#НенавистьЛюбовь

– Забавно, да? – горько спросил Димка. – Богатые мрази развлекаются, как хотят. А менты со мной даже разговаривать не собираются. Покрывают.

– Держись, – тихо сказал я, крепко сжимая ручку кресла. А что я еще мог сказать? – Как Лиза?

– Еще не пришла в себя после операции. Но врачи говорят, прогноз положительный. Ее мать звонит мне и плачет в трубку. А я не знаю, что ей сказать. Объяснить, почему не защитил. Почему меня не было рядом. Чувствую себя жалким.

– Ты не жалкий, – возразил я.

– Из-за меня пострадала моя девушка! – с запалом выкрикнул он. – Да я просто жалкая мразь! Надо было послушать этого придурка на «Бентли»! Он же предупреждал! А я…

Димка замолчал. А я снова не знал, что сказать. Молчал и думал, что тоже жалкий. Вдвойне жалкий.

– О Даше позаботился? – спросил друг.

– Да. Жду самолет в аэропорту. Прилечу сегодня.

На этом мы попрощались – ему снова стала звонить мать Лизы.

Я опустил руку с телефоном на колено и прикрыл глаза. Ярость и страх внутри не давали возможности думать трезво. Кровь стучала в ушах, и не хватало дыхания. Мной овладел дикий страх. Мне не было так страшно, даже когда я прыгал с парашюта. Впервые в своей жизни я задумался над тем, что такое потерять близкого человека.

Минуты тянулись медленно – будто назло. В голове поселился отбойный молоток – казалось, сейчас череп треснет от боли. Я сидел в зале ожидания и ждал, ждал, ждал…

Мне казалось, что я виноват перед Димкой и Лизой. И я заранее винил себя за то, что поставил под удар любимого человека. При этом я не знал, что сделал не так. Следовал инструкции на фейсконтроле? Не дал Алану ударить себя? Защитил ту брюнетку? Проучил его за то, что посмел распускать руки?

Я зашел в одну из соцсетей, чтобы понять, проснулась ли Дашка или нет – нет, была офлайн со вчерашнего вечера. Зато почти тут же получил сообщение от Каролины:

«Привет! Может быть, у тебя найдется время для короткой встречи? У меня для тебя есть маленький подарок из Франции».

Я проигнорировал ее. Однако Каролина написала снова:

«Дан, мне кажется, или ты не хочешь встречаться со мной из-за своей девушки. Если так, то прости, пожалуйста».

Я даже не понял, за что она просит прощения. Просто написал:

«Не встретимся, потому что улетаю сегодня, рейс через четыре часа. Жду его».

Каролина написала мне что-то еще, но я не читал – вышел, чтобы не тратить заряд батареи.

Спустя час мне позвонил Савицкий. Я понятия не имел, что это он – просто увидел незнакомый номер с четырьмя семерками на конце и ответил.

– Что, приятель, доигрался? – услышал я его голос в трубке и сразу напрягся. А этому что надо?

– Савицкий, ты, что ли?

– Я. Рад, что узнал, для меня это честь, – отозвался он в глумливой манере.

– Что нужно? – отрывисто спросил я.

– А как ты думаешь?

Я не собирался играть с ним в загадки.

– Говори или иди на хрен.

– Какой грубый, – насмешливо ответил Савицкий. – Был бы более воспитанным мальчиком, глядишь, и проблем бы меньше было.

Я хотел уже отключиться, когда Влад вдруг выдал:

– Говорят, ты кое-кому перешел дорогу.

Я почувствовал ком в горле.

– Откуда инфа?

– Секретные источники, Матвеев, не выдают. Главное, что я вовремя узнал про тебя, твоего друга и Алана, – продолжал Савицкий. – Интересно получается. Честно говоря, мне плевать и на ту пострадавшую девушку, и на тебя, и на Алана – он тот еще кусок навоза. Но на Дарью мне не плевать.

Руки похолодели, а в «солнышке» что-то вспыхнуло, стоило ему произнести ее имя.

– И что ты хочешь? – сквозь зубы процедил я. От его мерзкого голосочка с растянутыми гласными тошнило.

– Хочу ее защитить. Ты же не сможешь. Так же, как и твой друг не смог защитить свою любовь, – отозвался Савицкий.

– Сам трубку положишь или все-таки послать? – осведомился я.

– На твоем месте я бы лучше послушал дальше, – ответил Влад. – Вообще-то, я звоню не просто так. Знаешь, не привык тратить время на всякую мелочь вроде тебя. Я звоню, потому что хочу защитить Дарью. Раз ты не смог, – добавил он. – Она в опасности. Из-за тебя, разумеется.

Я вцепился в телефон так, что казалось – еще чуть-чуть, и он треснет. Вцепился и молчал.

– Ты еще тут, Матвеев, со мной? Подай голос.

– Тут.

– Хорошая собачка, – развеселился Влад. – Так вот, предложение. Я помогаю тебе защитить Дарью. А ты… Ты кое-что делаешь для меня. Я звоню тебе, чтобы предложить сделку.

– Какую сделку? – хрипло спросил я.

– Тебе понравится. Выгодную, – пообещал Савицкий. – Тебе даже не придется особенно напрягаться. Конечно, ты снова можешь послать меня. Но сам подумай – временами ты бываешь умным. Сможешь ли ты сделать что-либо против такого человека, как наш общий друг Алан? Даже если ты будешь находиться рядом с Дарьей двадцать четыре часа в сутки, это не будет гарантировать ее безопасность. Алан, знаешь ли, мстительный. Но не дурак. Со мной он связываться не будет. Сечешь фишку? Кто выиграет в бою с овчаркой – побитая дворняжка или доберман?

И он рассмеялся – так понравилась ему собственная аллегория на псов.

– Что ты хочешь?

Я уже тогда знал, что Савицкий попросит нечто такое, что повернет мою жизнь на сто восемьдесят градусов. Он не стал бы напрягаться из-за ерунды.

– Узнаешь при встрече – люблю, знаешь ли, интриги.

– Я прилечу вечером. Встретимся в аэропорту, понял?

– Что за приказной тон, Матвеев? – Я представил, как при этих словах Савицкий морщится. Его манеры и ужимки раздражали меня больше всего.

– Какой есть. Это срочное дело, – ответил я резко, чувствуя непреодолимое желание начистить ему морду.

– Окей. Какой рейс? – Савицкий записал номер и добавил вальяжно: – Раз мы договорились о встрече, буду считать, что заочно получил согласие на нашу сделку. До встречи, песик.

– Стой. У меня просьба, – с трудом выдавил я, не давая ему отключиться.

– Говори.

– Присмотри за Дашей до того, как я прилечу.

Я смотрел на табло вылетов, но не мог разобрать ни буквы.

– Раз ты заранее дал согласие, я начинаю выполнять свою часть сделки прямо сейчас, – отозвался Савицкий. – Не беспокойся. Со мной Дарья точно будет в безопасности. Хорошего полета.

И он положил трубку, оставив меня сходить с ума в переполненном зале ожидания. Вокруг было много людей – но я не слышал и не видел их. Уши заложило ватой, перед глазами стояла пелена.

Я понимал, что может попросить Влад.

И я готов был сделать это. Понимал, что против Алана и его бабок я ничего не смогу сделать. Я был гордым, но не дураком. Мог рассчитать не только свои силы, но и силы противника – этому меня учили на тренировках.

Я сидел, сжимая голову руками и не понимая, как довел все до такой ситуации.

Я проиграл?

Когда-то, когда меня впервые отправили в нокаут, я пообещал себе, что никогда не сдамся. И тренировался с таким упорством, что с тех пор в нокауте оказывались только мои соперники.

– Молодой человек, с вами все хорошо? – услышал я чей-то голос и с недоумением повернул голову. Рядом со мной стояла какая-то пожилая женщина и участливо на меня смотрела.

– Все хорошо, спасибо, – ответил я и даже попытался улыбнуться.

– Если что-то болит, можно вызвать врача, – не отставала женщина.

– Врачи таким не занимаются, – вырвалось у меня против воли.

– А-а-а, дела сердечные? – догадалась она и потрепала меня по плечу. – Все будет хорошо. Не она, так другая. Ты мальчик красивый, видный, высокий, лицо волевое. Девчонки за тобой табунами, небось, бегают. Выберешь лучшую.

Я ничего не сказал в ответ – снова криво улыбнулся.

Тогда я окончательно понял, что ни одна другая мне как раз и не нужна. Дашка и есть лучшая. Единственная. Моя.

Дашка словно что-то чувствовала. Писала и звонила. Но я не выходил на связь и не поднимал трубку. Не мог. Все, на что меня хватило, – написать сообщение, что я занят на конференции. В том, что она в безопасности, я был уверен – друг сопровождал Дашку от дома до университета, а потом отзвонился.

Я прошел регистрацию одним из первых, сдал багаж и после предполетного досмотра отправился в зону вылета. Неожиданно, минут за десять до объявления вылета, мне позвонила Каролина.

– Где ты, Дан? – спросила она меня.

– В смысле? – не понял я. – В аэропорту. Жду посадку.

– Я поняла. Где именно ждешь? Я приехала и не вижу тебя.

Ее слова поставили меня в тупик.

– Не понял? – нахмурился я. – Зачем приехала?

– Друзья мы или нет? Я должна тебя увидеть. Я скучаю, Дан.

– Каролина, ты…

Договорить я не успел.

– Нашла! – воскликнула она радостно. И уже секунд через двадцать обнимала меня.

Я отстранился от нее, не понимая, что Каролина здесь делает. А она вместо ответа с улыбкой достала посадочный талон и паспорт.

– Ты с ума сошла? – прямо спросил я.

– Нет. Полечу с тобой.

– Сдавай билет.

Каролина махнула головой – так, что светлые волосы рассыпались по плечам.

– Дан, ты мой друг. Единственный настоящий друг. Тот, кому я доверяю, как себе. Во-первых, я хотела увидеть тебя и подарить подарок. Во-вторых, у тебя что-то случилось, раз ты так экстренно покидаешь конференцию. И я хочу знать что. Я хочу поддержать тебя, друг. Хочу быть рядом, когда тебе плохо.

Каролина жалобно заглянула мне в глаза.

– Не отталкивай меня. Когда мне было плохо, ты был рядом. Я хочу ответить тем же. Пожалуйста.

Сколько я ни убеждал Каролину, она не собиралась уходить – аргументы на нее не действовали. Я даже голос на нее повысил – не помогло. Она твердила, что мы друзья и должны помогать друг другу.

По «рукаву» к самолету мы шли вместе.

– Я же говорила, что все будет хорошо, – услышал я и обернулся. Рядом шагала та самая пожилая женщина, которая подходила ко мне. Оказывается, она летела тем же рейсом.

– Очень красивая пара. Действительно, выбрал лучшую.

Она не говорила ничего плохого, но я разозлился. Мне не хотелось, чтобы кто-то думал, будто мы с Каролиной пара. И я промолчал. Зато Каролина с улыбкой поблагодарила пожилую женщину.

Билеты у нас с Каролиной были на разные места. У меня – в середине самолета. У нее – в начале, но не в бизнес-классе, как я думал. Каролина договорилась с кем-то из пассажиров и поменялась местами, оказавшись рядом со мной.

– Все еще злишься? – коснулась она моей руки.

Наверное, раньше я бы злился. Но сейчас все остальные эмоции перебивал страх за Дашку.

– Как поняла, что я полечу этим рейсом? – только и спросил я

– Ты назвал время вылета. Найти рейс было делом техники, – пожала плечами Каролина. – Я боялась, что не успею. Очень хотела тебя увидеть, Дан.

Это был самый странный полет в моей жизни.

Десять тысяч метров над землей. Девятьсот километров в час. И один человек в голове.

Чем ближе самолет был к родному городу, тем хуже я себя чувствовал. Тревога не отпускала, страх бил наотмашь. Но я даже отключиться не мог – стоило закрыть глаза, как перед глазами появлялся образ Дашки – красивой, смеющейся, беззащитной. А потом слышался голос Димки – потерянный и тихий.

Если бы кто-то еще вчера сказал, что я буду надеяться на Савицкого, я бы рассмеялся. Но сегодня все поменялось.

– Дан, выпей воды, ты слишком бледный, – тихо сказала Каролина. Она попыталась узнать, что происходит, но, честно говоря, мне было не до разговоров, и она, поняв это, замолчала. Лишь сжала мое плечо.

– Не хочу. – Я бездумно смотрел в иллюминатор и думал о встрече с Савицким.

– Посадка будет через полчаса. Не переживай, пожалуйста. И что бы ни случилось, помни – я рядом. Зачем еще нужны друзья, если не для поддержки? – улыбнулась Каролина.

– Ты когда-нибудь боялась, что с твоим любимым человеком что-нибудь случится? – спросил вдруг я.

Каролина едва заметно вздохнула. И мне показалось, что в ее глазах вспыхнуло что-то странное, незнакомое. Так бывает, когда смотришь в ночное знакомое небо и понимаешь – этих звезд никогда раньше то ли не видел, то ли не замечал.

– Да. Всегда боюсь, – тихо сказала она. – Моего любимого нет со мной рядом. Но я часто думаю о нем. Все ли с ним в порядке? Хорошо ли он сегодня ел, как спал, улыбался ли? Что делал и… думал ли обо мне? И я боюсь, что он пострадает. Иногда мне снится, что он идет ко мне по веревочному мосту, украшенному голубыми и розовыми лентами. А я жду его, стоя у обрыва. Жду, когда он дойдет до меня. Хочу взять за руку, обнять, не отпускать больше. Но он… он останавливается посредине, смотрит на меня и улыбается.

– Почему ты не идешь к нему?

Мне было жаль, что в личной жизни Каролины все так запутанно. Будь она парнем, я бы потащил ее в бар и вправил мозги. Но она была девушкой, а у них всегда все казалось запутаннее и сложнее.

– Я иду. Но стоит мне сделать к нему несколько шагов, как налетает ветер, и мост разрушается. Мы вместе падаем в бездну, Дан. Каждый раз я просыпаюсь в холодном поту. И каждый раз я думаю – а вдруг с ним что-то случилось? Хочу написать ему, позвонить, спросить, но понимаю – не могу. Мы ведь… расстались.

– Ты все еще хочешь к нему вернуться? – спросил я.

– Не знаю, – дернула она плечом. – Правда, не знаю.

– Ты достойна кого-то лучшего, чем он. Заезженная фраза. Но я правда так думаю.

Она улыбнулась мне. Совсем невесело.

– Что же делать, если для меня кого-то более лучшего не существует? Знаю, я дура, не говори ничего. А почему ты задал мне этот вопрос? – вдруг спросила Каролина. – Боишься, что с Дашей что-то может случиться?

– Боюсь. Очень. Скоро сойду с ума.

Словно подтверждая мои слова, загорелся знак «Пристегнуть ремни», а голос капитана попросил занять всех свои места – мы входили в зону турбулентности. Трясло довольно ощутимо, несколько женщин начали паниковать, расплакался ребенок, а какой-то дедок из соседнего ряда суетливо перекрестился. В общем, атмосфера была не из приятных, хотя во мне жила уверенность, что с нами все будет отлично. Турбулентность – обычное дело.

Каролина тоже испугалась. Побледнела, как будто бы мы уже падали. Молча вцепилась в подлокотники и вжалась в спинку кресла.

– Все хорошо, ты чего? Скоро минуем эту зону, – пытался я успокоить ее, но получалось плохо. В какой-то момент она просто вцепилась мне в руку и не отпускала до самой посадки. Только тогда она пришла в себя и долго извинялась. А я просто махнул рукой – мыслями был с Дашкой.

Я забрал свой и багаж Каролины, и мы направились в зал прилета. Мне позвонил друг – тот, который был рядом с Дашкой. И сказал, что с ней все нормально – после университета она отправилась домой. А потом добавил, что на стоянке она разговаривала с темноволосым парнем на дорогой тачке. Я сразу узнал в этом парне Савицкого. А потом мне позвонил и он сам – сказал, что приехал и ждет меня у выхода.

– Тебе понравится наша сделка, – заявил веселым голосом Влад и сбросил вызов. Издевается, больной ублюдок. Для него все это – игра. А я с ума схожу.

Едва я сунул телефон в карман джинсов, как Каролина оступилась вдруг и чуть не упала. Я едва успел ее подхватить.

– Что с тобой? – спросил я. – Тебе плохо? Врача?

– Нет-нет, Дан, все хорошо. Наверное, давление упало резко, голова закружилась…. Прости, от меня одно беспокойство. Самый бесполезный на свете друг – это я, – горько сказала Каролина. – Зачем только за тобой увязалась.

– Все в порядке. Возьми меня под руку. Посажу тебя в такси. Ты у тети остановишься?

Каролина лишь кивнула и крепко в меня вцепилась. Мне оставалось вызвать машину.

Однако покинуть зал прилета не удалось – внезапно перед нами вырос Савицкий собственной неприятной персоной. Пиджак с закатанными рукавами, белая рубашка, дизайнерские джинсы, традиционно начищенные до блеска ботинки и взгляд как у бешеного пса. И куда девалось его веселье?

– А вот и ты, Матвеев – криво улыбнулся Влад. – Да не один, а со спутницей. Красивой.

Он уставился на Каролину, едва ли не раздевая ее глазами. Она нахмурилась. Будь я девушкой, мне бы тоже не понравился такой оценивающий взгляд.

– Мы с вами нигде не встречались? – спросил Савицкий.

– Нигде, – ответила Каролина. Ее голос, полминуты назад слабый и тихий, стал вдруг твердым.

Влад ухмыльнулся, а я шагнул вперед, закрывая ее спиной.

– Иди, Каролина, такси приехало, – сказал я, не оборачиваясь. – Мне нужно поговорить.

– А, может быть, я хочу, чтобы она не уходила, – рот Савицкого растянулся в мерзкой улыбке. – Посидим в кафе, пообщаемся. Мне так интересно, почему ты переживаешь об одной девушке, но время проводишь с другой. Ай-ай-ай. Как же так? А я думал, ты переживаешь за Дашеньку. Изо всех сил защищал ее сегодня от злого Алана.

– Каролина, иди.

– Нет, Каролина, останься.

– Я же сказал – иди! – рявкнул я.

– Тебе не кажется, что сегодня главный я? Останься, милая Каролина. Поболтаем.

– Можно, я сама решу, что мне делать? – раздраженно спросила Каролина и взяла меня под руку. – Я не оставлю тебя одного, Дан. Куда идем? – спросила она у Савицкого с вызовом.

– Люблю послушных девочек, – отозвался он и мотнул головой в сторону кафе. – Поговорим там.

– Она с нами не пойдет. Ты глухой? – вспылил я. Снова играет. Чувствует свою власть.

– Это ты глухой, – отозвался Савицкий. – Девушка сказала, что хочет пойти с нами. Так что или мы поболтаем втроем, или сделка не состоится, Матвеев.

И он первым направился в сторону кафе. Каролина закусила губу, странно на меня взглянула и, схватив ручку своего чемодана, пошла следом за Владом. Я тихо выругался. И мне не оставалось ничего другого, как идти следом за ними.

С брезгливым видом Савицкий уселся за ближайший стол и скрестил руки на груди. Я и Каролина опустились на диванчик напротив. Заказали кофе. Но никто к нему так и не притронулся.

– Не вмешивайся в это, уходи, – устало сказал я Каролине в который раз, хоть и знал, что она этого не сделает.

– Я не могу тебя бросить, – ответила она, глядя на Савицкого. Тот рассмеялся. Правда, бешенство из его глаз никуда не пропало.

– У тебя смелая подруга, Матвеев. И умная. Видимо, действительно хочет тебе помочь. Ну и Дарье, разумеется.

– Ближе к делу. Что за сделка? – спросил я, сдерживая себя, чтобы не нагрубить Владу.

– Есть мысли?

– Мы встретились, чтобы ты задавал мне вопросы, Савицкий?

– Почему бы и нет? – улыбнулся он, снова глядя на Каролину. – Нельзя сбрасывать со счетов чужую тупость. Ладно, о сделке – так о сделке. Сначала я хотел предложить тебе беспроигрышный вариант. Я защищаю Дашу и полностью беру на себя ответственность за ее безопасность. Гарантирую, что Алан ее и пальцем не тронет. А взамен ты… – Савицкий сделал паузу, явно смакуя момент. – Взамен ты всего лишь даешь ей свободу. Бросаешь. И нет, это не моя прихоть. Это восстановление справедливости – Дарья должна была быть моей. А ты абсолютно не вовремя вклинился между нами, Матвеев.

В его голосе был вызов. В моем молчании – ярость.