Глава 2
Марк не помнил, сколько просидел над телом Виктора, но, когда начал моросить дождь, он решил направиться в сторону леса. Жить откровенно не хотелось. Он никогда не встречал человека, который бы настолько его понимал. Надо было раньше бежать. Но куда? По возвращении в город их бы ждала уголовная ответственность. Скитаться по глухим деревням в постоянном бегстве? Такая вот жизнь?
Но что ему делать сейчас? Может тоже умереть?
Пару дней продолжались скитания Марка по лесу. У него не было цели. Он шёл, чтобы идти. Чтобы забыть кошмар, который случился с ним и его товарищами.
Облокотившись о ствол сосны, он без сил опустился на землю. Заходящее солнце оранжевыми лучами просачивалось между высокими деревьями и ложилось на покрытую сосновыми иглами почву. Ловя тепло уходящего дня, на поваленном дереве грелась ящерка. Марк пошарился за пазухой и достал блокнот с карандашом. Быстрыми штрихами он успел зарисовать её силуэт, пока ящерица не спряталась в коре.
Ветер перелистнул страницы скетчбука на портреты ребят. К глазам снова подступили слёзы. Марк листал свой блокнот и плакал.
Ночь незаметно окутала лес. Снова пора идти. Опёршись о ствол дерева, Марк собрался подняться. Он повернул голову, и сердце ушло в пятки. Рядом с ним, всего в нескольких сантиметрах, стоял Дух и смотрел в сторону, где несколько мгновений назад скрылось за горизонтом солнце. Плащ скрывал его тело, а на голове красовалась маска в виде солнца. Два отверстия для глаз светились белым светом.
Резким движением дух повернул голову на Марка. Внутри всё похолодело. Свет от глаз духа становился ближе, пока не поглотил окружающее Марка пространство и его самого.
Марк открыл глаза. Темно. Где он?
- Очнулся? - раздалось из пустоты.
Марк вздрогнул и приподнялся с постели.
- Кто вы? - спросил он.
- Не бойся, сынок, я лесник.
Легче от этой информации не стало.
- Солдат? – спросил лесник.
- Не знаю.
- Как это, не знаешь?
- Мой отряд разгромили, кажется, я единственный выжил.
- Всё воюют, - задумчиво ответил лесник.
По голосу можно было судить, что человек перед Марком далеко не молод. Постепенно Марк различил в темноте силуэт собеседника. Он сидел за столом у кровати и смотрел в окно. Тусклый свет освещал его морщинистое лицо и длинную густую бороду.
- А вы чего не спите? - спросил Марк.
- За духами наблюдаю.
- Там духи?
- Проходят, бывает, мимо дома.
Марк вспомнил свой сон и духа в маске солнца. Или это был не сон?
- А вам не страшно?
- Страшно? А чего их бояться? Духи людям никогда не вредили.
Возвращаться Марк не хотел, поэтому остался жить у лесника в хижине, с его, конечно, позволения. Дед был не против. Давно он с живыми людьми не общался.
- Дед, а как ты здесь оказался?
- Ты давай это, дрова коли бодрее, а то зимой от холода помрём.
- Слушаюсь!
- А оказался я здесь, когда жену мою убили, за то, что она отказалась на фронт ехать. Врачом она была. Хорошим очень. Вся деревня её любила. Гостинцы носили, когда выздоравливали после её врачевания. Должны были вместе бежать, да опоздали. Ещё сынишка у нас был маленький. Ему всего три было, когда её застрелили. Как подрос, так и сбежал из этой глуши в город. Непослушный вырос сильно. Будь его матушка жива, он бы к ней прислушался.
Марк не ожидал услышать настолько наполненный драматизмом рассказ. Он предполагал, что история будет о том, что деда не устраивала людская суета, вот он и перебрался в эту глухомань. Даже ответить на его рассказ нечего, любая фраза будет выглядеть неуместно. Но лесник спас Марка от тяжких раздумий, сказав:
- Как дрова доколешь, воды натаскай. Родник вон за теми тремя соснами, - указал лесник на три, явно выделявшихся по размеру и высоте дерева.
Добравшись до деревьев, ненароком вспомнилась пословица: "В трёх соснах заблудился". Марк коснулся толстенной коры, покрытой мхом, и задрал голову вверх. Ствол уходил высоко в небо. Не обладая топографическим кретинизмом, Марк не понимал тех людей, которым тяжело ориентироваться в новой местности.
Прямо за соснами находился склон, внизу которого расположился родник. Похож он был больше на обычный ручей, но вода, стекавшая по камням, действительно выглядела кристально чистой.
Заполнив оба железных вёдра водой, Марк забрался на склон. Вот только леса, откуда он пришёл не было. Поле простиралось до самого горизонта. Он обернулся - и склон с родником пропали. Лишь три сосны возвышались среди бескрайнего поля. Их громадные кроны плавно шевелились от слабого ветра.
Марк осмотрелся. Под ногами золотистое поле, по которому гулял ветер, над головой светило солнце и безмятежно плыли рваные облака. Однако тревога росла.
Снова обернувшись к соснам, Марк и их там не нашёл. Он начинал понимать закономерность. Но исчезать больше нечему. И терять ему, собственно, тоже нечего. Поэтому он снова отвернулся и повернулся. Вздрогнув от неожиданности, он обнаружил на месте сосен Духа, того самого, в маске в виде солнца.
Дух смотрел на Марка, отчего у него мурашки пробежались по телу.
Если он сейчас отвернётся и повернётся, Дух исчезнет? Или приблизится? Что ему вообще нужно?
- Могу я спросить? - начал Марк, не имея ни малейшего понятия, о том, понимают ли духи человеческую речь.
Словно призрак, плывя по земле, Дух начал стремительно приближаться.
- Эй, подожди! - испугался Марк и закрыл лицо руками.
Когда он открыл глаза, то никакого Духа уже не было. Лес тоже вернулся на прежнее место. Крутясь вокруг своей оси, Марк убедился, что лес больше никуда пропадать не собирается. Он поднял вёдра с водой и направился в сторону своего нового жилища. Сделав несколько шагов, он резко обернулся. Хотел застать духа врасплох, но никого не обнаружил. И всё равно, идя к хижине, Марк ощущал на себе чей-то взгляд.
- Где тебя носило столько времени? В трёх соснах заблудился?
- "Не поверите, но да," – хотел ответить Марк, но подумал, что рассказывать о случившемся – так себе идея.
- Заплутал немного, - ответил он.
- Духи, видать, пошутили, - усмехнулся дед. - Значит, не понравился ты им.
Марк только вздохнул.
- Или понравился, ха-ха! Сколько не наблюдал, не понимаю я их.
- А с вами такое уже было?
- Что было?
- Ну, что духи подшучивали?
- Конечно было! Как-то раз тоска по жене одолела. Сразу показалось, что услышал её смех. Ну, я, дурак, и пошёл за ним. Вышел на лужайку с фиолетовыми колокольчиками. Её любимые цветы. Что творят, а?