Глава 6
Возвращаюсь домой, чувствуя, как тяжесть дня буквально придавливает к земле. Сбрасываю кеды, еле волочу ноги на кухню, по пути оставляя сумку, букетик цветов и футболку где-то на полу. Открываю холодильник — полупустые полки, как будто отражают мое настроение. Ветчина и бутерброды? Нет, сегодня не их день. Вместо этого беру бутылку вина, закрываю дверцу и вздыхаю, глядя на гору посуды в раковине.
Пару минут мою тарелки, потом делаю три больших глотка вина. Тепло разливается внутри, мышцы понемногу расслабляются. Вот оно, то самое облегчение.
Перед тем как упасть на диван, смотрю на несчастный букет роз. Беру его в руки, нежно касаюсь лепестков, и на секунду в душе появляется что-то похожее на умиротворение.
—Ну и дурак,— шепчу про Эмметта.
Цветы? От него я такого точно не ждала. Что с ним случилось? Два дня только комплименты, ни единой колкости, а теперь вот этот букет — пятнадцать роз в нежно-розовой бумаге. Если он думает, что таким образом привлечет мое внимание, то зря старается. Хотя... признаюсь, мне приятно. Цветов в моей жизни было не так уж много. Аккуратно кладу букет на пол, беру бокал и допиваю вино. Оно, как и весь этот день, вытянуло из меня последние силы.
Я чертовски устала.
Облокачиваюсь на подушку, закрываю глаза. Всего на минуту. Просто тишина, просто покой. Никаких мыслей, никаких забот. Никаких размышлений о серийных убийцах. Всего одна минута, а потом снова начну копаться в себе и своих тревогах.
Чужая рука сжимает мое горло с такой силой, что дыхание перехватывает. Я пытаюсь вдохнуть, но легкие остаются пустыми. Паника накрывает с головой, я извиваюсь, пытаясь вырваться, но его пальцы только глубже впиваются в кожу, прижимая меня к дивану. Его тело тяжелое, как камень, а я будто беспомощная кукла. Глаза закрыты, но я чувствую его — этот знакомый, холодящий душу запах одеколона.
— Лилиан, — его шепот звучит прямо у моего уха, — ты тоже умрешь.
Холодный ужас пронзает меня до самых костей. Хочу крикнуть, чтобы он исчез, но из горла вырывается лишь сдавленный стон. В отчаянии я открываю глаза, вглядываюсь в темноту. Алекс смеется, и этот звук разрывает тишину. Моя шея будто трещит под его хваткой, боль пронзает остро и невыносимо. Зрачки мечутся, пытаясь найти его лицо в кромешной тьме, но его нет — только рука, которая сжимает все сильнее, и ощущение, что смерть уже рядом.
Слезы катятся по щекам, рыдания сдавливают грудь. «Пожалуйста...» — хочу умолять его, но слова застревают в горле. И тут я вижу его — длинное лезвие ножа, блестящее в темноте. Оно движется ко мне, и я кричу, брыкаюсь, пытаюсь оттолкнуть его. «Пожалуйста, не делай этого, Алекс!» — но нож уже разрезает воздух, приближается к моему горлу.
Глаза распахиваются от ужаса, губы застывают в беззвучном крике. Лезвие вонзается в мою шею, разрывает плоть, и я... просыпаюсь.
Распахнув глаза, я инстинктивно хватаюсь за горло, словно пытаясь убедиться, что оно цело. Внутри все еще давит тяжесть, будто я действительно задыхалась. Во рту сухо, горло саднит, как будто я кричала или долго не могла дышать. Ледяной рукой прикасаюсь к груди — сердце колотится так, будто я только что убегала от смерти.
Черт, что это вообще было?
Постепенно туман в голове рассеивается, и я понимаю, что лежу на диване, все еще в лифчике и джинсах. Великолепно.
Со стоном переворачиваюсь на живот и утыкаюсь лицом в подушку, которая все еще влажная от пота. В голове прокручиваются обрывки кошмара. Фотографии с мертвым Дэвидом, новости о третьем трупе, этот проклятый серийный убийца — конечно, мой мозг устроил мне такой сюрприз. Но что действительно не дает покоя — это Алекс. Он был в моем сне. Или это был не он?
Поворачиваю голову и смотрю в окно. Солнечный свет мягко льется в комнату, но он не может разогнать холод, который остался внутри. Перед тем как нож коснулся моей шеи, я успела разглядеть лицо. Это был не Алекс. Я чувствовала его запах, слышала его голос, но лицо... лицо принадлежало кому-то другому. Монстру. И эта улыбка — широкая, зловещая, — от одной мысли о ней по коже бегут мурашки.
Я закрываю глаза, пытаясь отогнать образ, но он будто врезался в память. Кто бы это ни был, он знал, как вселить в меня ужас. И, кажется, у него это отлично получилось. Надо бы прислушаться к Генри и постараться отвлечься от всей этой чертовщины, иначе мне снова придется пить успокоительные лекарства.
Я убираю руку с дивана и нащупываю на полу букетик цветов. Поднимаю его, но лепестки уже поникли, потеряв свою свежесть. С легкой грустью кладу их обратно и провожу пальцами по экрану смартфона. Щурясь от яркого света, смотрю на время и не могу поверить своим глазам — 12:47.
— Называется, закрыла глаза на минуту, — ворчу себе под нос, с трудом принимая тот факт, что проспала больше четырнадцати часов.
Через час я уже хожу по комнате, собирая разбросанную грязную одежду. К голым пяткам прилипает мелкий мусор, будто намекая, что пора бы уже заняться уборкой. И я берусь за дело.
После долгой и тщательной уборки я стою перед зеркалом, завернутая в полотенце, и разглядываю свое отражение. Большие голубые глаза, которые я унаследовала от мамы, смотрят на меня. Иногда мне кажется, что это она смотрит на меня по ту сторону зеркала. Мы с ней так похожи: светло-русые волосы, вздернутый нос, пухлые губы, мягкие черты лица и чистая кожа. Даже фигура у меня такая же, как у нее.
Бабушка как-то рассказывала, что у мамы было множество поклонников, но она влюбилась в парня с ужасным характером, который при первой встрече назвал ее уродиной. Мама ударила его, а он... влюбился. С тех пор они не расставались. Прямо как в тех мелодрамах, которые я часто смотрела с братом — Уилл обожает романтику.
Я провожу рукой по влажным волосам, удивляясь, как быстро они отросли за последний год. Кончики уже достают до пупка.
Вдруг раздается звонок в дверь.
Я замираю, широко раскрыв глаза, и пытаюсь сообразить, кто это может быть. Генри не беспокоит меня по выходным, Дансия никогда не приходит без предупреждения. Больше никого на ум не приходит. Я быстро натягиваю одежду — если это убийца, то пусть уж застанет меня одетой. От этой мысли я даже смеюсь. Убийца вряд ли станет звонить в дверь. Хотя... кто знает? Может, он хочет проверить, есть ли кто-то дома.
Господи, почему все мои мысли снова возвращаются к негативу? Неужели мне так не повезет, чтобы убийца случайно выбрал именно мою квартиру?
Звонок раздается снова, и я на ходу натягиваю топ, направляясь к двери. Прежде чем открыть, заглядываю в глазок. Мои брови взлетают вверх от удивления, но я быстро собираюсь, надевая маску безразличия, и выхожу в подъезд. Клянусь, я ожидала увидеть кого угодно, но только не его.
Алекс стоит передо мной, расправляет плечи и дарит мне свою дружелюбную улыбку.
— Привет, соседка, — говорит он, но его взгляд скользит по моим мокрым волосам, и улыбка медленно исчезает. — Надеюсь, не помешал? — его голос звучит тише, теряя прежнюю легкость.
В голове все еще свежи воспоминания о ночном кошмаре, где он играл не самую приятную роль. Внутри меня бурлят смешанные чувства, но я стараюсь взять себя в руки. Это всего лишь сон, а я слишком впечатлительная. К тому же мне интересно, зачем он пришел.
Я аккуратно прикрываю дверь и прислоняюсь к ней спиной. Холод поверхности заставляет меня вздрогнуть, и Алекс замечает это. Его глаза, изучающие мое тело, темнеют.
— Все в порядке, — отвечаю я, стараясь прогнать неловкость. — Ты что-то хотел?
Алекс скрещивает руки на груди, и мой взгляд невольно задерживается на его плечах, обтянутых черной футболкой. В повседневной одежде он выглядит куда привлекательнее, чем в строгом костюме.
— Во-первых, хочу извиниться за то, что повел себя как полный придурок, — начинает он, и я не могу сдержать улыбку, хотя стараюсь выглядеть невозмутимой. Да, я назвала его придурком, и теперь мне немного стыдно. Алекс заинтересованно смотрит на меня, в его глазах появляются искорки. — Во-вторых, я хочу пригласить тебя на свидание. Сегодня.
Чего?
Я приподнимаю брови, не зная, как реагировать.
— Свидание? — переспрашиваю с недоумением. — Почему я? Мы же почти не знакомы.
Алекс пожимает плечами, как будто в этом нет ничего странного.
— Да, но ужин в ресторане — отличная возможность узнать друг друга получше, — с мальчишеской ухмылкой говорит он и неловко проводит рукой по волосам. — Не хочу показаться старомодным, но я предпочитаю живое общение переписке в мессенджерах.
Я улыбаюсь, мысленно соглашаясь с ним. Если выбирать между общением в интернете и реальной встречей, я, конечно, выберу второе. Но мне все еще сложно понять, хочу ли я идти на свидание с Алексом. Смотрю ему в глаза, и в голове вдруг всплывают слова Генри о том, что мне не помешает развеяться.
Почему бы и нет? Весь год я только и делала, что избегала мужчин, опасаясь проблем. А за последнюю неделю на меня свалилось столько всего, что было бы неплохо немного отвлечься, подышать свежим воздухом и отпустить свои страхи. Алекс, конечно, кажется немного странным, но он точно не похож на наркомана.
— Ладно, — сдаюсь я, и Алекс с явным облегчением выдыхает. Но я спешу внести ясность. — Только один ужин, Алекс.
Он согласно кивает.
— Хорошо, тогда я зайду за тобой в восемь, — говорит он довольным тоном, и от его обжигающего взгляда мои щеки вспыхивают.
Теперь, когда я согласилась, внутри меня что-то сопротивляется, словно я иду на это свидание не по своей воле. Возможно, это просто страх перед неизвестностью. Черт, я просто надеюсь, что сегодняшний вечер поможет мне расслабиться. О большем я не прошу.
Алекс собирается уйти, но я, вспомнив кое-что важное, останавливаю его.
— Ты не женат? — спрашиваю я.
В ожидании ответа мое сердце замирает. Алекс оборачивается и смотрит на меня серьезно.
— Я бы никогда не пригласил девушку на свидание, будь у меня жена, — отвечает он, и от стальной уверенности в его голосе внутреннее напряжение начинает отступать.