31. Реалии.
«И даже мои ледяные,
Плавились от твоих лучезарно-голубых.»
— Какими бы красивыми, начитанными, умными, милыми не были другие, моё сердце принадлежит тебе на века. Ты резко пришла и доказала, что в моей жизни есть свет, но так же резко и ушла доказав, что вспышка была последней. Я хочу ощущать твоё дыхание и крепко прижимать тебя к себе пока ты спишь. Ты узнаешь правду, но мы не встретимся даже там. Я буду жариться в котле, а ты, надеюсь, райское дитя. — говорю я у её могилы, позабыв о ливне, который разбавляет мои слёзы.
Раньше, плакал только один раз в год, когда приходил на могилы к бабушке, дедушке и брату. Сейчас я потерян. Она была смыслом моей жизни. Теперь я лишился смысла своей жизни.
Я не знаю как смириться и жить дальше. Я вновь потерял всё. Всё, что было дорого. Всё, чем дорожил. Всё, что заставляло жить. И в этот раз, мне никто не сможет помочь.
Наш последний поцелуй стал анонсом вечной зимы в моём теле. Я лишён продолжения, никакой весны или лета, даже тоскливая осень обойдёт меня стороной, в моих костях уже выстроена зима. Зима, без единого луча солнца. Холод, тьма, ведь единственным моим лучиком была она.
— Ты дала мне вдохновение жить. Показала, что такое счастье. Научила жить, а не выживать. Научила чувствовать, ощущать и даже по-другому дышать. Хочу целовать тебя под обжигающим солнцем или ледяным ливнем, под апрельским небом или полной луной, под бурями зимы или убивающей жарой в середине июля. Прости меня. Прости меня, малышка. Ты нашла в моём сердце тепло, которое так старательно я прятал, готов отдать тебе его сполна. — вновь начал я, утопая в глупой надежде на ответ.
Я стоял на коленях и рыдал, как маленький мальчик.
Ты – моя первая любовь. Я не смогу просто так взять и вычеркнуть это чувство. Я никогда не смогу от него отказаться или полюбить кого-то так же. Я вообще вряд-ли смогу полюбить. Я буду любить тебя до последней возможности, до последнего вздоха и последнего гвоздя в моем гробу.
Не помню как приехал домой, как распустил всю охрану и наорал на всех сотрудников. Не помню как выпил первую бутылку, как сел за руль и поехал убивать.
Я не был пьян, но отсчёт своим действиям не отдавал.
Остановился возле маленького и старого частного дома, один этаж и покосившаяся калитка.
Безцеремонно вхожу на территорию, оглушающе громко бью кулаком о чертову дверь, за которой находится человек, который разделил мою жизнь на до и после.
Брюнетка открывает, сначала непонимающе смотрит, а потом глупо улыбается. Мои глаза наполняются кровью и жаждой мести. Пусть мне говорят, что это удел слабых. Я отомщу и месть моя, кровавого оттенка. Руки непроизвольно сжались до побеления и потянулись к кобуре. Достав пистолет, я снял с предохранителя и подставил холодное дуло у её виска.
Её челюсть задрожала, как и ноги.
— Кто тебе за это заплатил? — со сталью в голосе спрашиваю я, надавливая оружием на её безмозглую голову.
— Ты о чём? — она захлопала ресницами и сглотнула.
— Я выстрелю. — холодно произношу и замечаю в её глазах замешательство.
Поднимаю оружие и стреляю в потолок.
— Хочешь такую же дырку в своей голове? — стискивая зубы, спрашиваю я.
— Твоя мать. Заплатила твоя мать. Сказала, соблазнить тебя и добиться развода. — дрожащим голосом, говорит она.
— Да, только вот, я с тобой не спал. Что ты мне сука подсыпала? — вжимаю её в стену. Пальцы уже не терпят нажать на курок.
— Психотроп. — ещё более глубже хватая воздух, сказала она.
— Что ты скажешь в своё оправдание?
— Счастье в деньгах. — говорит она, раслабляясь.
Я ухмыльнулся и нажал на спуск.
— Не в деньгах, сука. — сказал я на прощание и покинул это обиталище.
Сразу звоню Фреду, что бы оформил зачистку и обратно еду домой.
Когда-то я говорил, что тот, кто поднимает руку на девушку – не мужчина. И я не собираюсь себя оправдывать. Просто такие как она, заслуживают изощрённых способов кончины.
Стало легче? Нет.
Я не мог поступить иначе. Она подставила меня. Из-за неё я лишился своей Эллис..
Захожу в спальню. В нашу спальню. Её подушка по-прежнему пахла ею. Я вжался в неё словно мальчишка в плюшевого медведя. Закрыв глаза, несколько слёз стекли с моих глаз и я уснул.
И лучше бы не просыпался. Лучше бы умер.
Минувшая ночь стала для меня самым настоящим кошмаром наяву. Я видел сны. Впервые за несколько лет, мне снились сны. Мне снилась она. Снились её шёлковые волосы, пухлые губы, голубые глаза. Я ощущал её присутствие. Я не верю в её смерть. Не верю. Глядя на неё, мои глаза разгорались пурпурным пламенем. Без неё погасли. Потухли. Стали стеклянными, словно у куклы.
«Нужно упасть, чтобы почувствовать боль.»
И я упал. С небоскреба, прыгнул с парашютом но без парашюта. Я разбит, убит и потерян. Каков мне смысл, питать себя хоть чем-то, без любимых, голубых глаз?
Новое утро равносильно пуле, застрявшей в мозгах. Я не могу жить.
Прошёл месяц с похорон. Собираюсь и вновь еду на кладбище. Ложу свежий букет красных роз и закрываю глаза глаза рукой. Это ежедневный ритуал. В темноте проявляются воспоминания, первая встреча, первый диалог, первая улыбка, первый поцелуй и моё первое признание в любви.
Как-то раз я сказал, что она богиня, в ноги которой я бы пал первый. С одной стороны так и получилось, я вновь падаю на колени.
Я бы хотел летать вместе с ней, но мы разбились, самолёт потерпел крушение, а крылья подрезали.
— Наши поцелуи словно наркотическое вещество, я готов отдать за них всё своё состояние.. я скучаю по твоим объятиям.. по тебе. Как же сука, я скучаю по тебе. — себе под нос говорю я, глядя в пустоту.
— Поэтому ты ей изменил? — режущий слух голос из-за давящего его кома во рту.
Поворачиваюсь, Джессика. Брюнетка не в лучшем состоянии с букетом Лилий в руках.
— Я не изменял ей. Клянусь, никогда даже не думал об этом, я не изменял ей. — с каждым словом, мой тембр нарастал.
— Я не верю тебе, это всё из-за тебя, ненавижу. — сквозь слезы, говорила брюнетка располагаясь на корточках с другой стороны.
— Я не изменял.. Моя мать.. Моя мать заплатила девушке за эту сцену.. Мне подсыпали психотроп в алкоголь. Я не изменял ей. Я бы не смог. Я даже думать не смел..— растерянно говорю я, держась за голову.
— Даже если так. Это её не вернёт. — скулит она. И это правда. Я виноват в её смерти, только я.
Девушка смотрит на меня но резко опускает глаза в телефон. Её глаза расширяются, а потом она щурится буд-то бы не верит в то, что ей прислали.
— Всё хорошо? — спрашиваю я, равнодушно глянув на неё.
— Да. — говорит она и быстро уходит.
Мы вновь вдвоём.
Боль разъедающая внутренние стены.
Ноющая, колющая, тупая, резкая, острая, жгучая, невыносимая, ломящая, тянущая, режущая, пронизывающая, пульсирующая, боль.
За каждую твою слезинку,
За каждый твой безвольный всхлип
Лишил бы каждого я жизни,
Безбожно, холодно и быстро.
Я наградил бы казнью всех
Кто болью наградить тебя посмел.
Но как мне жить,
Теперь, скажи как жить?
Усматривая своё имя в этих списках?
Вспоминаю как она выглядела в моей футболке, той самой, которую я теперь постоянно ношу. Никогда дома не надевал футболки, разве что, когда прохладно, а теперь не могу снять. Хочу быть ближе к моей малышке. Хочу быть рядом, хочу быть с ней. Это я не уберёг. Я лишился брата по своей вине, теперь ещё и любимую жену потерял.. по своей вине. Я виноват перед ними. Виноват и слёзно умоляю не держать на меня большей злости, чем я держу на себя.
Этот занавес перекроет любые порывы, но я буду продолжать любить тебя жадно. Любить, до нехватки кислорода в моих лёгких, ведь каждой клеткой, я пропитан тобой. Я целиком и полностью отдан тебе.
*Всё не так, как кажется на первый взгляд.
ПЕРЕХОДИТЕ В ТГ КАНАЛ SHELLLIR ‼️