Глава 7
Дело было сделано. Теперь, когда Калет окажется в пределах штата Монтана, она не сможет выбраться из него до тех пор, пока я не сниму заклятие. Любое колебание границ штата я буду чувствовать, если волчица решит продолжить свое бегство. Совсем скоро мне придется воплотить заклинание поиска Эстер. И хотя я понятия не имела, где найду лепестки красного цветка, но была вполне уверена в себе и знала, что я все смогу. Я найду Калет Блэйк. Сейчас это было для меня самой важной задачей.
Но и мелкие помехи не давали терять бдительность. После визита Хейдена мы держали ухо востро. Ричард стал более нервным. Он реагировал на каждый шелест и шорох, и это начало порядком надоедать мне. Волку было необходимо успокоиться и понять, что пока он находится со мной, я смогу найти способ дать отпор охотникам, и никто не пострадает... Кроме свиты Хейдена, конечно.
С телами убитых варанов Ричард разобрался быстро и бесследно. Я не стала вдаваться в подробности, к каким методам прибег парень, мне было важно, что теперь под ногами не будут валяться обездвиженные тела убийц.
Прохладная свежесть после дождя была такой приятной и умиротворенной, что напрочь избавляло меня от непрошенных мыслей. После долгой работы над заклинанием я, порядком, устала и это немного выбило меня из колеи. Хотя сейчас природа словно сама желала, чтобы я пришла в себя. Легкий ветерок трепал мои локоны, продувал сквозь толстовку. Громкое журчание воды в реке завладело моим слухом, а невероятная картина горного хребта в окружении пышных деревьев приятно радует глаз. Все здесь было для того, чтобы расслабиться. И никакая опасность не могла запугать меня настолько, чтобы я пропускала мимо всю эту красотку.
– Прошу тебя, Ричард, будь разумнее и успокойся! – Вздохнула я, нервно поглядывая на маячащего вдоль берега парня.
Волк остановился на мгновение, засунув руки в карманы джинсов. Он испустил тяжелый вздох, невидящим взглядом осматривая все перед собой. На меня он не обращал внимания. Мое спокойствие нервировало Ричарда еще больше.
– Мы так и будем торчать здесь, Фиби? – Прохрипел парень.
Кажется, этот вопрос он задал мне уже миллион раз с момента появления охотников.
– Я должна почувствовать колебание границ, чтобы начать заклинание поиска. Мне нужны гарантии того, что Калет находится в штате, но я не смогу это понять никаким другим способом.
– Но ведь Эстер может, – скалился волк, – почему не можешь ты.
Я медленно выдохнула.
– Эстер смогла увидеть Калет в бегах, а для этого требуется не мало сил. Девушка не имеет точного местоположения, она всегда перемещается. И траекторию ее движений я не могу понять. Пока что не могу. А Эстер смогла, именно поэтому мы здесь.
По выражению лица оборотня было понятно: мой ответ его явно не устроил, но большого выбора у нас не было. Оставалось только ждать.
Ричард еще минуту походил взад-вперед, потом наконец присел на бревно. Его лицо выражало такую печаль и растерянность, что мне стало безумно жалко парня. Почему я не могла понять его страх?
Я присела рядом с ним и крепко сжала плечо.
– Все будет в порядке, правда. Я обещаю, мы все сделаем правильно.
Ричард продолжал оставаться в напряжении. Он словно не доверял мне, хотя говорил обратное.
– Я боюсь, что мы не успеем, – вырвалось у него. Парень нервно теребил пальцы, не поднимая на меня глаза.
Я нахмурилась:
– Почему ты так думаешь?
Он закрыл глаза на несколько секунд, а когда открыл, взгляд его был устремлён куда-то в глубь леса.
– Они рядом, Фиби, – Ричард туго сглотнул, а затем продолжил. – Они совсем рядом, и они чувствуют волков за версту, а то и больше. Почему, ты думаешь, вараны пришли сюда? Они почувствовали, что я здесь, и хотели убить. Не представляю, какой бы был исход, если бы не было тебя. – Он грузно покачал головой, а я сильнее сжала его плечо.
– Не думай об этом.
– Я не могу. Они здесь, в Монтане. И когда Калет окажется в штате, она больше не сможет никуда бежать. Что, если Хейден найдет ее быстрее, чем мы? Что тогда, Фиби? – Его голос почти срывался на крик. Я видела, что он кое-как держит себя в руках.
Я словно онемела. Я не думала о таком исходе, и не имела запасного плана. Именно сейчас я поняла, какая большая это ошибка. Я не должна блокировать штат. Если Калет окажется в опасности, она не сможет укрыться, и виновата в этом буду я.
– Я совершенно не подумал о безопасности Калет, когда ты говорила про заклинание блокировки. Это было слишком рискованным шагом, но ведь есть способ все исправить? – В голосе Ричарда лучилась неподдельная надежда, и мне вдруг еще больше стало не по себе.
Я в задумчивости поджала губы, размышляя над его словами.
– Но как тогда мы найдем ее?
Ричард тяжело вздохнул:
– Должен быть выход.
Начинало темнеть понемногу, но время суток нас мало заботило. И я, и оборотень были увлечены мыслью о том, как нам быть теперь. Я не могла оставлять Калет «взаперти» в Монтане, потому что тогда она подвергалась нехилой опасности. Нам нужно было придумать, как найти девушку без таких колдовских штучек.
Вечером это место становилось еще прекраснее. Постепенно начинали загораться звезды на темнеющем небе, россыпью они отражались на поверхности неглубокой лесной реки. Горный хребет казался более мрачным в темное время суток, но это придавало ему свое очарование.
Вокруг царило такое спокойствие, что, казалось, даже вода в реке сбавила свой темп. И только существа на берегу реки оставались неспокойны. Ричард и я все мучали себя мыслями и вариантами разных исходов событий.
Мне было страшно думать о том, что вараны могут добраться до Калет раньше, чем мы. Этого не должно было произойти ни при каком раскладе. Она – последняя из своей стаи. Жизнь Калет имеет большое значение не только для нас, но и для их волчьего племени.
Я перечитала практически всю книгу заклинаний Эстер, но многого нам это не дало.
– Я должна найти Хейдена, – говорю не спеша и довольно тихо, когда Ричард слишком пристально рассматривает противоположный берег. Интересно, что его так привлекло.
– Это может быть небезопасно! – Отрезал парень низким голосом, даже не переводя на меня взгляд.
На какое-то мгновения почувствовала себя пустым местом. Меня одолевали страх и волнение изнутри, а теперь к ним еще прибавилось и огорчение. Последние несколько часов Ричард ведет себя так, словно меня здесь нет. Он почти не разговаривает со мной.
Яркое пламя в костре, который я разожгла не так давно, чуть слышно потрескивало, нарушая молчаливую паузу между мной и волком. Тусклый свет озарял профиль Ричарда, от чего он казался еще ужаснее и кровожаднее, чем оборотни в старых добрых сказках. Его глаза нездорово поблескивали, а на челюсти то и дело играли желваки.
– Я должна попытаться, – в моем голосе была слышна настойчивость, – в конце концов, если вдруг что-то случится, я смогу постоять за себя.
Парень перевел на меня убийственный взгляд, меня неприятно передернуло от холода. Его лицо потемнело, глаза все больше наливались странным ненормальным блеском, а губы были сжаты в тугую линию.
– Я сказал, это небезопасно! – Процедил он. Его тон стал больше похож на животный рык, что немного напугало меня. Ричард начинал выплескивать гнев. – Сними этот чертов барьер и на этом все!
– Тогда мы в жизни не поймаем ее, Ричард! Она в бегах! Она может скрыться хоть на другом континенте, и что тогда? Я должна поговорить с Хейденом, я уверена, что найду выход из сложившегося.
Плотно сжатые зубы оборотня остаются в напряженном положении, и мне вдруг на момент кажется, что прямо сейчас он обратится и накинется на меня. Мои слова доводили парня до безумия, хоть я и не понимала, зачем реагировать настолько остро.
– Ты никуда не пойдешь! – Шипел волк, полностью повернувшись в мою сторону. Его клыки чуть увеличились в размерах. Зверь.
Я испугалась на какой-то момент, образ Ричарда сейчас оставлял желать лучшего. Ужасный блеск в глазах, клыки, пульсирующие вены на лице. Страшное зрелище, да вот только... Меня не так просто сбить с начертанного пути.
– Рискнешь остановить меня? – С издевкой произношу я, скривив губы в усмешке.
Эти слова лишь подбавили масла в огонь между нами, Ричард балансировал на грани здравого рассудка. Мне захотелось продолжить эту игру.
– Мы оба знаем, на чьей стороне преимущество, волк.
У Ричарда участилось дыхание. Казалось, я сама чувствовала напряжение каждой клеточки его тела. А вот мне становилось все веселее и веселее.
– Ты не сможешь помешать мне, – продолжала я, сложив руки на груди, – а даже если посмеешь, то испытаешь такую невыносимую боль, от которой будешь скулить как последний щенок! Так что только попробуй встать на моем пути! Я направляюсь к варанам прямо сейчас. Уверена, Хейден желает встречи со мной не меньше, чем я с ним.
Ричард не выдержал. Он издал низкий пронзительный рев, пригнулся к земле, и вот уже в следующую секунду передо мной был не парень в гневе, а огромный серый волк, скалящийся и рычащий. Он обнажал свои острые зубы, стараясь напугать меня, но это было мало эффективно. Он, конечно же, вряд ли знает, что я уже много раз видела эти клыки на очень опасном расстоянии от своего лица, и такими фокусами меня больше не запугать.
– Либо ты идешь со мной, либо остаешься здесь и не мешаешь мне, – спокойно проговорила я, обходя оборотня стороной. – А если попробуешь пойти против меня... – Я сделала небольшую паузу, лукаво закусив губу. – Пинай на себя, Ричард.
***
Похоже, слова мои звучали более, чем убедительно. Оборотень остался на берегу реки, но обратно в человека обращаться не стал, что немного насторожило меня. Поведение парня было обоснованным, но слишком тревожным. Я понимала, что мы находились не в самом выгодном положении сейчас, и из него нужно было как можно быстрее найти выход, но варианты расклада оборотня мне не нравились совсем. Я не могла просто взять и снять барьер. Нам бы было от этого только хуже. Поэтому пока что, поговорить с Хейденом – было моей одной из главных надежд. Он не мог просто забыть все, что связывало нас. Я не верила в это.
Я ступала по узкой лесной тропинке, задумчиво глядя под ноги. Я чувствовала на пути дух охотников и точно знала, куда буду держать путь дальше. Над лесом почти воцарилась кромешная тьма, которую не могли прогнать даже яркий месяц в небе и россыпь звезд. Но свет мне был и не нужен, я опиралась только на чутье.
Как же удивительно было ощущать себя ведьмой. Все сейчас казалось иначе, у меня словно обострились все органы чувств, а все потребности просто погасли внутри. Я жила какой-то чужой жизнью, но чувствовала себя совершенно комфортно, словно все так и должно быть. Это было странно и немного пугало меня, ведь я не знала, чем закончится мое существование в ведьмовском образе, но это был дар. Некое чудо, которое досталось мне по действиям не от большого ума озерной ведьмы.
Я плутала по лесу словно в каком-то сне. Будто один из тех кошмаров, которые часто терзали меня ночами, начал воплощаться в жизнь, и сейчас из-за деревьев начнут выходить все те, кто так страшил меня ранее. Нет, не бывать этому. Теперь я не дам себя в обиду. Я словно с рождения использую то, что мне дали совсем недавно, пусть и не обошлось без доли пыток. За свою жестокость Эстер отплатила ведьмовской кровью, и я всеми силами ненавидела ее за это.
Стоит ли ненавидеть теперь?
Будь я простым человеком, смогла бы я защитить нас на берегу? Или так уверенно сейчас идти по следу варанов, готовясь храбро встретиться с Хейденом лицом к лицу? Я не могла с точностью ответить на эти вопросы.
Человек беспомощен перед сверхъестественным. Оборотни, ведьмы, вараны или может кто-то еще... Все они чувствуют свое превосходство над человечеством и гордятся этим, а что же чувствую я? Ничего. Я словно действую на автомате, чтобы прийти к какой-то цели. А всю свою сущность использую лишь для ее достижения.
Внезапно слева послышался какой-то шорох, и я резко повернула голову.
Они уже знают, что я иду к ним.
Решив не обращать внимания на посторонние звуки, я продолжила осторожно вышагивать по тропинке. Мои движения били неспешны и тихи, я прислушивалась ко всему вокруг себя. Кто-то был совсем рядом со мной, и, возможно, был опасен. Я должна быть готова ко всему.
Сильный ветер проскользнул в моих волосах, и я быстрым движением обернулась назад. Произошедшее в следующий момент буквально сбило меня с толку.
Кто-то, двигаясь настолько быстро, что я была неспособна уловить движения, впился сильной рукой в мое горло и крепко прижал к широкому стволу дерева.
– Оboedientia! – произвольно вырвалось из моего горла таким тоном, словно я заядлый курильщик уже немалый срок, и мой обидчик, словно по повиновению, отпускает меня и приземляется передо мной на одно колено, склонив голову.
Я узнала его сразу. Даже в кромешной темноте под покровом надвигающейся беспокойной ночи я узнала его.
Хейден.
Он казался таким покорным, что я на какой-то момент засомневалась в его поведении. Что вдруг заставило его из яростного охотника превратится в... это? Я была в полном непонимании происходящего, когда, полностью обойдя охотника, обнаружила, что Хейден совершенно никак не реагирует на мои действия, хотя всего минуту назад желала задушить меня. Или что там было у него на уме?
Сердце колотилось со скоростью света, а руки слегка пробирала дрожь. Я сделала несколько успокаивающих вдохов и выдохов, прежде чем смогла полностью взять себя в руки. Мозг совершенно отказывался принимать осознание того, что у Хейдена рука поднялась пригвоздить меня за шею к стволу дерева, и, кто знает, что он собирался сделал дальше. Я питала себя надеждой – Далос все еще чувствует то, что когда-то связывало нас, но его действия говорили об обратном.
Послышался хруст дерева и громкий шорох, я начала быстро оглядываться. Если это приспешники Хейдена, будет очень забавно. Я смогу шантажировать охотников покорностью их вожака, ведь еще никто, даже я сама, не знает, на что способная моя ведьмовская сущность в полную силу.
Внезапно из лесной чащи выскочил оборотень, и я сразу же узнала в нем Ричарда. Этого нестабильного нервного волка я, наверное, теперь узнаю из тысячи. Он так и не обратился в человека с того момента, как я оставила его на берегу одного. Бешенный взгляд волка метался между мной и Хейденом. Кажется, Ричард тоже не понимал, что тут происходит. Он издал низкий рык и, кажется, немного расслабился, заметив, что варан никак на него не реагирует.
– Сумасшествие... – Тихим тоном вырвалось у меня.
Я приложила ладонь ко влажному лбу, почувствовав себя в какой-то момент невероятно усталой. Резкий перепад эмоций подверг истощению мое хрупкое сознание, из без того находящееся в напряжении уже который день.
Хейден Далос стоит передо мной на одном колене, склонив голову, и совершенно не реагирует ни на что. Еще одна загадка. Кажется, я уже близка к безумию.
Тем временем на другой стороне реки
Все та же треклятая влага, которая уже начинала сводить с ума обессиленного волка, лежащего на твердых пещерных камнях, которые не смягчали даже множество одеял и простыней. Ему все тяжелее становилось дышать, все меньше хотелось жить. Это назойливое капанье воды осточертело ему. Будь он способен двигаться, он бы уже давно выбрался отсюда.
Тусклый огонек в масляной лампе в очередной раз погас. Оборотень мучительно закрыл глаза, стараясь перебороть в себе ту боль, которая мешала ему спать. Словно что-то надламывалось внутри него, нестерпимо горело и обжигало. Он желал смерти, что избавила бы его от этих мучений.
Калет, такая измученная и безжизненная, сидела рядом с братом и всячески старалась утешить. Сейчас, в темной пещере, в которую едва проникал лунный свет, она чувствовала себя несчастной, но в то же время действительно счастливой, потому что верила в то, что Джереми поправиться, и девушка не останется одинокой до конца своих дней. Она всячески старалась ободрить брата, отвлечь его от тягостных болей, и оборотень это бесконечно ценил, но не верил в то, что сможет жить. Его неслабо потрепали в том ужасном бою, и теперь, когда сестра прятала его в этой пещере, он заранее готовился к худшему.
Послышался грузный мужской хохот, эхом разносящийся по пещере. Калет оцепенела. Она до последнего надеялась на то, что, сбежав на другой конец страны и укрыт себя и брата, она смогла огородить себя от варанов. Девушка знала наверняка – это были охотники. Они нашли их.
Две темные фигуры появились на лунной дорожке света. Волчица поднялась на ноги, уже готовясь защищать себя и Джереми, но ей было слишком страшно. Они находились в замкнутом пространстве, и преимущество было на стороне охотников. Девушка была почти готова обратится в волка, но ей мешала ее несобранность. Не в силах сосредоточится, она невольно сдавалась в лапы своего страха, гадая, чем закончится эта встреча.
– Так-так-так, – с насмешкой произнес один из незваных гостей, – что это тут у нас? А, точно, отважные Блэйки.
Калет попыталась приглядеться к варанам, но из лица по-прежнему были скрыты темнотой.
– Спета ваша песенка, волчата! – Усмехнулся второй и начал двигаться в глубь пещеры, к оборотням.
Джереми вдруг накрыла незабываемая радость. Прямо сейчас его муки прекратятся, охотники
окажут ему очень большую услугу, если убьют его. Его губы слегка дернулись вверх, но эту жуткую улыбку никто не мог увидеть. Оборотень ликовал внутри себя, он жаждал того момента, когда вараны начнут то, для чего явились сюда.
– Не подходите! – Проскулила Калет, но от волнения голос ее звучал неуверенно и хрипло. Это лишь позабавило гостей.
Девушка всеми силами пыталась обратиться. В образе волка она хотя бы могла попытаться дать отпор охотникам. Однако леденящий душу страх сковал ее, девушка не могла собраться с силами, чтобы выплеснуть их все в свою волчью натуру. Чувствуя приближение мужчины, она начала медленно отходить назад, пока не уперлась в стену.
Ее внимание упало на Джереми. В то время, как один охотник заводил ее в свою же ловушку, второй собирался расправится с Джереми. Ей захотелось кричать, махать руками, вырываться, но она понимала, что все это бесполезно.
– Фу, как это низко и мелочно, нападать на того, кто не сможет даже дать тебе отпор! –
Выплюнула она, обращаясь к варану, который стоял рядом с ее братом. – Где твое достоинство, мразь?
Она получила звонкую пощечину за свои слова.
– Мы хотели расправить с вами по-быстрому, чтобы не заставлять Хейдена ждать, – процедил обидчик девушки, но она не обращала на него внимания. Ее взгляд был по-прежнему прикован в Джереми и варану рядом с ним. – Но теперь ваша участь будет слишком мучительной и долгой!
Сила. Страшная, нечеловеческая сила – вот что отличало варанов. Они были сильнее любого существа на планете, и разломить пополам оборотня им было раз плюнуть. Они также не поддавались никаким физическим повреждениям. Хоть в клочья рви охотника – ему будет все равно. Они не чувствуют боли. У варанов лишь одна боль – моральная, суть которой корнями уходит слишком глубоко.
Обидчик Калет резким движением схватил девушку за запястье и вывернул в другую сторону. Острая боль пронзила руку волчицы, она протяжно закричала. Второй охотник рывком поднял с его ложе. Волка разрывало от внутренней ломки, которая стала еще беспощаднее. Варан, удерживая его перед собой, быстро повернул Джереми так, чтобы он смог видеть свою сестру.
– Смотри, щенок, – прохрипел мужчина, – смотри, как будут надругаться над ней!
Из глаз волка потекли слезы. К чему была такая жестокость, ведь можно было просто убить? Джереми разрывало изнутри. От физической боли, от моральной боли, от всего. Он хотел вырваться из рук варана, кинуться к сестре и защитить ее, но он понимал: стоит охотнику ослабить хватку, и он тут же рухнет на пол.
Калет избавили, а параллельно рвали на ней одежду. Она плакала, кричала, молила о том, чтобы это прекратилось, но ее никто не слушал. Пронзительные крики вперемешку с жестоким мужским хохотом и звонкими ударами разносились по пещере. Волки чувствовали приближение своей кончины, но это было так долго и мучительно, что терпеть уже не оставалось сил.
Девушка, на которую продолжали сыпаться жесткие удары, начинала истекать кровью. Охотник разодрал ей ногу, рассек губу, сломал несколько ребер и, вдобавок ко всему, разорвал практически всю одежду. Она тихонько всхлипывала, уже предвкушая скорую смерть, но...
– Оboedientia! – Быстро пронеслось по пещере страшным, нечеловеческим голосом и все прекратилось.
Охотники быстро присели на одно колено и склонили головы. Ни стали спокойны и неподвижны, словно в момент забыли о том, зачем пришли сюда.
Джереми рухнул вниз, как только варан отпустил его. Он сильно ударился спиной об каменный пол, что заставило его внутренние пытки разразиться с еще большей силой. Калет навзрыд рыдала. Ей было очень больно шевелиться, она теряла кровь, что быстро сочилась из ее ноги, но, превозмогая все мучения она старалась как можно быстрее подползти к брату. Ей была важна жизнь Джереми даже сильнее, чем своя собственная. От боли девушке хотелось закричать, что есть мочи, но Калет силилась держаться и быть ближе к Джереми. Она не понимала, что именно произошло, но ей сейчас не было до этого дела.
– Живи, я прошу тебя! – Плакала она, осторожно приложив кровавую ладонь к его колючей щеке. Парень едва дышал. Его грудь коротко вздымалась вверх, но почти сразу опускалась. – Я знаю, ты сможешь, ты справишься. Потерпи немного, все пройдет!
Слезы нескончаемым потоком текли по ее щекам. Им обоим приходилось терпеть невыносимую боль, но лишь Калет верила в то, что рано или поздно все закончится, и они оба будут счастливы. Джереми думал практически также, только конец его заключался в бесконечном забытье и крепком беспробудном сне.
– Ведьма, – охрипшим голос прошептал он так, что сомневался, услышит ли его сестра.
И она услышала. Калет замерла на мгновение, ее рыдания прекратились. Кажется, она даже забыла о той боли, что ломала ее изнутри.
– Что ты сказал?
Губы Джереми дрожали, он судорожно хватал воздух.
– Ведьма, – с трудом повторил он, – кто-то...колдует...в...лесу.
Калет не сразу приняла услышанное. Она была слишком напугана и измучена, чтобы понять смысл слов брата.