Глава 39
Адриан натягивает для меня дружескую улыбку, а вместе с этим натягиваются и мои нервы. Его улыбка выглядит вымученной. Нет, она не двулична. Словно мужчине сложно улыбаться, как будто он не умеет этого делать, но для меня он готов попробовать.
Бешеный ритм сердца успокаивается. Я с лёгкостью выдыхаю и с благодарностью смотрю на брата Дамиана. Вижу в нём какие-то изменения, а потом понимаю, что он состриг волосы. Адриан стал выглядеть ещё более мужественно и взросло. Он теперь больше похож на своего старшего брата.
— Спасибо тебе большое, Адриан. Я буду тебе очень признательна, если ты отвезёшь меня домой.
Мужчина смотрит на меня с толикой обескураженности, которая мне вовсе не понятна, а после его улыбка становится теплее и он кивает мне на выход.
Он пропускает меня. Мы вместе выходим из кабинета Мариуса, воспоминания о котором вызывают во мне неприятные ощущения. Я жмурюсь и открываю глаза, боясь оказаться в том кошмаре, но, как и сказал Адриан, всё уже закончилось.
Идём к лестнице. Я смотрю на свои руки, испачканные кровью. Вспомнив двух убитых мной охранников, я понимаю, что в крови не только мои руки, а вся сущность. Но я просто хотела защититься и сбежать... В приступе паники не рассчитала силы и убила...
Я с остервенением тру запястья, желая содрать кожу. Замираю, когда возле лестницы на первом этаже вижу большое количество трупов. В угол забились испуганные девушки, что с грубостью готовили меня для Мариуса, и женщина, что приносила мне обед. Но к ним я не испытываю жалости. Только отвращение.
— Они живы. Разве у вас не было цели всех здесь уничтожить? — поворачиваюсь к Адриану.
Он окидывает взглядом оставшихся в живых людей. Проводит ладонью по волосам и смотрит на меня.
— Это запрещено. Мы не трогаем женщин и детей, — спокойно объясняет мне Адриан.
Я вскидываю брови.
— А как же... — я запинаюсь от большого количества аргументов. — Как же я? Кай собирался убить меня. А Мэлоди? Дамиан шантажировал меня её жизнью! Да и как же рассказ о Бастиане Пьеро? История гласит, что сначала на глазах у француза Мефистофель убил его жену и детей.
Адриан хмыкает и с долей насмешливости смотрит на меня. Словно я задаю совсем глупые вопросы.
— Кай с Дамианом похуже враги, чем ты с Мефистофелем. К сожалению, Кая не волновало то, что ты девушка, когда он был ведом идеей отомстить Дамиану за прошлое и... как этот ублюдок говорит, настоящее. Но в бизнесе они всегда были вместе, откладывали неприязнь друг к другу на второй план.
— Были. — подмечаю я.
— До того как Кай причинил тебе вред. После этого Дамиан не хочет его видеть. Но я не могу вдаваться в подробности. Дамиан сам должен всё рассказать тебе. А насчёт Мэлоди... Брат вовсе не собирался убивать её. У него даже мыслей таких не было. Просто сначала он решил напугать...
— ... и выбить из строя, — тихо продолжаю за него.
— Верно. Как и Кай местью, так и Дамиан был ведом идеей уничтожить тебя.
— И он это сделал, — огрызаюсь.
Адриан пожимает плечами.
— Да нет, ты не знаешь, на что он способен. И то, что ты знаешь, ещё далеко не вся правда.
Внутри всё изворачивается от того, что в очередной раз я оказываюсь в неведении. Недовольно вздыхаю.
— А как же тогда слухи об убийствах детей?
Адриан закатывает глаза, что злит меня.
— Ты сама ответила. Слухи. Дамиан сам пускает их. Ему ведь выгодно, когда его считают жестоким и безжалостным. Ему нравится, когда его боятся.
— Но ведь их больше никто не видел!
— Слушай, самых нуждающихся мы обеспечиваем всем, чем надо. Но мы прячем их, чтобы не было несостыковок. Дети ходят в наши школы, мы помогаем им поступить в высшие учебные заведения. Большинство из них выпускники Оксфорда и Гарварда. Женщинам мы предоставляем работу.
— Занимаетесь благотворительностью? — фыркаю.
— Замаливаем грехи. Дамиан как никто другой знает, что значит смерть женщины и ребёнка, так что у тебя не должно остаться сомнений.
— Так если он такой набожный, какого чёрта так поступил со мной?! — с обидой спрашиваю Адриана.
Мужчина дёргает плечами.
— Сами разбирайтесь в своих отношениях. Я лезть не буду.
— Ну спасибо... — я развожу руками.
Адриан усмехается от моей реакции и указывает рукой на лестницу. Глубоко вздохнув и поняв, что ответов больше не получу, я аккуратно спускаюсь по ступенькам. Пальцами сжимаю ткань пеньюара в зоне декольте. Облегчение и... отчасти радость тёплыми потоками заполняют моё сердце. Я верю словам Адриана. Просто хочу верить им. Мне жить будет намного легче, если я буду знать, что Дамиан не убивает детей. А ведь ещё в самом начале я ненавидела и презирала Мефистофеля за эту жестокость.
На первом этаже обхожу трупы, задерживая на каждом взгляд. На меня глядят женщины с еле читаемой ненавистью во взгляде, вновь заставляя течь разочарование в людях по венам. Кажется, ты уже готов ко всем ударам дряней, но они всегда умудряются удивить тебя. Сколько же ещё боли нужно пережить, чтобы меня перестали огорчать такие твари?
Мы выходим на улицу. К дверям уже подогнана машина.
— Где будешь сидеть? — интересуется Адриан.
— Спереди, — махаю рукой.
Но когда мужчина открывает для меня дверцу, я останавливаюсь и обнимаю себя руками. Адриан с любопытством разглядывает меня. Я поднимаю голову. Нет, не в горделивой манере, а лишь от желания ощутить напоследок лучи заходящего солнца. Жмурюсь и улыбаюсь. Вдыхаю чистый, свежий воздух, желая хоть на мгновение почувствовать себя такой же здоровой.
— Я пообещала себе выбраться до захода солнца. Пробовала бежать, но ничего не вышло. Тогда все надежды утекли сквозь пальцы. — поворачиваюсь к мужчине, лицо которого лишено всяких эмоций. — Спасибо большое... — шепчу и искренне улыбаюсь.
— Не мне ты спасибо должна говорить.
Я ищу глазами в толпе Дамиана. Он возвышается над своими людьми и даёт указания. Стоит к нам спиной и наверняка даже не чувствует моего взгляда.
— Ты сам ему передашь. Он снова оставляет меня одну, посылает тебя. Я никогда не пойму его... — глубоко и удручённо вздыхаю. — Никогда...
Перевожу глаза на Адриана, чей взгляд устремлён на спину брата. Он о чём-то думает, а после вздыхает также глубоко, как и я. Когда его взгляд возвращается ко мне, я улыбаюсь для него и сажусь на мягкое сидение.
Я прислоняюсь лбом к стеклу и прожигаю взглядом Дамиана. Почему я не была готова увидеть его? Почему мне сейчас так больно уезжать и даже не попрощаться с ним, не получить ответный взгляд в последний раз? Снова чувствую себя ненужной. Почему не выходит просто ненавидеть его?
И с каждым метром, когда мы отдаляемся друг от друга, на грудную клетку всё сильнее что-то давит. Я понимаю, что нужно просто пережить это. Я отпущу, мне снова станет легче дышать. Я чертовски сильная и обязательно справлюсь. Но сейчас мне больно... Дамиан в один момент стал для меня карателем.
— Адриан?.. — зову мужчину и отрываюсь от окна, поворачиваясь к нему. Он вопросительно поднимает брови. — Может, ты знаешь, что с Данте и как сейчас Мэлоди?
— Данте жив. Они все в безопасности, — просто и лаконично отвечает он мне.
Мужчина останавливается возле магазина. Я с недоумением смотрю на него.
— Чего тебе купить из еды? — оборачивается ко мне Адриан.
Я удивлённо поднимаю брови от его понимания и предусмотрительности, а после благодарно и тепло улыбаюсь.
— Знаешь, я привыкла давиться полезной едой, но сейчас я чертовски хочу чего-нибудь смерте-е-ельно вредного... — тихо посмеиваюсь.
Адриан коротко кивает головой и выпрыгивает из салона. Как будто избегает искренности, боится её. На мою улыбку он отвечает только непонятным взглядом. В ответ даже и не пытается улыбнуться. Что-то в его взгляде меняется, и он словно опускает себя на землю.
Я вздыхаю и первый раз за всё время спокойно закрываю глаза, глядя перед этим на последние приветливые и ласковые лучи солнца. «Я выбралась. Пусть только благодаря Дамиану, но выбралась». Мне почему-то даже не жаль, что я не смогла отблагодарить его. Наверное, я бы не смогла после всего спокойно смотреть в его глаза и двигать языком, говоря о чём-то. Мне сложно в его присутствии, потому что он не мой. Телом не мой, но, что страшнее, душой тоже не мой. Меня скребёт от одной мысли, что он рядом, но при этом чертовски далеко. И мне снова больно: он опять отпустил меня. Нам вновь придётся разбежаться по разным местам Земли, и я абсолютно не имею понятия, как мне его забыть и избавиться от гнетущего чувства любви, которого по всем писаным и неписаным законам быть не должно.
Кажется, я вздремнула, пока ждала Адриана. Вздрагиваю и отклоняюсь вбок, когда дверь со стороны водителя открывается. Вспоминаю и насыщаюсь чувством безопасности, умиротворённо выдыхаю и кладу руку на грудь, пытаясь унять в мгновение подскочивший пульс.
— Всё в порядке, не стоит так пугаться, — тихо и с долей успокоения говорит Адриан.
Уголки моих губ поднимаются. Он пытается казаться вежливым, не тревожить меня и расположить к себе, чего явно не делает с другими.
— Легко говорить, когда ты не на моём месте. Ты просто представить себе не можешь, как со мной жестока судьба. Я провела в муках всю жизнь. Кажется, в последние недели всё устаканилось. И просто подумай какого это — снова оказаться в кошмарном сне...
Адриан, до этого стоя на улице, садится в машину и протягивает мне бумажный пакет. Желудок урчит на весь салон, и я неловко улыбаюсь. Мужчина без всякого пренебрежения достаёт из пакета гамбургер и передаёт его мне. Я сжимаю руками мягкие булки и смотрю на еду широко раскрытыми глазами.
— Чёрт возьми, я никогда их не ела... Этот бургер такой же вкусный, как и у мистера Крабса? — тихо смеюсь. Адриан с вопросом поднимает брови, не понимая моего вопроса. Отмахиваюсь рукой. — Забудь. Я просто смотрела как-то раз с Мэлоди Губку Боба.
Адриан пожимает плечом, давая понять, что ничего об этом не слышал, а после протягивает мне другие пакеты.
— Здесь одежда. Не знаю, какой у тебя размер ноги, поэтому купил только тёплые вязаные носки. Переоденься, я выйду из машины. Ты вся дрожишь. Одного обогревателя для тебя сейчас мало.
Не сказав больше ни слова, мужчина выходит и садится на капот ко мне спиной. Не успев откусить первый желанный и лакомый кусок бургера, я откладываю еду на панель и сглатываю, глядя на спину Адриана. Смотрю на свои руки, что действительно дрожат от озноба, потом снова на Адриана. Я сдерживаю сентиментальные слёзы от этой заботы и вспоминаю Дамиана. «Почему не ты сейчас рядом со мной?»
Не имея желания заставлять Адриана долго ждать, я снимаю с себя пеньюар и надеваю на верх тела тёплую толстовку. Вдыхаю запах только что купленной одежды и слабо улыбаюсь. Натягиваю свободные брюки и — правду говорил Адриан — тёплые носки. Сразу становится уютнее. Я стучу пальцем по лобовому стеклу. Мужчина возвращается в машину.
Под его взглядом я заглядываю во второй пакет. Подняв в изумлении брови, я достаю длинную розовую ночную с изображением Микки-мауса по центру. Не сумев сдержаться, я начинаю тихо посмеиваться и насмешливо поглядывать на Адриана.
— Я не собирался выбирать для тебя нижнее бельё, — недовольно говорит мужчина. — Я подумал, что этому ты будешь довольна.
— Прости... — я утираю слёзы, которые всё же вырвались, но замаскированные под радость и счастье. На самом деле, в душе не совсем хорошо. Мне приятно... но Дамиан, который даже сейчас имеет возможность воздействовать на моё состояние, убивает. — Просто... — обращаю взгляд на главного героя детских мультфильмов, — я никогда не носила подобные вещи. Да ещё и розовый... — снова тихонько смеюсь. — Но мне нравится.
Адриан хмыкает и пожимает плечами. Машина заводится и выезжает со стоянки. Я прикладываю ночнушку к груди, представляя себя в ней, а после улыбка слетает с лица.
— Стой. Зачем она мне? У меня дома полно одежды для сна... — с настороженностью тяну и мысленно посылаю Дамиана, понимая, в чём состоит суть дела.
Вот теперь весело Адриану.
— Не называй то место домом. И вообще... С чего это ты решила, что я везу тебя туда?
— Но как же... — невнятно шепчу. — Какого чёрта, Адриан?! — возмущаюсь я. — Следуешь его приказам?! А я, дура, думаю ещё, почему ты так обходителен со мной. Всё ясно!
— Я желаю тебе только добра, Инга.
— О, да... Это доказал каждый из вас, плясав под дудку Мефистофеля!
— Ты ничего не знаешь, — отвечает Адриан, поражая меня своим равнодушием. Дамиан бы уже давно вцепился своими клешнями в руль.
— Вам проще всего таить от меня правду! Чего же ещё я не знаю? Открой мне глаза!
Но Адриан игнорирует мои слова, делая вид, что увлечён дорогой. «Как же у вас, Стэнтонов, всё просто! Указать на то, что я чего-то не знаю и убежать от темы!» — мысленно негодую.
— Зачем он вообще меня спасал? Ответь мне. — настойчиво требую у мужчины.
— Он спас тебя и этим всё сказал, — спокойно отвечает Адриан, не поддаваясь на мой порыв.
— Ты говоришь загадками... Зачем мне сейчас ехать к нему? Пожалуйста, отвези меня к Данте!
— Сейчас не самое подходящее время.
— Но сейчас самое подходящее время, чтобы побыть наедине с Мефистофелем, — иронично изгибаю губы.
— Он чертовски зол на тебя, — замечает Адриан.
От негодования я уже начинаю задыхаться. Кожа на лице горит от возмущения.
— Он зол на меня?! Зол?! После всего, что он сделал и делает по сей день, он ещё имеет право злиться на меня?! Невеста не ревнует его?! — с гневом вырывается последний вопрос, и я остываю от стыда. Мне не нужно было говорить...
Адриан обращает на меня шокированный взгляд.
— Невеста у него чудная. И, да, чертовски ревнует. Они уже давно вместе. Ты даже не знала об этом.
— Хватит! — обрываю его с болью в голосе. Мне ведь больно слышать это... Душа играет печальными и серыми красками от осознания. Я понимаю, что мне должно быть плевать, но боль продолжает изъедать меня изнутри.
— У тебя остались чувства? — с какой-то только мне понятной надеждой в голосе спрашивает Адриан.
Я устало опускаю голову и обнимаю себя за плечи.
— Не знаю... — мотаю головой. — Нужда. Я нуждаюсь в нём, что заставляет меня бунтовать в душе. Я просто на повторе внушаю себе, что ненавижу его, но это ничего по сравнению с тем, что я действительно чувствую к нему. Одна капля может с лёгкостью разрушит это хрупкое равновесие во мне. Мне сложно... Чувства остались, но я отвергаю их как умею. А он просто бросил меня без объяснений.
— Дамиан не тот, кто бросился бы вдогонку с оправданиями. Он отпустил тебя, а не бросил. Отпустил. Так было лучше. — Адриан молчит пару мгновений, а я даже не пытаюсь оборвать тишину между нами. — Не отвергай эти чувства. Ты делаешь этим только хуже. Но не смей прощать его. Он должен знать цену прощению. Дамиан должен понять, насколько тебя легко потерять и трудно вернуть назад.
— Как ты можешь так говорить о своём брате... — тихо шепчу, не веря своим ушам.
— Я не говорю ничего плохого. Просто даю тебе совет. Научитесь понимать друг друга. Ты пойми его, и помоги ему понять себя.
Я усмехаюсь.
— У тебя есть девушка? — склоняю голову набок.
Лицо Адриана каменеет и вот тут он крепче сжимает руль.
— Нет. — резко отрезает он.
— Почему? — небрежно спрашиваю дальше.
Мужчина поворачивается ко мне на мгновение. Адриан долго молчит, обдумывая ответ, а после выпаливает:
— Ещё не встретил своего Метатрона.
— То есть ты ни разу не влюблялся?
— Нет. — бесстрастно отвечает он. Эта тема явно неприятна ему.
— Не знаю, какой окажется твоя избранница, но она точно будет счастлива с тобой и станет моей хорошей подругой.
Адриан неслышно усмехается. Теперь мне стало понятнее его поведение. Он, как и все, просто хочет найти любовь. Только, в отличие от остальных, не стесняется признаться в этом. Признаться мне. Можно ли считать это огромным доверием Адриана? И чем же я его заслужила?
Откидываюсь на спинку и опускаю веки. Мне предстоит встретиться с Дамианом. И такая глупость довольствоваться сейчас тем, что он не бросил меня в очередной раз. Сначала я была под впечатлением, но теперь успокаиваюсь. Нам действительно нужно поговорить и отпустить друг друга. Может, я всё никак не могу забыть его, потому что мы толком не попрощались? Моя душа до сих пор взывает к нему и всегда будет тосковать по нему.
Адриан забирает у меня пакеты и, пока мы поднимаемся в квартиру, я ем гамбургер и счастливо улыбаюсь. Почему всё вредное такое чертовски вкусное?
Я отчего-то усмехаюсь у порога квартиры. Всё-таки безумно люблю его и ничего не могу с этим поделать. Один брошенный на него взгляд заставляет моё сердце полыхать пожаром. И только Дамиан может потушить его. Я сходила с ума с ним, а без него ещё больше.
— Дамиана здесь нет, он вернётся нескоро. Располагайся.
Адриан уходит так внезапно и неожиданно, что я даже не успеваю опомниться. И вот я снова остаюсь одна. Жду Дамиана... Что-то мне это напоминает...
Хожу по комнатам и включаю в каждой свет из-за темноты помещения. Ищу ванную. Найдя, сразу сбрасываю с себя всю одежду и бегу под душ. Макияж размывается, неприятный аромат кожи смывается. Я не использую сейчас ни геля для душа, ни шампуня. Хватит этих запахов. Я хочу пахнуть собой.
С усмешкой надеваю ночную, что купил для меня Адриан и нахожу на дне пакета смывку от макияжа и ватные диски. Смеюсь, представляю Адриана, покупающего всё это. С удовольствием пользуюсь всем, что есть, и выхожу в кухню. Гамбургер не утолил моего голода, и теперь я с жадностью смотрю на фрукты. Хватаю яблоко и от голода съедаю его за несколько кусков. Сажусь на диван и включаю фильм. Но через долгое время понимаю, что в его смысл я даже не вникла. Я всё готовлюсь к разговору с ним, выстраиваю сценарий в голове и продумываю ход диалога.
И тут хлопает входная дверь. Душу словно судорога сводит.