Проклятые души

         Я открываю глаза, борясь с едким страхом, впившемся в сердце. Один из голосов мне до боли знаком, бьюсь об заклад, я слышала его несколько минут назад.

      Передо мной сидит девушка с грязно-каштановым цветом волос, разбросанными по худым плечам. Она сидела на коленях, спрятавшись за горой шлакоблоков. Я вижу только её затылок, потому что она смотрит на ребят, позвавших её.

       У одного худое лицо, непослушные волосы, сбритые виски, нос с горбинкой и волевой подбородок. У другой большие глаза и улыбка в тридцать два зуба, а волосы спускаются до груди. Третий самый худой из них — блондин, с длинными руками и впалыми скулами. Все они с весёлыми огоньками в глазах смотрели на сидящую рядом со мной девушку.

— Проиграла, — повторяет парень со сбритыми висками и складывает руки на груди.

— Ничего не проиграла, — девушка с грязно-каштановыми волосами подскакивает на ноги, сцепляя руки за спиной, — я последняя!

— Ох, ладно, — парень улыбается, и по этой улыбке я узнаю Джеффа.

     Странно видеть его таким, не Безымянным.

       Значит, большеглазая — Меган? А что, девушка вполне на неё похожа. Жаль, что Мег я не рассматривала слишком пристально, да и в этих очертаниях полу прозрачных Безымянных фиг, что заметишь. Но, рядом с Джеффом ведь всегда Меган? Значит, это она. Вот третьего я определённо не знала.

       Компания находилась в каком-то подвале, где хранились строительные материалы. Я оглядываюсь, но не замечаю ничего подозрительного, поэтому вновь возвращаю своё внимание к ребятам.

        Девушка, стоящая ко мне спиной, вдруг поворачивается, и на секунду наши взгляды сталкиваются. Она делает вид, что не заметила меня, тычет вперёд пальцем и улыбается.

— Смотрите-ка, там, кажется, какие-то кубки свалены.

       Ребята двигаются вперёд, я, наоборот, шагаю назад, чтобы не столкнуться с ними. Но вдруг та, что указала остальным место с кубками, срывается с места, и я закрываю лицо руками, ожидая того, что она врежется в меня, но девушка проскакивает сквозь меня, и остальные следуют её примеру.

       В животе что-то забулькало, будто меня тот час вырвет. Неприятные, скажу я, ощущения! У меня создалось ощущение, что я вода, а путешественники, проникнувшие сквозь неё, открыли для себя несметные сокровища.

        Но, нет, они всего лишь прошли, не оставшись внутри меня. И то хорошо.

      Смотрю на свои руки. Что ж, я всё такая же прозрачная, как и несколько часов назад. Всё такая же Безымянная, только ребята меня не видят, почему же? Я же видела Джеффа и Мег.

        Ах да, это вроде оттого, что я должна была изначально стать такой же, как и они.

        Поворачиваясь, слышу восторженные вздохи за своей спиной. Джефф держит в руках увесистый кубок за первое место.

— Послушайте: «Дженису Шпильцбергу за 1 место в эстафете по плаванию», — он усмехается. — Интересно было бы посмотреть на этого Джениса. Наверняка плечи широкие, как у моего дяди!

       Компания заливается весёлым смехом, на меня же внезапно нападет какое-то отчаяние, смешанное с печалью. Ведь я понимаю, что это то, что реально происходило. Это я со своими друзьями в каком-то подвале. Ещё при жизни. При ТОЙ жизни, в которой я действительно была жива.

— Уже почти два, миссис Корган сказала быть у главного входа, — вдруг оповещает вех Меган, смотря на циферблат наручных часов.

      Джефф с печалью на лице кладёт ещё один кубок, прежде стерев с него пыль.

      Они оглядываются, чувствуя, быть может, моё присутствие, и та Френ, что ещё жива, снова глядит в мою сторону, а я гляжу на неё.

       Действительно, мы совсем разные. У неё даже взгляд не такой. Более наивный, что ли. Но я сердцем чувствую, что она — это я, душой тянусь к ней. Но вряд ли я могу позволить себе прикоснуться к ней, а то нечаянно оборву воспоминание, и ничего не смогу узнать.

      Тем временем ребята двинулись к прогнившей деревянной лестнице, ведущей наверх. Она была узенькой, поэтому им пришлось подниматься гуськом. Френ шла последняя, постоянно оглядываясь.

        Чувствуя себя неловко, я глянула на свои руки, проверяя, не источаю ли свет, что могло привлечь её внимание, но, нет, я была словно полтергейст в мире живых. Меня не видели, но видела я, что, конечно, помогало мне проследить за тем, куда же направляются мои друзья вместе со мной.

       Я тихо следую за ними. Почему тихо, когда я могу шуметь, а они не услышат? Не знаю, просто так, наверное. Не задумывалась я над этим, когда выбирала, как пойду вперёд.

         Признаюсь, страх уже начинал зарождаться во мне, но я поняла это только тогда, когда последняя ступенька лестницы приводит меня наверх. Я вижу коридоры холодных оттенков, заколоченные накрест окна, позволяющие солнечному свету частично проникать внутрь. Вокруг пыль и грязь, что восхищает моих спутников, но пугает саму меня.

        Я подскакиваю к компанию и опережаю их, растянув руки в стороны. Горло прорезает крик, я пытаюсь остановить их, вразумить, заставить бежать сейчас же. Я будто не помню, как Френ из прошлого прошла сквозь меня.

       Конечно, они не слышат меня и проходят вперёд, не замечая невидимой преграды. На глазах выступают слёзы, но я борюсь с ними, догоняя компанию, придвигающуюся ко входу, где уже стоит компания ребят во главе с полной симпатичной женщиной с рыжими волосами, собранными в шишку.

— Ох, вот и вы, — восклицает она, когда ребята подходят, — я уж хотела кого-нибудь позвать искать вас.

— Вы видели, что происходит в столовой? — с ужасом спрашивает низкорослая девочка с большими очками круглой формы.

— Нет, — Джефф качает головой и глядит через её плечо, — она там?

— Вы никуда не пойдёте, — с уверенностью заявляет женщина, видимо, это та самая «миссис Корган», — мы сейчас же отправляемся обратно!

       Дети нехотя плетутся за ней, они выбираются на улицу, где тепло и хорошо, по-летнему. Воздух в меру тёплый, что ни жарко, ни холодно. Френ из прошлого с удовольствием ведёт плечами, склоняет голову.

         Они идут вперёд, к фонтану, где статуя-женщина, простирает руки, из которых бьёт вода, к небу. На мгновение я засматриваюсь на неё, и, словно почувствовав мой взгляд на себе, поворачивает голову, смотрит на меня немигающим внимательным взглядом, отчего мне становится неловко. Она не спешит меня обидеть, просто смотрит, но остальные почему-то этого не замечают. Неужели никого не интересует, что, чёрт возьми, статуя повернула голову?!

       Но все преспокойно идут мимо фонтана, к воротом, лишь несколько ребят повернули голову и бросили на здание прощальные взгляды. Я заметила, что Джефф грустит, неужели ему тогда хотелось остаться?

         Учительница уверенно шагает к выходу, но стоит ей только сделать шаг на свободу, чёрные ворота с громким скрежетом захлопываются, рассекая тело миссис Корган.

       Ученики с громким криком отшатываются, какой-то смельчак подбегает и трясёт ворота, не замечая в ногах окровавленное тело, точнее, его половину. Вторая же осталась на другой стороне, на свободе.

— Как? — восклицает Джефф. – Как, чёрт возьми, это вышло?!

— Пойдём! — за руку его хватает Мег. — Пожалуйста, пойдём!

         Все сдвигаются с места и бегут обратно, к зданию. Несколько человек решают, что входить обратно небезопасно, и нужно поискать другие пути, кто-то падает прямо у тела миссис Корган и начинает плакать, но их поднимают и тащат за собой.

        Вскоре во дворе становится пусто и, убедившись, я иду искать Френ из прошлого, которая вернулась в заброшенную школу, решив, что можно поискать чёрный ход. Я бы тоже первым делом об этом подумала, но, посмотрим, к чему это приведёт.

         В здание заходить неохота, всё-таки, многое с ним уже связалось. Но, как я понимаю, именно это чёртово здание является ключом ко всему, что здесь происходит.

       Я вздыхаю и запускаю руки в карманы. В джинсах обнаруживается телефон. Я смотрю на полную зарядку, на отсутствие связи, и включаю диктофон.

— Привет, — нервно хихикаю, — если вы слушаете это, то я уже мертва. Интересно, как к вам попадёт диктофон, если он такой же призрачный, как я. В прочем, это не важно...

      Я продолжаю говорить, продвигаясь вперёд, комментируя своё передвижение. Возможно, мне просто нужно было выговориться, поэтому я и прибегнула к такому методу исследования воспоминаний Джеффа. Так я лучше запомню всё то, что произойдёт. Хотя, о чём это я, разве вообще можно такое забыть?

         Я захожу внутрь и тот час слышу громкие шаги. Иду на звук, который приводит меня к библиотеке. Там, прижатую к дверям, вижу низкорослую девочку, но уже без очков. Она щуриться, пытаясь что-то разглядеть и, когда я начала подходить к ней, спрашивает:

— Френ, это ты?

        Я останавливаюсь.

— Ты можешь меня видеть?

— Френ, что за глупые шутки? — нервничает девушка.

— Позволь, я помогу тебе, — извинительно говорю я, собираясь выключить диктофон, но вдруг слышу:

— Френ? Френ? Ты здесь? Отзовись наконец!

— Ты слышишь меня? — тупо говорю я, поднося телефон к губам девушки, а та, выставив вперёд руки, плачет:

— Не трогайте меня, я ничего не сделала! Френсис!

       Понимаю, что она не слышит меня и с жалостью вздыхаю. Ну, что же поделать. Распрямляюсь, вдруг чувствуя, что что-то прошло сквозь меня. Опускаю взгляд и вижу, как огромная чёрная спина разрезала меня надвое, опустившись к девушке. Конечно, не разрезала в прямом смысле этого слова, я ведь призрак, меня нельзя порезать.

         Я отшатываюсь, чувствуя дискомфорт. Вижу пред собой чёрные волосы, собранные в хвост. Директор!

       Он склоняется над девушкой, осторожно берёт её за подбородок, поднимает лицо так, чтобы она смотрела в его глаза, и нежно произносит:

— Тебе нечего бояться.

       И вдруг раскрывает рот так широко, как этого не может сделать ни один человек. Я видела это, перебежав к девушке и склонившись, чтобы всё видеть. Директор обхватил бедняжку за плечи и вгрызся в ею шею, а она при том ужасно закричала. Если бы я была живой, перепонки у меня бы лопнули! Но я призрак, и поэтому мне оставалось только с ужасом наблюдать, как Директор отгрызает жертве голову.

       Закончив своё ужасное деяние, Директор поднимается на ноги и поворачивается в мою сторону. Нижняя часть его лица в крови, так же, как и острые зубы в полуоткрытом рте. Я от ужаса вздрагиваю, а он проходит мимо.

       Оборачиваюсь, смотря на труп девушке, вдруг замечая рядом с ним голубой фантом, не принявший какой-либо формы. Просто пятнышко, увеличивающееся в размерах. Но вот, спустя мгновение, оно принимает вид только что умершей. Тело, которое только что было голубым облачком, вздрагивает и открывает глаза. Девушка морщится, поднимается, шепчет что-то под нос и оглядывается. Снова кричит, замечая своё собственное тело, подрывается на ноги и бежит куда-то вперёд, так и не заметив меня.

          Она стала Безымянной, так быстро, надо же.

         Двигаюсь дальше, прислушиваясь к обстановке. То и дело слышу крики, делая вывод, что Директор очень быстро убивает свих жертв. Они, как лабораторные крысы, которым дали время побегать перед смертью. Это всего лишь игра Директора, придётся смириться и не надеяться на свою победу.

         «Постой-ка, Френ, ты же выживешь!»

         С этой мыслью я срываюсь на бег, мечтая, как можно скорее найти свою копию из прошлого.

         Прежде чем это случилось, я стала свидетельницей нескольких смертей своих одноклассников. Мне не было их жаль, не знаю, виновата ли в этом моя умершая душа, или же я простая твёрдая, как камень. Но я проходила мимо каждый раз, когда видела Директора, настигающего свою жертву. Мне ни разу так и не пришлось увидеть его глаз. Зую даю, в них плещется безумие!

        Вскоре я нахожу себя, спрятавшуюся за коробками на первом этаже, в столовой. Моя копия заткнула себе пальцами нос, чтобы не слышать отвратительного запаха. Рядом с ней Джефф и Мег, четвёртый парень уже успел потеряться. Наверное, его участь уже решена.

          Мег плачет, размазывая по грязному лицу слёзы. Видимо, она уже несколько раз поздоровалась с полом. Джефф постоянно трёт руку, и я не могу увидеть, почему. Френ же, которая их прошлого, только и делает, что шепчет что-то непонятное и, подойдя ближе, я слышу, как она разрабатывает план побега.

          Вдруг Джефф хватает руку Френ и тянет её на себя. Я из прошлого удивляется, смотрит на парня, а он тем временем вкладывает в ладонь холодную рукоять пистолета. Глаза Френ округляются, и она шёпотом спрашивает:

— Откуда это у тебя?

— Забрал у отца, — Джефф пожимает плечами, словно ничего не было в том, что он носил с собой огнестрельное оружие.

— В нём хотя бы есть пули? — спрашивает Меган, увидев пистолет в руке Френ.

— Да, — я из прошлого проверяет магазин, лицезреет наличие патронов, - но, Джефф, зачем?

— У меня есть это, — парень достаёт из кармана брюк складной нож.

— А у меня? — Меган хмурится.

— А у тебя есть я, — Джефф улыбается и ближе подползает к ней.

        Девушка облегчённо вздыхает и уголки её губ приподнимаются. Френ прижимает к груди пистолет, как сокровище, но мне почему-то кажется, что он её не успокаивает.

          Вдруг становится ужасно холодно, и ребята это замечают. Начинают оглядываться, но ничего не видят, что и понятно, ведь Директор медленно, выискивая своих жертв, приближается, а ребята ничего не могут с этим поделать.

         И вот, дверь у правой стены открывается и в комнату заскользает чёрная тень. Именно так, заскользает, как тень, крадётся по полу и останавливается, оглядываясь. Френ, Джефф и Меган прячутся за ящиками, согнувшись в три погибели. Они не дышат совсем, но я знаю: директор найдёт их.

         Он проскальзывает между столами, смотрит по сторонам и делает вид, что ничего не замечает. Втягивает затхлый воздух носом, всё время находясь ко мне спиной или боком, будто знает, что именно я (выделить курсивом) здесь.

         Но, наконец, мне удаётся уловить его правильные черты, и я удивляюсь его красоте. Столь прекрасного человека (или не человека), я никогда не видела.

         Он повернулся, потому что решил прекратить свои игры. Ребята разом вздрогнули, когда почувствовали на себе его взгляд. Меган подняла голову и вдруг замерла. Директор тоже не думал нападать, он просто смотрел в глаза девушки. Я тоже перевела на неё взгляд и заметила, что она выглядит так, словно совсем пьяна, одурманена какой-то травкой.
   
          Джефф тоже это замечает, и Френ, но они ничего не делают, да и что они могут? Директор вдруг делает жест рукой, манит девчонку пальцем, и та, повинуясь, поднимается с колен.

         Вдруг Джефф вскрикивает и бросается на Директора, вскинув нож над головой. Меган тут же отходит от гипноза, удивлённо таращась на схватку.

— Бегите! — кричит Джефф и Френ, повинуясь, подрывается на ноги.

        Но Меган обгоняет её и срывается с места первая. Директор резко выставляет в сторону руку и сжимает плечо девушки. Слышится противный хруст, и она валится с ног, а этот монстр разрывает нежную плоть. Улыбка трогает его губы, но глаза при этом остаются такими же безжизненно-тёмными, ничего не выражающими.

         В этот момент Френ делает рывок и проскакиваю между ними. Я же спешу за ней, понимая, что из воспоминаний Джеффа вырываюсь в свои собственные. В прочем, когда я носилась по коридорам в поисках своей копии из прошлого, я не видела Джеффа, значит, не была в его воспоминаниях. Но она, его память, закинула меня в этот чёртов день, когда я умерла, и теперь, следуя за бегущей Френ, я ждала того момента, когда увижу, как она вырывается из цепких лап Директора.

        Девушка бежит, сжимая в руке пистолет. Временами она оборачивается, но не видит меня, и вот, останавливается у чёрного входа, в который я вошла, пройдя лабиринт.

        Френ вздрагивает, оборачивается и глаза её округляются: по коридору неспешно идёт Директор, держа в руке голову Меган. Крик вырывается из горла девушки, и она дёргает ручку, но дверь не поддаётся. Тогда Френ открывает огонь, но пули пролетают сквозь тело Директора, словно через водную поверхность.

        Осознав всю бесполезность своих действий, Френсис ударяет рукояткой пистолета по стеклу, которое тот час разбивается, оцарапывая костяшки девушки. Она, морщась, выбирается на улицу, осторожно пролезая под доской, которая прибита к окну не крестом, а прямо посредине. Директор подходит, когда Френ уже оказывается на улице. Она, не оборачиваясь, скачет в лабиринт. Я смотрю на Директора, лицо его спокойно. Думает, наверное, что никому не выбраться из этой заброшенной школы, в чём он, собственно, прав. Не выбраться, не оставив душу.

         Я прохожу сквозь запертую дверь и тоже оказываюсь на улице. Избавившись от неприятных ощущений, — всё-таки не каждый день я прохожу сквозь стены! — я двигаюсь за Френ, надеясь найти её в бесконечном лабиринте. Конечно, я могу идти напролом, и где-нибудь тогда мне точно удастся её найти.

       Так и решаю поступить, поэтому срываюсь с места и скачу ко входу в лабиринт. Довольно быстро нахожу Френ, она стоит, пытаясь выбрать, в какую идти сторону. Держится за голову и, как раз, когда я подхожу, срывается вправо. То ли она чувствует моё приближение, то ли что, не понимаю, но, конечно же, бегу за ней, как могу.

       Я уже второй раз путешествую по бесконечным, казалось бы, коридорам живой изгороди, следуя за своей копией из прошлого, и, наконец, она выводит меня на площадь, часть которой огорожена и с лавкой, стоящей под деревом без листьев.

        Девушка не замечает серого камня под ногами и спотыкается. Протягивает руку в попытках найти опору, и приземляет её как раз на лавку. Ладонь разжимается и пистолет остаётся на деревянной поверхности, рука же соскользает вниз. Френ быстро садится на пятую точку, смотрит на ободранные колени и протяжно вздыхает. Я обхожу её, чтобы видеть лицо и, сделав это, замечаю, что она плачет. Тихо, не трогая слёз, катящиеся по бледным щекам.

        «Давай же!» — кричу я на неё в мыслях.

        Неужели я действительно сидела здесь?

         Девушка тяжело поднимается, ойкает, смотря на кровоточащие колени, и вновь начинает продвигаться вперёд. Она уходит, а я смотрю на оставленный пистолет, понимая, что это именно та вещь, которую я нашла, оказавшись здесь благодаря порталу. Удивительно, что я оставила его, а потом подобрала, но уже будучи мёртвой.

         Тем временем Френсис твёрдо шагает по земле вперёд, а мир за её спиной начинает искривляться. Кусты живой изгороди высыхают, сбрасывая своё прекрасное одеяния, оставляя лишь голые ветки. Серый камень идёт трещинами, а лавочка с треском ломается. И вот, голые ветви вспыхивают жарким пламенем. Я с удивлением смотрю на эту картину, не понимая, отчего это происходит, ведь, когда я сюда попаду, всё будет вновь ужасающе прекрасно.

       Гонюсь за Френ, что снова перешла на бег. Её дыхание прерывисто, я слышу его, находясь за её спиной, но она не чувствует моего пребывания, поэтому всё с той же усидчивостью скачет вперёд. Всё вокруг покрывается паутиной огня, рыжие языки взметаются вверх, испуская чёрный дым, но девушка не замечает ничего этого. «Скорее всего, происки моего сознания, » — думаю я, хотя то, что я не ощущаю жара и не слышу дыма, говорит мне о том, что это происходит в воспоминаниях Френ. Моих воспоминаниях.

       Тем временем, пока я размышляю, девушка приближается к выхожу. Я вижу высокие чёрные ворота, сделанные столь искусно, что кажется, будто их вовсе никогда не закрывали, точно они просто декорация.

        Френ тормозит, с испугом смотря на раскрытые врата. Кажется, она подумала о том же, о чём подумала я, приблизившись: ворота с другой стороны обманули миссис Корган, поймав её в свою ловушку. Но я-то знаю, что с Френ такого не произойдёт, а она-то, моя копия из прошлого, была в неведении.

        Воздух внезапно наполняется холодом. Даже будучи призраком, я почувствовала это снова. Френ оборачивается, но ничего не видит, но теперь она знает, что предвещает этот отвратительный мороз. И огня девушка тоже не замечает, впрочем, он уже начал утихать, но всё равно, я сделала вывод, что ничего этого она попросту не видит.

         Директор приближался, и мы с Френ знаем это.

         Вдруг девушка, смотрящая на выход из лабиринта, переводит свой взгляд на меня. Да-да! Точно на меня, не сквозь меня, а прямо на меня. Она снова испугалась и сделала шаг ближе к открытым воротам, но вовремя остановилась, вспомнив, наверное, о возможной ловушке.

— Я? — выдавливает из себя Френ из прошлого.

— Ты, — согласна киваю я, наблюдая за её реакцией.

         Честно, я была удивлена. С чего вдруг она заметила меня, я же всего лишь призрак. Однако, глянув на свои руки, я заметила, что они сделаны из плоти и крови, что меня удивило не меньше того, что Френ обратилась ко мне.

       Испуг и удивление перешли мне из прошлого. Девушка округлила свои зелёные глаза и прикрыла руками рот, чтобы не закричать.

      Я начала махать руками.

— Полегче! — шикаю на неё. — Он скоро найдёт тебя, - и, подумав, добавляю: — Беги прочь!

— Но ворота..., — девушка жалобно смотрит на меня.

— Они выпустят тебя, — не знаю, правду ли говорю, но я же должна выжить.

        Френ делает ещё пару шагов к свободе, и вдруг снова замирает.

— Если ты — это я, то что ты тут делаешь?

         «А может, просто задержать её? Останься она здесь, то мне не придётся переживать жизнь заново, попадать сюда и переживать весь ужас с новыми впечатлениями. Возможно, будет проще рассказать ей всё и заставить отдаться Директору. Но... то, что сделано, уже сделано, я могу повлиять на будущее, но не сделаю этого, потому что...»

— Когда увидишь впервые отца, — шепчу, смахивая горячие слёзы, — скажи, что очень его любишь.

          Девушка кивает головой и поворачивается ко мне спиной. Я вижу, как дрожат её плечи, что говорит о степени её испуга, но ничего не говорю, чтобы успокоить её. Холод становится невыносимым.

— Беги же! — кричу изо всех сил, и Френ срывается на бег.

          Она выскользает из ворот и оборачивается, бросая на меня последний взгляд. Я тоже смотрю на неё, видя попутно, как растворяется мир белыми бесформенными пятнами. Мир со стороны Френ из прошлого. Она не отводит глаз, и я бегу к ней, врезаясь вдруг в невидимую стену. Девушка замечает это, и подходит сама. Она тянет руку, но тоже напарывается на невидимое препятствие. Я упираюсь ладонью в стену, развожу пальцы. Френ из прошлого повторяет моё движение и кладёт ладонь точно на мою, только нас разделяет невидимое пространство, словно тонкое, но непробиваемое, стекло.

          По щеке девушки катится слеза, по моей тоже. Она распадается бесформенными пятнами так же, как и её мир, просто летит вверх, сливаясь с остальным пространством, и исчезает, оставив меня одну.

— Френ! — кричу я, но ответа уже нет.

         Вдруг слышится младенческий крик и радостный голос из неоткуда оповещает: «У вас девочка!»