Глава 8: только моя.
Утро пришло тихо.
Свет пробивался сквозь полупрозрачные шторы, и в комнате было удивительно спокойно.
Соль открыла глаза — медленно, осторожно, будто боялась спугнуть что-то важное.
Первые секунды она не поняла, почему её рука теплая. Почему её ладонь сжимают чьи-то пальцы.
Потом — увидела его.
Хёнджин.
Он сидел, опершись на кровать, голова чуть склонилась, глаза были закрыты. Он спал сидя. Но всё это время держал её за руку. Не отпускал.
Её сердце сжалось.
Не от боли.
От нежности.
Он был здесь. Всю ночь. Ради неё.
Она приподнялась на локте, коснулась его пальцев.
— Хёнджин...
Он проснулся сразу. Как будто только этого слова и ждал.
— Ты в порядке? — спросил он хриплым, уставшим голосом. — Болит что-то?
Она покачала головой, слабая улыбка скользнула по её губам.
— Нет. Просто... хотела сказать твоё имя.
Она замолчала.
— Оно... больше не страшное.
Он замер. Пальцы дрогнули. Глаза слегка заблестели — и это было то, чего она раньше никогда не видела в нём.
Он улыбнулся. Настоящее. Мягко.
— Скажи ещё раз, — прошептал он.
Она потянулась ближе, прижалась лбом к его щеке.
— Хёнджин.
Он обнял её крепко-крепко. И в этот момент понял:
она — его дом.
а он — её защита.
Он вернулся с аптеки. Дверь была приоткрыта, и он сразу услышал голос — не её.
— Вы выглядите уже намного лучше, — сказал молодой парень с приятным голосом. — Правда, улыбка вам очень идёт.
Хёнджин вошёл. Молча.
Парень сразу замолчал и отступил на шаг.
Соль подняла глаза и мягко улыбнулась:
— Это курьер... просто вежливый...
— Угу, — Хёнджин кивнул, взгляд не отводил от парня. — Очень вежливый. Особенно взгляд.
Курьер торопливо попрощался и почти выбежал.
Хёнджин подошёл к Соль, присел рядом.
— Что, теперь улыбаешься каждому?
— Ты серьёзно? — она посмотрела на него с удивлением. — Он просто сказал комплимент...
— А я просто чувствую, как хочу сломать ему нос, — буркнул он, смотря ей в глаза.
— Ты... ревнуешь?
Он отвёл взгляд, сжав губы. Но молчание — уже ответ.
Соль потянулась к нему, мягко коснулась его щеки.
— Ты и правда такой?
Он вздохнул, посмотрел на неё снизу вверх.
— Я твой. Только твой. И хочу, чтобы ты была моей. Не хочу делить даже взгляды.
— Хёнджин, — она улыбнулась, склонившись ближе, — ты уже давно мой.
Он обнял её за талию и прижал к себе.
— Тогда пусть весь мир это запомнит.
***
Они пошли в кафе — впервые за долгое время. Соль уже могла немного выходить, и он не хотел держать её в четырёх стенах. Она надела светлое пальто и завязала волосы в высокий хвост.
Она выглядела ослепительно. И он это знал. Прекрасно знал.
Но теперь это знали и другие.
Слишком много взглядов.
Официант слишком долго задержался на её улыбке. Парень за соседним столиком не отводил глаз.
И Соль, как назло, будто не замечала. Или — делала вид.
Когда они вышли из кафе, он больше не выдержал.
Резко притянул её за талию и прижал к себе.
— Хёнджин...?
— Ты знала, как ты выглядишь сегодня? — его голос был тихим, но резким. — Видела, как они смотрели на тебя?
— А ты видел, как я смотрела только на тебя?
Он остановился. Посмотрел ей в глаза. Там — только он.
И всё же... Этого было недостаточно. Он хотел большего. Хотел, чтобы даже воздух вокруг знал, кому она принадлежит.
— Прости, — прошептал он, прижимая её к стене ближайшего здания. — Но я должен.
Он наклонился и поцеловал её. Не мягко. Не спокойно.
А жадно. Жарко. По-настоящему.
Её пальцы сжались на его рубашке. Дыхание сбилось. Время будто замерло.
— Поняла? — прошептал он у её губ. — Ты моя. Только моя.
Соль смотрела на него с той самой улыбкой, от которой у него срывает тормоза.
— Всегда была.
Он провёл пальцами по её щеке, улыбнулся краешком губ.
— Тогда прости за поцелуй. Я просто... не хотел ждать до дома.