Глава 17
Глава 17.
- Так ты говоришь, она с поверхности? – усмехается друг Данта, тыча в меня своей вилкой.
- Представь себе, Малфос, представь себе, - отвечает ему мой спутник с явным довольством в голосе.
Уже около двух часов я прохлаждаюсь с Принцем Ада и его старым товарищем в странном месте, который Дант назвал клубом. После того, как он забрал меня из комнаты (в которую я уже страх как хочу вернуться), демон провёл меня по бесчисленному количеству коридоров, пока, в конце концов, мы не оказались около огромной, железной двери с ручками в виде поющих сирен. За ней скрывался целый мир – помещение, в котором играла музыка и топились демоны. Одни пили коктейли за тяжёлой, дубовой барной стойкой, другие, так же, как мы, сидели за круглыми столиками и разговаривали. Но никто из присутствующих не танцевал, хотя атмосфера здесь довольно подходящая и мрачная: ни тебе центрального освещения, ни светильников, только блуждающие огни разных цветов и вечно мигающий стробоскоп, выдающий такие световые импульсы, что моя голова уже разрывалась на части. Друг Данта оказался ещё более вульгарным и вызывающим, чем мой новый знакомый (если такое вообще можно себе представить). Он не обладал ни чувством такта в разговоре, ни стиля – его золотая рубашка, вся расшитая мелкими стразами, и такие же кожаные брюки говорили о многом. Демон представился Малфосом, и обращался исключительно к Данталиану, делая вид, что я – не более, чем вещь или домашний питомец. Первые минуты пребывания здесь меня это страшно возмутило и разозлило, сейчас же я просто мечтала вернуться в комнату и стянуть с себя этот наряд а-ля «я готова на всё». Но понимая невозможность осуществления желания и уже изрядно заскучав, я принимаюсь рассматривать окружающих. Демоны здесь обладали исключительно человеческой внешностью, никого похожего на тварей Первого круга. Возможно, все они принадлежали к Высшим рангам и имели какие-либо привилегии. Интересно, что в этом месте находятся и души – они подают напитки, уносят еду и протирают столы. В общем, являются обслуживающим персоналом. Внимательно следя за общением одной такой души молодого мужчины и демона в расстёгнутой, ярко-оранжевой рубашке, я делаю вывод, что им не грубят и их не обзывают. Странно, какое же на самом деле они занимают место в этой странной иерархии Девятого круга?
- Дея, ты ведь видела, как ваш мир разрушился? – ворвался в моё сознание хриплый бас Данта.
Вернув своё внимание двум демонам, которые сейчас смотрели на меня с нескрываемым ожиданием, я киваю.
- И как это было? – впервые за всё время, обращается ко мне Малфос.
Как это было? Ужасно. Страшно. Больно. Но разве им это интересно?
- Не хотела бы пережить это ещё раз, - уклончиво отвечаю я, надеясь, что они не станут расспрашивать меня обо всём в деталях.
- Это и дураку ясно, но что конкретно было? – опираясь на стол руками, продолжает «копать» он.
Я вздыхаю. Апокалипсис – последняя тема, которую я бы хотела обсуждать.
- Цунами, землетрясения, - перечисляю я, невольно вспоминая упавший прямо перед мной рекламный щит. – Люди кричали и бежали, а потом сильно изменились и озлобились.
- Озлобились? – щурится Малфос.
Мне показалось, или в его голосе мелькают нотки веселья?
- Ничего смешного в этом нет, - отрезаю я, наплевав на все последствия, которые могу получить после этих слов. – Люди превратились в животных, потому что теперь там приходится драться за каждый кусок хлеба. Вы здесь развлекаетесь, заливаете в себя дорогое пойло, помыкаете душами, держа их за рабов, а там, наверху, есть только жизнь и смерть. Не найдёшь поесть – покойник, зазеваешься – тебя убьют за куртку, что на твоих плечах, ведь даже такие простые вещи стали настоящей роскошью. Нет ничего весёлого в том, что человечество погибает.
Брови демонов взлетели вверх, а лица стали непроницаемыми, как гранит. Дант буровит меня взглядом, а Малфос вдруг резко роняет ладонь на глянцевую столешницу.
- Вот, это я понимаю – настоящая дочь человеческая. Тебе следует взять её с собой на Бал Хозяина, Дант, - расцветает в улыбке он.
- Без тебя разберусь, - ворчит Принц, складывая губы в тонкую линию. Ему мой выпад явно пришёлся не по душе.
- Ох, я слышал, это будет грандиозное событие, - продолжает Малфос, делая вид, что не заметил грубости друга. Или он и правду не придал ей значения?
Бал Хозяина? О чём они говорят?
- Там будет весь бомонд, да? Брось, Дант, ты наверняка знаешь подробности.
Чувствуя выгоду своего положения, Его Высочество, наконец-то, переводит свой пристальный взгляд на уже не на шутку воодушевлённого демона и скрещивает руки на груди.
- Может быть и так, - лукаво отвечает он, сверкая кровавыми глазами. – Я знаю, что прежде Отец не устраивал таких торжеств. Или, во всяком случае, последний раз нечто подобное было очень и очень давно.
Буквально прекратив дышать, я вслушиваюсь в его слова. Кусочки пазла резко встают на свои места – очевидно, что падших покажут всем именно на этом балу, и это мой единственный шанс не только вытащить всех нас отсюда, но и поговорить о будущем Не изначальных.
- Там будет нечто особенное, верно? – не унимается Малфос, стараясь как можно скорее прожевать свой стейк.
- О, даа. Особенное – мягко сказано.
Смех Данта вызывает мурашки по коже, но не от удовольствия, а от страха. Уверенна, этот ледяной и при этом прекрасный тембр способен до чёртиков напугать даже самого заядлого серийного убийцу. К нам подплывает официант и забирает пустые тарелки Малфоса. Когда же он уходит, демон наклоняется к Принцу и шепчет так тихо, что даже я едва могу различить его слова.
- Я слышал, в плену Хозяина падший сын Ириила. Это так?
Моё сердце пропускает удар, а ладони потеют, ведь речь заходит конкретно о Анаэле. Дант сверлит взглядом пространство перед собой, а затем решает ответить.
- Да, этот ангелок едва не разрушил свою камеру, пришлось ослабить его и изрядно усилить охрану.
Что?!
- Что значит «ослабить»? – буквально прочитав мои мысли, изрекает Малфос.
Дант равнодушно пожимает плечами.
- Пустить немного крови, а то больно силён.
Господь Всемогущий! Эти придурки его изранили и бросили умирать в одной из темниц дворца! Ужас охватывает сердце, вкалывая в него свои ледяные иголки. Одна за другой они поражают глубже и глубже, пока моё дыхание не становится таким прерывистым, что это привлекает внимание демонов.
- Смотри-ка, а девчушка то какая впечатлительная попалась! – хохочет Малфос, улыбаясь во все тридцать два зуба. – Уж и о крови нельзя упомянуть.
Глаза Данта преобразуются в узкие щели.
- Да, и вправду, - задумчиво говорит он, прожигая на мне дыру.
«Он догадался», - вопит внутренний голос, и в ушах растекается противный звон. Теперь Дант явно знает, что мы с Анаэлем связаны, моя реакция меня же и выдала. Какая же ты дура, Дея! Нельзя было показывать ему свои чувства!
Пока Малфос что-то без умолку тараторит, Принц не отрывает от меня своего пристального взгляда. Одна за другой, в его глазах вспыхивают и затухают искорки догадок и предположений, а цепи событий соединяются в одну единую и стройную картинку.
- Извини, Малфос, - внезапно встаёт он из-за стола. – Нам пора.
Шумно сглатывая, я следую его примеру. Страшно представить, что он сейчас со мной сделает, когда мы окажемся наедине. Моя голова начинает кружиться, и ноги предательски подводят, подкашиваясь на ровном месте. Видя моё состояние, демон подходит и берет мою руку, оборачивая её вокруг своего локтя.
- Ещё увидимся. – кивает он другу, и, подталкивая меня, направляется к выходу, оставляя Малфоса сидеть с явным недоумением на лице.
Я едва иду, с каждым шагом всё больше и больше боясь расправы, которую может учинить этот демон по прибытию в мои покои. Было огромной ошибкой показать, пусть даже так косвенно, свою связь с Анаэлем. Теперь вряд ли я смогу получить приглашение на этот Бал и спасти своих друзей. Какой же я бываю растяпой! Как можно было уничтожить свой последний шанс на спасение?
Мысленно ругая себя изо всех сил, я даже не замечаю, как мы подходим к двери в комнату, пока Дант не открывает её перед мной. Я зажмуриваю глаза и вхожу, представляя, как он прижимает меня к стене за горло и требует объяснений. Но, вместо этого, Принц проходит мимо и снова легко опускается в большое, роскошное кресло недалеко от кровати. Медальон - звезда на шее поблёскивает в свете окна, привлекая на себя всё внимание.
- Иногда Малфос утомляет меня своим желанием поговорить, - закрывая глаза и откидывая голову на мягкую обивку, говорит он. – Прошу, Дея, сядь и не стой у меня над душой.
Над душой? У него она разве есть? Преодолевая откуда-то взявшийся паралич, я присаживаюсь на изящный, металлический стул рядом с ним, всё ещё опасаясь предстоящего расспроса.
- Он довольно милый, - отвечаю я и тут же удивляюсь своим словам. Демон милый? Серьёзно?
Похоже, что удивление настигло не только меня одну, ведь Дант резко поднимает бровь.
- Милый? Кому как, - усмехается он. – Хотя мне не нравится, что именно его ты считаешь милым.
Теперь настала моя очередь поднимать бровь.
- Ты не знакомил меня с другими, а сама я демонов больше не знаю, так что сравнивать не с кем.
- А как же я? – внезапно спрашивает он, открывая глаза и серьёзно уставившись на меня.
Что?
- Эм,..- шок заставляет губы неметь, а слова превращаться в кашу. – Ты мог бы оказаться куда хуже.
«Молодец! Будто оскорбила!», - кричит всё внутри, и я едва удерживаюсь от того, чтобы крепко зажмуриться от досады.
Дант отрывает голову от кресла и подаётся вперед, прямо ко мне.
- Ты красива, Дея, - мягко, но при этом холодно выдаёт он. – Я ценю это качество едва ли не выше других.
Едва сдерживаясь от ехидного «в самом деле?», я прикусываю нижнюю губу.
- И ты – человек, - продолжает он. – Это многое значит.
- В каком смысле? – хмурюсь я, не понимая, в какую сторону клонит этот любитель прекрасного.
Дант слегка улыбается и одним движением придвигает кресло ко мне, на столько сокращая между нами расстояние, что мне приходится вжать колени прямо в стул, чтобы случайно не коснуться его. Учащённое биение сердца начинает заглушать другие звуки, а тревога ледяной водой окатывает с ног до головы. Зачем он пододвинулся так близко?
- Видишь ли, ты – мечта любого демона, потому что живых людей здесь обычно не сыскать, а только вы можете помочь нам в одном очень и очень нелёгком деле.
Я нервно сглатываю, боясь даже предположить, что он задумал.
- Я не понимаю тебя, - надломленным голосом шепчу я.
- Конечно не понимаешь, - кивает он и берет меня за руку, словно наслаждаясь моим страхом и желая ещё больше усилить его. – Ты уже знаешь. Что я – Принц этого места, и как принц, я, к моему величайшему сожалению, не имею права покидать Преисподнею. Путешествовать по Кругам – пожалуйста, но не подниматься в мир людей. Этого лишены все Высшие, исключая лишь несколько демонов, занимающих особые должности. Время от времени законы моего Отца нарушаются, ведь мы, как и все существа, желаем продолжить свой род, усилить кровь, ведь рождённые демоны куда сильнее созданных. Печаль заключается в том, что для этого нам подходят только человеческие дочери, ведь наши демоницы бесплодны.
Не знаю, в какой из моментов его рассказа моё сердце резко остановилось и холодный пот ручьём побежал по спине, но мозг явно отказывается обрабатывать услышанное, а уж тем более устанавливать причинно-следственные связи и догадываться, что он от меня хочет. Хотя, на уровне интуиции, я уже знала продолжение.
- Так вот, я хочу, чтобы ты стала моей спутницей, Дея, для вас – людей – это как стать женой, супругами. Любовь и прочая ерунда – это лишь сказки, есть влечение и страсть, а ты определённо и влечёшь меня, и разжигаешь огонь, ведь как я уже говорил, люблю окружать себя красотой.
В комнате повисла оглушающая тишина. Пустота, словно Чёрная дыра, поглотила моё сознание, опутав своими сетями каждый уголок разума. Слова никак не хотели собираться в связные мысли, в голове царил настоящий хаос. Кем-кем стать? Его ЖЕНОЙ? Точно ли это он сказал? Ей Богу, лучше бы он душил меня, прижимая к стене и расспрашивая о Анаэле, чем это!
Заметив мою полную растерянность, демон сжимает губы.
- Понимаю, тебе нужно время на решение, - кивает он, вставая с широкого стула. – Я даю тебе срок до завтрашнего вечера, ведь именно тогда состоится Бал моего Отца, где я хотел бы объявить всем о том, что ты остаёшься со мной. Естественно, при таком раскладе, ты должна быть там и затмевать своей красотой всех присутствующих, в чём, я лично, не сомневаюсь.
С этими словами, Дант целует мою руку и направляется к выходу. Провожая его взглядом, я всё ещё пытаюсь справиться со своим изумлением, пожиравшим всё внутри. Внезапно, он останавливается прямо в проходе и плавно оборачивается.
- Я достаточно щедр, Дея, надеюсь, ты заметила это. Не каждый дал бы тебе право выбора, не говоря уже о времени на раздумья. К слову, ты останешься здесь только на правах моей жены, в противном случае мне придётся отправить тебя в Огненную Пучину, но я искренни надеюсь, что ты не заставишь меня пойти на это.
Подобно ножу, голос Данта резал воздух, оставив после себя тяжесть и леденящий душу холод. Демон изящно кланяется и скрывается за дверью, заперев её снаружи, оставив меня в полном одиночестве.
Чувствуя себя куклой, которая только и умеет, что моргать и хлопать ресницами, я на протяжении длительного времени вглядываюсь в то место, где он исчез.
«Ещё неизвестно, кому при таком раскладе повезло больше – парням в темнице или тебе здесь» - растекается противный шепот внутри, оставляя после себя липкий след в душе.
Я всхлипываю. Невероятно, этот Адский Принц хочет, чтобы я стала его... женой? Это даже звучит нереально, и уж точно не поддаётся объяснению. Хотя нет, как раз объяснение у этого предложения вполне разумное, вот только если бы не одно «но» - я не хочу иметь общих детей с демоном!
Именно эта мысль и выводит меня из состояние полнейшего оцепенения. Вскочив со стула как ошпаренная, я начинаю нарезать круги по спальне. Что этот парень творит?! Он хочет, чтобы я осталась навсегда здесь и растила ему малышей-демонят? Он серьёзно это что ли?
Мысли роем пчёл кружатся в голове, разрывая её изнутри. Лихорадочно стаскивая с себя золотые босоножки на шпильке, я запускаю одну туфлю в кровать, а другую прямо в дверь ванной комнаты. Ну это надо было же так вляпаться! Плюхаясь на кровать, я замечаю под рукой ещё один свёрток с одеждой – нежной пижамой из бежевого хлопка. Очевидно, что это рук Энни, видимо, она была здесь до того, как мы вернулись. Прекрасно! Теперь я избавлюсь от этого осточертевшего платья!
Схватив пижаму, иду прямиков в ванную и с характерным хлопком закрываю за собой дверь. Уставшие, полные шока карие глаза смотрят на меня из огромного, тяжёлого зеркала. Я упираюсь в раковину руками и включаю воду. Должен же быть хоть какой-то выход.
Щедро умывая лицо, я присаживаюсь на край белоснежной ванны и закрываю лицо руками. Мне необходимо успокоиться и придумать свой собственный план.
-Вдох-выдох, Дея, - шепчу я себе. – Пора навести порядок в хаосе твоей жизни.
Итак, что мы имеем? Заключённых в темнице друзей – это раз. Истерзанного Анаэля где-то там же – это два. Спятившего демона, который желает продолжать свой род за твой счёт – это три. И несколько часов времени на решение ситуации, ведь сейчас уже утро, иначе всем вам придёт конец – это четыре. Да уж, богатый набор.
Сама мысль принять сделку сразу же становится мне противна, и я хочу откинуть её как можно дальше. Но если я откажусь, то не успею и сказать пары слов, как уже окажусь в... Огненной Пучине? Ведь именно так он её называл? Мои знания о Аде не столь обширны, но даже я слышала о яме, в которую бросают неугодных на верную смерть. И какой толк тогда от меня будет? Я не помогу ни парням, ни Анаэлю, и не выполню план Рафаила. Проклятье! Неужели придётся соглашаться?
Пристально смотрю на себя в зеркало.
- Если ты этого не сделаешь, то подставишь всех, - вслух говорю я. – Похоже, тебе придётся сыграть с ним в эту игру.
«Сыграть или пожертвовать?» - внезапно вмешивается внутренний голос.
Жертва. Для того, чтобы покинуть Девятый круг нужно, чтобы кто-то поставил жизни других выше своей собственной. Рафаил говорил, чтобы я не думала об этом, знал ли он тогда, что именно мне выпадет эта роль?
Тяжёлый груз, словно металлическое покрывало, ложится на мои плечи. Перед глазами стеной встаёт взгляд Араима, который он мне отправил перед тем, как их увели. Он понимал, что ничего не может сделать, но всё же угрожал и сыпал Принца проклятьями, приказывая тому не трогать меня. Боже, мне бы хоть каплю его храбрости! Сознание тут же рисует живые картинки того, как сейчас мои друзья сидят, прикованные к стене, как в фильмах о Средневековье, а рядом с ними висит распятый ангел с чёрными крыльями, истекающий кровью. Только не это!
Мотая головой из стороны в сторону, я стараюсь прогнать видения. Не время доводить себя, нужно принять решение. Да, пусть план Рафаила и звучит нереально, и я очень сомневаюсь, что Люцифер вообще со мной заговорит, но всё же я должна попасть на Бал, а если что-то пойдёт не так, то попробовать освободить Анаэля и падших собственными силами, изрядно подпортив их демоническую вечеринку. Очевидно, что после меня не оставят в живых, но это хоть какой-то шанс вернуть всем свободу, ведь они здесь оказались из-за меня.
Но что же будет с Аври после всего этого? Остаётся надеяться, что Рафаил выполнит своё обещание и вытащит их из этого кошмара, а Инафэль не оставит одну и позаботиться о ней. Крупная капля падает на мою руку, и я с удивлением понимаю, что она моя. Одна мысль о том, что Аври вырастет без меня и будет вынуждена выживать самостоятельно, разбивает сердце на миллион мелких осколков, а на его месте разрастается огромная, зияющая с
«Нет. Я не буду больше плакать». – думаю я, сжимая кулаки, и встаю, смотря на своё отражение. Никто больше не заставит меня реветь от беспомощности.
Решено. Я приму предложение Данта, пойду на это чёртов, в прямом смысле, Бал Сатаны и сделаю всё, что от меня зависит – возможное и нет, но попробую вытащить их отсюда даже если для этого придётся заплатить своей жизнью.