Глава 22. Гонка.
Изабелла
Я стояла с широко открытыми глазами, когда он заявил стать его девушкой... У меня возник вопрос, это правда или ложь?
Я боюсь довериться человеку после предательства Майка с Рони... Но мое сердце так трепещит от его заявления.
У меня есть к Николасу... непонятные чувства. Я еще не разобралась в этом, и мне нужно время.
— То есть... все, что ты устроил сегодня, было ради этого заявления? — спросила я, засмотревшись в его глаза.
— Да, — я была потрясена.
— Мне никогда не дарили такое... — удивилась я.
— Тогда я буду дарить тебе все. Каждый день, — я сложила губы в линию.
— Если я откажусь стать твоей девушкой? Отберешь все? Заставишь вернуть на меня потраченные деньги? — с усмешкой произнесла я. Как обычно, в моей жизни встречались обиженки, которые ноют при отказе чего-либо. Ухожеры, которые искали повод просто переспать, шли на разные способы, но ничего не увенчалось успехом. Лишь Майк находил способ привлечь мое внимание, заботился, поддерживал, но любил ли?
— Нет, — серьезно сказал он. — Все это ради тебя, Барашка. Чтобы твоя улыбка сияла ярче звёзд, и ослепляла мои глаза. И, чтобы у тебя было все, что ты хотела.
Почему-то мне опять вернулись чувства бабочек в животе... Но я не знаю что ему сказать в ответ... Мне нужно разобраться в себе, прежде. Изучить свои чувства к нему.
Ненависть? Была... А сейчас его нет. Нет намерений разозлить его специально. А если злить, то лишь в случаях наблюдать за его привлекательностью, когда он грозный.
Он не торопил меня сейчас... А когда Майк признавался, то быстрей хотел узнать мой ответ.
Я смотрела в его глаза, и буквально утопала... Мое сердце бешенно колотилось, во рту словно стало сухо. И мои губы соскучились по его губам вкусу лайма...
Его глаза опускаются к моим губам, и я только сейчас заметила, как облизываю их, почувствовав вкус металла. Я их искусала, стоя перед ним.
Его рука тянется к моим губам, и он вытерает кровь. Его властная и большая рука была такой нежной, когда прикоснулась моих губ.
— Так... что ты ответишь?
Да или нет... Нет или да... Хочу... Боюсь... Нравится... Не нравится...
— Отвечу через неделю, - быстро ответила я и что-то пожалела.
— Хорошо, через неделю, так через неделю. Я не буду тебя торопить, Барашка...
Сейчас из его уст это звучало так... нежно, приятно... Так уж и быть, он единственный, кто может меня так назвать.
— Тогда... хочешь поэкспериментировать свой новый мотоцикл? - спросил он и мои глаза загорелись огнем.
У меня есть собственный мотоцикл... И это компания моего... Ой... После он появляется перед моими глазами, и это были самые развратные фантазии...
Я мотаю головой, и улыбаюсь, как ни в чем не бывало... Простые девчаьи гормоны... На миг я забыла, что он сказал...
— Очень хочу, — улыбнулась я. Только вот что... или кого?
Он кивает, и пару людей в костюмах вышли в нашу сторону. Ник что-то шепчет одному из них, и я пересекаюсь с его взглядом. Таким странным и подозрительным. Но когда пересеклась со взглядом Ника, все стало спокойней.
— Это персонал этого небоскреба, — сказал Ник, и я киваю.
Николас
— Отвечу через неделю, — быстро ответила она. Но я должен ее понять... Мы познакомились не в подходящий момент.
— Хорошо, — глазами улыбнулся я, — Через неделю, так через неделю. Я не буду тебя торопить, Барашка...
Сейчас я был готов стать мороженым под жарким солнцем. У нее был такой взгляд, от чего растаяла бы Антрактида...
— Тогда... хочешь поэкспериментировать свой новый мотоцикл? — спросил я и ее глаза загорелись огнем... Стали еще ярче.
Она зависла, потом стала мотать головой, и улыбнулась... О чем она подумала?
— Очень хочу, — казалось она на время забыла что хотела.
Я кивает, и пару наших людей стали идти в нашу сторону. Один из них пришел в мою сторону. Обычный телохранитель отца не только в легальном, но и в мафии.
— Проконтролируй, чтобы никто не узнал о ней, — он посмотрел на нее, и я сжал челюсть. В миг я пожалел, что обратился именно к этому телохранителю. У Барашки был хмурый взгляд, и она перевела взгляд на меня...
Отец и Босс бойцовского клуба очень мерзкие ублюдки. Им лучше не знать о том, что у меня есть девушка. О том, что я в отношениях. Я забегаю наперед... Но факт остается фактом. Лишь, когда она в моей жизни, все вокруг для меня исчезает, испаряется. Оставляя в центре моего внимания ее.
— Это персонал этого небоскреба, — сказал я и подхожу к Барашке, она кивает и мы идём в сторону дороги.
Люди подготовили новый мотоцикл, и я несу в ее сторону мотошлем с ушками Дьявола. Она подходит для нее и для мотоцикла черного цвета.
— Давай надену, — улыбнулся я, и она позволяет. Поправив шлем, я пересекаюсь с ее глазами.
Потом с ее губами. Так хочу ее поцеловать...
Выдохнув, я достаю свою кожаную куртку с рисунком дракона на спине. В ней моя власть, авторитет. Когда у королей важным элементом является их золотая корона, у нашей пятерки была эта куртка с нашими псевдонимами в бойцовском клубе. По сути Уильям его не заслужил, но почему-то ходил в нем, по позволению Босса. Ну, окей.
Она посмотрела на куртку, после на меня.
— Зачем ты мне даёшь свою любимую куртку?
— А откуда ты знаешь, что она моя любимая? — подразнил ее.
— Ну-у. Все, кроме меня конечно, — добавляет она. — видят в тебе власть именно в этой куртке.
— И именно эта власть будет и у тебя, — она шокировано посмотрела на меня. — Сейчас будет холодно, — я накидываю на нее куртку, и помогаю надеть.
Она была безумно красивой в шлеме и в моей куртке.
— Тебе идет, — улыбнулся я, и она изящно изгибалась...
— Спасибо.
Я посмотрел на ее ноги. Она была в каблуках, и ей будет неудобно ездить на мотоцикле. Она тоже посмотрела на свои ноги, и сняла каблуки.
— Я не знала, что сегодня ты мне подаришь мотоцикл... Я могу и босиком.
— Нет, — говорю я, и поднимаю.
— Эй, — вскрикнула она, и я сажаю ее в машину.
— Ноги простудишь, — я посмотрел на ее маленькие ноги. — Какой у тебя размер?
— Тебе зачем?
— Сейчас люди быстро привезут кроссовки, — улыбнулся я.
— Эй, может не стоит? Мне как-то неловко принимать все...
— Без отговорок, — перебиваю я. Размер?
— Тридцать шестой... — я улыбнулся, и встал. Набрав номер персоналов бутиков, сообщил о черных кроссовок тридцать шестого размера и о нашем местоположении.
Их доставили за пятнадцать минут, и я уже нёс кроссовки и носочки Барашке.
— Вау, — удивилась она. — Спасибо... — она хотела их надеть сама, но я не позволил.
Я помог ей надеть, и завязал шнурки.
— Я не маленькая, — усмехнулась она, и я встаю.
— Но в моем присутствии это выглядит не так.
Она соглашается и мы идем в сторону мотоцикла. Подойдя ближе, мне в нос ударяет ее запах... Кажется я стану завимимым запахом манго.
Помогая ей сесть на мотоцикл, я сажусь и на свой, который только что пригнали.
— Я буду за тобой, — сказал я, и она закрывает глаза шлемом.
— Так неинтересно. Давай гонки?
— Я же выиграю тебя? — она умеет гонять, но я не хочу, чтобы она себе что-то повредила.
— А в этот раз нет, спорим? — протянула она руку. — Если выиграю я... — она стала думать. — Ты мне купишь подсветку для мотоцикла. Идет?
— Идет. Тогда, если выиграю я, ты меня поцелуешь?
— Высокие ставки, окей. Мне красная подсветка, если что, — мы пожали руки, и ударили кулачки.
Подозвав одного, он дает на сигнал подготовиться, и поднимает руки. Мы посмотрели друг на друга, и прозвучал громкий рев наших мотоциклов. Тот отпускает руки вниз, и мы начали гонку.
Ехали мы на одной полосе, одиниково. Она посмотрела в мою сторону, и пыталась обогнать. Я тоже не сдаюсь. Дорога была пустой, и у нас была огромная возможность обгонять друг друга.
Я поддаюсь, но это на время. Уж очень хочу ее поцеловать, и надо победить. Когда ее мотоцикл был впереди, она все еще не поверила на мою хитрость. Обычно, это был один из моих способов выиграть гонку.
Она тронулась вперед, и я опять добавляю скорость. Мне надо ее победить.
Изабелла
Мне кажется, или он поддается? Я еду впереди, и использовав этот момент тронулась вперёд. Было офигенное чувство, и через зеркало вижу Ника. Он опять прибавляет скорость.
Ему не хочется покупать мне подсветку, или он так сильно хочет поцеловать меня?.Ладно уж... Поцелую в честь благодарности, но выиграю гонку.
Еду на максимальной скорости. И вижу свой дом. А вот и наша финишная полоса. Сбавив скорость, останавливаюсь. Прошло секунды две, и он остановился.
Всего две секунды разницы, которые чувствовались как два часа.
— Я победила. Когда получу подсветку? — заиграла я бровями, сняв шлем.
— Завтра в университете, — я кивнула.
— Наклонись, пожалуйста, — хитро улыбнулась я. Если встать на носочки, я бы все равно до него не дотянулась бы. Он тоже ухмыльнулся.
Он наклонился, и я поцеловала его в щеку. Облом года.
— Это мои поздравления за твой проигрыш, — подмигнула я.
— Тогда поцелуй где-то в другом месте, и я сделаю тату, чтобы запомнить.
— Ой, не преувеличивай, — поправляя волосы. После посмотрела в окно. — Папа не спит... Беги, иначе получишь, — улыбнулась я и он кивнул.
Николас
— Тогда до встречи. Завтра принесу для тебя подсветку, — надеваю шлем снова. Так хочу зарыться в ее волосах, вдохнуть ее запах, и просто стоять в объятиях. Но понимаю, еще рано.
Еду в сторону особняка, и двери открываются. Не понимаю, почему сегодня решили собраться здесь.
Припарковав мотоцикл, захожу внутрь. Он был пустым, и мы здесь редко бываем. Чтобы лишний раз не привлекать внимание.
— Сюда иди, — раздается грубый голос отца в холле. Я остановился, и лишь перевел взгляд на его массивную спину. — Я сказал тебе подойти, — громче произнес он.
— А то что?
— Почему столько денег ушло с твоей карты? Куда ты, мать его, тратишь мои деньги?
— Во-первых, я сам заработал эти деньги, а во-вторых, тебя не должность касаться мои затраты.
— Ещё как должны касаться! В тебе течет моя кровь и мой род. Я имею полную власть над тобой. И ты не должен мне перечить.
— Закончил? Мне идти?
Но он еще не закончил. Повернувшись в мою сторону, я пересекаюсь с его глазами без ничего. В них нет ни любви, ни сострадания, ни человечности. Ничего.
— С какой девкой ты был сегодня? Какого черта ты с ней таскался вечь вечер?