История 9. Слезы цвета сакуры
Тишина вместе с ночью опустилась, как всегда в мой дворец. Привычные мотивы, вечное одиночество и полосы сменяющиеся от черной к белой и наоборот. Замок, по которому я хожу изо дня в день, огромен и страшен. Здесь такая пугающая тишина и темнота, лишь одно было прекрасно звучащим светом во всей этой жуткой симфонии. Мелодии сопровождающие меня везде и всюду. Но так было, увы, далеко не всегда.
Истории, сменяющиеся одна за другой, проносились страшными картинами или же попросту тянулись, как резина, сводя меня с ума. Лезвие, границы их так рискованно всегда было переступать, но все же у меня порой это получалось, но слишком черство и безобразно. Уродство. Внешний мир всегда меня отталкивал и не воспринимал, что ж тут поделаешь? Одним словом ничего. Это сейчас я, смотря силуэты прошлого, ухмыляюсь неистовой улыбкой, полной толи коварства, толи нахальства или же попросту безумия. А, тогда это было подобно вечному кошмару, который никогда для меня не закончится. Быть связанной и не нужной, сидеть взаперти хаоса, прислушиваясь, нет ли по близости шагов, которые принесут новые муки.
Страх. Он такой человеческий и естественный всему живому. Часто приходилось его испытывать, от него не убежать, он мог достать меня везде, и от этого становилось еще страшней. Слепой котенок. Я всегда так шаталась по этому дворцу, словно с закрытыми глазами. Порой мое изувеченное и почти бездыханное тело окрашивало все стены в цвет кроваво-алой печали. Ковры, сотканные ложью, моей ложью. Но ведь, что только не сделаешь, что бы выжить. Иного выхода нет. Свобода. А она существует? – Все о чем тогда думала я. Нет, ее нет. От каждого шороха, мое сердце останавливалось, я боялась вздохнуть. Мне больно, так было всегда, боль была как душевной, так и физической. Но душевная меня мало трогала, в первую очередь всегда была физическая. Не хочу! Не хочу испытывать эту боль, меня ругают за то, что я совершила или не совершила, за все. Мне никогда ни кто не улыбался и не говорил, что я нужна. Тогда почему? Почему мне так хотелось жить? Просто назло другим? Или это вновь был страх, страх того, что меня накажут, и мое тело обретет сине-красную пелену. Я не знаю. Всегда смотрела в черное бесконечное небо и просила только одного, друга, которой мог бы мне помочь, тот, кто всегда будет рядом. Знаете, а мне так его и не дали. Приходилось идти своими сломанными ногами, по всему этому. Хотя нет ползти, так будет точнее. Мне так хотелось убить это все, боль и прочее, но я лишь глушила их слезами. В такие моменты, я оставалась одна, все осуждали, никто не задавался вопросом, почему я делаю это, только смотрели с призрением. Одна. Это так привычно и знакомо, что уже ничего не удивляет меня.
Все повторялось вновь и вновь, раз за разом, что-то менялось во мне. И вот, настал тот последний раз, когда мое тело надело мантию боли. Сидя на полу, глядя, как дверь захлопывается за моим палачом, плачу, но не могу. Глаза, они сухие, в них нет слез. Я срываюсь на крик и игру, которая явно доставит удовольствие палачу. Фальшивый плач разноситься звоном по жуткой комнате. Где было мебели не много, старый пошарканный временем шкаф не большого размера, окосевший от своего возраста и не большое, почти крохотное рваное кресло, на котором свои ночи проводила я. Обои местами рваные отходили от стен, их цвет делал комнату еще более маленькой и мерзкой. И маленькое оконце с облезлой белой краской, в него только по утрам попадали лучики солнца и больше никогда на протяжении всего дня. Сейчас был поздний вечер, на улице ведь была зима, так, что кроме черноты в этом окне ничего нельзя было увидеть. Крик и мат доносился из-за стены, он оскорблял меня, вновь и вновь и вдруг раскрылась дверь, на пороге стоял мой старший брат, которого я не видела лет с двух, он недавно приехал. Он стоял и мерзко ухмылялся, странно, но с первого дня как он приехал, мне не нравилось его общество и повадки. Я посмотрела на него глазами полными фальшивых слез и, содрогаясь всем телом, это был первый раз, когда я надела свою первую маску. Взглянув на меня высокомерно, он закрыл дверь и все так же мерзко улыбаясь, исчез. Я встала с колен и облокотилась на шкаф, неожиданно даже для себя я растеклась в злорадной улыбке, но меня прервали. Резко раскрылась дверь, и на пороге стоял палач, я вновь надела маску, ту, что использовала не так давно, но в первый раз. «Ложись спать, сука! Тварь поганая! И только попробуй выйти без позволения из этой комнаты! Убью на хрен!»- Таковы были слова в пожелании мне снов. Когда дверь захлопнулась, я без чувств упала на кресло, мне страшно было раздеться, что бы ни увидеть, результат моих страданий, но я все же это сделала. Все тело было красным от ударов, по крайней мере в тот день и ничего не чувствуя, своими дрожащими руками коснулась выключателя и свет погас. Я легла на живот, это была единственная часть, которая не болела и в тот же момент отключилась. Таков был тот первый день, когда я первый раз сыграла. Прошло уже много лет, но я не забуду этого никогда.
Мой Дворец, был частично порушен и полностью окутан тьмой. Разные ситуации после этого происходили со мной, меня швыряли, как котенка, который верил всем подряд, но и в тоже время не доверял ни кому. Проживая день за днем, узнавала много нового о людях и так называемом обществе. Особого удовольствия мне это не доставляло, до определенного времени, когда пришло осознание того, что это всего лишь игра. Пришлось наступить на огромное количество мин, так же понырять в самые грязные болота, но как ни странно я все же выкарабкалась из этого дерьма. Хотя и сейчас его не мало, но куда ему совладать со мной? Все это сделало меня до безобразия более жесткой.