Пока бьётся сердце

Я не помнила, как дошла обратно.

Ноги сами несли меня по знакомой тропинке между деревьями. В голове звучали обрывки слов — Элиота, Ньюта, мои собственные. Они смешивались, становились одним сплошным шумом.

Я остановилась возле гамаков.

Здесь было непривычно тихо.

Весь лагерь сейчас был в центре: кто-то уже разбирал инструменты, кто-то собирался на работу. Даже Чака не было слышно.

Я медленно опустилась на край своего гамака и закрыла лицо ладонями.

— Чёрт...

Голос прозвучал совсем тихо.

— Ария?

Я резко подняла голову.

Ньют.

Он стоял в нескольких шагах, держа в руках верёвку и небольшой нож — видимо, собирался что-то починить. Увидев меня, он сразу нахмурился.

— Ты чего здесь? — спросила я, пытаясь улыбнуться.

— Хотел спросить то же самое.

Он сделал несколько шагов и остановился рядом.

— Ты плакала?

— Нет.

— Врёшь.

Я нервно усмехнулась.

— Ты всегда такой наблюдательный?

— Только когда дело касается тебя.

От этих слов сердце пропустило удар.

Ньют внимательно смотрел на меня.

— Ты разговаривала с ним?

Я кивнула.

— Да.

Несколько секунд он молчал.

— И?

— Он... не виноват.

Ньют тяжело выдохнул.

— Конечно, ты сейчас будешь защищать его.

— Потому что он действительно не виноват.

— А кто тогда виноват?

Я поднялась.

— Никто!

Голос сорвался громче, чем хотелось.

— Мы все запутались, Ньют! Ты, я... он...

Я отвернулась.

— Я больше не понимаю, что правильно.

Наступила тишина.

Я почувствовала, как рядом остановились шаги.

Ньют ничего не сказал.

Просто осторожно взял меня за руку.

Так неожиданно, что я вздрогнула.

Его ладонь была тёплой.

Большой палец медленно провёл по костяшкам моих пальцев.

Он не тянул меня к себе.

Не пытался что-то доказать.

Просто держал.

Будто этим хотел сказать больше, чем смог бы словами.

Я медленно подняла взгляд.

Он уже смотрел не так, как утром.

Не было ни злости.

Ни ревности.

Только усталость.

И сожаление.

— Прости меня, — тихо сказал он.

Я нахмурилась.

— За что?

— За всё.

Он опустил глаза.

— За то, что втянул тебя в это.

За то, что сорвался на Элиота.

За то, что...

Он слабо усмехнулся без капли веселья.

— ...поцеловал тебя, хотя понимал, что потом станет только сложнее.

Я молчала.

Потому что не знала, что ответить.

Через несколько секунд сама осторожно переплела свои пальцы с его.

Он удивлённо посмотрел на наши руки.

Я слегка сжала его ладонь.

— Не извиняйся за то, чего я сама не хочу забывать.

Ньют замер.

На мгновение мне показалось, что он вообще перестал дышать.

— Ария...

Я сделала маленький шаг ближе.

Теперь между нами почти не осталось расстояния.

— Я не знаю, что будет дальше.

Не знаю, выберемся ли мы вообще отсюда.

Но я не хочу, чтобы ты постоянно убегал от меня.

Его взгляд стал мягче.

Он медленно поднял свободную руку и осторожно убрал прядь волос мне за ухо.

Пальцы на секунду задержались у моей щеки.

— Если останусь рядом...

— То?

Он грустно улыбнулся.

— Боюсь, однажды уже не смогу тебя отпустить.

Я смотрела ему в глаза несколько долгих секунд.

— Тогда... не отпускай.

Между нами снова повисла тишина.

Ньют тихо усмехнулся, покачал головой и сделал ещё полшага ближе.

Но прежде чем он успел что-то сказать, со стороны центра лагеря раздался громкий голос Минхо:

— НЬЮТ! АРИЯ! Вы там решили до вечера прятаться? Алби уже всех собирает!

Мы оба одновременно вздрогнули.

Ньют закатил глаза.

— Когда-нибудь этот придурок научится выбирать момент...

Я не удержалась и тихо рассмеялась.

Впервые за всё утро.

Он посмотрел на меня, и уголки его губ тоже едва заметно поднялись.

— Пойдём?

Я кивнула.

И, прежде чем отпустить мою руку, он едва заметно сжал её ещё раз.

Совсем коротко.

Будто обещая, что этот разговор ещё не закончен.

———————

Мы с Ньютом едва успели выйти к центру Глейда, как по лагерю разнёсся громкий свист.

Все вокруг сразу замерли.

Кто-то перестал разговаривать, кто-то отложил инструменты.

Алби резко поднял голову.

— Что случилось?

Со стороны Главных ворот показались трое бегунов.

Они возвращались слишком рано.

Один тяжело дышал, другой поддерживал третьего под локоть. Их одежда была покрыта пылью, на руках виднелись свежие ссадины, а лицо последнего было непривычно бледным.

— Они уже здесь... — нахмурился Ньют.

— Слишком рано, — тихо добавил Галли.

По лагерю пробежал тревожный шёпот.

— Они никогда не возвращаются в это время...

Алби быстрым шагом направился к воротам.

— Что произошло?

Вперёд вышел один из бегунов — высокий парень по имени Блейк.

Он сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь отдышаться.

— Мы были у северного сектора...

Он запнулся.

— Лабиринт...

Все замолчали.

— Он изменился.

Ньют резко поднял голову.

— Что именно?

— Не ночью.

Повисла тяжёлая тишина.

Бегун сглотнул.

— Стены... начали двигаться прямо перед нами.

По лагерю прокатился гул.

— Что?...

— Быть не может...

Томас удивлённо посмотрел на Ньюта.

— Разве такое вообще случалось?

Ньют медленно покачал головой.

— Нет.

Алби нахмурился.

— Вы уверены?

— Мы видели это собственными глазами, — ответил второй бегун. — Коридор просто... закрылся. Посреди дня.

Минхо перестал улыбаться.

Его лицо мгновенно стало серьёзным.

— Тогда это уже не случайность.

Я почувствовала, как рядом со мной Ньют едва заметно напрягся.

Его взгляд был прикован к бегунам.

Он словно уже перебирал в голове десятки вариантов.

Алби обвёл всех тяжёлым взглядом.

— Никто не выходит за пределы Глейда без моего приказа. Все работы временно отменяются. Сегодня собираются все.

Нужно понять, что, чёрт возьми, происходит с Лабиринтом.

В лагере стало непривычно тихо.

Даже Элиот, который ещё недавно думал только о своих чувствах к Арии и о ссоре с Ньютом, сейчас смотрел в сторону ворот.

Потому что впервые с момента появления в Глейде он увидел настоящий страх.

Не в глазах новичка.

А в глазах тех, кто жил здесь уже много лет.

⸻

Гул разговоров оборвался так резко, словно кто-то одним движением заставил весь лагерь замолчать.

Из глубины Глейда раздался протяжный металлический скрежет.

Грохот.

Ещё один.

Земля едва заметно дрогнула под ногами.

Я подняла голову.

Ньют тоже.

Все одновременно посмотрели в сторону лифта.

Несколько секунд...

Тишина.

И вдруг снова—

ГР-Р-Р-Р-РАНГ!

Тяжёлый механизм пришёл в движение.

Чак округлил глаза.

— Нет...

Минхо медленно поднялся с места.

— Что за...

Томас нахмурился.

— Лифт?

Галли резко выпрямился.

— Быть не может.

Алби уже быстрым шагом шёл к лифту.

— Все назад!

Но никто не двинулся.

Все словно приросли к земле.

Скрежет становился всё громче.

Огромные цепи натягивались, металлические шестерни вращались, эхом отдаваясь по всему Глейду.

Ньют тихо выдохнул:

— Нет...

Я посмотрела на него.

— Что?

Он не отрывал взгляда от лифта.

— Ещё слишком рано.

Я ничего не понимала.

— О чём ты?

Ответил Алби.

Не оборачиваясь.

— Новый человек приходит раз в месяц.

Его голос звучал непривычно напряжённо.

— Элиот появился всего несколько дней назад.

По лагерю прокатился тревожный шёпот.

— Тогда...

— Почему лифт снова работает?

— Это ошибка?

— Такого никогда не было...

Элиот медленно сделал шаг вперёд.

— Подождите...

Он переводил взгляд с одного лица на другое.

— Хотите сказать...

Галли закончил за него.

— После тебя никого не должно было быть ещё почти месяц.

Сердце вдруг застучало быстрее.

Если даже старожилы выглядели испуганными...

Значит, происходило что-то действительно ненормальное.

Металлический грохот стих.

Наступила оглушительная тишина.

Все смотрели только на Лифт.

Последний удар.

БАМ.

Лифт остановился.

Никто не двигался.

Алби первым подошёл к краю платформы.

Ньют встал рядом с ним.

Минхо и Галли переглянулись и тоже подошли ближе.

Я сама не заметила, как оказалась рядом.

Медленно...

Очень медленно...

⸻

Створки лифта с глухим скрежетом разошлись в стороны.

Никто не двигался.

Внутри, на холодном металлическом полу, неподвижно лежала девушка с длинными тёмно-каштановыми волосами. Лицо было бледным, дыхание — едва заметным. Пальцы крепко сжимали бумажку, будто она боялась выпустить его даже без сознания.

— Девушка... — почти неслышно прошептал Чак.

Алби первым спрыгнул в лифт.

Ньют сразу последовал за ним.

Томас сделал шаг вперёд, сам не понимая почему.

— Томас, стой, — тихо сказал Ньют.

Но тот будто не услышал.

Он медленно подошёл к платформе и остановился рядом с девушкой.

Её лицо...

Что-то в нём казалось странно знакомым.

Хотя он был уверен, что никогда раньше её не видел.

Алби осторожно проверил пульс.

— Жива.

Томас присел на корточки.

— Она...

Он не успел договорить.

Ресницы девушки дрогнули.

Все вокруг затаили дыхание.

Она медленно открыла глаза.

Зрачки не сразу сфокусировались.

Сначала она увидела небо.

Потом лица, склонившиеся над ней.

И наконец...

Её взгляд остановился на Томасе.

Она словно узнала его.

Её губы едва заметно дрогнули.

— ...Томас...

Едва слышно.

Почти шёпотом.

Томас застыл.

Её голова безвольно склонилась набок.

Она снова потеряла сознание.

Воцарилась абсолютная тишина.

Томас продолжал смотреть на неё, не понимая, что только что произошло.

— Она... знает моё имя?

Он поднял растерянный взгляд на остальных.

Никто не ответил.

Минхо переглянулся с Ньютом.

Галли медленно покачал головой.

— Такого ещё не было...

Элиот стоял чуть позади всех.

Он нахмурился.

— Подождите... разве новенькие вообще помнят хоть кого-нибудь?

— Нет, — тихо ответил Ньют, не сводя взгляда с девушки.

— Никогда.

Я почувствовала, как по спине пробежал холод.

Потому что вопрос был уже не в том, почему лифт пришёл раньше времени.

А в том...

Откуда девушка знала имя Томаса?