24 глава
Дорога была долгой и утомительной, но Сара держалась. Её сжигало ожидание, тревога разрывала изнутри, но она не позволяла себе расклеиться. Кира вела машину молча, будто понимала — лишние слова сейчас только больнее. Они ехали к матери Киры — женщине, чьё знание древней японской магии было последней надеждой узнать, как вернуть Тео из ада.
Дом был спрятан в горах, окружён соснами и прохладным воздухом. Когда дверь открылась, мать Киры встретила их спокойно. Она казалась такой же непоколебимой, как сама природа вокруг неё.
— Я знала, что ты придёшь, — сказала она дочери, а потом перевела взгляд на Сару. — А ты — та, кто готова пройти сквозь ад ради того, кого любит.
Сара не ответила. Только кивнула.
Они провели в доме два дня. Два дня, наполненных шёпотом свитков, горечью настоявшегося зелёного чая и запахом сандала. Мать Киры показала им древние записи, хранившиеся в её семье веками. Она рассказала, что человек, попавший в духовную тюрьму — личный ад — может быть вытащен только в момент, когда его душа начнёт откликаться на зов того, кто по-настоящему связан с ним. Связь должна быть прочной. Чистой. Настоящей.
— Ты должна быть готова, — сказала она Саре перед их отъездом. — Потому что он не вернётся прежним. Ад ломает. И только любовь может склеить осколки.
---
Через два дня они вернулись в Бейкон Хиллс. Было уже темно, когда Сара с Кирой вошли в дом. Свет в гостиной горел, и там их ждали: Фрея, Бонни, Давина и Кол.
Сара едва успела снять куртку, как Фрея заговорила:
— Пока вас не было, мы тоже не сидели без дела. И мы нашли, как можно уничтожить Люсьена.
Сара насторожилась.
— Что?
Бонни шагнула вперёд.
— Он стал тем, кем стал, благодаря древней магии и проклятию крови. Обычным оружием его не убить.
— Только древним, — подхватила Фрея. — Таким, что само рождено из силы природы и способно разорвать бессмертие. Мы говорим о Красной иве.
— Это дерево растёт только в Японии, — добавила Давина. — Его сердцевина насыщена энергией, способной уничтожать тех, кто был создан магией.
Кира сделала шаг вперёд, и впервые за день в её голосе прозвучала уверенность:
— Я могу поехать. Это моя страна. Я знаю язык, обычаи, я смогу найти нужное место.
Кол хмыкнул:
— Ты точно не поедешь одна.
— Я с вами, — отозвалась Давина, почти мгновенно. — Магия будет необходима, чтобы распознать настоящее дерево. Я хочу помочь.
Он взглянул на неё и молча кивнул, даже не пытаясь спорить.
Сара смотрела на них, ощущая, как в груди пульсирует смесь надежды и тревоги.
— А мне что делать?
Фрея подошла ближе.
— Тебе ждать. И готовиться. В момент, когда Люсьен будет смертельно ранен, откроется дверь. Ты должна быть здесь. Чтобы звать Тео. Чтобы вернуть его.
Сара опустила взгляд. В горле стоял ком.
— Хорошо, — сказала она тихо. — Я подожду.
Но внутри у неё уже росла буря.
Потому что она знала — как только все уедут, начнётся самая мучительная часть: молчание. Ожидание. И постоянная борьба со страхом, что она может не успеть.
---
Аэропорт был серым и шумным, как будто мир вокруг не знал, что для Сары сейчас всё рушится. Она стояла рядом с Кирой, Колом и Давиной, стараясь удержать спокойствие. Прощание было близко, а вместе с ним — пустота, которая уже начинала медленно сжимать сердце.
Кол впервые выглядел серьёзным, почти напряжённым. Он держал взгляд на Саре дольше обычного.
— У нас получится, Сар, — сказал он мягко, — просто подожди немного. Мы найдём Красную иву и вернём его. Ты должна в это верить.
Кира, всегда спокойная и уравновешенная, обняла Сару крепко, по-сестрински.
— Он тебе нужен, и он это чувствует. Но ты должна остаться сильной, даже если страшно.
Давина обняла её последней.
— Мы вернёмся, — тихо шепнула она. — И ты тоже не сдавайся. Ради него. Ради всех.
Когда они ушли к выходу на посадку, Сара осталась одна, глядя вслед. В груди стало холодно, словно с ними ушёл кусок её самого сердца.
---
Дверь дома тихо щёлкнула за её спиной. Внутри было непривычно пусто. Ни шорохов, ни голосов. Лишь Клаус сидел в кресле у окна, задумчиво глядя на её усталое лицо.
— Нам нужно уехать, — сказал он спокойно, не тратя время на вступления.
— Что? — удивилась она. — Куда?
— Хейли уезжает в Новый Орлеан. Скоро полнолуние, и ей нужно быть под защитой своей бабушки. Я не могу рисковать Хоуп. Ребекка увозит её в Мистик Фолс. Там будет безопаснее. И я... присоединюсь на время. Провожу их.
Сара едва успела переварить сказанное, как подошёл Элайджа.
— Я тоже уезжаю. На время. — Его голос был всё такой же спокойный и благородный. — Кэтрин... предложила мне уехать вместе. Я чувствую, что мне нужно отдохнуть от всего этого. Хотя бы на пару дней.
— Значит… вы все... все уходите? — спросила Сара, и голос её предательски дрогнул.
Элайджа посмотрел на неё с мягкой грустью.
— Ты сильная, Сара. Ты справишься. Это не навсегда.
Но в тот момент всё ощущалось иначе. Дом, полный смеха, разговоров, шагов, теперь казался пустым до звона. Даже стены дышали одиночеством.
---
Позже, оставшись одна, Сара спустилась на кухню. Поставила чайник, но так и не заварила чай. Просто села за стол, обхватив себя руками, будто это могло согреть.
Она достала телефон, открыла галерею — и наткнулась на фото с Тео. Его улыбка, её взгляд, их руки, почти невинно переплетённые. Они были счастливы. Пусть недолго, но искренне.
— Прости, — прошептала она в пустоту. — Я не успела тебе сказать...
Слёзы падали на экран, размывая картинку. Сара закрыла глаза, прижала телефон к груди.
Даже новые друзья не смогли заполнить пустоту, которую оставил Тео.
Он стал её светом в чужом городе. И даже если всё было слишком быстро — она поняла. Полюбила.
И сейчас она осталась одна. Совсем одна.