Я скучаю по тебе в пяти стихиях БЛ

Глава 99 Извилистая дорога

Сойдя с рельсов, молодой человек уже не может остановиться.

Чжоу Цзяюй был девственником уже более двадцати лет, ему было нелегко представить, что должно произойти если рядом окажется человек, который ему нравится, но весь процесс происходил в состоянии полного неведения, естественно, его сердце было полно нежелания, и он начал думать о том, как сделать это во второй раз.

Но не успел он придумать решение, как Линь Ишуй нанес прямой удар: "Хочешь жить со мной?".

Чжоу Цзяюй все еще лежал на диване, как соленая рыба, но, услышав это, тут же сел прямо, а его глаза засияли звездами: "Можно?"

"Почему бы и нет". Выражение лица Линь Ишуя было спокойным: "Мы любим друг друга".

Казалось, что с тех пор, как Линь Ишуй подтвердил свои чувства к Чжоу Цзяюй, он всегда был очень прямолинеен, признавался ли он в любви или ухаживал, он ничуть не стеснялся.

Чжоу Цзяюй тоже выпрямился и согласился на приглашение Линь Ишуя.

Остальные люди в комнате притихли, в конце концов, такая сексуальная жизнь есть только у Чжоу Цзяюй и Лин Ишуй.

Шэнь И грустно грыз свиной рысак.

Чжоу Цзяюй взглянул на него и сказал: "Шэнь И, после того как ты закончишь грызть свиной рысак, не мог бы ты своими грязными руками не вымазывать маленькую бумажку?"

Шэнь И сказал, что ночью Маленькой Бумажке все равно нужно будет принять ванну.

Чжоу Цзяюй сказал: "Значит, мыть его буду все равно я!"

Шэнь И ответил: "Ты переезжаешь, поэтому купать Сяо Цзяня(Бумажка) буду только я". После того как он закончил обнимать Сяо Цзяня и начал притворно плакать, он сказал: "Сяо Цзянь, у тебя действительно тяжелая жизнь, твой отец не хочет, чтобы ты .......

Маленькая бумажка с пустым лицом потянулась и коснулась своей жирной головы, которую погладила рука Шэнь И.

Лин Ишуй, который ничего не говорил рядом с ним, вдруг заговорил : "Или ты можешь пойти и жить с нами".

Шэнь И и Бумажка , сказали нет-нет, нам нравится оставаться вместе со старшими братьями, с меньшим количеством людей он жить не привык.

Так что вопрос был решен, Чжоу Цзяюй перетащил свой багаж, попрощался с одноместным общежитием и стал жить с Лин Ишуй.

Молодой человек, который ел мясо, был подобен зверю, почувствовавшему рыбный запах.На второй день после переезда у Чжоу Цзяюя снова что-то случилось с Лин Ишуй .

Конкретная ситуация не поддается описанию, можно лишь сказать, что тело Чжоу Цзяюя почти не развалилось, он ходил и хромал два дня.

После этого Чжоу Цзяюй был весь напуган, ему казалось, что он умрет в постели, и даже начал предлагать съехать. Разумеется, в итоге предложение Чжоу Цзяюй было с треском пресечено, Линь Ишуй провел рукой по татуировкам на его талии и мягко спросил , нравится ли ему это.

Чжоу Цзяюй вздрогнул, опустился на кровать и со всхлипом сказал, что ему нравится.

Однако Линь Ишуй тоже боялся, что он будет слишком сильно давить на Чжоу Цзяюй, что приведет к ответной реакции, и немного сдерживался.

Как бы то ни было, за это время Шэнь И и остальные не часто видели Чжоу Цзяюя, а Лин Ишуй и вовсе почти исчез, даже Лин Цзюэ не смог никого найти.

Однако период страстной любви не всегда бывает таким, несколько одиноких собак утешают друг друга.

С тех пор как Сюй Цзинхуо прислал почву, от группы Мэн Яньтяня не было никаких новостей, он больше ничего не выбрасывал, стал очень тихим, думали, может, у них какие-то внутренние проблемы.

В тот раз, когда его телосложение вышло из-под контроля, Чжоу Цзяюй догадался, что это проблема с Иньской почвой, спросил у Линь Ишуя, и Линь Ишуй разрешил ему держаться подальше от Иньской почвы и заклинаний в будние дни, чтобы не пострадать.

Но Чжоу Цзяюй чувствовал, что с его телом что-то не так ...... Не знаю, была ли это иллюзия, он чувствовал, что все больше и больше боится холода.

Изначально, после соития с Линь Ишуй, его тело должно было двигаться в хорошем направлении, но количество раз, когда Чжоу Цзяюй простужался, увеличивалось, сначала это было раз в один-два месяца, затем развилось до десяти дней, а к началу осени этого года ощущение холода уже стало обычным явлением.

"Что, черт возьми, происходит?" Обнаружив проблему со своим телом, Чжоу Цзяюй первым делом обратился к Жертвенной Восьмерке: "Почему мне всегда холодно в последнее время, это потому что скоро осень? Но в прошлые годы такого не было".

Жертвенник Восьми сказал: "Ты чувствуешь холод? Опиши это конкретно?"

Чжоу Цзяюй сказал: "Ну, ...... это просто холод, его трудно описать, хотя после занятий с господином становится немного легче, но это не может длиться слишком долго". Когда он произнес слово "мистер", ему стало немного не по себе, и он сухо кашлянул.

Жертвенная восьмерка некоторое время молчала, слегка озадаченная: "Не может быть, ведь по логике вещей такой проблемы быть не должно".

Чжоу Цзяюй вздохнул и подумал, что может только рассказать об этом Линь Ишуй, хотя это было довольно хлопотно, но все же лучше, чем если бы случилось что-то, что нельзя было бы исправить.

В тот вечер Чжоу Цзяюй сел рядом с Линь Ишуем и вежливо рассказал ему о своей растущей простуде.

Но пальцы Линь Ишуя нежно указывали на татуировку на талии Чжоу Цзяюя, и его движения приостановились на словах: "Тело холодное?".

Чжоу Цзяюй ответил: "Ну, ...... да".

Линь Ишуй спросил, "Откуда исходит холод?".

Чжоу Цзяюй ответил, что, по его словам, это не очень хорошо, но это не совсем то же самое, что физический холод, этот холод как будто вытекал из костей и стекал по кровеносной системе, постоянно проникая в сердце, и каждый раз это было особенно тяжело.

Линь Ишуй слегка нахмурился: "И как долго это длится?".

Чжоу Цзяюй ответил: "Вначале это было почти раз в два месяца, а теперь - дюжина дней ...... Сейчас поздняя осень, погода не слишком холодная, а два дня назад было достаточно жарко, чтобы надеть футболку, так что такого быть не должно".

Линь Ишуй немного поразмыслил и сказал: "Все в порядке, спи".

Видя, что выражение его лица не изменилось, Чжоу Цзяюй успокоился и погрузился в глубокий сон.

Но на следующий день Линь Ишуй позвал Линь Цзюэ, видимо, желая что-то с ним обсудить. Чжоу Цзяюй хотел подойти послушать, но его отвлек Шэнь И, сказав, что сегодня он собирается сшить несколько новых комплектов одежды для Маленькой Бумажки, и попросил Чжоу Цзяюй подойти и дать ей совет.

Чжоу Цзяюй не стал долго раздумывать и пошел.

Кто бы мог подумать, что, когда он приготовил одежду и вернулся, то увидел Линь Цзюэ, выходящего из дома Линь Ишуй, в уголках его глаз были слезы, а макияж глаз был размазан, так что казалось, что он плакал.

"Старший, что с тобой?" Чжоу Цзяюй был поражен выражением лица Линь Цзюэ, Линь Цзюэ был открытой личностью, очевидно, не так много вещей могли заставить его плакать.

"Ничего". Линь Цзюэ увидел Чжоу Цзяюй и улыбнулся: "Просто ......", - он сделал паузу и прошептал: "Скоро годовщина его смерти, мне немного тяжело".

"О." ответил Чжоу Цзяюй, еще несколько раз открывая рот, чтобы утешить.

Линь Цзюэ кивнул ему и повернулся, чтобы уйти.

Чжоу Цзяюй смотрел ему в спину, но сердце его замирало, когда он произносил: ""Жертвенная восьмерка".

Жертвенная Восьмерка хмыкнула.

Чжоу Цзяюй сказал: "Старший обманывает меня".

Жертвенная Восьмерка в это время чистила свои перья, но, услышав слова Чжоу Цзяюя, тут же замерла: "Что ты имеешь в виду? Зачем ему врать тебе?"

Чжоу Цзяюй опустил взгляд на свои руки и горько улыбнулся: "Откуда мне знать".

Чжоу Цзяюй боялся касаться табу Линь Цзюэ и специально искал Шэнь И и остальных, чтобы расспросить о любовнике Линь Цзюэ. Любовник Линь Цзюэ скончался летом, умер от непредвиденных обстоятельств, к тому времени они оба уже собирались пожениться, Линь Цзюэ даже выбрал свадебное платье, но его все не было, мольбы и крики Линь Цзюэ не смогли вырвать его из рук мрачного жнеца. Он оставил его одного в этом мире.

Поэтому, когда Линь Цзюэ назвал годовщину смерти своего возлюбленного, он явно солгал Чжоу Цзяюю, и, должно быть, был очень расстроена, раз смог так грубо солгать.

Так что же заставило Линь Цзюэ так сильно расплакаться и разволноваться?

Чжоу Цзяюй предчувствовал нечто такое, что трудно было выразить словами, он долго стоял у двери, прежде чем войти, и как только вошел, увидел Линь Ишуя, который сидел один в пустом зале, необъяснимо выдавая свое одиночество.

"Господин!" Чжоу Цзяюй окликнул Линь Ишуя: "Что с вами?"

Линь Ишуй махнул рукой Чжоу Цзяюй: "Иди сюда".

Чжоу Цзяюй медленно подошел.

Линь Ишуй спросил его: " Хочешь спать?"

На улице было уже поздновато, и свет в доме был неярким, Чжоу Цзяюй сел рядом с Линь Ишуй, он боялся, что Линь Ишуй его не видит, поэтому накрыл ладонью тыльную сторону руки Линь Ишуй: "Еще нет, господин".

"Хм..." Линь Юйшуй сказал: "Завтра мне нужно съездить по делам, и я смогу вернуться только через два месяца".

В следующем месяце начнется зима, и я не ожидал, что Линь Ишуй предложит уйти в это время. Чжоу Цзяюй открыл рот, хотел что-то сказать, но не знала, что именно.

Линь Ишуй сказал: "Не бойся, я оставлю тебе достаточно крови, ты сможешь облегчить свое состояние, выпив немного, когда замерзнешь".

Голова Чжоу Цзяюя медленно опустилась, он схватил Линь Ишуя за запястье и хотел поднять рукав, но Линь Ишуй хотел отвести его руку назад.

"Господин!" Чжоу Цзяюй не отпустил его: "Позвольте мне взглянуть".

Линь Ишуй поджал губы.

Чжоу Цзяюй сумел расстегнуть запонки Линь Ишуя и увидел его белую руку, а на руке - дырки от игл. Примерно в тот момент, когда было взято слишком много крови, отверстия от игл приобрели отвратительный зеленовато-фиолетовый цвет. Дыхание Чжоу Цзяюй приостановилось, и он дрожащей рукой осторожно прикоснулся к коже у края отверстия от иглы: "Зачем вы набрали столько крови, мне не нужно столько ......".

Линь Ишуй попытался отнять руку.

Чжоу Цзяюй все еще не отпускал его, он смертельной хваткой вцепился в запястье Линь Ишуя и поднял голову: "Господин, разве вы не говорили мне раньше, что если что, не надо от вас скрывать?"

Лин Ишуй нахмурился: "Да, я так говорил".

Чжоу Цзяюй сказал: "Тогда я тоже могу сказать вместе с тобой ......, что если что ......, не скрывай от меня".

Он не верил, что выход Линь Ишуя на этот раз не имеет к нему никакого отношения, все признаки были слишком очевидны, и Чжоу Цзяюй не смог его обмануть.

Линь Ишуй молчал.

Чжоу Цзяюй с нетерпением смотрел на Линь Ишуя, ожидая его ответа.

Линь Ишуй, казалось, почувствовал взгляд Чжоу Цзяюя, выдохнул и, похоже, принял какое-то решение: "Чжоу Цзяюй, ты болен".

Чжоу Цзяюй замер, не ожидая такого ответа.

"Если быть точным, это твое тело больное". Линь Ишуй : "Изначально ты вовсе не был чрезвычайно иньским телом, только из-за того, что ты однажды умер, иньская ци в твоем теле стала особенно густой, чем дольше ты живешь, тем гуще становится эта иньская ци, и теперь твое тело стало не выдерживать такую густую иньскую ци ......".

Понятно, Чжоу Цзяюй услышал ответ, его выражение лица было немного пустым, он сказал: "Тогда ...... это серьезно?"

"Не серьезно". Линь Ишуй Дао: "Я уже обсудил метод с Линь Цзюэ, мне просто нужно выйти ......" Его запястье слегка дернулось, избавляя Чжоу Цзяюя от оков, и при этом он сильно обхватил Чжоу Цзяюя за плечи: "Чжоу Цзяюй, ты веришь в меня".

Чжоу Цзяюй тихонько ахнул. Он должен был доверять Линь Ишую, что бы тот ни говорил, он верил, что это правда, но это дело, стоящее перед ним, было единственной вещью, которая потрясла его сердце - он знал, что если бы это не было срочно, Линь Ишуй никогда бы не оставил его здесь, чтобы провести зиму в одиночестве.

"Неужели я умру?" Чжоу Цзяюй повесил голову и прислонился к плечу Линь Ишуя, не зная, почему он это сказал, но слова сами собой вырвались изо рта, и он сказал: "Если я умру, то надеюсь, что вы, господин, не оставите меня и останетесь со мной в мои последние дни ....... "

"Чжоу Цзяюй". Линь Ишуй скрипнул зубами: "Где ты хочешь умереть? На кровати?"

Чжоу Цзяюй: "...... "Господин, вы изменились, раньше вы не были таким.

Мистер, который раньше не был таким, обнял свою маленькую рыбку и поцеловал ее успокаивающим глубоким поцелуем. Дыхание обоих мужчин стало длинным, и они оба были немного эмоциональны.

Линь Ишуй, всегда спокойный, обнял Чжоу Цзяюй и поднялся на второй этаж.

В тот вечер обеим сторонам было очень приятно, но перед тем как заснуть, Чжоу Цзяюй смертельной хваткой обхватил Линь Ишуй за талию, и его тело, которое было напряжено до предела, бессознательно всхлипывало, говоря: "Господин, вы не должны уходить".

Однако глаза Линь Ишуя уже открылись, и он разглядел Чжоу Цзяюя, уголки его красных глаз, кончик носа с капельками пота и красные, потрескавшиеся губы.

Линь Ишуй смотрел на него так, словно хотел накрепко запечатлеть его внешность в памяти.

"Чжоу Цзяюй". Линь Ишуй сказал ему: "Жди, пока я вернусь".

Чжоу Цзяюй уже не слышал слов Линь Ишуй, он действительно немного устал и, закрыв глаза, погрузился в глубокий сон.

На следующий день, когда Чжоу Цзяюй встал, Линь Ишуй уже исчез. Он открыл глаза, почувствовал легкий холодок и потянулся, чтобы поплотнее укутаться в одеяло.

Тут раздался голос маленькой Бумажки: - Папа-папа, ты не спишь?

Чжоу Цзяюй повернул голову и увидел, что он лежит рядом с его подушкой, подперев лицо рукой, и в приподнятом настроении смотрит на него.

"Ну, проснулся". Чжоу Цзяюй почувствовал легкую головную боль, протянул руку и дважды почесал маленькую бумажную головку: "Хороший мальчик ......, зачем ты пришел".

"Большой папа сказал мне прийти". Маленькая бумажка ответила: "Большой папа улетел на самолете, пусть маленькая бумажка позаботится о папе". Она серьезно подошла и поцеловала Чжоу Цзяюй в лоб своим плоским ртом, серьезно сказав: "Вставай и ешь, не оставайся в постели".

Чжоу Цзяюй повеселел и сел на кровати. Верхняя половина его тела все еще была покрыта какими-то непонятными отметинами, хорошо, что Бумажка не была человеком и не понимала этого.

Увидев, что Чжоу Цзяюй встал, Бумажка поспешила принести чашку соевого молока. Когда Чжоу Цзяюй отпил глоток, он почувствовал, что внутри появился железный запах, присущий только крови.

Должно быть, это кровь Линь Ишуй, - Чжоу Цзяюй крепче сжал чашку, и его улыбка стала немного принужденной.

"Что случилось, папа?" Маленький Бумажник почувствовал, что Чжоу Цзяюй не слишком доволен, и, наклонив голову, спросил: "Это соевое молоко не вкусное?"

"Нет, оно хорошее". Чжоу Цзяюй опустил голову и искренне повторил: "Очень ...... вкусно".

Линь Ишуй только что ушел, а вместе с ним и Линь Цзюэ. Куда они отправились, никто не знал, и что они собирались делать, тоже никто не знал.

Ученики не были глупыми, и было очевидно, что внезапная поездка Линь Ишуя в этот раз не была чем-то обычным. По характеру Линь Ишуя было видно, что если бы не что-то серьезное, он никогда бы не оставил Чжоу Цзяюй одного дома на зиму.

Наступила долгая зима, и Чжоу Цзяюй перебрался из дома, где жил Линь Ишуй, в небольшое здание, где жили все вместе, чтобы не ходить туда каждый день.

"Ты снова вернулся". Шэнь И вздохнул : "Ты не представляешь, как я скучал по тебе в те дни, когда тебя не было".

Чжоу Цзяюй сказал: "Ты скучал по мне или по моим маринованным свиным ножкам".

Шэнь И сказал: "Разве мы не можем скучать по обоим?"

Чжоу Цзяюй сказал: "Должно быть одно или другое".

Шэнь И тут же растрогался, сказал, что определенно скучает по Чжоу Цзяюю, ведь без маринованных свиных ножек или маринованных куриных ножек маринованные утиные ножки, жареные цветочки уток, жареные цыплята, жареные гусиные ладошки сына .......

Чжоу Цзяюй сказал" Давай ,катись от сюда."

Погода становилась все более мрачной, и в начале ноября неожиданно выпал первый снег.

Сяо Цзиньлун(дракон) и Чжоу Цзяюй сидели у двери с табуреткой в конце, Чжоу Цзяюй уже начал надевать пуховик, они с Сяо Цзиньлуном болтали: "О чем ты беспокоишься?"

Маленький Золотой Дракон указал на бак у двери.

Чжоу Цзяюй сказал: "Он замерзнет?".Маленький Золотой Дракон кивнул.

Чжоу Цзяюй немного удивился: "Он что, каждый год замерзает?"

Маленький золотой дракончик покачал головой: "Не дома".

"О." Чжоу Цзяюй поймала рукой снежинку и наблюдала, как она тает на кончиках пальцев: "Ты тоскуешь по дому?"

"Нет". Маленький Золотой Дракон сказал: "Я скучаю по Линь Цзюэ, он лучше, чем дом".

Чжоу Цзяюй внезапно улыбнулся, он не знал, как долго золотому дракону придется донимать Линь Цзюэ, чтобы добиться своего, но в глубине души он думал, что золотой дракон добьется успеха быстрее, ведь бывали моменты, когда он смотрел на одинокого Линь Цзюэ, и его сердце все равно немного волновалось.

Шэнь И прибежал в джемпере и спросил Чжоу Цзяюя, что мы будем есть на ужин.

Чжоу Цзяюй спросил его, что он хочет съесть.

Шэнь И подумал и сказал, что хорошо бы горячий горшок.

Чжоу Цзяюй согласился.

Поэтому вечером Чжоу Цзяюй сам варил суп и готовил вкусный горячий горшочек. Теперь, когда он немного ослаб, Шэнь И и остальные приходили на кухню, чтобы помочь, они работали ножом, а Чжоу Цзяюй отвечал за ложки и приправы.

Горячий горшочек был подан на стол, на гарнир были поданы свежие блюда, Шэнь И ошпарил кусок нежной говядины и проглотил его, сказав неопределенно, что горшочек действительно вкусный, и что если бы ты был девушкой, я бы непременно женился на тебе как на своей жене.

Чжоу Цзяюй постучал палочками по миске и сказал, что ты больше уважаешь жену своего учителя.

Все засмеялись.

Независимо от времени суток, люди в доме молчаливо не говорили о Линь Ишуе и Линь Цзюэ, а Чжоу Цзяюй после еды рано отправился спать. С наступлением полудня его начинало клонить в сон, и он мог проспать всю ночь, если ложился на кровать .

Сегодня Чжоу Цзяюй тоже лег спать рано, как обычно, потому что боялся, что ему будет холодно, и Шэнь Муши с остальными специально накрыли его электрическим одеялом. Хотя эффект был средним, это был хотя бы знак их признательности.

Когда Чжоу Цзяюй уже собирался заснуть, зазвонил его мобильный телефон, и, взяв его в руки и посмотрев на номер, Чжоу Цзяюй сразу же проснулся, это был номер Лин Ишуй.

"Алло!" Чжоу Цзяюй бросился к телефону и поднял трубку: "Это вы, сэр?"

"Цзя Юй". раздался голос Линь Ишуя, - "Ты спишь?"

"Я не сплю". Настроение Чжоу Цзяюя мгновенно поднялось, когда он услышал голос Линь Ишуя, он сел на кровати: "Где вы, господин, когда вы вернетесь ......".

"Скоро". Голос Линь Ишуя был все еще слабым, как вспомнил Чжоу Цзяюй, они не виделись почти полмесяца, для горячо влюбленного Чжоу Цзяюя это были как дни и годы: "Ты скучал?"

"Я думало тебе". Чжоу Цзяюй очень честно ответил на вопрос Лин Ишуй: "Мистер скучал по мне?"

"Думал о тебе". Линь Ишуй сказал: "Я хочу вернуться, чтобы увидеть тебя сейчас".

За окном шуршали снежинки, Чжоу Цзяюй прислонился к стене и без умолку болтал с Лин Ишуй, он проговорил полчаса, потом ему уже хотелось спать, но он все еще отказывался класть трубку, отвечая на слова Лин Ишуй в оцепенении.

В конце концов Чжоу Цзяюй не понял, когда телефон замолчал, а когда очнулся, то уже лежал на кровати, и было похоже, что кто-то пришел и накрыл его.

Чжоу Цзяюй спросил у Жертвенной Восьмерки, не говорил ли он, что здесь кто-то был.

После того как ты уснул, Линь Ишуй позвал своего ученика и попросил Шэнь И прийти и помочь тебе лечь.

"О." Чжоу Цзяюй немного растерялся: "Мне приснился господин ......, и я подумал, что это он возвращается".

Жертвенная восьмерка ничего не сказала.

Чжоу Цзяюй сказал: "Когда он вернется, если я действительно не могу жить долго, я очень хочу провести с ним последнее время".

Жертвенная Восьмерка сказал: "Чжоу Цзяюй, не думай слишком много".

Чжоу Цзяюй вздохнул, подумав, что люди действительно существа, которых трудно удовлетворить, эта жизнь, которую он изначально подобрал, кажется неоправданной, чтобы отдать ее, но как только он подумал о том, что оставил Линь Ишуй и тех людей в доме, с которыми он проводил время, он все равно почувствовал бы сожаление.

"Я умру?" спросил Чжоу Цзяюй у Жертвенной Восьмерки.

Жертвенная восьмерка медленно опустилась на корточки на черепашьем панцире и ответила: "Нет, ты не умрешь".

После этого Чжоу Цзяюй замолчал.

Поскольку здоровье Чжоу Цзяюя было не очень крепким, Маленькая Бумажка в последнее время следила за лаской, они расположились в гостиной, и как только Чжоу Цзяюй спустился вниз, он увидел, что Маленькая Бумажка обхватывает ласку своим телом, и эти двое уживаются в исключительно гармоничной атмосфере.

"Маленькая Бумажка". Чжоу Цзяюй назвала его по имени.

Маленькая бумажка превратилась из бумажной трубочки в свою обычную форму и подбежала к лицу Чжоу Цзяюя, поползла по его телу к плечу, зовя его папой.

Чжоу Цзяюй погладил его по голове, почувствовав, что тот еще немного подрос, и Бумажка сказал : "Папа, идет сильный снег".

Чжоу Цзяюй поднял голову, чтобы выглянуть в окно, и обнаружил, что прошлой ночью действительно шел сильный снег, между небом и землей осталась лишь серебристая белизна, и на первый взгляд она была настолько ослепительной, что щипало глаза.

"Ах, опять идет снег". Это была уже третья зима, которую Чжоу Цзяюй проводил здесь, он знал, что Маленькая Бумажка любит снег, и погладил его по голове: "Хочешь выйти и посмотреть?"

"Можно?" Маленькая бумажка очень мило подняла голову.

"Можно". Чжоу Цзяюя позабавил ее воспитанный вид, ведь из-за своей ориентации он, скорее всего, не смог бы завести ребенка, а Бумажка была для него как сын: "Я не буду тебя сопровождать, ты иди с Желтеньким". Ласка тоже переоделась в густой мех.

"Хорошо." радостно сказал Бумажка и в следующее мгновение повел ласку в снег, Чжоу Цзяюй стоял у окна и смотрел, как они резвятся в снегу, и снова почувствовал холодок, идущий от костного мозга, он выпустил дыхание и подумал с некоторой усталостью, что этот холод, кажется, нападает все чаще и чаще ......

Автору есть что сказать:

Эмммммм.... начали готовиться к концу, чтобы не испортить атмосферу, малый театр остановится первым, о том, что обязательно будет выдумано, когда придет время, будет сообщено словами автора.