Мой прекрасный разрушитель [18+]

Бриана

– Алло, — слышу я женский голос и на всякий случай смотрю на экран, может я неправильно набрала, но он у меня записан в контактах. И это не просто женский голос...этот голос я смогу различить из тысячи других голосов. Он писклявый, режет слух и от этого хочется повеситься. Но почему этот голос звучит в его телефоне?
Они вместе?
Да!
Они наедине?
Уверена!
Он ее трахает?
Конечно же да!
Чертов сукин сын! Я сбрасываю вызов и швыряю телефон на кровать.
А я позвонила этому кобелю просто...просто...услышать его голос...его долбанный голос, от которого все мои волоски на теле встают дыбом. Который так сладостно шепчет мне каждый раз грязные словечки...Боже...
Я убью его! Я уничтожу, разрушу его! Я заставлю его также сходить с ума, как и я.
Чертов ублюдок! Ненавижу! Я должна была понять это еще несколько месяцев назад, когда он засунул свой язык ей в глотку!
Мой телефон начинает разрываться от звонков и сообщений. Мне даже не нужно смотреть чтобы узнать от кого они. Я уверена, что они от придурка Ларсона. Как же я хочу задушить их обоих! Как же я ненавижу, когда она трется около него за этот месяц было неоднократно.
Падаю на кровать и буквально кричу в подушку.
– Милая, ты в порядке? — слышу голос бабушки и резко поднимаю голову.
– Бабушка? Я не слышала, как ты вошла.
– Я постучалась, но ты не ответила и вошла, надеюсь я не помешала тебе, — смотрит она на подушку.
– Эмм...нет...нет что ты...Ммм, бабушка...
– Да, милая.
– Ты любила дедушку? — не знаю почему я задала этот вопрос.
– Конечно милая...я любила его. Он был очень привлекательным мужчиной, и вообще твой папа и дедушка были почти одно лицо.
Я вскинула брови, я знала, что они похожи, но не на столько.
– Вау...тогда тебе приходилось не просто от женского внимания в сторону дедушки, — сказала я смущенно. – Ты не ревновала? — добавила я, закусывая губу
– Ох, Ана, — мне нравилось то что она тоже меня так звала. – Я каждый день умирала от ревности, — призналась она смеясь.
Я удивилась еще больше
– И как ты с этим боролась?
Я, например, не могу, хоть и никогда в жизни в этом не признаюсь, но я жутко ревную этого кобеля Ларсона. Когда какая-то девушка оборачивалась в его сторону, мне хотелось выколоть глаза этой суке.
Несмотря на то, что он не был «золотым мальчиком» это никак не избавляло его от женского внимания, а это еще он не играл в футбольной команде. Черт.
– Никак...я была слишком горда чтобы признаться ему в этом и это сжигала меня изнутри как кислота. И чтобы это изменило? Он был красив, богат, со связями и молод...кому как ни к нему должны были липнуть женщины? — сказала она горько.
Боже неужели дедушка изменял бабушке?
– Вокруг него всегда были женщины... — повторила она с обидой. – И я всегда прощала его...
Я ужаснулась ее словам.
– Он тебе... — не докончила я предложение.
– И не раз...
– Но...почему ты терпела бабушка? — я вдруг возненавидела деда. Я понимаю у него были деньги, и он много мог многое себе позволить, но можно же было позаботиться чтобы она не узнала если ты совершил эту ошибку.
– Я любила его, Бриана, — сказала она и по ее щекам потекли слезы. – Я любила его больше чем Джонатана...я ставила его выше своего ребенка...
– Бабушка, прости, я не хотела, — обнимаю ее.
– Все в порядке, милая, просто порой говорят, что любовь двух влюбленных приводит к катастрофе.
Мне не понравилось это высказывание.
– Но если он любил тебя почему тогда изменял?
Она пожимает плечами.
– Каждый раз, когда я узнавала про его очередную интрижку, он падал к моим ногам прося, умоляя прощения. Да...такой человек как он, плакал и падал на колени передо мной.
– И ты его прощала...
– Да, — глубоко вздохнула она. – Но в один день, я просто начала скрывать что знаю про его измены.
– Почему?
– Потому что я устала от ожидания, что это когда-то закончится.
– Ты не разводилась...
– Нет, я же говорю, не смотря на его измены я любила его и в глубине души тайно ждала.
– Ох бабушка.
– Ревновать это не плохо. Этим ты чувствуешь, что этот человек принадлежит тебе и появляется чувство собственничества. Ты не хочешь им делиться. Так что это нормально ревновать.
На мой телефон опять приходит сообщение и это от Эдриана. За это время эта скотина меня шантажировала, и я потакала ему во всем. Мы ходили на ужины, на вечеринки, но пока держались вдалеке от прессы, этот идиот хотел, чтобы все было болен феерично.
– Плохие новости?
– Нет, это Эдриан, — выплюнула я его имя.
– Эдриан? Твой эээ...парень?
– Ага.
– Разве твои глаза не должны сиять, когда ты получаешь от него сообщения? — говорит она подозрительно.
– Эээ...да...просто он...мы...чуток поссорились.
– Он обидел тебя?
– Нет...опоздал на свидание, — широко улыбаюсь я.
Гэйб за это время ничего не нашел против него и скорее всего продолжал трахать девушку брата...это даже звучит дико.

***

– Бри, у Эвана сегодня вечеринка, может пойдем? — говорит за обедом Кэйси поедая салат, а после него уверена она сожрет и батончик чего-то сладкого.
– Вечеринка? А что можно, отлично.
– Урра, — хлопает она в ладоши. – Давненько мы не отрывались.
После обеда у меня оставалась всего одна пара и после нее я собиралась поехать домой и готовиться. Несколько дней я игнорировала Ларсона, пошел он, пусть катится к этой Зои, ублюдок. Я направлялась в аудиторию, цокая каблуками о мраморный пол, как меня резко дернули за руку в сторону и втолкнули в пустую аудиторию.
– Пустите меня! — пыталась я кричать, но мне зажали рот, но, когда он прижал меня к стене я перестала кричать.
– Все? Успокоилась? Я могу убрать руку?
Я моргнула один раз.
Он убрал ладонь с моего рта и положил руки по обе стороны от моего лица.
– Какого хрена, Бриана?! Ты снова меня игноришь? Почему ты не отвечаешь на мои звонки?
– А что ты скажешь мне? Я уже достаточно наслушалась, продолжай трахать Зои, — пытаюсь я вырваться и уйти.
Но он еще крепче прижимается ко мне и кладет ладонь мне на шею, но не сжимает ее как всегда делал. Борюсь с желанием податься вперед.
– Русалка, ты не лучше меня знаешь, что трахаю я только тебя, — говорит он хрипло у моего лица.
– Я тебе не верю и поэтому тоже найду себе «Зои» только другого пола, так что...
Его хватка на моей шее усиливается так что я не могу произнести и слова. Я не боюсь, мне не больно, я знаю, что он не причинит мне боль, лишь мое тело отвечает ему. Мои соски моментально твердеют, потому что я понимаю, чем закончится наша очередная стычка, моими ногами, обвившими его бедра.
– Что ты сказала?
– Пусти урод, — сипло говорю я.
Другая его рука опускается к моему животу, а оттуда еще вниз и он пробирается под мою юбку. Черт бы меня побрал, я должна была надеть джинсы. Хотя, и это бы его не остановило.
Он проводит подушечками пальцев по моему центру и из меня вырывается ненавистный стон.
Нет! Бриана! Он трахал Зои! Не поддавайся на его касания, он...
Тим тянет за мое кружевное белье и ткань задевает мои чувствительные места, что я встаю на носочки.
– Ты мокрая, — говорит он хрипло мне на ухо. – Ты хочешь меня...
– Нет! Не хочу, — хнычу я.
Он широко улыбается, хоть я этого не вижу, но чувствую.
– Ты всегда хочешь меня, — отводит он сторону полоску от трусиков и прикасается ко мне.
– Ты хочешь этого?
– Нет... — но мои бедра почему-то подаются вперед, предательское тело. Мои глаза закрыты и руки у него на груди.
– Мне остановиться? Уйти к Зои?
Мои глаза моментально распахиваются, я влипаю ему жирную пощечину толкаю его и довольно сильно.
Поправляю юбку и направляюсь к двери.
– Катись! — показываю я ему средний палец.
Он мне показывает тоже самое, но добавляя еще и указательный палец и двигая ими вверх, при этом у него на лице играет довольная ухмылка.
Вылетаю из аудитории и направляюсь на свою пару. Все мое тело трясется, я покачиваюсь на высоких каблуках, но сохраняю равновесие.
И врезаюсь в кого-то.
– Ой, прости, — говорит Эрика Ватсон и кстати ее я тоже ненавижу, Ларсон постоянно тусит с ней, видите ли, она ему как сестра...
Закатываю глаза и иду дальше, не удосужив ее ответом.

***

Вечеринка у Эвана как всегда громкая, пафосная, но единственный минус сюда пускают абсолютно всех.
Выпиваю третий шот и чувствую легкость, мое тело расслабляется, и я придаю себя музыке.
После того как Тим оставил меня неудовлетворенной, мне пришлось расслабить себя вибратором.
– Бриана?
Я оборачиваюсь и вижу высокого парня в футболке и джинсах.
– Я Эдди Кларк, мы тусовались как-то на летних каникулах три года назад.
И я вспоминаю его, какой дохляк был таким же и остался.
– Привет.
– Принести тебе выпить?
– Нет, я уже.
– Может потанцуем?
– Ладно...
Мы начинаем танцевать с ним, его руки тянутся ко мне, и я чувствую, что он уже лапает меня.
– Эй! — бью я по его руке.
– Что не так?
– Ты лапал меня! — я все же не справляюсь с равновесием и падаю в его объятия.
– Давай я тебе помогу прилечь где-то, — тянет он меня куда-то, я вроде и сопротивляюсь, но из-за выпитого алкоголя у меня нет сил.
– П-подожди, — останавливаюсь я, он двоится у меня в глазах и через несколько минут он опять начинает меня куда-то тащить. – Эй...у меня кружится голова, я хочу сесть...
– Ничего, сейчас ляжешь и все пройдет.
– Я сказала пусти! — хочу толкнуть его, но получается поглаживание.
Вдруг он исчезает из моего поля зрения, и я вижу вновь знакомую фигуру. Тим сидит на нем верхом и наносит удары. Что за... откуда он вообще появился?
Мое опьянение чуть улетучивается, когда Кларк перестает сопротивляться.
Боже мой, он сейчас его убьет.
Но к моему счастью к ним подходит Райан Скотт и что-то говорит Эдди, и он кряхтя поднимается и исчезает. Что тут вообще происходит? Эта Ватсон тоже здесь и судя по тому как она смотрит на Скотта, я возможно буду ее ненавидеть чуть меньше чем Зои...
Ларсон грубо хватает меня за локоть и мы, проталкиваясь сквозь толпу выходим на улицу. Он усаживает меня на пассажирское сиденье, вижу, что Ватсон тоже садится на заднее сиденье. Хотя бы у меня будет свидетель, когда он меня расчленит и закопает. Хотя не думаю, что она что-то скажет в мою защиту.
По дороге все мое алкогольное опьянение куда-то исчезает и Ларсон тормозит недалеко от университета.
– Я за водой, — холодно бросает он.
– Ну давай... начинай обливать меня грязью, — говорю я ей и жду своего унижения. Боже как же это унизительно.
– Что? Ничего такого я не собираюсь делать, я не ты! — фыркает он.
Закатываю глаза...Боже конечно ты не я!
– Он тебе нравится? Или это просто секс?
Мои глаза расширяются, этого я не ожидала. Я убью Ларсона.
– Нет, это не он говорил, я видела...засосы, — улыбается она.
– Господи...это точно унизительно...
– Так что это?
– Он мне нравится...даже очень, — не понимаю зачем я это ей рассказываю, я ее даже не знаю, возможно ненавижу. – Но ты знаешь кто я и мои родилели...они никогда не допустят того чтобы я была с Ларсоном...
– Я не хочу, чтобы он страдал...если думаешь, что это невозможно...
Но я уже не слушаю ее, так как мой взгляд хватается за сучку, которая стоит слишком близко к Тиму в магазине.
– Что этой курице снова надо от него?!
Тим возвращается и протягивает мне бутылку воды.
– Держи, — говорит он без эмоций, холодно.
– Что это курица опять хотела от тебя!? — отшвыриваю я бутылку и она падает под сиденье.
– Не твое, блядь, дело, — зажигает он двигатель.
– Ты мое дело придурок! — начинаю трясти я его за бицепс и на фоне нашей стычки слышу писклявый голосок Эрик Ватсон.
Он останавливается и резко тянет меня за волосы к своему лицу.
– Послушай меня, нахальная принцесса, — рычит он и его ноздри раздуваются, он все еще зол и сильно. – Ты или сама заткнешься, или это сделаю я.
Мы оба тяжело дышим, как будто вышли с очередного поединка.
– Эммм, ребята, может успокоитесь? — мы оба поворачиваемся и смотрим на Эрику, такое ощущение что она уверена, что мы начнем драться, а ей придется разнимать нас.
Тим вновь сворачивает на дорогу, и мы в полной тишине продолжаем путь. Я полностью протрезвела, как будто и не пила вообще.
Мы высаживаем Ватсон и уже направляемся домой.
– Какая же ты идиотка! — бросает он на меня яростный взгляд, когда мы останавливаемся у ворот.
– Что?! Это ты идиот! — бью его по каменному плечу.
– Нет, ты тупая идиотка!
– Это ты тупой идиот!
– У тебя что не хватает фантазий на другие ругательства? — щурит он глаза. – Выходи, — он что куда-то собрался?
– Выходи! — повторяет он более грубо.
– Куда ты поедешь?
– Не твое дело.
– Ты мое дело, придурок? — я вновь вскипаю.
– Выметайся, Джонсонс! — цедит он.
– Нет! И не собираюсь! Ты поедешь к ней? К этой проклятой Зои? — да будь она проклята. – Ларсон, если твой член коснется ее вагины или даже рта, то я тебе обещаю... — не дает он мне докончить фразу, как резко поворачивается ко мне всем корпусом и сжав мои волосы в кулаке тянет к себе.
– Что ты мне сделаешь, а? Что ты, блядь, мне сделаешь? — он сильнее тянет меня к себе и наши носы почти соприкасаются. Я смотрю на него снизу-вверх, несмотря на то, что мы оба сидим. – Что ты сделаешь, если я трахну ее? — говорит он около моих губ.
– Заткнись твою мать! — мне даже мысль об этом ненавистна. – Я сломаю тебя и заставлю пожалеть, — говорю я вздернув подбородок.
Также, как и ты каждый раз разрушаешь меня по крупицам, когда мое самообладание и гордость катятся к чертовой матери, но это того стоит, черт возьми. Ты мой разрушитель и спаситель, ты мой ад и рай, ты моя боль и радость одновременно. Мне хотелось прокричать это все ему в лицо и прильнуть к его груди, сильно чтобы он никогда не смог от меня избавиться.
– Сломаешь значит..., — он кивает несколько раз, его пальцы все еще в моих волосах, он тянет сильнее пригвоздив меня взглядом. Так что я задыхаюсь от боли.
– Отпусти мне больно.
Его глаза как будто озверели и еще больше потемнели. Исчез мой ненавистный оттенок темного шоколада в его глазах.
– Отпустить? — он ухмыляется злорадной ухмылкой. – Я тебя не отпущу, Бриана, слышишь, не отпущу! Это я сломаю тебя. Я твой разрушитель, помнишь? И я так же твой гребанный спаситель, я, блядь, твое все! Я твой свет и твоя тьма. Ты принадлежишь мне! Все в тебе принадлежит только мне! — впивается он в мои губы в болезненном поцелуе и сажает меня к себе на колени, его язык скользит по моим губам и из меня вырывается стон, который он проглатывает и рычит мне в губы. Его губы перемещаются к моей шее, и он посасывает и покусывает нежную кожу
– Черт, Ларсон, — его зубы вонзаются слишком глубоко и от этого боль разливается по нежной коже, но только на долю секунд. Потом я вижу его глаза и хочу утонуть в них.
– Не всегда же ты будешь оставлять свои следы у меня на теле, — говорит он в ложбину моей шее. Одна его рука у меня под майкой играет с моим набухши соском время от времени щипая его так что я кусаю его губу в ответ, а другая его рука у меня на заднице. Он мнет мой зад, а потом сильно шлепает по нему.
– Черт, ты засранец. Мне больно.
– Заткнись, ты даже не представляешь, как было больно мне, когда я видел, как ты целуешься с этим сопляком после победы на скачках, как танцевала и прижималась к нему, как плескалась в бассейне с каким-то уродом, — поглаживает он своей грубой ладонью мой зад через одежду, место которое уверена покраснело от удара.
Я начинаю ерзать на нем, ища большего трения, его каменный стояк упирается в меня через джинсы.
Как было больно мне он даже не представляет, когда он целовал эту потаскуху и когда она вертелась вокруг него как стервятник.
– Черт возьми, ты трахнешь меня сегодня или нет? — не дождавшись говорю я, возясь с пряжкой его ремня.
– Ты не получишь мой член так быстро, — ухмыляется он мне в губы.
– Но он с тобой не согласен, — кивнула я на взрывающийся стояк у него в штанах. Раскрыв молнию на его джинсах, я сжала его готовый член, который вырвался на свободу.
– Черт... — зашипел он, опять притягивая меня и впиваясь в мои губы.
– Давай, Ларсон, хочешь, чтобы я умоляла? — захныкала я.
Он ухмыльнулся и его глаза сверкнули.
– О, ты будешь умолять меня, позже стоя на коленях, терпение, русалка, — с этими словами он стянул с себя джинсы с боксерами и помог мне избавиться от джинсов, отодвинув в сторону взмокшую ткань моих трусиков, он вошел в меня
– Боже, как хорошо, я скучал по твоей киске, — поцеловал он меня и стянул мою майку через голову.
Я начала подниматься и опускаться на его члене как пружинка, мои груди то и дело что подпрыгивали.
– Да девочка, вот так...черт.
Мне нравилось видеть его в таком состоянии в моей власти, хотя это спорный вопрос, даже когда я сверху, он контролирует абсолютно все. Как сейчас он приподнял меня и стал врезаться в меня снизу. Я схватилась за его сильные плечи. Я уже была готова и через минуту растворилась в нем. Он последовал за мной.
– Я люблю тебя, — призналась я, обессиленная упав на его грудь.
Воцарилось молчание и был слышан только стук наших бешенных сердец.
– Ты что? — поднял он мою голову и посмотрел мне в глаза.
– Ты слышал, Ларсон.
– Повтори, — скомандовал он.
– Я люблю тебя.
Он облизнул губы и улыбнулся.
– Ты ничего не скажешь? — его член все еще был во мне и кажется он даже не смягчался.
– А что я должен сказать? — ухмыльнулся он.
– Ты идиот, Ларсон! Вот ты кто, — я собиралась встать с него, как он опять опустил меня на свой стояк.
– Я с восьми лет люблю тебя, русалка, как только ты протянула мне эту гребанную конфету, — столкнул он наши лбы. Я любил тебя даже когда ты дала мне пинка, не остановила свою мать, когда она сказала, что это я тебя толкнул, осыпала меня оскорблениями, — целует он мою ладонь, то место которое я разбила и где остался маленький шрам при падении. – И разлучила нас, я любил тебя, когда ты целовалась с этим кретином, когда прогоняла меня, я любил тебя даже когда ненавидел...Я всегда любил тебя...