История Иных людей

Денис никогда не считал себя везунчиком. Ему не особо везло по жизни, в отношениях, в обычном течении дня... Но день возвращения в общежитие университета, где он учится уже не первый год, побил все рекорды по его обычной неудачливости
А началось всё с мелочи: забыл дома пропуск в общежитие, отчего в середине пути пришлось возвращаться за ним домой, стараясь дозвониться уже у квартиры до Кристиана, который, разумеется, проводил время за работой в кофейне, прежде чем приехать, беззлобно ворча, что Денис — раздолбай, в очередной раз потерявший свои ключи. Затем его окатил из лужи какой-то проезжающий мимо быстро автомобилист, которого парень с удовольствием осыпал бы матом, если бы не усталость после смены в качестве санитара кардиологического отделения, где он подрабатывал до начала учёбы — вчера как раз был последний рабочий день перед его возвращения на работу в больницу академ-городка: покидать территорию университета по причине работы в городе не разрешается, пусть даже способность Дениса и весьма безобидна. Ну как людям может навредить обычный солнечный свет? Он не магистр ускорения развития раковых клеток, даже у его брата способность куда интереснее, на самом деле.
Неудачи продолжают преследовать юношу и в общежитии: какой-то студент, бегущий мимо, проливает на него кастрюлю холодного борща и тут же начинает нелепо лепетать извинения, на что Страдательный лишь стряхивает с кожи рук капустные ошмётки и смотрит на свою теперь уже красную от супа любимую белую футболку, стараясь изо всех сил не ругаться матом, что получается у него, как у настоящего медика, действительно плохо:
— Вот, блять, как можно быть таким криворуким долбоёбом, скажи мне на милость? Тебе, сука, в семье не объясняли, что бегать с кастрюлей в руках — это ненормальная идея, которая не пришла бы в голову адекватному человеку, но зато отлично проявилась бы у того, у кого мозг с ягодичной мышцей срослись в результате долгого пребывания в ней головы? Чтоб тебя, плод любви инфузории туфельки и певца Шамана, метеором уебало и забросило в грибную похлёбку, кипящую при температуре пятьдесят градусов по Цельсию, ты, дитя ЕГЭ и мужланского русского рэпа про секс и тёлок. Сгинь с глаз моих, пока не позвонил подруге, попросив наложить порчу на понос.
Студент тут же спешит со всех ног ретироваться вместе с кастрюлькой, без конца извиняясь и чуть ли не всхлипывая, в то время как юноша тяжело вздыхает, брезгливо подцепляя двумя пальцами рукав футболки и отдирая его от кожи. Да, такое точно никакой отбеливатель хорошо не отстирает, без вариантов. Да и ощущение на коже не очень, благо ещё, что горячая вода в душе есть, вымыться он сможет без проблем, в отличие от городской квартиры, где они со старшим братом живут: там горячей воды не будет ещё две недели так точно.
Стоит ему пройти с чемоданами в свою комнату, как настроение в тот же миг становится ещё немного хуже, чем могло бы: взгляд сразу же замечает нового соседа, которого подселили к Денису в этом году из-за отбытия выпускника, с которым он жил раньше. Олег Васюнков, парень, с которым они мало того что учатся на одном курсе и вместе ходят на многие совместные пары, так теперь ещё и его сосед.
— Привет, День, — парень улыбается приветливо и машет со своей кровати, отрываясь от телефона, смешно фыркая при этом, когда русые пряди волос падают на нос. — Кошмар, выглядишь так, будто тебя сбили по дороге в универ, но ты всё равно решил добраться сюда до начала учёбы. Кто тебя так?
— Если бы знал, — устало огрызается тот, стягивая футболку через голову и швыряя её в бельевую корзину, стоящую в углу с прошлого года. — Какой-то придурок, кажется, с третьего курса юридического факультета. Да в пизду, ещё разбираться. Лучше бы реально сбили, чем холодный борщ, ей-богу.
Олег качает головой сочувственно, продолжая улыбаться мягко, прежде чем уточнить осторожно, глядя, как Страдательный ищет в одном из чемоданов влажные салфетки, чтобы хоть немного привести себя в порядок перед душем:
— Ты случайно не знаешь, кого ещё к нам подселят в этом году? Честно говоря, я даже предположить не могу, что за парень будет жить с нами.
— Без понятия, но, учитывая моё везение, точно какого-нибудь конченого, — продолжает ворчать под нос Денис, на что тут же слышит за спиной смутно знакомый голос:
— Не моя вина, что ты лох по жизни бонусом к тому, что ещё и хамло.
Не в силах поверить, что столкнулся с кем-то знакомым, юноша оборачивается, замечая перед собой того, кого увидеть ожидал меньше всего. Но это точно тот парень: шелковистые чёрные волосы до плеч, холодные серебристые глаза, спрятанные за круглыми стёклами очков, кошачьи ушки и хвост, мечущийся из стороны в сторону, скрытая бежевым кардиганом худоба.
— Вы знакомы? — прозорливо уточняет Васюков, на что Страдательный отзывается нехотя, ероша рукой золотистые пряди волос и тут же с отвращением одёргивая её назад, вспоминая об инциденте с супом:
— Встречались пару раз: уж очень он зачастил в последние дни моей работы в больницу, где я был. Невозможный к общению тип: последний раз когда мы столкнулись в коридоре, на нашу перепалку сбежалась половина больницы.
— Я всё ещё здесь вообще-то, — напоминает юноше ледяной голос, когда пола с лёгким стуком касается рюкзак. — Да и твоя вина, что ты общаешься со всеми и смотришь так, словно ненавидишь весь мир. Может, ненавидь ты его в ответ поменьше, к тебе все были бы приветливее.
— Напомню, что перепалку начал ты, anthrax¹, — высказывается в тот момент Денис, презрительно фыркая, на что тот ворчит под нос на немецком, явно уверенный, что образования собеседника не хватит, чтобы понять:
— Ich hätte nicht damit angefangen, aber ein frecher Idiot sah mich an, als hätte ich seine ganze Familie umgebracht.²
— Wenn das der Fall wäre, würde ich Ihnen danken. Wie auch immer, dieser Blick war nicht für dich. Wenn das der Fall wäre, würde ich Ihnen danken. Wie auch immer, dieser Blick war nicht für dich,³ — тут же отзывается Страдательный, отчего юноша смотрит на него с чуть меньшим холодом и лишь заявляет, тихо вздыхая:
— Давай просто не будем мешать друг другу жить, окей? Сделаем вид, словно друг друга не существует.
— Согласен. Да и не до тебя мне сейчас, — качает головой юноша, выбрасывая стопку использованных салфеток в мусор и торопливо накидывая на кожу халат, краем уха замечая, как Олег интересуется у нового соседа:
— Привет, я Олег, это Денис, а тебя как зовут? Думаю, стоит познакомиться, раз уж нам , возможно, придётся делить комнату ещё пять лет.
— Возможно, — сдаётся всё же тот, тихо вздыхая, прежде чем назвать себя:
— Александр Кэт. Саня. Буду иметь в виду.
Кажется, дальше Васюков спрашивает что-то ещё, однако Денис уже покидает комнату, отправляясь в душ, дабы смыть с себя ощущение жирности и остатки пролитого на него супа. Краем глаза он вдруг замечает свою школьную подругу Марго, спорящую оживлённо о чём-то с парнем, несущим её сумку с учебниками. Надо же, только прибыла в общежитие, а уже нашла себе парня. Причём, донельзя похожего на его нового соседа по комнате. Совпадение или они всё же родственники? Год занятий по генетике уверенно подсказывает Денису, что, скорее всего, второе.
— Привет, Марго, — поднимает он руку в приветственном жесте, на что та кивает, бросая ему лёгкую улыбку и замечая шутливо:
— Привет. Решил опробовать одеколон из какой-то новой серии? Лучше не надо, новость о том, что духи с запахом еды привлекают больше ухажёров, всего лишь шутка.
— Очень смешно, — закатывает глаза он, однако голубая радужка поблескивает весельем при виде той, кто когда-то значил для него целый мир, а теперь оставалась верным и надёжным другом. — Просто досадное недоразумение с одним из студентов. Не представишь мне своего спутника?
— Это Марк, он здесь не первый год, если ты не заметил. Староста общежития по второму этажу, — отзывается она, убирая за ухо мешающуюся прядь волос. — А ещё мы живём напротив, так что по ряду причин он вызвался помочь мне с учебниками. Говорить ему, что я сама донесу, оказалось бесполезно: он упрямый, как мул, я спорила с ним об этом около половины пути.
— Не по-джентльменски, чтобы девушка сама тяжести тащила, когда рядом парень идёт, — заметно хмурится тот, прежде чем протянуть Страдательному руку. — Рад знакомству, кажется, видел тебя пару раз в университете. Ты у нас кем будешь?
— Денис Страдательный, старый друг Марго, взаимно, — отзывается тот, пожимая руку юноши и подмечая:
— Видимо, я был слишком занятым или уставшим, чтобы заметить в том году. Полагаю, Александр Кэт — ваш родственник?
— Младший брат, — кивает тот с намёком на теплоту во взгляде. — Вернее, один из. Он должен был уже прийти, так как перевёлся сюда на второй курс из-за сложностей с прошлым университетом. Вы уже успели познакомиться? Извини, он немного... не очень общительный.
— Я заметил, — фыркает немного устало, но беззлобно Страдательный, упираясь рукой в бедро. — В любом случае, он мой сосед, так что нам придётся уживаться, так что либо мы с ним вообще не поладим, либо станем надёжными друзьями: по-другому я как-то вообще не умею.
— Рассчитываю на тебя, — усмехается Марк, прежде чем перевести взгляд снова на Марго. — Ну что, продолжаем путь до твоей комнаты? Лучше отнести твои учебники поскорее, чтобы ты смогла освободиться.
— Говоришь так, будто у тебя на меня какие-то планы, о которых я ещё не знаю, — шутливо усмехается девушка, на что тот тут же отвечает:
— Ну вообще, если ты не против, я думал позвать тебя к себе в гости на чай: посидеть чисто по-соседски. И нет, это точно не попытка укрепить нашу связь. Ну, может быть, чуть-чуть.
— Ладно, идём уже, раз чай, — шутливо толкает его локтем в плечо Уайт, прежде чем оба продолжают путь, а Денис закатывает глаза в очередной раз за день, с мягкой улыбкой выдавая мимоходом:
— Голубки.
Немного горячие струи воды омывают тело, когда юноша смывает с себя остатки борща, довольно вздыхая в одной из кабинок и отбрасывая мокрые пряди с лица, чтобы не прилипали. Нужно будет обязательно выпрямить волосы, как выдастся минутка, только у кого-нибудь из знакомых. У Дэмиана Гречкина с его курса, например: в конце концов, он единственный друг Страдательного, который знает о столь нелюбимых им дурацких кудряшках, из-за которых парень с детства был похож на золотого барашка из легенды о золотом руно.
Рука поворачивает кран, прекращая поток горячих капель воды: хватит на сегодня пытать себя за ошибки прошлого, обливаясь кипятком. Тем более что суп весь уже смыт, ни единого пятнышка или намёк на запах не осталось, от Дениса пахнет апельсинами и корицей. Значит пора возвращаться к себе за утюжком и идти к Дэмиану.
Волосы заматываются в махровое полотенце, халат скрывает тело, позволяя Денису добраться спокойно до места, где он живёт, переодеться быстро в голубую оверсайз-футболку и клетчатые красные домашние брюки, а затем взять коробку с утюжком и быстро покинуть комнату, не дав соседям возможности сказать ему хоть слово.
За нужной дверью на всю громкость играет "Ручная работа" группы Ебанько, отчего Страдательный закатывает глаза: если уж кто в этом общежитии и является любителем странных музыки, шуток и, в целом, мемов, то это точно его одногруппник, а по совместительству и лучший друг Дэмиан Гречкин. Рыжий, с ясными голубыми глазами, расцелованный солнцем множеством веснушек на теле, этот парень выглядит просто невероятно красиво до того, что дух захватывает (и Денис не может сказать, что не думал пару раз подкатить к нему ещё до того, как они официально познакомились и стали друзьями), чего, впрочем, он сам никогда не отмечает, считая свою красоту пороком и проблемой в связи с некоторыми событиями прошлого.
На стук дверь не открывается, так что юноша пробует снова, а затем ещё раз, прежде чем происходит чудо, и перед ним всё же является Дэмиан с любимой огуречной маской на лице и собранными в небрежный пучок волосами.
— О, уже приехал! Привет-привет! — здоровается он, пропуская парня внутрь со своей привычной широкой улыбкой.
— Привет, — сдержанно здоровается Страдательный и, не в силах удержаться, просит:
— Поставь что-нибудь нормальное, Дэм, пожалуйста. Только не "Ебанько".
— Ладно, ладно, — кивает тот, переключая песню на подключенном к колонке телефоне, откуда в следующий момент доносится:
— Все твoи слова растворятся со мной.
В моих глазах был водопад, но там сейчас нет ничего...
— Ну вот, есть же что-то нормальное, — замечает с мягкой усмешкой Денис, однако тут же жалеет о своих словах, когда слышит продолжение:
— И я дрочу в четыре тридцать, а в семь двадцать надо в школу.
И я сфоткал твои сиськи на старую Моторолу...
Гречкин под взглядом друга, явно говорящем о том, как он заебал, только хихикает, прежде чем присесть на кровать и со знанием дела уточнить:
— Волосы выпрямлять будем?
Парень кивает, ставя коробочку и вынимая из неё утюжок, прежде чем передать его парню и сесть на табуретку, интересуясь, пока тот включает провод в розетку и начинает работать с его волосами:
— Уже знаешь, кого к тебе подселят в этом году?
— Какой-то Михаил Жемчугов с третьего курса — его переселяют откуда-то с верхних этажей — и Леонард Лисов. Он, вроде бы, тоже с третьего, — отзывается тот, обдувая светлые волосы феном, прежде чем сменить провод прибора и начать выпрямлять ему волосы утюжком.
— Не, не знаю таких, — небрежно пожимает плечами тот, а Гречкин замечает мимоходом, едва заметно поджимая губы:
— Переехал бы ко мне в том году. Жили бы сейчас вместе, не думали бы о том, кто у нас обоих новые соседи.
— Я и не думаю уже, я знаю, — усмехается тот, ероша пряди уже выпрямленных со средством волос. — Васюков с нашего курса и ещё один парень, который перевелся в этом году — у него ещё старший брат староста второго этажа.
— Марка Кэт с пятого курса? — недоверчиво уточняет парень, выпрямляя следующую блондинистую прядь. — Да, я слышал что-то о нём: хороший парень, некоторые девчонки даже на нашем курсе шептались, что были бы не против с ним встречаться, но, кажется, ему немного не до этого.
"Естественно, не до этого: от его взглядов на Марго идёт такое электричество, что можно было бы год освещать общежитие, университет и весь академ-городок," — ехидно думает Страдательный, однако вслух вместо этого лишь бросает небрежно, пожимая плечами:
— Вот как. Я как-то не очень его замечал, если честно, но, видимо, он действительно хорош. В любом случае, если бы мы решили съехаться, Дэм, это был бы тот ещё кошмар: ты в три часа ночи будишь меня, чтобы показать мем, а я в пять утра в ответ бужу тебя бубнежом по физиологии и токовой терапии над лягушкой.
— Какой ужас! Бедное создание, это бесчеловечно! — юноша в гиперболизированном ужасе хватается за сердце, громко вздыхая. — Медицинский поступает бесчеловечно с братьями нашими меньшими, это совершенно немыслимо! Я бы поднял тебя в полседьмого ещё раз, чтобы мы пошли спасать бедных лягушек из кабинета физиологии.
— Только через мой труп, — закатывает глаза Денис, на что друг сразу же шутит:
— А если я скажу: "Пожалуйста"?
Юноша не удерживается от слабой улыбки, едва заметно качая головой. Гречкин всегда знает, как поднять ему настроение, недаром они так близки, как друзья, пусть и знакомы всего год.
— Почему ты так не любишь свои кудри? — вновь неожиданно нарушает тишину Дэмиан, продолжая выпрямлять волосы Страдательного. — Я их видел, День, они просто очаровательны. Да, ты довольно популярен со своей харизмой и даже несмотря на хронический недосып и тайны, но с этими кудряшками... О, ты покорил бы всех.
— Покорил бы всех? Дэм, они нелепые. Мне не идёт, — парень слегка хмурит брови, возражая, прежде чем ненароком коснуться сияющих золотистым рыжих волос. — Вот у кого красота на голове, так это у тебя. И я не хочу, чтобы ты стыдился того, что в тебе есть нечто такое красивое.
— Прекрати, — тот вздыхает тихо, качая головой и опуская взгляд. Рука сжимает утюжок чуть крепче. — Ты же знаешь, как я это ненавижу. Как мечтаю о самой обычной внешности, чтобы не видеть в зеркале того, кто отталкивает других тем фактом, что он слишком красив.
Денис только сжимает пальцами ткань шорт, сдерживая очередной стон, полный досады. Сколько бы раз он ни повторил, ни намекнул лучшему другу, тот всё равно стыдится своей красоты. И даже последний психолог Дэмиана ничем не смог ему помочь, заявив, что терапия на парне не работает, потому что он сам не видит проблемы, а потому не может проработать её с ней. И это само по себе уже большая беда.
— Дэм, ты же знаешь... — рука ложится на плечо, когда Страдательный снова пытается поговорить с ним, однако тот с лучистой улыбкой качает головой:
— День, всё нормально,не старайся. Я просто не могу иначе, знаешь? У меня есть причины, но рассказать о них тебе или психотерапевту... Это выше моих сил. Я просто не могу о таком говорить — не то что спокойно, но и просто рассказывать тоже. Каждый раз слова застревают в горле спазмом, и у меня ничего не выходит. Прости, если доставляю тебе этим проблемы. Наверное, я всё же не такой хороший друг, каким хочу казаться.
— Ты самый замечательный, самый драгоценный, самый лучший друг, что у меня есть, придурок, — фыркает Денис, разворачиваясь и осторожно обнимая парня за талию, прижимая его к себе и явно собираясь сказать что-то ещё тёплое и столь редко употребляемое, однако в тот момент отскакивает с болезненным воплем:
— Ай, блять!
Гречкин смотрит на него с недоумением, прежде чем перевести взгляд на утюжок для волос в своей руке и, не удержавшись, издать громкий смешок. Парень смотрит на него хмуро, потирая локоть и уточняя с привычной столь частой ворчливостью:
— Что смешного? Мне больно вообще-то.
— Прости, прости, это нервное, наверное, — отсмеивается Дэмиан, откладывая утюжок и доставая из-под кровати коробку с медикаментами. — Здесь, конечно, не так много всего, но обработать твою рану что-нибудь найдётся. Посиди немного спокойно, я сейчас всё исправлю.
— Да само пройдёт, только под струю с холодной водой погрузить нужно, — пытается отмахнуться Страдательный, однако лучший друг всё равно осторожно обрабатывает и заклеивает лейкопластырем область ожога, отчего тот фыркает, но без лишних споров принимает его заботу — он уже знает, что спорить по этому поводу с Гречкиным бесполезно, он каждую ранку обрабатывает, будучи потомственным медиком, у которого родители чуть ли не каждую царапинку обрабатывали множеством средств, уничтожая всевозможные бактерии с особой жестокостью и лепеча что-то про возможность подхватить столбняк. Неудивительно, что и сын у них вырос таким же, решив пойти по их стопам и тоже стать медиком.
Денис проводит у него время почти до самого вечера, а уже в четыре часа возвращается в свою комнату к Васюкову и новенькому, Кэту. И, несмотря на хмурый взгляд соседа со столь необычными кошачьими ушами, юноша не удерживается от лёгкой дразнящей улыбки и шутливого замечания:
— Тебе бы улыбнуться. Уверен, всю комнату бы осветило, словно солнцем.
Тот смотрит на него с недоумением и недоверием, словно не узнавая человека, которого уже видел этим днём, прежде чем выдохнуть беззлобно, снова утыкаясь в книгу:
— Придурок.
— Зато харизматичный, — со смешком отзывается Страдательный, прежде чем забраться на свою кровать и достать телефон. Нужно бы спросить Марго насчёт их общения с Марком. Интересно посмотреть, что она сама скажет на этот счёт.

¹Язва сибирская (лат.)
²Я бы не стал, но один нахальный идиот смотрел на меня так, будто я перебил всю его семью (нем.)
³Если бы это было так, я бы тебя поблагодарил. В любом случае, этот взгляд был не для тебя (нем.)