17
Теплота, уют и сильные руки, что обвивают тело омеги — Тэхен до сих пор не верит во все это, прошло полгода, но он не может свыкнуться с тем, что это вовсе не сон. Не может свыкнуться с тем, что у него родился здоровый ребёнок, Тэхен просто не может свыкнуться с такой неописуемо прекрасной жизнью.
Он медленно поворачивается лицом к Гуку, что мирно посапывал на рядом лежащей белой подушке. Пряди его волос аккуратно покоились на умиротворенном лице, а руки несильно прижимали тонкую талию омеги к себе. Тэхен правда умиляется, его сердце просто трепещет внутри, и хочется исцеловать это чудо, просто прижать к себе и не отпускать.
Возможно, полгода назад, он бы и не думал о таком, а о мысли, что данная реальность будет присутствовать в его жизни — истерически бы смеялся, где-то в ночи пряча слезы в подушку. Но сейчас, когда все это произошло, когда он чувствует и видит все происходящее, он не верит... Кажется, один чёртов миг, и все просто исчезнет, оставляя после себя лишь маленькие пылинки.
Именно поэтому сейчас Тэхен так трепетен, все его подлинные чувства выражаются в его действиях, где он медленно и, нежно улыбаясь, длинными пальцами убирает черную чёлку с лица. Взгляд Тэхена останавливается на алых и потрескавшихся губах, что в свете утренних лучей выглядели сухими и безжизненными. Тэ медленно, словно боясь чего-то страшного, пододвигается ближе к лицу и целует в эти самые любимые губы. Вкус их сладкий, пестрящий, Тэхену хочется целовать ещё и ещё, будто бы он находится в неизвестном никому бреду. Однако спустя несколько секунд, он все же отстраняется.
В его памяти навсегда останется их первый, искренний и полоный чувств поцелуй. Который Тэхен беспрекословно отдал Чонгуку.
Flashback
Пять месяцев назад
— Тэхен... ты такой хороший, я просто был дураком, — Чонгук опускает взгляд и чешет затылок, потому что говорить такое стыдно и невероятно сильно смущающе. Они встречаются месяц, но за этот месяц Чонгук понял лишь одну простую истину: истинного невозможно не полюбить. Да, особенно, такого как Тэхен.
Чонгук не осмыслен в понятие: что такое любовь, но, несомненно, начинает понимать. Начинает понимать, когда видит Тэхена, что кряхтя пытается достать пульт из-под дивана, начинает понимать, когда натыкается на впечатляющую и преочень милую сонную мордашку, начинает понимать, что все сильнее и сильнее привязывается к этому омеге.
Каждый их день проходил в приятной атмосфере, не было той неловкости, которая разъедала чувства обоих парней, не было того страха, что вселялся в Тэхена и на кон портил все. Не было ничего, что могло испортить их отношения.
— Я... Чонгук... — Тэхен смущённо улыбается, а потом подходит к Чонгуку и нежно целует в щеку.
Чонгук насладился этим мгновением, но душе хотелось больше, хотелось коснуться этих вишневых губ своими и целовать их, пока воздух в лёгких не закончится. Хотелось коснуться руками очерченной талии омеги и ощутить ту мелкую дрожь, хотелось обнять и прижать к себе. Хотелось его полностью.
Тэхен отстраняется, смотрит смущённо, улыбается ярко, а потом видит этот взгляд... Страстный, нуждающийся в большем. И чувствует губы, те самые, которые принадлежали уже родному и любимому человеку.
Чонгук целует нежно и аккуратно, словно боится сделать что-то не так. Он прижимает к себе тело омежки, немного чувствуя выпуклый животик, мысли о котором заставляют улыбаться в поцелуй. Тэхен пытается отвечать, и у него получается, получается неумело и вообще даже плохо, но Чонгуку все равно, главное он чувствует себя любимым.
Конец FB.
Пушистые реснички парня подрагивали во сне, и Тэхен с ярым восхищением смотрел на эту картинку. Он, не отрывая взгляд, просто смотрит, словно чем-то одурманенный. И потом вздрагивает, потому что тёмно-шоколадные глаза направлены прямо на него.
— Я хочу продолжения... — хитро улыбаясь, произнёс Чонгук.
— Не дождёшься, — хихикнув, выпалил Тэ
— Ну-ну...
Чонгук быстро нависает над Тэхеном и исцеловывает всё лицо парня, медленно переходя к шее и ключицам. Эти невероятные чувства, просто волшебные, Тэхену кажется, что он находится в раю, потому что слишком хорошо, слишком прекрасно.
— Чонгук... Хей... Ну хватит, сейчас Бомгю проснётся, будешь его сам кормить.
— Не проснётся... Боже, я так сильно хочу тебя, — Чонгук вдыхает дурманящий голову аромат карамели и чуть ли не плачет. Потому хочется сильно, невыносимо просто.
— Так сильно хочешь?
— Очень сильно.
— Давай, потом, когда кто-нибудь присмотрит за нашим малышом, тем более, он еще слишком маленький.
— Ким Тэхен, ты настоящий дьявол.
Ким улыбается, целует быстро в губки и встаёт с кровати, медленно, словно тигрица, направляясь в ванную. Те чувства, что сейчас в нем бушуют, будто ураган, невозможно описать подробно. Прошло достаточно времени, чтобы принять их, но для Тэхена почему-то это сложно. Возможно, это всего лишь простой страх, страх о неизвестном никому будущем. Потому что, смотря на спящего Чонгука, на сопящего малыша, Тэ боится все потерять.
Чонгук провожает очерченную фигуру омеги взглядом и тихо воет, потому что стояк все ещё в штанах, потому что Ким-Чёртов-Тэхен оставил его и ушёл. Но, знаете, для Чонгука в какой-то степени на это становится все равно, ведь сейчас для него важно само присутствие Тэхена в его жизни. Видеть его улыбку и слышать его смех — для Чонгука стало неотъемлемой частью жизни. Ощущение, словно Чонгук живёт не своей жизнью, а чужой, совершенно. Потому что месяцев так восемь назад, он бы даже и не подумал о создании семьи. Особенно, так рано.
Чонгук все ещё помнит, как Тэхен боялся его, как ответил взаимностью, но продолжал иногда смущаться, а иногда быть настолько открытым, что казалось, будто этот вовсе не он, не Тэхен. Чонгук сжимает рядом подушку и вдыхает самый приятный в его жизни аромат — аромат истинного. Сладкая карамель заполняет все легкие парня, и Чонгук просто стонет от наслаждения. И теперь он просто задаётся одним жалким вопросом: «Как он мог жить без этого запаха?».
Flashback
Шесть месяцев назад. (момент признания (предыдущая глава))
Чонгук сжимает руку парня в своей и тихо наслаждается. Ему никогда не было так приятно лишь от простого касания, Чон всегда думал, что наслаждения ему может принести лишь секс. Но сейчас... Сейчас его чувства вырываются наружу, словно их кто-то насильно выдергивает из груди. Чонгуку приятно рядом с Тэхеном, Чонгуку приятно было услышать: «давай попробуем», Чонгуку очень приятно просто гулять, потому что в зоопарк они не успеют.
Они проходят мимо фургончика с мороженным, и Чонгук невольно думает, что, купив сейчас Тэхену рожок, он разрядит смущающую обстановку и превратит её в более романтичную. Именно поэтому Гук слегка тянет Тэхена за собой, направляясь прямо к фургончику с лакомством, пока последний, к слову, ничего не понимает. А доходит до него лишь после вопроса: «Ты с каким вкусом мороженое любишь?» Тэхен тогда не мог ничего сказать, он просто застыл, ведь не каждый день Чонгук ему мороженое покупает.
— Ванильное, — тихо произносит Тэхен, смущённо смотря на ярко улыбающегося Чона.
Гук кивает, платит за сладость и снова берет за руку Тэхена, а во вторую же всучая рожок ванильного мороженого.
— А ты какой взял?
— С карамелью.
Тэхен удивленно смотрит, а потом отводит взгляд вниз и смущенно улыбается. Приятно.
На следующий день Чонгук отменил все, даже отпустил домой Мёнхсока, чтобы тот тоже насладился отдыхом. Хотя, истинная причина вовсе в другом, но сути особой не меняет, просто Чонгуку хочется побыть только с Тэхеном и ни с кем больше. Тогда Ким удивлённым взглядом провожал улыбающегося мужчину на выход, про себя отметив, что это чересчур странно. Однако ещё страннее оказалось совсем другое — Чонгук готовил им обоим завтрак, стоя за плитой в каком-то нелепом, по-мнению Тэхена, фартуке. Шарахаясь от каждой капельки масла, Чонгук пытался готовить, но, честно, выходило слегка не очень и даже как-то смешно. Тэхен тогда сдерживал смех в себе, чтобы ненароком не обидеть Чонгука.
Когда же вся кухня воняла горелым, а на столе кроме оставшегося чая ничего не было, Тэхен решил, что позавтракать они могут и обычными шоколадными шариками, которые его организм хорошо воспринимал в роли отличной пищи. Чонгук тогда серьёзно потупил, спросив нелепое: «Что?», потому что очень смущает, когда кто-то рассматривает дорогущую пачку шоколадных шариков таким взглядом, словно никогда в жизни этого не ел. Но, как оказалось, так все и было. Чонгук не был знаком с божественным сочетанием молока и шариков, хотя и слышал о них много раз.
Позавтракав, они решили, что погулять снова — это лучшее решение. Хотя, Чонгук был бы сторонником просто посидеть дома, но беременный омега нуждался в чистом воздухе. Пошли они сначала в парк, потом на карусели, и честно признать, Чонгук не мог оторвать глаз от Тэхена. От его улыбки, от его суженных глаз, от подергивающих плеч — от всего Тэхена, который наслаждался этим днем. Чонгука переполняло тысяча эмоций, которые он пытался открыть для Тэхена. Нежность, страсть, доброта, интерес и... Любовь. Чонгук не уверен была ли это любовь, но то, как сердце вырывалось из груди при виде кричащего «Чонгук!» Тэхена, невозможно было как-то объяснить.
Так проходили многие их дни, так проходили и недели, и даже укатил месяц, а потом настал токсикоз. И Чонгуку казалось, что он сойдёт с ума. Тэхен просил то, что найти, по его мнению, было нереально, даже если у тебя есть какие-то деньги. Потому что Тэхен хотел понюхать тушканчика в час ночи, и, хрен его пойми, стебался он тогда или реально токсикоз.
Чон никогда не чувствовал ненависти к Тэхену за его поступки, ему они казались даже милыми, хотя и иногда бесили жутко. Каждый день Чонгук приходил домой с мыслями о Тэхене и малыше, но и каждый день он не узнавал себя. Не мог увидеть под этими всеми поступками того Чонгука, что был раньше.
Говорят, о прошлом надо уметь забывать, но Чонгук не может, не может, когда видит Тэхена, что, улыбаясь, обнимает так ласково и нежно, что хочет вечно нежиться в этих объятиях. Не может, когда чувствует под ладонями, как пинается малыш, не может, когда Тэхен произносит: «Ты мне нравишься».
Всё, что было осквернено разгульным образом жизни, все чувства, все эмоции, все мысли — буквально все было стерто, направлено, скажем так, в другое русло. В голове Чонгука не омеги, а омега, не секс, а нежность и ласка, не пофигизм, а жуткий интерес. Всё в его голове приобретает оттенки светлого, нежели жутко тёмного. Лишь одна часть останется в его голове тёмной — это его прошлое, его воспоминания о прошлом.
Конец FB
Чонгук запивает печеньку чаем, медленно покачивая одной рукой деревянную кроватку, пока ребёнок в ней тихо сопит. Тэхен же что-то готовит на кухне, тихо бубня себе под нос строчки из знаменитых песен. День проходит как всегда, проходит обыденно с того самого дня, как только их выписали из больницы.
Когда Чонгук понимает, что ребёнок окончательно заснул, то выбирается из детской и направляется прямо на кухню. Обняв хрупкое тело парня со спины, Чонгук поцеловал того в шею и прижал к себе. Тэхен же лишь улыбнулся такому порыву ласки, даже, несмотря на то, что они почти каждый день.
— Тэхен... Выйдешь за меня? — спрашивает Чонгук, прижимая парня ещё ближе.
Тэхен роняет ложку и застывает. Как всегда. Всё так неожиданно, спонтанно, что, не ответив сейчас такое же спонтанное и быстрое «да» будет крайне не очень. Поэтому он и отвечает, поворачиваясь лицом к Чону и впечатываясь в сладкие и манящие губы.
— Знаешь, я не говорил, но я люблю тебя.
— Чонгук... я тоже.