38.
*** Лиане 19 лет ***
Осознание того, кто стоит за всем этим бьёт мне прямо под дых. А еще все воспоминания из прошлой жизни вернулись ко мне. Да, теперь я знаю, что брат никогда не любил меня. Но разве я в чем-то виновата? Мои губы изгибаются в злом оскале, мои карие глаза горят ненавистью. Но так же быстро как и разгорелась эта ненависть к нему, так же резко и потухла, когда печаль окутала меня. Тот, кого я любила больше всех на свете, убил меня. Мой брат. Мой самый близкий человек. Он — мой убийца.
— Тебе плохо, поганка? Я разбил тебе сердечко? Хочешь меня убить еще сильнее? — тихо смеётся мужчина, мягко поглаживая меня по волосам. Поганка... Он всегда называл меня так из-за моей очень бледной кожи. Я всегда чувствовала любовь в этом прозвище. По моим щекам ручьями текут слезы, и я не в силах их остановить.
— Всё... Всё было ложью? — из-за нахлынувших эмоций, я могу только шептать. Мои руки трясутся, голова болит, но я не обращаю на это внимание. Душевная боль сильнее. Мое разбитое сердце кровоточит сильнее, чем любое ножевое ранение, — пожалуйста... Брат... — я цепляюсь за его костюм, словно за спасательный круг. Я готова унижаться, лишь бы услышать, что это все злая шутка. Готова на все, что угодно, лишь бы услышать, что он меня любит, — ты же врешь? Скажи, что да! Я умоляю... Я же люблю тебя... — я прижимаюсь головой к его груди, слушая его спокойное сердцебиение. Я буду унижаться перед ним, лишь бы он сказал, что любит меня.
— Какая ты жалкая... Мне даже противно, — но не смотря на грубые слова, он нежно проводит свободной ладонью по моим волосам. А я снова вспоминаю, как мы сидим на кровати в его комнате, кушаем какие-то чипсы, пьем газировку и обсуждаем ошибки убийц в фильме. Вспоминаю, как он нежно взъерошивает мои волосы и шутливо пихает локтем в бок, насмехаясь над моей грустью из-за смерти любимого персонажа.
Роман хватает меня за волосы и поворачивает мою голову в сторону небольшого окошка. Мои глаза расширяются от ужаса. На траве возле оконного проема расползается небольшая лужица крови. Шелли радостно улыбается, наблюдая за мучениями моих друзей. Билли хмурится, прижимая руку к своему боку, из которого не переставая хлещет кровь от огнестрельного ранения. Сидни обнимает обмякшее тело Татум, плача во весь голос. Из уголка рта рыжей медленной струйкой стекает кровь. Гейл пытается остановить кровотечение из ран Дьюи, который, по-видимому, потерял сознание. А Стю... Стю стоит на коленях перед Браун, опустив голову вниз. На его руке я замечаю рану от пули, которая прошла на вылет. Видимо, Мэйхер схватил меня тогда за щиколотку, пытаясь спасти, и его подстрелили.
— Как тебе зрелище, поганка? Нравится? А мы ведь еще даже не начали, — Уолтер весело смеётся, вставая прямо и таща меня за волосы ближе к окну, чтобы я получше все рассмотрела, — в этот раз мы подготовились лучше. Мы купили пистолеты и бронежилеты. В прошлую нашу встречу я забыл учесть этот момент. Но, знаешь, так даже интереснее. Гейл, сильнее зажимай раны! Ты же не хочешь, чтобы он умер от кровотечения? — мужчина насмехается над женщиной, которая ещё чуть-чуть и заплачет. Журналистка хватает пистолет Дьюи и целится в Бриджера, — выстрелишь, и мозги этой девчонки полетят во все стороны, — мой брат приставляет дуло пистолета к моему виску. И могу поклясться, что он хитро щурится.
— Не смей, Гейл! — рычит Стю, слегка повернув голову в ее сторону. Его желваки играют на скулах, а голубые глаза горят злобой.
— Да, не смей, Гейл, — хихикает куратор, — смотри, кровь льётся. Интересно, сколько он сможет еще продержаться? — ее самодовольная ухмылка взращивает во мне желание подорвать этот дом к чертям собачьим. Уэзерс откидывает пистолет куда-то в сторону Сидни и снова зажимает раны Райли старшего.
— Где третий? — я делаю глубокий вдох, пытаясь выровнить свой дрожащий голос. Мужчина хмыкает и поднимает меня на ноги резким движением, — это Сара?
— Пойдем познакомлю вас, — он грубо тащит меня за запястье в дом. У двери в подвал стоит миниатюрная фигура в черном костюме и в маске на лице. Девушка с безразличием крутит пистолет в руке, напевая мелодию себе под нос, — готова? — человек даже не смотрит на нас, лишь слегка кивает, открывая дверь вниз. Роман толкает меня вперед, держа на прицеле. Я медленно спускаюсь к Шелли, а двое убийц идут за мной следом.
Когда мы встаём рядом с куратором, Уолтер обнимает меня за шею и подставляет пистолет к моей щеке. Я вздрагиваю и вскрикиваю от страха, когда девушка под маской без раздумий стреляет в бедро Стю. Сам парень рычит от боли и заваливается на бок, не в силах больше стоять на коленях. «Незнакомка» стягивает с себя маску и блондинистые волосы падают на хрупкие плечи. Честно говоря, никто и не удивился, увидев ее. Теперь все взгляды, полные ненависти, направлены на Сару, но она даже не обращает внимание. Она брезгливо морщится, рассматривая раны людей, которые здесь собрались. Бифри подносит ладонь к носу, пытаясь спастись от запаха крови.
— Хотите немного поиграть? Или уже будем закругляться? — без особого интереса спрашивает Роман, ему явно наскучила игра. Мужчина прячет пистолет в кармане костюма и достаёт оттуда нож. Металл опасно блестит у меня перед лицом. Играющим движением он проводит остриём по моей щеке, делая неглубокий порез. Я морщусь от боли, но стоически терплю, — Сара, забери пистолет Дьюи, — соседка кивает и осматривает внимательно комнату, но оружия нигде нет. Сидни выставляет пистолет вперёд перед собой и стреляет, попадая прямо в ногу Бифри. Убийцы не успевают опомниться, как раздаётся следующий выстрел. Только уже в другую девушку. Но я не обращаю на это внимание. Все мое внимание концентрируется на одном: на ноже в моем животе, — чувствуешь дежавю? Даже если я умру, то ты уйдёшь со мной.
— Принцесса! — кричит Стю, бодро вскакивая на ноги, уже не замечая боль от своих ран. Я касаюсь бордового развода и не могу сдержать усмешки. Да, как я и думала. Все мои сны кричали, что я умру. И я действительно умру. Шелли приходит в себя первая и стреляет в Мэйхера, попадая в живот. Гейл ловким движением выхватывает пистолет Браун и упирается дулом ей в лоб.
— Любишь Романа? А он тебя? Даст ли он тебе умереть? — зло рычит женщина. Ее серые глаза блестят от слез, а руки слегка трясутся. Я слышу смешок Уолтера, а потом боль. Он вытаскивает нож из моего живота и повторно вонзает его. Ноги перестают слушаться меня, и мне приходится приложить усилия, чтобы продолжить стоять.
Что ж, теперь я не уверена какая боль сильнее: душевная или физическая. Краем глаза я замечаю, как Билли помогает Прескотт покинуть подвал через небольшое окошко. Это означает, что Сидни сможет позвать на помощь. Я слегка наклоняю голову, и Стю пользуется этим положением, ударяя кулаком прямо в нос Романа. Мужчина мычит и рефлекторно отшатывается назад, отпуская нож. Я падаю в объятия парня, понимая, что еще чуть-чуть и потеряю сознание.
Мэйхер помогает мне сесть у стены рядом с Татум и Дьюи, когда разносится еще один выстрел. Голубоглазый вздрагивает и падает на меня. На белой футболке на спине расползается бордовое пятно. Комната наполняется какофонией звуков, но меня они мало волнуют. Я обнимаю парня за шею и перебираю пальчиками синие волосы. Слез нет, как и страха. Я давно готовила себя к этому дню. Внутри меня лишь пустота. Я мягко обхватываю его за подбородок, заставляя посмотреть на меня. Голубые глаза стекленеют, а губы растягиваются в подобии грустной улыбки. Я нежно касаюсь его губ своими, оставляя невесомый поцелуй. Прощальный поцелуй.
— Умрем в один день? Романтично... — хрипит парень, пытаясь сфокусировать свой взгляд на моих глазах. Я криво улыбаюсь, а через секунду понимаю, что все мое тело вздрагивает из-за беззвучных рыданий. Перед глазами стоит пелена слез, не давая ясно разглядеть в последний раз лицо Стю.
— Стю! Нам нужна помощь! Ещё не время умирать! — зло кричит Билли, пытаясь отвести дуло пистолет подальше от себя и нас. Он, несмотря на свои раны, пытается бороться дальше. Его белая футболка пропиталась кровью, а лицо побледнело из-за сильного кровотечения. Гейл же стоит за спиной Шелли и держит на мушке Сару, не позволяя той двинуться с места. Мэйхер кряхтит и поднимается на ноги, хмурясь из-за боли в спине. Я протягиваю ему кухонный нож, который валялся рядом со мной.
Когда голубоглазый уходит на помощь другу, я ползу к Дьюи, намереваясь его привести в чувства. Я сильно бью мужчину по щеке ладонью, но когда он продолжает не подавать признаки жизни, я хватаю его за грудки и хорошенько встряхиваю.
— Давай, Дьюи... Ты не можешь продолжать спать! Не сейчас, — еще одна звонкая пощёчину, и я встречаюсь взглядом с карими глазами. Я облегченно выдыхаю и не сильно бью его по щекам, окончательно приводя в чувства. Полицейский мычит и приподнимается на здоровой руке, затуманенным взглядом оценивая ситуацию вокруг себя.
— Татум... — шепчет Райли со слезами на глазах смотря на свою сестру. Я сжимаю губы в тонкую линию, испытывая зависть. Дьюи любит и заботится о своей семье. Для него нет никого дороже рыжей. И я бесспорно завидую этому.
— Она еще дышит... Я прослежу за ней, но, пожалуйста, помоги ребятам... Продержись чуть-чуть, Сидни побежала за помощью... — мужчина кивает и смахивает одинокую слезинку. Он еле поднимается на свои ноги и ковыляет к убийцам.
Я мычу от боли, когда ползу к своей подруге. Нож в животе не дает мне свободу в движениях, но и вытаскивать его я не спешу, чтобы не потерять слишком много крови. Из последних сил я добираюсь к Райли и кладу ее голову себе на колени, мягко перебирая рыжие волосы. Татум дышит, хоть и очень слабо. На ее груди расползается кровь от ранения. Мой лучший друг падает на пол, хватаясь за свое горло. Он пытается зажать рану ладонями, но уже через несколько мгновений перестает. В одиннадцать часов вечера умирает Билли из-за перерезанной глотки. Но не только он лишается в эту ночь жизни. Оглушающий выстрел и Сара падает замертво на пол из-за пули во лбу. Ее мозги и кровь «украшают» серые стены подвала.
Из-за того что Лумис больше не отводил дуло пистолета, Роман целится в меня и стреляет мне в грудь. Это решающий выстрел. Мое сердце перестаёт биться, а глаза закатываются. Я так и не узнаю, кто выживет в эту ночь. Я так и не узнаю, что будет со Стю.
***
Противный писк аппарата жизнеобеспечения, запах хлорки. Все мне это до ужаса знакомо. Я в больнице, а это значит, что я жива. Но разве я могла остаться в живых после пули в грудь? Мне приходится собрать все свои силы, чтобы открыть глаза. Чёрные, длинные волосы спадают с плеч, бледная кожа. Мне не составляет труда сложить дважды два, чтобы понять. Я выжила, но не в мире фильма «Крик», а в своем настоящем мире. Глаза застилает пелена слез, а с губ срывается истеричный, хриплый смех, доставляя адскую боль в районе груди и живота. Мне больно, но я не могу перестать смеяться и плакать. Все это было лишь моим сном! Это было не взаправду! Мой мозг решил поиздеваться надо мной! Лучше бы я действительно умерла, нежели испытывала сейчас такой спектр эмоций. Но если это все было моим больным воображением, то почему я чувствовала боль?
— Катрина... — я узнаю женский голос, который не слышала девятнадцать лет. Хотя сложно судить сколько я его не слышала, учитывая то, что все это было лишь моим воображением, — ты очнулась... Я так тебя люблю, мое солнышко... Больше никто тебя не обидит... — женщина аккуратно сжимает мою руку, словно я могу сломаться. Из ее голубых, как у Стю, глаз скатываются слезы.
— Что с братом? — я надеюсь на положительный ответ, но не из-за теплых чувств к своему родственнику. Я хочу узнать, было ли это все сном или правдой. Моя мама сжимает рот рукой, заглушая всхлипы.
— Умер... — хрипит женщина. Ах, значит я никогда не узнаю, что же это было. Как мне теперь жить в этом мире? Как мне смотреть в глаза родителей, если я уже не считаю их таковыми? Что я вообще должна делать? Пытаться делать вид, что все в порядке? Что я не общалась с героями фильма? Может, я вообще сошла с ума? Но никто мне не ответит на мои вопросы.
Вот и подошел к концу этот фанфик. Хочу немного с вами поговорить о нем. Сначала у меня был другой сюжет в голове. Лиана должна была остаться в Вудсборо после первого нападения. Я планировала раскрыть, как все герои переживают ту ночь и потерю своего друга, показать, как раскрываются отношения Стю и его принцессы. Но у меня начало пропадать желание писать, и соавтор предложил, чтобы гг переехала. Чтобы она встретилась с друзьями уже в колледже. В самом колледже я планировала сделать больше романтических взаимодействий Лианы и Билли, но что-то пошло не так. Честно говоря, я хотела сделать убийцами Сэма и Сару (у них даже фамилии говорящие. Джелос - ревнивый, Бифри - быть свободной), но из-за ваших теорий, я начала думать над этим сильнее, каждый раз комбинирую новое трио. Я не планировала делать Шелли убийцей (она должна была быть первой жертвой). Потом я захотела ее сделать такой же попаданкой. Но в итоге решила оставить Романа. Теперь давайте поговорим о финале. Или точнее о разных финалах, которые я планировала. 1) я хотела сделать счастливый финал, где у всех все хорошо. 2) открытый финал. Сидни должна была стоять у нескольких могил, но не раскрывать у каких. 3) плохой финал. Вы его и видите в концовке. Спасибо, что читали этот фф, за комментарии.
Но мы с вами не прощаемся. Я выложила первую главу нового фф про Билли. Жду вас там! https://www.wattpad.com/1451948059?utm_source=ios&utm_medium=link&utm_content=share_writing&wp_page=create_on_publish&wp_uname=1yngen1