Аборнато | 16+

Организацией похорон полностью занялся Редклиф. Дезария предложила похоронить Никлауса в склепе Аборнато, рядом с матерью. Редклиф поддержал ее.

Кристиану сообщили о смерти отца. Мальчик полностью погрузился в себя, ни с кем не хотел разговаривать. Кристиан лишь хотел находиться рядом с мамой и не отпускать ее. В его голове творилась самая настоящая неразбериха.

Дезария все прекрасно понимала. Во время похорон Дезария прижимала к себе сына и спрашивала, нужно ли что-нибудь сыну.

Челси узнала о происшествии. Ей сказали, что он умер от сердечного приступа. Челси долго не могла поверить этому. Ведь парень был совсем молодым, а тут сердечный приступ.

После похорон Редклиф собрал небольшую компанию из самых близких, чтобы выпить за Никлауса, поговорить по душам.

Дезария уложила спать Кристиана и присоединилась к компании. Компания состояла из Элис, Холли, Редклифа, Майкла и, соответственно, самой Дезарии. Редклиф достал из своих запасов несколько бутылок виски и вина. Элис не любитель виски, поэтому довольствовалась вином.

О смерти Никлауса ей сообщил Редклиф, когда они вернулись с трупом Аборнато домой. Элис плохо знала Никлауса, не так часто с ним общалась, но видеть ту боль, которую испытывали Кристиан и Дезария, она не могла. Несколько дней ходила вся никакая, но в итоге Редклиф поговорил с ней, и она поняла, что нужно держаться, нужно быть сильной, чтобы Дезария видела это и немного успокоилась.

- Никлаус был моим братом, - начал Редклиф, встав со своего места и подняв стакан виски. – Мы с ним жили душа в душу, когда были людьми, но после того, как мы стали вампирами, наша жизнь изрядно поменялась. Мы много ссорились, Никлаус даже уехал из города, лишь бы не попадаться мне на глаза из-за одного случая.

Но когда Никлаус вернулся, спустя некоторое время я понял, что брат поменялся. Встретив на своем пути Дезарию, Клаус начал меняться, пытался стать хорошим, чтобы заслужить девушку, которую полюбил. – Редклиф посмотрел на Дезарию. – Дез, Клаус очень любил тебя и Кристиана. Его смерть это доказала и показала. Мы все верили, что мой брат любил свою семью, поэтому не стоило так геройствовать, но Клаус не ищет легких путей, всегда поступает по-своему. Брат, если ты слышишь меня, знай, что я люблю тебя. Несмотря ни на что.

Редклиф сделал большой глоток и сел на место, предоставляя слово другому человеку.

Следующей решила сказать Элис.

- Я мало знала Никлауса. Мы с ним редко виделись. Но за то время, что я с ним знакома лично, я поняла, что он был хорошим. Да, возможно, за его спиной стояло много смертей, много горестей, которые он причинил другим людям, но важно не то, что было когда-то, а важно то, что происходит сейчас.

Я прекрасно видела, как он любил Кристиана и Дезарию, я видела то, как он старался продумать каждый ход битвы, чтобы защитить свою семью, и не дать никому погибнуть. В итоге погиб он сам. Но он погиб героем. Мы будем помнить его всю жизнь, будем вспомнить о нем лишь только хорошее.

Элис сделала глоток вина и села на место. Слова давались ей трудно, но все-таки она сказала то, что хотела.

Майкл встал со своего места, держа в руках стакан с виски, и сказал:

- Я знаком с Никлаусом давно. Раньше у нас были недомолвки. Но тогда, когда я познакомился со своей дочерью, когда узнал, что Дезария встречается с Никлаусом, я старался забыть все то, что он делал против меня. Лишь ради дочери я терпел его.

Но времена меняются. Я понял, что он стал хорошим человеком. Никлаус смерился с тем, что я отец Дезарии, смерился с тем, что я часто появлялся, что мне нужна помощь. Мы с ним сдружились. Мы вместе продумывали каждый ход битвы, вместе думали над тем, что нужно будет сделать в той или иной ситуации. Я буду помнить Никлауса героем. Кристиан должен гордиться своим отцом, вспоминать его, как героя, спасшего ему жизнь.

Майкл сделал глоток виски и сел на место. Наконец все то, что Майкл держал в себе, он смог сказать причем так, как хотел: нигде не приукрасив.

Холли посмотрела на Дезарию и, поняв, что та пока не собирается ничего говорить, встала.

- Для начала я хочу попросить у всех прощения. Я не замечала сущности Кайла за влюбленностью. Если бы я раньше не понимала всех намерений Кайла, Никлаус был бы жив.

- Ты не... - начал Редклиф, но Холли сделала жест, чтобы он замолчал.

- Нет, Редклиф. В его смерти все-таки есть моя вина. Я хочу сказать, что я давала распоряжение, чтобы они отыскали Кристиана. Мне очень жаль, что так получилось, правда. Я больше никогда не буду идти на поводу у любви. Как сказала Элис: «Парни приходят и уходят, а друзья остаются навсегда». Теперь я навсегда запомнила эту фразу и буду придерживаться лишь ее.

О Никлаусе я ничего сказать не могу: ни плохого, ни хорошего. Я его не знала, видела лишь пару раз, если не меньше. Но я хочу выпить за него, хочу сказать, что я запомнила его отличным человеком. Никлаус бросился спасать сына, зная на что идет. Это достойно уважения.

Холли сделала глоток виски и села. Теперь все знают, что думает она. Холли попросила прощения. Она и вправду чувствует себя виноватой, но теперь, когда она всем об этом рассказала, ей стало чуточку легче.

Настала очередь Дезарии. Девушка слушала всех и старалась сдерживать слезы. Ее тронули слова друзей. В ее голове было много всего, что хотелось бы сказать, но все это хотелось сказать лишь самому Никлаусу, а не его приведению, если вообще такого имеется. Ведь она не знала, слышит он ее или нет.

Встав, Дезария начала говорить, медленно и не думая:

- Спасибо вам всем за такие слова. Никлаус был бы рад их услышать. Никлаус был моим центром Земли. Я его безмерно любила и буду любить всю свою жизнь. Я слишком поздно осознала то, что нужно ценить каждое мгновение рядом с тем, кого ты любишь. Я слишком долго бегала от него, ведь на тот момент, когда я уже любила Никлауса, я встречалась с Редклифом. Прости меня, Редклиф, что водила за нос. Ты был достоин девушки получше, чем я. Мне очень жаль, что я забрала твое время.

Все мы действительно запомним Никлауса героем, спасшим нашего с ним сына от верной гибели. Но еще я его запомню, как самого лучшего человека на Земле. Никлаус пообещал мне, что когда весь этот кошмар закончится, то мы поженимся. – Тут у Дезарии уже начали течь слезы. Каждое слово давалось ей тяжело.

- Я верила в самое лучшее. Я думала, что мы убьем Кайла, будем жить долго и счастливо. Но судьба распорядилась совершенно по-другому. В этой ситуации винить действительно некого. Каждый виноват, но если мы будем копать глубже, то только рассоримся, потеряем время на какие-то споры. Не нужно забывать, что мы друзья, и всегда ими будем. Что бы не произошло.

Я хочу воспитать в Кристиане всю ту смелость и отвагу, что была у его отца. Я буду рассказывать сыну о нем, буду говорить, каким он был героем. Я люблю Никлауса и буду любить до конца. До конца с нашей с ним вечности.

После своей речи Дезария вытерла слезы и выпила залпом весь стакан. Сев обратно, девушка налила себе еще. Сегодня ей хочется напиться так, как это возможно. Хочется просто забыться хоть на некоторое время, чтобы перестать чувствовать боль.

*** *** ***

Весь вечер друзья сидели и разговаривали. Майкл ушел спать, так как ему наскучили разговоры о нынешней молодежи. Девушки старались разговаривать по душам, как это было раньше на ночевках. Редклиф сидел и просто их слушал.

Элис весь вечер поглядывала на Редклифа, старалась поймать его взгляд. Дезария видела это и хотела помочь подруге.

- Редклиф, не мог бы ты принести еще одну бутылку вина? – спросила Дезария, показав пустую бутылку.

- Да, конечно.

Редклиф встал и отправился в погреб. Когда парень пропал из виду, Дезария подтолкнула Элис:

- Давай, Элис, иди за ним следом, и поговорите там.

Элис мялась, мялась, а потом все-таки встала и пошла. Видимо, это сработало так выпитое вино, либо любовь настолько сильна, что она готова на все.

- Слушай, Кайл... - начала было Дезария, но Холли остановила ее.

- Дез, несмотря на весь тот ужас, что принес Кайл всем вам, я люблю его до сих пор. Мне бы не хотелось о нем разговаривать хотя бы ближайшее время.

- Да, конечно, прости.

Дезария и Холли чокнулись бокалами и сделали глоток. Только Холли хотела сказать, что завтра стоит пойти по магазинам, как на пороге появился Кристиан в пижаме с медвежонком в руках, которого купил папа.

- Мам, - тихо произнес Кристиан. Дезария тут же метнулась к Кристиану со всей скоростью.

- Что такое, сынок? – спросила девушка, взяв сына на руки.

- Мне плиснился кошмал, - сказал Кристиан.

- Расскажешь? – спросила Дезария, поднимаясь в комнату сына.

- Я, ты и папа отдыхали во дволе, как появиось чудище и съело папу, - ответил Кристиан по пути в комнату.

Зайдя в комнату сына, Дезария положила ребенка на кровать, укрыла одеялом и села рядом с ним на его постель.

- Не нужно этого бояться. В жизни есть вещи и пострашнее чудищ, - сказала Дезария, гладя сына по голове.

- Я бойше никогда не увижу папу? – чуть ли не плача, спросил Кристиан.

Дезария настолько сильно любила детский акцент, когда малыши не могли полностью выговаривать слова, произносили их, немного картавя. А когда дети спрашивают с таким акцентом еще и со слезами на глазах и дрожью в голосе, просто хочется плакать.

- Да, сынок, никогда.

- Я так не хочу, - уже ревя, сказал Кристиан, прижав мишку к себе.

- Я тоже так не хочу, Кристиан, но я хочу, чтобы ты понял, что жизнь очень жестока. Не знаешь, какие сюрпризы она может преподнести в тот или иной момент. Ты должен понимать, что твой папа стал героем. Он спас твою жизнь за счет своей. И ты, Кристиан, должен перестать плакать, собрать все свои силы в кулак и стать гордостью для своего отца.

Кристиан кивнул и закрыл глаза. Мальчик все понял. Для столь малого возраста малыш был достаточно умен. Мальчишка захотел стать таким же сильным, как папа. Для этого потребуются все его силы, поэтому малыш решил лечь спать, а завтра уже совершать подвиги.