Часть 8
Аластор открыл глаза, практически не чувствуя своего тела. Голова лежала на мягкой подушке, а остальное накрыто тонкой бирюзовой простыней. Он подтянул к себе локоть и оперся на него, но рука сразу проскользнула, от чего голова упала снова вниз. Горло пересохло, тело дрожало изнутри.
«Аллилуйя, три сорок уже.»-Раздраженный голос резко прозвучал с другой стороны кровати. Люцифер выглядел достаточно злым. Внутри стояла обида, которая так и не прошла на утро, как он ожидал. Король с укором смотрел на Ала, уже сгорая от нетерпения поговорить. Он решил наверняка, сегодня не будет выбора избежать разговора.
Радио-демон снова приподнялся от знакомого голоса, в глазах все по прежнему плыло, казалось, что с клуба состояние не изменилось, но теперь голова болела не той болью. Раньше она была четкая и словно раскалывалась, а сейчас боль разлетелась повсюду, медленно давя на мысли.
Наконец зрение сфокусировалось. Люци уже стоял с другого краю, сложив руки на груди.
«Значит так, сначала говори мне, что случилось у тебя с грехами, потом, почему ты впал в эту меланхолию? Она также связана с ними?»-Начал говорить король, только любовник поднял на него глаза. Он метал глаза по кровати, перечисляя свой допрос. Аластор устало выдохнул, чувствуя, что если начнет думать о тех вещах, которые так хотел забыть вчера, то голова точно не выдержит. Он привстал, садясь к спинке кровати.
«Если ты продолжишь в том же духе и не будешь мне ничего говорить и дальше, то я не знаю, где найду тебя следующей ночью. Может ты забыл, но мы договаривались, что будешь прислушиваться ко мне и иногда делать то, что я говорю. Потому что всегда, когда ты этого избегаешь, мы оказываемся в какой-то...Адской дыре!»-Продолжал говорить король, уже переходя на высокие тона. Он почти кричал, но, на самом деле,
просто хотел достучаться. Последнее предложение будто ударило по голове и глотке. Аластор резко вытянулся вперед, открывая рот.
«Блять, черт!»-Теперь уже в полный голос крикнул Люцифер, как крылья за спиной открылись. Он мгновенно поднялся над полом, пролетая вдоль кровати. Ал сжал рукой свою подушку, его сильно тошнило, от чего трясло все тело. Любовник через две секунды был у его спины, он аккуратно взял в ладонь красные волосы, убирая их с глаз. Другая рука легла на плечо, чувствуя всю внутреннюю дрожь.
«Пошли.»-Сказал тихо и наконец обеспокоенно король, поднимая Ала за предплечье.
***
«Сядь.»-Тихо, но грубо произнес Люцифер, немного толкнув кисть любовника в сторону бирюзового кресла одного из обеденных залов. Ал сразу упал на него спиной, раскидывая ноги. Лицо выглядело как обычно, на первый взгляд, но казалось более бледным, возможно, из-за болезненного вида. Люци же по прежнему хмурился, он прошел вдоль светлого стола и облокотился на его острый край.
«Ну. Давай, рассказывай.»-Произнес, не медля, король, складывая руки на груди. Аластор же не поднимал на него глаз и только ушел в мысли. Внутри шла борьба. Какая-то часть так и хотела поскорее рассказать все, как оно есть, а другая только дергала за сердце уйти. Дело, казалось, было не в доверии и даже не в том, как отреагирует Люцифер. Все вышло намного проще, насколько можно представить. Ал понятия не имел, как разъяснить то, что сам разгадать до конца так и не смог. При таком раскладе, в такое объяснение никто и не поверит.
«Сколько времени будем молчать? У меня в запасе только...край сорок минут.»-Вдруг снова резко сказал король, показательно приподнимая руку с золотыми часами на запястье. Аластор мимолетно бросил на него взгляд, обводя глазами за секунду. Любовник выглядел на редкость строго и взволнованно, что послужило приоритетом для стороны, кричащей рассказать правду.
«Я тебя убью! Ты что...осел совсем...бестолковая...не нужны...не создана...как это можно было...за все это время!»-Резко послышался оглушительно громкий, звонкий голос из коридора. После первого предложения многие слова улавливались лишь отрывками, когда девушка прикрикивала их. Остальное же шло будто неразборчивым шепотом. Когда голос становился громче, он был истеричный, почти ломался. Люцифер поднял взгляд к двери в коридор, удивленно прислушиваясь. Аластор также обернулся из-за спинки кресла, более равнодушно разглядывая стену, за которой слышался звук.
«Ты тут сиди.»-Приказательным тоном и еще более раздраженно сказал Люци, отрываясь от края стола. Он быстро направился к выходу, неосознанно сжимая руки в кулак. Радио-демон почувствовал дрожь от его слов, как вдруг она ударила по желанию говорить. Сейчас только пришло спокойствие, как бы не хотел признавать король, но та ночь с алкоголем на пару и правда прочистила мозги. Когда на целый вечер мучащие мысли больше не посещали, начало казаться, что возможно избавиться от них навсегда. Но самое главное, что Ал ничего не помнил, кроме первого часа в баре, когда музыка еще не была такой громкой, и шла только первая бутылка виски. Послышался стук двери, а после мягкие шаги за ней, от которых источник крика, который теперь пересекался и с мужским голосом, затих. Аластор облегченно выдохнул, поднимая глаза на большие окна напротив, от которых исходил тусклый свет. Не прошло и пару секунд, когда голос короля прозвучал почти также громко, как когда-то женский. Слова не были разборчивы, но тон бросался во внимание сразу. Люцифер был разозлен на любовника, устал от вранья, а сейчас кричал на своих слуг так, будто готов разорвать, выбрасывая весь негатив. Ал все смотрел на вид за окном. Тут его тело быстро начало уменьшаться, превращаясь в тонкую тень. Она проскользнула под широким столом, проходя до стены за секунду. Ноги теперь стояли около стекла, разглядывая ту часть сада, где почти не было растительности. Виднелась зона дворца Люцифера и каменная дорога под ней, на которой стояло пару ярких фонарей и большая качеля, украшенная розовыми цветами. Из главного входа до этой части идти было далеко и обычно не нужно. Ведь с этой стороны дворца был также маленький выход, предназначенный специально для работников, как и вся маленькая территория. Рука Радио-демона дотронулась до гладкой части окна, надавливая на нее пальцами. Она щелкнула, открывая одну раму. Подул холодный Адский воздух с запахом пепла. Хотело нырнуть в него и раствориться в улицах Пентаграммы, продумать объяснения и вернуться к ним самому. Желание было достаточно сильным, но любовь к любовнику пересиливала ее сразу. Это был бы поступок эгоиста. Уйти, ничего не сказать, когда Люци уже готов рвать и метать, только бы узнать хоть что-то.
«Так, отойди.»-Вдруг снова послышался грубый, словно разочарованный голос. Ал удивленно повернул голову, не замечая, как взгляд расплылся в окнах другой часть дворца. Он отпустил край оконной рамы, отойдя на шаг в сторону.
«Опять сбежать. Ну, конечно. Не хочешь говорить со мной и не надо. Все.»-Продолжил, спустя паузу, уже отчаянно, Люцифер. Его брови нахмурились, губы поджались, а зрачки только взволнованно дрожали. Аластор с непониманием уставился на него, сначала даже не вникая в суть. Он выглядел куда более спокойно, но только любовник начал разворачиваться в сторону выхода, ответ все же последовал.
«Что? Подожди, я и не думал...нет, ну, может быть думал, но уйти то не хотел сейчас. Я просто к окну подошел.»-Произнес в спешке Ал, указывая ладонью на качавшуюся рамку. Теперь он выглядел обеспокоенно, только с надеждой смотря на короля, лицо которого понемногу остывало. Молчание затянулось. Люцифер ушел в мысли, пытаясь собрать себя. Он чувствовал смятение, будто уже не был уверен в том, чего хочет добиться. Тут Аластор ступил вперед, он медленно подходил к Люци, проникаясь его растерянным видом. Внутри возникла вина за то, что теперь общаться с ним стало так трудно и исправить это рвался только Люцифер.
«Я не знаю сам, что происходит. Я долго думал в чем дело. И пока что пришел только к паре выводов.»-Произнес Радио-демон, подойдя настолько близко, что король мог разглядывать его красные глаза, замечая разные оттенки. Он смотрел на любовника с недоверием, но внимательно слушал, рассеивая его с каждой секундой, когда рассказ казался искренним.
«Думаю, дело в духах Лоа. Они не переносят силу грехов и являются источником моей силы. Магия Ада достаточно отличается от той, что я использовал при жизни и также сейчас. Не знаю, как объяснить, но представь две грани. Силы человеческих ошибок и только чистых демонов, которых интересуют лишь собственные выгоды. Я не думаю...»-Говорил Аластор, пытаясь разъяснить все так, как могло получиться, но тут его перебили.
«Ал, это называется разные источники происхождения. Лоа-магия из людского мира, она даже в Аду не рождена. Понятно, почему она не переносит высших принцев Ада, доходя даже до того, что навевает тебе паническое состояние перед ними, чтобы унести себя подальше. Это и есть вся причина? Черт...блять.»-Произнес облегченно, но растроенным голосом, Люцифер. Приподнимая пальцами светлые волосы от напряжения. Ал замолк, даже не представляя, что любовник сможет так быстро сам дойти до причины.
«Если бы не твои игры в молчанку, я бы тебе уже давно рассказал, что с тобой происходит, еще и помог. Это решается даже быстро.»-Продолжая иронично говорить, проходил круги вокруг себя король. Он чувствовал разочарование внутри, когда понимал, сколько потраченных нервов держалось лишь только на упрямом характере Радио-демона.
«Прости...»-Только тихо ответил Ал, протягивая к плечу Люци руку, но ладонь сразу соскользнула, когда тот развернулся спиной, даже не замечая этого.
«Захочешь мне еще что-то рассказать, я буду в кабинете.»-Будто на последнем издыхании произнес снова Люцифер, уже дергаясь в сторону выхода. Внутри пробила дрожь, возникло сильное желание больше не слушать и слова.
«Прости, тут я правда виноват, не отрицаю. Я стараюсь прислушиваться к тебе, как и ты стараешься больше не совершать ошибок прошлого.»-Сказал спокойно, но взволнованно во взгляде, Ал, сделая еще один шаг вперед, чтобы оставаться все также близко. На языке вертелась еще одна фраза про то, что он предупреждал не ходить на тот вечер, и все произошло по большей части из-за короля. Если Люци мог легко предположить, что силы любовника, при том условии, что он ослаб внутри из-за появившихся чувств, могут сделать любые действия без его контроля, то почему просто заранее не додумался, но ответ не заставил себя долго ждать.
«Я даже представить не мог, что духи Лоа настолько способны влиять на тебя, при том, что ты овладел их силой еще при жизни и стал приспешником. Ты больше не питаешь их разными душами и изменился внутри, но они все равно после смерти должны стать полноценной частью твоих сил и быть полностью под твоим контролем. Видимо это не так. Просто приди ко мне в кабинет через час, мы найдем решение.»-Сказал наконец достаточно спокойно король, выглядывая из-за плеча. Ал облегченно выдохнул, чувствуя, как остыл Люцифер. Он медленно подвел к его локтю свою руку, только пытаясь
развернуть, как Люци сделал это сам. Хотелось что-то еще сказать или сделать, но пока Аластор ушел в раздумья, любовник среагировал быстрее. Он поднес ладонь к все еще бледной щеке и только успел провести большим пальцем по алым губам, как лицо уже приблизилось настолько, что стало ощущаться дыхание. Король резко целовал его, спуская руку вниз по шее. Радио-демон удивленно стоял, только отвечая тем же в ответ.
***
Фистер держал в руке маленькую, хрустальную каплю, сверкающую в свете луны. Он стоял в одной из закрытых спален, которые всегда пустовали и находились прямо над комнатами приближенных слуг. Парень сжимал другой рукой, уже привязанный к деревянному карнизу, канат. Он был завязан надежным узлом вокруг темной палки, которая держалась достаточно крепко. Окно уже было раскрыто, от чего колыхались шторы из-за порывов ветра. Фис напряженно выдохнул, проверяя веревку, обвязанную вокруг пояса. Он сжал артефак еще сильнее и шагнул к краю. Золотая цепочка, прикрепленная к блестящей капле, немного колола ладонь. Парень наклонил голову вниз, наблюдая, как окно под ним уже не излучало свет. Его правая часть была немного приоткрыта, что было очень кстати. Фистер снова взглянул на яркую луну и без сильного страха шагнул вперед. Земля пропала из под ног. Он полетел вниз, чувствуя, будто, замирает в воздухе, падая, как маленькое перышко, но это ощущение быстро прервалось. Плечо, покрытое черным свитером, резко почувствовало удар. Фис слишком сильно оттолкнулся, от чего канат, только достигая своего предела, повел его в сторону, раскачиваясь. Он впечатал парня в окно настолько неожиданно и больно, от чего тот зажмурился, не успевая схватиться за него. Одна ладонь крепко сжимала артефакт, а другая же вытянулась вперед, чтобы ухватиться за край оконной рамы. Фистер снова полетел в нее, размахивая от непривычки ногами. Пальцы ловко ухватились на этот раз места остановки.
План был прост. Кулон одного грешника из сувенирной лавки на круге Мамона. Люцифер нарушал одно из главных правил Ада всего пару раз и держал это в тайне достаточно тщательно. Только король мог открыть портал, который впустит грешников на другие круги. Это было главным артефактом Люци, браслет серебряной змеи, открывающей проход в любые миры, любым душам. Стоило лишь только надеть ее и скорректировать желание, как браслет оживал. Глаза становились ярко-красными, а тело начинало двигаться по воздуху. Оно увеличивалось до нужных размеров, формируя раму. Змея и была ободком прохода в миры. Она была лучше любых порталов, ведь именно его края были защищены и не могли повредить при быстром закрытии. Король не видел опасности в этих передвижениях, он видел опасность в грешниках, которые могли бы попасть на другие стороны. Поэтому артефакт использовали лишь грехи и передавали его лично в руки. Маленькая капелька же, которую взял с собой Фис, была куплена у одного Адарожденного с круга Зависти. Продавец занимался действенными амулетами, каждый из которых имеет свою силу. Он славился своей честностью, ведь всегда продавал только то, что работало, как бы не было это странно для Ада. То, что купил когда-то парень, наконец дождалось своего часа. Кулон имел силу показывать натуру любой души не выше среднего класса, он мог раскрыть ее мотив и отношения к кому-то. Владельцу оставалось лишь только провести по капле пальцами и загадать грешника. Попытки были ограничены, но Биафрис хватило бы и одной, чтобы прочитать отношение Фистера к себе. На это и расчитывал парень. Оконная рама бесшумно открылась, позволяя ему встать в полный рост. Он потянулся к веревке на поясе, чтобы развязать ее, пока не найдет место в комнате, куда можно было положить свое послание. В темноте были видны лишь очертания мебели. Длинный, белый комод с многими вещами на нем. Можно было разлечить две книги на углу, лампу в виде кристалла, блакнот, где Биафрис всегда вела рабочие записи. Парень аккуратно развязал плотный узел, дернув за край каната, от чего тот распустился слишком быстро. Веревка полетела на пол, ударяясь о подоконник. Фистер нервно зажмурился, понимая, что этого звука могло хватить, чтобы разбудить девушку. Он шумел и сильнее, когда влетел в окно, но стекло в комнатах слуг было звукоизолирующим от постоянных работ в саду. Парень испуганно выдохнул, все еще прислушиваясь к шороху. Он аккуратно прошел вперед, наступая на твердый стол. На нем, к счастью, не было вещей, и ножки казались достаточно прочными. Фис наклонился вниз, садясь на его край, чтобы бесшумно спрыгнуть. Глаза устремились в соседнюю дверь, ведущую в спальню. Хотелось положить кулон с письмом как можно ближе к ней, ведь Биафрис часто уходит из своих комнат сразу, даже не проводя свое утро где-то кроме ванны и спальни. Она может не заметить вещицу на пустом столе, просто не смотря в ту сторону. Около бирюзовой двери находился лишь один высокий шкаф с зеркалом на дверцах.
Парень устало выдохнул, он направился в сторону комода к стопке книг. Ему хотелось оказаться в этой комнате еще раз. Он был здесь давно и зашел только на несколько минут, теперь хотелось все рассмотреть, но так мешали свет и время. Фис провел пальцами по приятной обложке, как вдруг обратил свой взгляд на блокнот. Девушка брала его с собой всегда и не могла не заметить подарок, вложенный в страницы. Фистер медленно приподнял заветный предмет к себе, пытаясь как можно тщательнее запомнить его в темноте. Внутри все тянуло открыть на первой странице и начать читать знакомый почерк, разглядывая каждую букву. Этот блокнот буквально ассоциировался с Биафрис. Парень раскрыл белые странички по середине, наконец выпуская из руки маленький кулон. Он бесшумно опустил его вдоль корешка, аккуратно складывая цепочку. Тут вторая рука потянулась к большому карману в черных штанах, пальцы вытащили красный конверт, укладывая его сверху. Фис осторожно закрыл записную книжку, опуская ее на то же место. Внутри начала расти сильная тоска и боль, но даже не было какого-то сомнения. Только парень облегченно выдохнул, уже собираясь разворачиваться к окну, как вдруг на всю комнату раздался громкий треск. Фистер вскрикнул настолько громко, насколько успел. В голове появилась сильная, невыносимая боль, растекающаяся по всему телу. В глазах начало мгновенно мутнеть. Темнота поглотила полностью, отключая сознание. Фис с грохотом полетел вниз, падая на все тот же комод. Грудь ударилась о его острый, твердый край, отлетая на пол. Парень лег на спину, уже полностью ничего не чувствуя. Свет в комнате включился. Биафрис стояла над ним с огромной вазой из плотного стекла в руках. Ее зрачки расширились, а рот от удивления и ужаса открылся, когда она увидела знакомое лицо. Девушка быстро упала на колени, будто не веря, что перед ней правда Фистер. Она ожидала кого угодно: грешника, пробравшегося ночью во дворец, убийцу, вора, но не его. Прислужница в спешке положила вазу рядом с ногами, стукнув ее о пол. Другая рука дотронулась до черных волос, проводя пальцами к затылку. Парень не реагировал, полностью отключившись. Прислужница почувствовала, как дотронулась красной крови, которая растекалась по полу. Она резко одернула пальцы, рассматривая густые капли, стекающие к запястью. Глаза демонстрировали шок, показывая весь внутренний испуг. Девушка застыла, пытаясь хоть что-то сообразить, но в голове лишь звучал мучительный гудок, от чего даже заложило уши. Наконец нужная мысль всплыла. Люцифер давал силы своим прислужникам для особых случаев. Так ими пользовалась Биафрис, когда поджигала шубу Валентино, чтобы суметь сбежать. Так она использовала огромные щупальца на вечернем платье при встрече Грехов, защищая Ала. Была еще одна сила, дарованая достаточно многим в этом дворце. Прислужница положила ладонь на ребра Фиса, заводя ее за спину, она опустила вторую руку на его сложенное колено, становясь между ног. Требовалось сдвинуть его, чтобы положить ровно, параллельно полу. Она медленно разогнула ногу, придвигая ее к другой. После приподняла за спину, чтобы выпрямить тело. Тут грешница резко выпрямилась, вставая на ноги. Девушка быстро перешагнула Фистера, направляясь к его разбитой голове, кровь с которой уже успела испачкать пол. Ее белая пижама, из простых штанов и кофты с рукавами, также окрасилась в бордовый, оставляя пятна на рукавах и ноге. Биафрис снова опустилась вниз, уже приседая над головой. Пульс участился, но дыхание пыталось выровняться, чтобы успокоиться. Ярко-голубые глаза широко раскрылись. Горячие ладони аккуратно обвели красные щеки Фиса, останавливаясь большим пальцем возле его губ. Девушка наклонилась как можно ближе, от чего распущенные волосы скатились вниз по плечу. В мгновение в черном зрачке появилась искра. Ярко-белый свет начал распространяться по всему глазу. Он закрывал всю их синеву, оставляя лишь очертания частей. Ладони задрожали. Светлая энергия прошла через них и проникла под кожу парня, поднимаясь к его голове. Было видно сверкающие линии, которые, словно молнии, проходили в место ушиба. Вскоре кровь перестала течь. Дыхание Фиса становилось ровным, пульс приходил в норму. Он чувствовал, как боль постепенно утихает, и теплые руки на его щеках, пытаются его пробудить. Тут изумрудные глаза раскрылись. Они видели лишь пятна света, но смогли различить любимое лицо.