Жажда Хаоса

Лаура молчала весь полет. Возможно, даже спала, по крайней мере, старательно делала вид, но Феликсу за восемь часов так и не удалось сомкнуть глаз. Сказывалась смесь возбуждения от успеха, предвкушения миссии и страха от того, что у них действительно может получиться, что Оракул может быть уничтожен, и тогда...

В каком-то смысле, основная миссия Безликих будет выполнена. Феликс потеряет союзников. Большинство вернется к нормальной жизни, если, конечно, разразившийся хаос можно будет назвать нормальной жизнью. Если кто-то и останется, чтобы продолжить борьбу с корпорациями, то вряд ли их будет много.

Уничтожение Оракула никогда не было целью Феликса. Изначально он хотел покончить с Безликими, чтобы добиться уважения Ишшая. Череда открытий и принятых решений привела к смене стороны, к желанию уничтожить Кассео, но три дня депривационной, в едкой кислоте воспоминаний, изменили все. В следующие дни Феликс осознал, что хочет смерти Ишшая, и эта цель стала навязчивой. Пугающей.

Ишшай Кассео – слишком могущественный человек, даже чтобы идти против него вместе с силами всей верховной Ассамблеи, а уж в одиночку – настоящее самоубийство, но Феликс больше не боялся смерти. Смерть могла бы распутать клубок противоречий в голове. Сейчас Фел боялся лишь одного: что больше не увидит Далаю. Губы все еще разъедала горечь поцелуя, желудок стонал от голода и сожалений, но Феликс не ел и не пил, лишь бы не стереть вкус прощания.

Уволенный из полиции, объявленный в розыск, Феликс потерял возможность вернуться. По крайней мере, в обозримом будущем. Из-за полицейского импланта в голове, записывающего каждый шаг, транслирующего местоположение, он всегда был обузой для Безликих. Любая миссия, в которой он участвовал, была обречена, как только отряд покидал базу и попадал в зону, где импланты могут подключиться к сети.

Сколько бы Феликс ни старался, его эффективность стремилась к нулю, и, тем не менее, Безликий продолжал верить, что однажды его особенность получится использовать.

Больше не получится, не поможет даже пластическая операция. Феликсу нужна смена импланта, но как объяснить Безликим, что ему нужен новый взломанный имплант?

Даже странно, что в этот раз миссия вышла успешной. Перед глазами закрутилась карусель жертв, напоминая, что произошедшее вряд ли можно считать успехом. Тело Карота, замертво рухнувшее на пол после выстрела Лауры...

От встряски Феликс едва не свалился на пол. Низкий рокот от приземления возвестил о прибытии на базу. Помассировав затекшую шею, Лаура потянулась за маской, лежащей на приборной панели.

Хорошо, что на базе нет портала. Феликс уже порядком от них устал. С порталами перемещения происходят слишком быстро, порталы не дают подготовиться к другой стороне, не дают времени, чтобы перестроиться и адаптироваться. И так же быстро способны отнять жизнь, закрывшись в неподходящий момент. Восемь часов полета – не такая уж большая цена за возможность подготовиться.

— Я могу на тебя рассчитывать? — спросила Ла, направляясь к выходу в задней части шаттла.

— Можешь рассчитывать, что в следующий раз, когда ты зайдешь слишком далеко, я остановлю тебя.

— Видимо, наши цели все-таки расходятся, господин.

— Если не перестанешь так меня называть, они разойдутся еще сильнее, — сказал Феликс.

— Я спасла тебе жизнь. Думала, это что-то да значит.

— Постараюсь учесть, если меня попросят дать оценку твоим действиям. Но вряд ли мое мнение волнует Августа. В последнее время его волнуют только рейтинги.

— Если план сработает, рейтинги будут не важны. Помоги убедить остальных, особенно, если Август будет против. И постарайся не вспоминать о своем происхождении при проверке, не то у меня совсем не останется союзников, — горько усмехнулась Лаура.

— Хорошо, что воспоминания просматривает машина.

Лаура открыла люк и вышла из шлюза. С тоской посмотрев на груду брони в углу, Феликс направился за ней. Не хотелось сидеть голым перед Августом, но вряд ли броня могла чем-то помочь.

— Медленно поднимите руки вверх и держите так, чтобы я их видел.

Феликс зажмурился от вспыхнувшего света и заслонился рукой, но тут же вскрикнул от опалившего запястье жара.

— Гней, это ты?! — прокричала Лаура. — После того, чего мы достигли, я ожидала более теплый прием.

— Могу повысить мощность лазера, если тебе так хочется. Удивлен, что Август не приказал пристрелить вас на месте.

— Выслушай ее, Гней, — слезы застилали глаза, но Феликсу удалось наконец разжать заевшие веки.

— Полезайте обратно в шаттл и прочь отсюда. Это ваш последний шанс выжить.

— Нам нужно поговорить с ним, — Лаура сделала шаг вперед, и Феликс снова зажмурился в ожидании выстрела.

Выстрела не последовало.

— Парень с девушкой, которых вы сбросили в карьер, девушка в портальной... Оно того стоило?

— Хотела бы сказать, что нет, но они – сопутствующий ущерб.

— Сопутствующий ущерб? Говоришь как олигархи, — Гней презрительно фыркнул. — За это мы боремся? Горстка террористов...

— А за что? За рейтинги?! — не опуская рук, Лаура подошла вплотную к стеклу сторожевой и шлепнула по нему ладонью. — Выберись с базы и посмотри, что происходит в Системе, старик. Людей сортируют как скот, разлучают семьи, убивают...

— Значит, ничего не изменилось.

— Вот именно! — прошипела Лаура. — За столько лет вы так ничего и не добились.

— Произошедшему нет оправдания, Гней. Не проходит и пяти минут, чтобы я не вспоминал их лица, — вмешался Феликс. — Но неужели ты не допускал ошибок?

— Сложно допустить ошибку, безвылазно сидя на базе, — Лаура демонстративно опустила руки и уставилась на Гнея.

Возможно, попыталась пристыдить, но через две маски и стекло взгляд вряд ли добилась желаемого эффекта.

— Если войдете, обратно уже не выйдете, — сказал Гней. — Август отозвал ваши пропуска.

— Значит тебе, Августу и Клавдию будет не так одиноко, когда остальные будут на заданиях.

— Иди к черту, девчонка. Раньше это движение чего-то стоило, люди выстраивались в очередь, чтобы помочь Сопротивлению. За последний год мы не завербовали ни одного рекрута, и вы определенно внесли в это свой вклад.

— Больше рекруты не понадобятся. Я знаю, как уничтожить Оракул, — сказала Лаура.

Щелкнули замки. Под собственным весом дверь приоткрылась внутрь.

— И погрузить мир в хаос, — пробормотал Гней. — Я уже стар. Методы Безликих теперь кажутся слишком радикальными, но я помню, как отчаянно желал этого, когда мы откололись от Сопротивления.

Гней кивком указал в сторону депривационных и тяжело опустился в кресло. Лаура толкнула дверь и скрылась в тени коридора.

— И как тебе удалось с ней сработаться? — спросил Гней. — Она неуправляемая. Если честно, от нее больше вреда, чем пользы.

— Она вернулась за мной. Спасла мне жизнь, — Феликс вошел в коридор и плотно закрыл за собой дверь. — Не совсем за мной... но действительно ли мотивы важны?

— Человека определяют мотивы, а не поступки.

— Наши цели все еще частично сходятся. Наверное, мне достаточно, что Ла ничего не боится. В решающий момент я не останусь один.

— Все чего-то боятся, — усмехнулся Гней. — Я боюсь проверки. Боюсь снова увидеть то, что заставит вспомнить машина. Иронично, ведь это я придумал сделать паролем самое болезненное воспоминание. Идея казалась гениальной: и проверка, и постоянное напоминание о причинах стать Безликим. В реальности процедура оказалась слишком болезненной. Возможно, с возрастом некоторые перестают ходить на задания именно из-за нее, — Гней тяжело вздохнул и посмотрел на Феликса так пристально, что вина просочилась сквозь маску. — Иди на проверку и прости меня, Фел.

— Все в порядке. Это моя последняя проверка.