Солёное солнце

С меня хватит! Хватит сидеть и бояться! Хватит закрывать глаза на все выходки этого тупого аристократишки!

Гермиона на всех парах неслась по коридору. Глаза затуманила злость, она часто дышала. Грейнджер больше напоминала разъяренного быка, нежели самую прилежную ученицу школы. Время позднее, поэтому в коридорах почти никого не было. На встречу Гермионе попались только два гриффиндорца, которые немного припозднились и спешили в свою гостиную.

Весь день после злополучной вечеринки девушка не выходила из своей комнаты. Показываться на людях не хотелось. Но больше всего Гермиона боялась встретить Драко или Рона.

Ноги уже начали уставать, но девушка не сбавляла шаг. В одной руке у неё была волшебная палочка, а в другой маленькая записка, которую она недавно получила. Скользнув по лестнице вниз, гриффиндорка завернула в сторону подземелий. Осталось немного до гостиной Слизерина, когда навстречу ей попался Грэхэм Причард. Девушка не обратила на него внимания, она вообще никого вокруг не замечала.

— Хей, красотка. Что это ты забыла у нас в столь поздний час? — слизеринец встал перед Гермионой, не давая ей пройти. Запах алкоголя ударил в нос девушки. Видимо, некоторые до сих пор продолжают вчерашний праздник.

— Уйди с дороги, я не к тебе пришла, — гриффиндорка не была настроена дружелюбно. Она оттолкнула парня и пошла дальше.

— Зачем спешить? Сегодня такой чудесный вечер, - он схватил её за мантию и потянул обратно. — Опять ты в этой уродской форме. Мне больше был по душе твой вчерашний наряд. Миленькое платье, — Причард рывком притянул её к себе, обнимая сзади за талию.

— Ты что себе позволяешь? — девушка опешила. Она явно не ожидала такого поворота. Гермиона никогда не общалась с Грэхэмом. Знала его имя, факультет, да и всё на этом.

— Грех отпускать девушку, которая сама пожаловала в мои объятия, — парень намотал её волосы на кулак и потянул их в сторону. Девушка вскрикнула от боли. Причард прильнул к её открытой шее своими губами, целуя и кусая нежную кожу. Другая рука пыталась задрать юбку.

— Прекрати! Кто-нибудь, помогите! Помогите! — девушка будто онемела от страха. Она кричала, но крик казался ей слишком тихим. Тело отказывалось слушаться, не в силах сопротивляться столь нежеланным ласкам. — Пожалуйста, отпусти меня, — шептала она сквозь слёзы.

— Отпустить? Ну-ну, дорогая, — парень наигранно надул губы. Он повернул её лицом к себе. — К чему бояться? Я не сделаю тебе ничего плохого. Если будешь послушной, тебе даже понравится, — с этими словами слизеринец продолжил блуждать руками по телу девушки. Слёзы полились с новой силой. Гермиона что есть мочи сжимала в руках палочку и клочок бумаги, не в состоянии сделать что-то большее. Грэхэм разжал её руки, содержимое упало на пол, палочка покатилась к стене. Парень двинулся в ту же сторону, прижимая беззащитную девушку к холодному камню.

И вдруг щелчок в голове. Гермиона с нечеловеческой силой оттолкнула Причарда от себя, что тот едва устоял на ногах.

— Убирайся! Не смей меня трогать, грязный ублюдок! — Грейнджер кричала во всё горло. Её голос эхом пронёсся по коридорам подземелья.

— Какого хрена ты орешь, сука?! — резким движением парень накрыл её рот своей рукой. Другой он замахнулся и ударил девушку в живот. Она замычала. Из глаз посыпались искры, Гермиона согнулась пополам. От падения её удержал тот же слизеринец. — Не смей больше поднимать шумиху. Хочешь, чтобы к нам присоединились ещё несколько человек? Тебе нравится, когда тебя имеют несколько парней сразу? Ну так я могу это устроить. Но для начала, ты всё сделаешь для меня, для меня одного, — он шептал ей на ухо.

— Ты покажешь мне всё, что умеешь. Ты умеешь ублажать мужчин? А, грязнокровка? Этому не учат в глупых книжках, что ты вечно читаешь. Ну ничего, — он погладил её по щеке. — Я тебя научу.

Грэхэм сорвал с неё мантию и бросил в сторону. Белая рубашка, мгновение назад застёгнутая на все пуговицы, полетела вслед за ней. Горстка тех самых пуговиц с шумом упала на пол, потерявшись в тёмных коридорах ночного Хогвартса.

— Нет, пожалуйста, нет, — охрипшим голосом Гермиона умоляла парня остановиться. Она пыталась брыкаться, толкать его руками, но всё без толку. Причард был сильнее. Он походил на кота, загнавшего свою добычу в тупик. Он игрался с ней, растягивая удовольствие. Слизеринец никак не реагировал на мольбы девушки. Его голову затуманила слепая похоть. Он просто хотел её.

Грэхэм оторвал гриффиндорку от стены и толкнул в середину коридора. Обессилевшая Гермиона упала на колени, еле удержавшись руками, чтобы не свалиться полностью. Парень наклонился к ней и схватил за волосы.

— Если бы ты не сопротивлялась, всё было бы куда безболезненнее, знаешь? — обезумевший слизеринец повалил её на спину и навис сверху. От сильного удара головой о каменный пол всё перед глазами девушки поплыло.

— Нет, не надо, не надо, — Гермиона продолжала шептать, голос был еле слышим. Последнее, что она увидела, это какую-то тень, стоявшую прямо над ними. Потом она услышала глухой стук. И темнота.

***

Патрулирование коридоров, что может быть скучнее? Тем более прямо на следующий день после праздника. Драко с утра был сам не свой. Вчерашние события сказались на нём сильнее, чем ожидалось. Он бросил Гермиону. Бросил одну. Оставил стоять в коридоре, не в силах побороть себя. Не в силах признать свою слабость. Не в силах сопротивляться принципам, преследовавшим его всю жизнь. Драко испугался реакции своих друзей. Кто будет уважать его, если он позволит себе водиться со всякими грязно... магглорождёнными.

Мысли, сомнения, подобно рою пчёл, преследовали парня весь день, не давая отвлечься ни на минуту. Сегодня слизеринец был особенно молчалив. Даже друзья это заметили. Больше всего по этому поводу любила высказываться Паркинсон, обвиняя того в нехватке внимания.

Скажи спасибо, что оно у тебя вообще есть.

Из головы не уходила совсем другая девушка. Упрямая, глупая девчонка с уродски пышными волосами. С ужасно нескладной фигурой. И с отвратительно сладкими губами. Малфой невольно облизнул губы. Будто надеялся ещё раз почувствовать тот самый вкус. Вкус их медленного танца, их короткого слепого свидания. Конечно, его давно там нет. Перед глазами мелькал образ Гермионы в том самом платье. Как невыносимо хотелось коснуться её плеча. Как бы случайно опустить лямку платья. Потом вторую. Чтобы она игриво улыбнулась и взлохматила его светлые волосы, одарила своей улыбкой.

А потом мы бы поженились. У нас было бы трое детей. И жили бы мы долго и счастливо. Так? Так ты хочешь? Слащавый счастливый конец для двух безнадежно влюблённых? Да какая нахрен любовь? Какие чувства? Разве что обоюдная неприязнь. Опустись на землю. Она не достойна тебя. Она не сделает тебя счастливым. Никто не сделает.

От злости и отчаяния Драко ударил кулаком по стене. Паркинсон вскрикнула от неожиданности.

— Ты меня напугал! Совсем идиот? — лицо девушки немного побледнело.

Малфой проигнорировал её возгласы и пошёл дальше. Через минуту он остановился. Пэнси, со всех ног бежавшая за ним, врезалась в его спину.

— Ай, ты чего?

— Ты слышала? Кто-то кричал, вроде, — Драко смотрел вперёд. Все чувства ушли на второй план, парень сосредоточенно вслушивался в тишину.

— Что слышала? — Паркинсон смотрела в том же направлении, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть.

— Пошли, — слизеринец прибавил шаг. Недовольно замычав, девушка поспешила за ним. Тихий шёпот. Послышался громкий стук. Кто-то упал. Старосты остановились.

— Наверное, кто-то из наших опять напился и не может дойти до двери, — Паркинсон закатила глаза. Ничего не сказав, Малфой двинулся в сторону шума. Почему-то у него было плохое предчувствие. Иногда с ним бывало такое. Какое- то внутреннее ощущение, что происходит нечто плохое. Слизеринец напрягся, на всякий случай взяв палочку в руку.

Пройдя метров двадцать, он увидел нечто на полу. Подойдя ближе, слизеринец узнал Грэхэма. У парня давно было нездоровое пристрастие к алкоголю. Слизеринец не умел пить, но и прекращать не собирался. Поэтому староста был не особо удивлён, в очередной раз найдя того валяющимся на полу.

Под Грэхэмом лежала какая-то девушка и что-то тихо шептала. А Причард будто и не заметил незваных гостей. Малфой расслабился, даже чуть не засмеялся. Внутреннее чувство его подвело, это всего лишь грязные игры его одногруппников. Он уже хотел развернуться и уйти, не мешая двум «влюблённым», когда заметил на полу у своих ног галстук. Гриффиндорский галстук. Драко поднял находку и сделал ещё пару шагов. Из-под головы Причарда виднелась копна каштановых волос. Сердце ёкнуло, глаза налились кровью. Ассорти из страха, сожаления и чистой ярости пробежало по спине, молниеносно распространяясь по всему телу. Чья-то тонкая рука легла на плечо парня и потянула того назад.

— Ты чего тут встал, Драко? Не будем мешать брачным играм этих приматов. Пошли, — парень не слышал, что сказала Паркинсон. В два больших шага он преодолел расстояние до Грэхэма и схватил того за шиворот. Малфой швырнул его к стене, от чего тот ударился плечом и упал на пол.

— Какого хрена ты лезешь, Малфой?! — Причард встал и зло глянул на того, кто помешал его плану. — Мы вас тут не ждали. Проваливайте! Вы что, не видите, мы немного заняты, — парень игриво улыбнулся и снова двинулся к девушке, которая почти потеряла сознание и продолжала что-то шептать.

— Я тебя убью, сука! — Драко столкнул Грэхэма на пол и сел сверху. Он дубасил того по лицу, голове. Малфой не смотрел, куда бьёт, не думал, что делает сейчас и что будет делать дальше. Слизеринец просто хотел убить несостоявшегося насильника. Стереть в порошок. Сравнять с землёй. Возможно, он бы это и сделал, если бы не вмешалась Пэнси.

— Драко, стой! Что ты делаешь?! Зачем ты его бьешь? Стой! — она тянула парня за руки, но тот вырывался и наносил всё новые и новые удары своему противнику. Малфой не чувствовал усталости, не чувствовал боли. Только злость. Непередаваемую ярость.

Собрав все свои силы, Паркинсон скинула парня с Грэхэма. Драко быстро вскочил и уже снова хотел кинуться в бой, когда вспомнил про Грейнджер. Полуголая девушка лежала на холодном полу. Глаза были закрыты, но она продолжала в полубреду что-то шептать.
Слизеринец присел рядом. Теперь он услышал, что Гермиона просила Грэхэма остановиться. Она умоляла, а этот ублюдок и не думал прекращать. На руках и животе девушки красовались темно-фиолетовые синяки. Злость ещё одной волной накрыла парня, но тут же отступила. Он просто не мог оставить гриффиндорку одну. Не мог позволить ей пролежать в таком виде хотя бы ещё одну секунду.

Малфой положил её палочку в карман. Снял свою мантию и укутал в неё Грейнджер. Взяв бессознательное тело на руки, Драко широкими шагами пошёл к лестнице.

— Драко! Какого чёрта? Куда ты её несёшь? Драко! — но слизеринец и не думал останавливаться. У него была только одна цель, чтобы Гермиона была в безопасности. — Это всего лишь Грейнджер! — послышался отчаянный крик сзади.

Гермиона дрожала. Малфой всем телом чувствовал её непроизвольные подрагивания и пытался хоть как-то согреть. Он обнимал её крепче, со всей силы прижимая к себе. В руках блондина эта хрупкая девчушка казалась ещё меньше.

— Никто не тронет тебя. Слышишь? Больше никто и никогда не тронет тебя. Я убью любого. Я убью любого... ради тебя, — со лба скатывались капельки пота. Слова сами вырывались из уст, прежде чем слизеринец успевал обдумать их смысл. Но сейчас это казалось как никогда правильным. Именно сейчас. Именно эти слова и именно для неё. Только для неё.

Дойдя до гостиной старост, Малфой почти что прокричал пароль. Дама на картине настороженно глянула на пару, боясь что-то спросить. Но всё-таки она, не без опаски, конечно, открыла им дверь. Дорога до комнаты старосты девочек заняла всего лишь пару секунд. Драко осторожно уложил девушку на кровать, снял с неё верхнюю одежду, точнее то, что от неё осталось, и накрыл одеялом. Малфой убрал её волосы с лица и погладил по щеке. Сон девушки нельзя было назвать умиротворённым. Глаза за закрытыми веками бегали в разные стороны. Руки и ноги то и дело дёргались. А сама Грейнджер продолжала что-то беспокойно шептать.

В последний раз глянув на гриффиндорку, парень вышел за дверь и спустился по лестнице. Уже в гостиной старост он остановился. Нет. Не сегодня. Сегодня он не уйдет. Пусть все эти вопросы, непонимающие взгляды будут завтра. А сегодня он останется. Больше не станет повторять свои же ошибки. Сделает то, что хочет он сам. Останется с ней.
Малфой осторожно открыл дверь в комнату Гермионы. Та продолжала метаться в постели. Сняв с себя рубашку и ботинки, Драко лёг к ней под одеяло.

— Пожалуйста, спи спокойно. Я рядом. Я не уйду. Я буду с тобой, — слизеринец обнял её и поцеловал в лоб. Не прошло и пяти минут, как Грейнджер начала приходить в себя. Она больше не брыкалась, не звала на помощь и не плакала. Гермиона мирно спала, осторожно закинув руку на своего спасителя.

В голову Драко начали лезть всякие беспокойные мысли. Но он гнал все их прочь. На это ещё будет время. Завтра, послезавтра... да хоть когда. А сейчас ему так хорошо. Погладив девушку по талии, Малфой со спокойной душой закрыл глаза. Ещё минута, и измученное сознание парня провалилось в мир Морфея.