Ведьмочка

Селеста стояла посреди обгоревшей комнаты, где ещё не успели рассеяться клубы дыма и пепла. Её взгляд метался между двумя фигурами Ярославом и Климом словно между молотом и наковальней.

- Ты не понимаешь, - голос Ярослава резал воздух, - я спасаю ее от самой себя.
- Спасая значит контролировать? - саркастично ответил Клим, - Ты просто хочешь владеть её волей.

Она слышала слова, но сердце билась всё быстрее, и боль отдавалась эхом внутри.
В ней росла тревога и одновременно странное притяжение к обоим.
Она чувствовала, как от Ярослава идёт тяжесть и власть, холод, который одновременно и пугает, и завораживает.
От Клима тепло и свет, которые манят, но требуют от неё борьбы и жертв.

- Я не могу так дальше, - прошептала Селеста, - я не знаю, кого выбрать. Кого любить. Кого слушать.

Оба мужчины замерли, их взгляды на мгновение встретились, и в этом молчании повисла вся тяжесть их борьбы.
Ярослав сделал шаг вперёд, его рука медленно поднялась, будто хотел взять её за плечо, но остановился. Клим напрягся, готовый вмешаться. В этот момент Селеста сделала глубокий вдох ей предстояло решать не только свою судьбу, но и пройти через огонь, в котором горят её чувства и страхи. Она уже не могла оставаться просто пассивной фигурой в их войне. Внутри неё зарождался зов глубокий, древний и могучий. Вдруг воздух вокруг стал гуще, и словно само пространство напряглось. Тонкая струна магии затрепетала в груди Селесты, зовя её к пробуждению. Внезапно лёгкий ветер поднялся в комнате, шепча забытые слова на языке, который она понимала без перевода. Душа её откликнулась из глубин памяти, из корней крови пришло имя:
Морриган. Сердце наполнилось яростью и силой. В глазах вспыхнул огонь не страх, а решимость. Она ощутила, как холод и свет, магия и любовь сливаются в единое целое, а над головой словно раздался гордый голос богини:

-  Встань и борись.

В руках Селесты материализовался меч тонкий, из черного металла с узорами в виде воронов, клинок сиял холодным серебром. Это не был просто оружие это символ её нового пути, клятва не сдаваться.
Она побежала туда где шел бой, она ощущала это место. Придя на место ведьма шла как богиня среди боя.
Селеста подняла меч и шагнула к мужчинам.

- Хватит - сказала она твердо. - Я не ваша игрушка. Не поле для битвы. Я сама решаю, кем быть и с кем идти.

Ярослав сжал губы, пытаясь скрыть раздражение, но в его глазах мелькнул страх. Клим улыбнулся, видя в ней ту, кого любил не покорённую, а свободную.
И в этот момент Селеста ощутила, что в ней живёт не только слабая женщина, но и древняя богиня войны непобедимая Морриган, что стоит на страже её судьбы.
Селеста сделала шаг вперёд, и воздух вокруг словно пропитался новым напряжением сильным, непреклонным. Взгляд её горел холодным серебром меча, что отражал искры магии вокруг.

- Хватит прятать меня за свои ссоры и угрозы, я не игрушка в ваших руках. Я женщина с волей, и сегодня я выбираю сама.

Ярослав нахмурился, словно впервые видя перед собой не покорённую добычу, а врага. Его чёрные глаза сузились.

- Ты играешь с огнём, - прошипел он. - Не забывай, кто дал тебе силу. Без меня ты ничто.
- Ты дал мне цепи, но не моё сердце. Моё сердце принадлежит только мне и богине, которая дала мне этот меч. Морриган не позволит быть рабыней.
- Вот так. Это твоя сила, Селеста. Ты не одна.
- Тогда покажи, на что способна. Если решишь бороться я не отступлю.
- И я тоже, - спокойно ответила Селеста.

Магия вокруг начала менять свой характер: тьма и свет переплетались, но теперь с ясной гранью в центре стояла она, воительница с мечом, готовая идти до конца. Селеста сжала рукоять меча крепче. Внутри неё бушевала буря гнев, боль и долгожданная свобода. Она сделала шаг вперёд и, не колеблясь, вонзила клинок в грудь Ярослава. Тот вздрогнул, глаза широко раскрылись, но губы скривила лишь злая усмешка.

- Ты думаешь, это конец? - прошипел он, голос хриплый, но твёрдый. - Нет... это только начало. Я вернусь, - сказал он, и в его взгляде горело неугасимое пламя.

Селеста отдернула меч, ощущая, как внутри что-то изменилось навсегда. Она стояла среди развалин их битвы сильная, но знающая, что война ещё не окончена.