Бессонная ночь
— Поттер, уведи меня отсюда. — Драко попытался сесть на кровати, но из-за специальных ремней у него ничего не вышло. Как-то Гарри яро спорил с доктором, которого они задержали из-за незаконной торговли медикаментами, что насилие нельзя применять к пациентам, однако, после этих двух дней Гарри понял, что ремни не всегда означают плохое обращение к пациентам. Драко был привязан к койке, но и правда для его блага. Прошло около пяти часов с последней капельницы, но он не покидал попыток освободиться, постоянно умоляя или же проклиная его отпустить, и Гарри знал все фразы заранее. —Поттер, они издеваются… Посмотри… Мне больно.
— Драко, — Гарри решил обращаться к Малфою по настоящему имени, когда никого нет рядом, — это меры предосторожности, чтобы ты не сделал больно себе или же другим. Это помощь, пожалуйста, попробуй расслабиться. После капельниц тебе должно стать лучше, наверное. — Понятно, что после одного дня процедур улучшения не будет, но Гарри попытался убедить в этом Драко.
— Да не нужны мне эти капельницы, блядь! Мне надо выйти отсюда, Поттер! Выйти! Выйти, понимаешь?! — Драко заорал на него, пытаясь дотянуться до Гарри, но он был слишком далеко от него. Малфой резко повернулся вправо, что у него хрустнул позвоночник, и предпринял попытку подцепить ремни зубами. Гарри было встал, но после понял, что у него не получится. Ремни крепко закреплены, да и изголовье широкое, у Малфоя не выйдет. Драко понял тоже самое, и просто стал кричать, будто его пытают. Кричал не переставая, что Гарри закрыл уши руками, словно ребенок, только бы не слышать этого. Голова раскалывалась от крика, а персонала больницы все не было, видимо они уже привыкли к этому, да и знают, что если бы произошло что-то серьезное, то Гарри позвал бы их.
— Драко, все здесь хотят тебе помочь! Прекрати кричать, или я применю к тебе чары сна! — Серьезно предупредил Гарри, думая, что мелкая угроза поможет, однако, Драко только засмеялся и вдруг действительно замолчал. Гарри уже подумал, что Малфой начал осознавать происходящее, но внезапно сквозь сжатые крепко зубы просочилась кровь, начиная стекать по подбородку. Поттер подорвался с места, в голове появилась догадка – Драко пытается откусить язык, чтобы показать свои намерения уйти отсюда. Глаза Драко покраснели от напряжения, и Гарри быстро среагировал, хватая свой рюкзак и доставая из него «Паркер»*, подаренный Гермионой на его прошлый день рождения. Гарри подбежал к Малфою, сильно сжимая его скулы пальцами, рот открылся под таким давлением против воли Драко, и Гарри быстро вставил «Паркер» между зубов Драко, левой рукой нажимая на красную кнопку на стене. По его пальцам, которыми он держал ручку, потекла кровь Малфоя, но Гарри даже не думал отходить от него. Даже если он чем-то болеет, нельзя позволить Драко причинить себе боль.
Персонал вбежал в палату через пару минут, сразу же понимая, что пациент намеревался сделать. Медсестра подала какой-то знак санитару, и он вытащил из своей голубой рубашки металлическую распорку*, передавая медсестре, которая сразу же стала давить на челюсти Малфоя, вставляя распорку ему в рот. С помощью этой штуки он не сможет закрыть рот, подумал Гарри, наконец отходя от постели Драко. Поттер вытянул перед собой руки, его ладони были в крови Драко, липкой, засыхающей крови, пальцы дрожали, и Гарри с ужасом выбежал из палаты, начиная искать уборную комнату. На его руках снова кровь, опять чужая кровь! Он забежал в туалет, открывая кран с холодной водой, Гарри сунул под струю воды руки, начиная жестко тереть ладони друг об друга, чтобы избавиться от ощущения вины, он не может больше видеть чью-то кровь. Только не снова… Гарри ногтями царапал кожу до покраснения, ему все казалось, что крови много, до самых локтей. На руках появились мелкие царапины от ногтей, и только почувствовав покалывание из-за ран, Гарри закрыл кран с водой, упираясь руками в раковину, опуская голову.
— Все нормально, все нормально. Успокойся. Малфой жив, это просто кровь. — Он пытался успокоить себя, закрыв глаза и повторяя одни и те же слова. Дверь в туалетную комнату открылась, и Гарри пришлось открыть глаза, отходя от раковины.
— С вами все в порядке? — Женщина средних лет сняла с рук одноразовые перчатки, подходя ближе к Гарри, и он через силу кивнул. — Вы выглядите расстроенным, может, расскажите, что произошло? У нас не появляются пациенты или их близкие от хорошей жизни.
— Нет, спасибо, я… На самом деле я устал, устал видеть кровь других людей, постоянно я рядом, когда им плохо. Я больше так не могу. — Гарри честно не хотел говорить о своих переживаниях постороннему человеку, однако, все навалилось на него, и таким образом слова вырвались быстрее, чем он смог бы остановить себя.
— Молодой человек, вы мыслите неправильно. Возможно, вы оказываетесь рядом с этими людьми, чтобы помочь им. А вдруг именно вы тот человек, который поможет вашему знакомому? А вы мыслите столь негативно, что собственными мыслями причиняете себе боль, самобичевание* плохое занятие. — Женщина перекинула длинные блондинистые волосы за спину, мягко улыбаясь Гарри.
— А если я не способен спасти?
— По крайней мере, вы сделаете или сделали все возможное, судьба человека не полностью зависит от других, запомните. Мы можем предоставить помощь, но не всегда она действенна. — Гарри почувствовал странное облегчение от этих слов, начиная дышать более ровно и спокойно.
— Спасибо, я правда совершенно глупо впал в истерику.
— Истерика не является глупостью, это абсолютно нормально при травмирующих обстоятельствах. А сейчас, может, мы выйдем из туалета?
— Простите, я совершенно забыл, где мы разговариваем. — Гарри открыл дверь, пропуская женщину в коридор, и вышел следом, снова чувствуя запах медикаментов. — Я думал, уборные комнаты здесь отдельные.
— Вы даже не заметили, что вошли в туалетную комнату для персонала, работающего в этом отделении клиники. — Понимающе заметила женщина, указав на табличку, висевшую на двери.
— Я… Правда не заметил. — Гарри посмотрел на дверь, а после понял одну очевидную суть после ее слов. — Так вы здесь работаете?
— Верно. Будем знакомы, — женщина протянула руку с короткими ухоженными ногтями, — Моника Ритчер, штатный психотерапевт.
***
Два часа ночи Гарри поморщился во сне, откидывая голову назад, просыпаться не хотелось, он слишком устал. Но услышав со стороны койки Малфоя непонятные хрипы и тяжелое дыхание, Поттер тут же поднялся, шатаясь подходя к стене, и включил свет в палате. Гарри потер глаза пальцами и подошел к постели Малфоя, тот смотрел в потолок широко открытыми глазами, ему не хватало воздуха. Стадия ломки, у него начинается припадок, затрудненное дыхание, мелкое дрожание тела. Гарри пошарил по карманам, находя маску, выданную на входе клиники, и трансфигурировал ее в длинное полотенце, пропитывая ее водой из графина, стоящем на столике возле кресла Гарри.
— Тише, все будет хорошо, Малфой. Ты не один. — Гарри приложил полотенце ко лбу Драко, мягко водя им по его лицу, чтобы убрать испарину. — Пытайся уснуть, тебе нужно больше спать. Давай.
— От… Отпусти. Меня. Отпусти. Развяжи. Убирайся. — Драко зашептал в бреду, слова он говорил очень быстро, словно стараясь перебить самого себя. — Ненавижу, ненавижу, ненавижу, мне надо, надо срочно, найди мне… Найди! Дай! Дай! Возьми! Позови Сэма! Найди Сэма! — Шепот перерос в истеричные вопли, и Гарри схватил со столика продезинфицированную распорку, сразу же вставляя ее в рот Малфоя. Доктор сказал, что нужно вынимать ее иногда, ибо долгое применение может спровоцировать боли и онемение в челюсти. Драко зверски закачался на постели, мотая головой с такой силой, что шея хрустнула, и Гарри схватил его аккуратно за шею, фиксируя ее в одном положении.
— Сейчас все будет хорошо, Драко. — Гарри опять воспользовался красной кнопкой на стене, и через минуту вошла дежурная медсестра, осматривая Малфоя, она попросила Гарри отойти, а после вколола ему легкое снотворное. Она постояла возле постели Драко пять минут, когда у него стали закрываться произвольно глаза, девушка кивнула и вышла из палаты. Поттер тяжело опустился в кресло, снимая очки. Больше он не уснет, постоянно будет бояться, что Драко проснется, что-то сделает, и Гарри не успеет. Нет, нельзя спать ночью, днем здесь лечащий врач и больше персонала, а ночью дежурная медсестра и пару санитаров, да охранники. Гарри почувствовал в кармане джинсов вибрацию, и достал телефон, видя уведомление от Рона.
Рон: Ты как там, нормально?
Гарри: Лучше не спрашивай. Готов уебаться об стену, но от своего не отступлюсь.
Рон: Да это я и так знаю, не два дня знакомы же. Забрал я документы на опекунство у нашего типчика. Сволочь еще та. Откуда я знал, что там столько дамочек? Двух от себя отвадил, все липли ко мне, еле ушел.
Гарри: А что так? Типчик больше по нраву?
Рон: Херушки. Устал я сегодня как собака. Роджерс мутузил наш отдел до одиннадцати ночи, чтоб ему пусто было. Я заходил к тебе, кота покормил, охранные чары обновил.
Гарри: Спасибо, Рон, чтобы я без вас делал? Я думаю, завтра, точнее уже сегодня, смогу появиться дома часа на два. Зайдете с Гермионой? Как раз документы заберу.
Рон: Думаю, да. Я пойду на обеденный перерыв, ничего с ними не случится, если я лишние полтора часа пожру, хоть пообедаю нормально.
Гарри: Намек понят, куплю по дороге шоколадные кексы и закажу пиццу. Пойдет?
Рон: Вот так бы сразу, а то мотаешься, мотаешься, а благодарности ноль. Пиццы две, «Пеперони»* и с грибами. Пойду посплю, а то спать осталось четыре часа. Держись, дружище.
Гарри: Держусь.
Гарри отключил телефон и встал, разминая спину. Благодаря Рону он хоть немного отвлекся от ужасного состояния Драко, и раз медсестра вколола ему снотворное, то Поттер решил взять деньги и спуститься в холл первого этажа. Там стоит кофейный автомат, так что можно сделать себе крепкий кофе, закрыться в туалете и покурить. Это же не преступление, если он не оставит запаха сигарет в помещении, верно? До утра осталось четыре часа, потом можно дождаться Баргина, предупредить его о своем уходе и аппарировать домой, так будет быстрее, чем идти пешком. Он здесь всего сутки, а уже чувствует себя грязным, немощным и разбитым. Ничего, Малфой нуждается в помощи, и Гарри ему поможет. Обязательно поможет.
***
— Гарри! — Не успел он нормально появиться в гостиной собственного дома, как на него налетела Гермиона, крепко обнимая, из-за чего он чуть не уронил коробки с горячей пиццей. — Все нормально?
— Ну… Если стою перед тобой, то да? — Гарри пожал руку Рону, отдавая ему коробки и пакет с кексами, и направился первым делом в ванную, на ходу снимая рубашку. — Пять минут! А то я сдохну без душа. — Гарри и правда быстро принял душ, одевая теплый халат, после чего он сразу почувствовал себя лучше. Когда он вышел из ванной комнаты, то Рон кинул ему документы, и Гарри поймал их, быстро просматривая. — Не сомневался, что будет качественно. Теперь я вообще не беспокоюсь. Буду находиться в больнице на правах официального опекуна. Только вот… Почему доктор не задумался, как я сделаю документы без Драко?
— Гарри, ты иногда как ребенок. — Гермиона укоризненно глянула на Рона, который ел уже третий кусок пиццы. — Раз ты заполнял документы, то там обязательно находится графа о работе. Ты же полицейский, и так понятно, что проблем у тебя с этим не возникнет. Рассказывай, что там с Малфоем?
— Ломка. Он или кричит, или пытается сделать себе больно, или спит благодаря снотворным. Я понимаю, что это только начало, а потому собираю силы в кулак. Посижу с вами часа два, а после обратно в больницу. — Гарри взял себе кусок грибной пиццы, и неопределенно махнул рукой. — Мне морально тяжело находиться там, но, думаю, я справлюсь.
— Да тебе вечно спокойно не жилось, чего тут удивляться? — Язвительно подметил Рон, накладывая кусок грибной пиццы на кусок «Пеперони».
— Эй, я не виноват, что за мной этот безносый хрен бегал. — В свою защиту напомнил Гарри, замечая, как Гермиона сдерживает смех, кусая кекс.
— Просто Волан-Де-Морт ещё тогда видел твои «задние» наклонности. Боялся, вдруг уведут?
— Блядь, Рон. — Гарри откровенно засмеялся, сдерживаясь от того, чтобы не запульнуть в друга коробкой от пиццы. — Твои фантазии ужасны. Нет, если серьезно, то мне тогда казалось, что это никогда не закончится. Иногда думаю, а если это игра разума? И война еще продолжается…
— Ну если в твоей игре разума такая вкусная пицца, то я ничего против не имею. — Рон внезапно поперхнулся, и Гермиона сильно хлопнула его по спине, что Рон поморщился, с наигранной обидой посмотрев на подругу. — Больно же!
— А нечего чепуху молоть. Ты жуй, а потом говори, господи, Рон. Гарри, не слушай его. Поверь, это все реально, мы справились и смогли, победили. А иначе и быть не могло. А то, что Рон приплел сюда твою ориентацию, вообще…
— Да я в школе и не думал, что мне могут нравится парни. — Беззаботно ответил Гарри, доставая из пакета кекс, но зато Рон кивнул, даже не скрывая, что это издевка.
— Ага, да, все гетеросексуальные парни замечают красоту Седрика Диггори.
— Ну ты вспомнил! Он просто был симпатичным парнем, который мне помог на турнире, не более. — Гарри чуть не подавился кексом, не ожидая, что Рон вспомнит о Седрике, спустя столько лет упоминание об этом смелом парне уже не доставляло боли.
— О, Седрик! — Рон приложил руку ко лбу, приподнимая голову, будто восхищаясь Диггори, и Гарри засмеялся, настолько это выглядело нелепо.
— Вот поэтому тебе и не склеить парня.
— Не дай Мерлин, мне моя задница дорога. — Рон принялся за чай, и Гермиона закатила глаза с ребячества Рона. Гарри посмотрел на часы и заметно расстроился, еще минут десять и надо отправляться в больницу. Нет, он искренне хотел помочь Малфою, но эта нагнетающая атмосфера бессилия и затяжного заболевания давила на него. Руки он не опускал, потому что знал, пока у него есть друзья и желание помочь Драко, у него все получится. Он будет бороться за судьбу своего бывшего школьного врага, ибо… Кто, если не он?
Примечания:
*"Паркер" (Parker) — бренд пишущих инструментов и компания по их производству, в данной работе указана дорогая эксклюзивная ручка данного бренда.
*Распорка (иногда называют "лягушка") — в данной работе имеется ввиду специальной роторасширитель, используемый стоматологами для того, чтобы пациент не закрывал рот при процедуре.
*Самобичевание — причинение себе нравственных страданий, обвинение себя с раскаянием за совершённые ошибки, проступки.