он уже несколько раз задумывался, почему же Ци Цзяму переносит всё это молча, так ни разу и не доложив начальству. Но сам он не имел права вмешиваться, поэтому просто бросил ему пару фраз, между прочим:

— Если у тебя есть, что сказать, ты можешь в любой момент поговорить об этом. В первую очередь ты должен обратить внимание на свою собственную безопасность, не нужно стесняться.

Ци Цзяму опустил глаза и выдавил тихое «хм», добавив поспешно:

— Спасибо, мистер Линь.

Попрощавшись с молодым солдатом, Линь Хань, который изначально планировал вернуться в свою комнату, подумал о чём-то, развернулся и пошёл в другом направлении.

Когда он вошёл в кабинет Хэ Юнтина, на генерале всё ещё был тренировочный комбинезон, который тот не успел сменить.

Они почти не виделись в последние несколько дней. Увидев его, Хэ Юнтин ничего не сказал, но в его глазах мелькнула тень удивления.

— Генерал, — Линь Хань не собирался ходить вокруг да около и сразу перешёл к делу, — мне есть что вам сказать.

Лу Аньхэ как раз ел свои закуски, расположившись неподалёку. Когда он услышал это, его глаза округлились. Так как у него во рту всё ещё что-то оставалось, и щёки были слегка раздуты, адъютант сейчас очень напоминал хомяка. Он застыл и, казалось, не знал, стоит ли ему остаться или лучше уйти.

«Неужели мистер Линь прозрел, и наконец-то решил поймать моего босса?»

Хэ Юнтин взглянул на Лу Аньхэ, глаза которого в данный момент выражали различные эмоции, и молча разрешил его сомнения:

«Ешь, не нужно уходить.»

Подполковник Лу, который без слов понимал своего босса, посмотрел в ответ с выражением, которое говорило, что ему действительно хотелось бы сейчас выйти. Но вместо этого он быстро проглотил то, что было у него во рту, поспешно сделал глоток воды и доброжелательно сказал:

— Мистер Линь, пожалуйста говорите, не обращайте на меня внимания.

Линь Хань кивнул и спокойно продолжил:

— Сегодня я получил сообщение от Его Высочества принца.

Когда Лу Аньхэ услышал это, он сразу же отказался от своего небрежного отношения:

— Раз дело в этом, я должен извиниться, у меня не было времени рассказать мистеру Линю, что произошло за последние два дня...

Затем Лу Аньхэ быстро рассказал Линь Ханю о своем частном расследовании в отношении Вэнь Тяньяо.

— ...Подводя итог, мы подтвердили, что позиция Вэнь Тяньяо действительно соответствует тому, что вы сказали в тот раз, и он на самом деле не нейтрален. Я должен был проверить вашу информацию, пожалуйста, простите меня, мистер Линь.

— Все в порядке, — Линь Хань кивнул.

«В конце концов, Хэ Юнтин ведь пока не верит, что я могу читать мысли. А тем более мои слова напрямую касались личности наследного принца Империи.»

С этим вопросом было всё решено и Линь Хань сразу перешёл к делу, с которым пришёл:

— Он... говорил со мной сегодня о четвёртом этапе отбора.

В конце концов, практическая подготовка пилотов в четвертом туре — самая важная часть отбора. От этого этапа зависит насколько хороши будут новобранцы в этом году. Поэтому Объединённая база всегда отправляла военные корабли для сопровождения новых пилотов в приграничные районы, а затем проводила обучение в максимально приближенным к боевым условиях. В режиме реального времени наблюдая за действиями каждого пилота при выполнении поставленных задач, можно было легко выбрать лучших из них.

Лу Аньхэ издал заинтересованный звук: «А?».

Линь Хань продолжил:

— Ну, Его Высочество принц сказал, что он присоединиться к нам, чтобы отправиться туда вместе, и попросил меня передать привет генералу.

Хэ Юнтин нахмурился, и на его лице можно было прочитать непонимание.

— Судя по тому, что я услышал от него, — объяснил Линь Хань, — похоже, он хочет показать свою добрую волю генералу, сопровождая его на военном корабле и таким образом казаться ближе.

С точки зрения Вэнь Тяньяо, Линь Хань — это омега, которым легко манипулировать, а также тот, кто не безразличен Хэ Юнтину. Для обычных людей, частые взаимодействия принца с генералом — это просто дружба между двумя людьми, с одинаковыми политическими взглядами. И никому и в голову бы не пришло, что в планах Вэнь Тяньяо было только одно - привлечь на свою сторону огромную военной мощью сосредоточенную в руках легендарного генерала, чтобы использовать в своих целях Объединённую базу мехов с самыми элитными пилотами в империи.

— Я понимаю, — сказал Хэ Юнтин. — Спасибо, мистер Линь.

Линь Хань кивнул и сказал «пожалуйста». Он уже сделал то, за чем приходил, и собирался вернуться к себе, но остановился, когда услышал слова генерала, обращённые к нему.

— Линь Хань, — Хэ Юнтин посмотрел на него, его выражение лица снова было спокойным, — если ты не хочешь присутствовать на четвёртом этапе отбора, то можешь заранее вернуться в институт.

В конце концов, раньше такого никогда не было, в пограничную зону всегда отправлялись только военные из числа тех, кто уже давно служил на базе и пилоты-новички.

Лу Аньхэ добавил:

— Не волнуйтесь, мистер Линь. Хотя четвертый тур тренировок действительно проходит на границе Империи, вам нужно будет только наблюдать со стороны, находясь на главном военном корабле, на безопасном расстоянии.

Линь Хань улыбнулся:

— Поскольку меня специально пригласили на базу, у меня нет причин уходить до завершения отбора. Не волнуйтесь, я не настолько избалован.

Хэ Юнтин ничего не ответил и только посмотрел на него глубокими глазами. По какой-то причине Линь Хань почувствовал себя немного взволнованным из-за этого взгляда. 

— Тем более, подполковник Лу сказал, что пока я нахожусь на линкоре, то буду в безопасности. Если я не пойду с вами, вдруг с мехами будет что-то не так, но починить их будет некому.

«Кроме того, Вэнь Тяньяо прибудет на место проведения тренировок, я смогу воспользоваться возможностью и услышать, что он хочет сделать.»

Но Линь Хань не стал этого говорить вслух.

— Хм, — согласился, наконец, Хэ Юнтин, но через мгновение добавил, — тогда, когда мы доберёмся на место, мистер Линь должен будет неотступно следовать за мной, никогда не покидая моего поля зрения.

То как Хэ Юнтин произнёс последние слова было похоже на команду, и в этот момент Линь Хань подумал, что, по-видимому, наконец тоже услышал тон, каким генерал обычно общался с другими.

Внутренний голос Хэ Юнтина, который он слышал в своей голове раньше, был таким же сдержанным и прохладным, как и темперамент этого человека. Но благодаря этому знанию Линь Хань не почувствовал себя неловко сейчас. Именно потому, что молодой человек заранее знал мысли генерала, он мог понять, что такая строгость обусловлена заботой о нём и этот холодный человек просто-напросто не хочет, чтобы во время учений с ним произошёл какой-либо несчастный случай.

Он охотно кивнул, обещая:

— Хорошо.

Так как Лу Аньхэ всё ещё был там, а тот раз, когда адъютант поймал их держащимися за руки, по-прежнему был жив в его памяти, Линь Хань решил больше не задерживаться, и только на мгновение притормозил у двери, чтобы окончательно попрощаться с Хэ Юнтином.

«В любом случае, я и сам могу примерно догадаться, о чём сейчас думает Хэ Юнтин.»

***

Третий тур тренировочного цикла был довольно долгим, и только в конце месяца у всех солдат, участвовавших в отборе, наконец-то появилось хотя бы полдня, чтобы передохнуть.

Обычно в такие редкие моменты все старались максимально отдохнуть и просто бездельничали, или встречались с родными, которые их навещали.

Вот только это было всего полдня, а для посещения базы нужно сначала подать заявку, а затем пройти несколько этапов проверок и одобрений, что занимало уйму времени и требовало много энергии. Из-за того, что процесс был таким трудоёмким, на самом деле, приходило не так уж много членов семей новобранцев.

Именно в этот день Линь Хань увидел Ци Цзязе.

Это был очень худой юноша, на вид омега, с изящной внешностью и невысоким ростом. Его обнаженные стройные ноги и тонкие руки были почти болезненно бледны. На его лице не было никакого выражения, и он шёл очень медленно, делая шаг за шагом, как будто над чем-то сильно задумался, но, при этом выглядел так, словно вообще ни о чём не думал.

В это время Линь Хань проводил заключительную проверку меха, подготовив его для тренировки на следующий день, и вдруг услышал, как кто-то кричит за пределы тренировочной площадки.

— А-Зе! — заприметив этого нелепого омегу, Ци Цзяму позвал, выкрикивая его домашнее прозвище. Он кричал из толпы одинаково одетых солдат, поэтому вытянул шею и поднял голову, чтобы улыбнуться ему, а затем замахал руками, подавая знак. — Старший брат здесь!

В последние несколько дней, Ци Цзяму время от времени разговаривал с Линь Ханем, поэтому голос этого новобранца был ему хорошо знаком. Он невольно отвлёкся от своей работы и посмотрел в его сторону.

Как только пришедший в гости омега услышал, своё имя, всё его тело напряглось и он резко остановился, как будто его ударило током, а затем медленно поднял голову, выглядя немного растерянным. Он изо всех сил старался уловить откуда исходил знакомый голос, поэтому начал оглядываться в поисках нужного человека.

— Ге-ге... — он едва пошевелил губами и чуть слышно пробормотал, а потом, наконец, заметил руки Ци Цзяму, махавшего ему.

— А-Зе, сюда!..

Первоначально спокойные глаза Ци Цзязе наконец загорелись, а уголки его губ немного поднялись. Казалось, к нему мгновенно вернулись жизненные силы, и он ускорил шаг, почти побежав к зовущему его человеку. Его движения были неуклюжими, а скорость становилась все быстрее и быстрее, в конце концов он чуть не упал, когда почти достиг своего брата, и только благодаря хорошей реакции Ци Цзяму, паренёк смог всё же удержаться на ногах.

Линь Хань не стал много думать об этом, он почувствовал, что наблюдать за действиями этого младший брат немного скучно, поэтому отвёл взгляд и продолжил работу с мехом.

Но когда он в следующий раз обернулся, то увидел тонкую спину омеги. Хоть Линь Хань и не заметил ничего необычного, но всё же его интуиция подсказывала ему, что этот человек выглядит немного странно.

Ци Цзязе в этот момент говорил что-то своему старшему брату, и его губы медленно шевелились. Чтобы не привлекать внимания, Линь Хань вошёл в кабину и закрыл люк. Поскольку он провёл на базе уже достаточно долгое время и активно участвовал в тренировках новых пилотов, его поведение не вызвало бы подозрений. Все знали, что мистер Линь обладал отличными навыками и был предан своему делу, поэтому всегда быстро решал любые возникающие проблемы с мехами.

Линь Хань надел шлем, активировал мех, а затем слегка подрегулировал угол обзора так, чтобы видеть юношу. Хотя он и не собирался подглядывать за нежной встречей двух братьев, но всё же увеличил изображение Ци Цзязе на экране панели управления брони.

Он не мог ясно сказать, что именно заставило его насторожиться, но с первой секунды, когда он увидел этого человека в его сердце появилось необъяснимое беспокойство.

Линь Хань в глубине души извинился перед Ци Цзяму, чувствуя, что ему не следовало бы исподтишка наблюдать за его младшим братом, но он всё равно запустил функцию привязки к цели, чтобы иметь возможность через экран обзора меха хорошо рассмотреть омегу.

Ци Цзязе на вид было не больше двадцати лет, но кончики его волос, уже казались тусклыми и безжизненными. Хотя его волосы от рождения должны были быть ярко чёрными, сейчас они выглядели нездоровыми, потеряв свой естественный блеск.

Глаза юноши были немного красными, а выражение его лица не было таким спокойным, как тогда, когда Линь Хань заметил его впервые. Он не мог ясно расслышать, о чём они говорили, но ему всё время казалось, что общение между ними проходило немного неправильно. Ци Цзязе ни разу не взял на себя инициативу заговорить первым, и только, когда старший брат что-то долго говорил ему, кивал или медленно качал головой, отрицая, а иногда коротко отвечал.

В конце концов Линь Хань не нашёл ничего слишком странного, поэтому подумал, что был только что чересчур осторожен, и уже собирался отключить наблюдение, как вдруг Ци Цзязе ни с того, ни с сего резко обернулся и уставился прямо на мех, в котором он находился.

Это внезапное ощущение того, что тебя поймали за подглядыванием, потрясло Линь Ханя, даже учитывая тот факт, что сейчас он носил шлем, и находился внутри меха, поэтому Ци Цзязе точно не мог разглядеть его, и в лучшем случае лишь наблюдал за внешней стороной меха.

Так как глаза юноши были очень бледными, а его зрачки немного меньше, чем у обычных людей, это заставляло Линь Ханя чувствовать себя некомфортно. К счастью юноша посмотрел на мех всего две-три секунды, а затем снова обернулся к брату, быстро закончил разговор с Ци Цзяму, и шаг за шагом пошёл к выходу.

Хотя сердце Линь Ханя всё ещё колотилось, и он немного нервничал без видимой причины, но продолжал смотреть на удаляющуюся фигуру молодого омеги.

Юноша шёл очень медленно, особенно ровным шагом, а покачивание его свисающих по бокам рук было странно синхронизировано с движением ног, из-за чего Линь Хань чувствовал, словно тот движется как машина, получившая чёткие инструкции.

Но когда Ци Цзязе почти вышел с тренировочной площадки, Линь Хань наконец заметил в нём ненормальность, которая смогла всё объяснить.

Волосы юноши были немного длинноваты и не уложены должным образом, но Линь Хань все же обратил внимание на его шею... На месте железы омеги был грубый давно заживший рубец.

_________________________