4.
Саске пытался вырваться из кольца сжимающихся рук, срывая горло от крика, невзирая на грубо обвязанный вокруг головы на уровне рта носовой платок. Адреналин острыми иголками пронизывал все его тело, Саске толкнул мужчину, одновременно резко пиная по ногам. Сзади послышался хрип боли, но безжалостная хватка не ослабла ни на йоту. Саске был взбешен. Какой придурок только додумался похитить человека с гребаной благотворительной вечеринки в честь Хэллоуина? От сильного удара по голове Саске покачнулся и упал лицом вниз. Но даже болезненно растянувшись по полу, он все равно продолжал бороться, елозя щеками по ковру и тем самым пытаясь вытянуть платок изо рта.
– Отъебись от меня! Помогите… – начал было он, но теплая, широкая ладонь закрыла ему рот, а сверху навалилась тяжесть, мешая подняться. – Доверься мне; я и отъебу, и помогу, – прошептал неизвестный на ухо. Саске ошарашенно застыл, уровень адреналина подскочил, и кровь устремилась к паху. Это был он. Его любовник. Это была его самая заветная и самая тайная фантазия, та, в которой он никогда никому не признавался. Даже своему драгоценному любовнику. Чтобы его заставили – но заставили так, как он того хочет. Саске не мог передать словами жар страсти, охвативший все его тело, стоило ему представить, через что его любовнику пришлось пройти, чтобы найти Саске сегодня и воплотить в жизнь его сокровенную мечту. Саске чудилось даже, что его любовник знал, как важно было сделать это именно сегодня, чтобы стереть из памяти плохие воспоминания, связанные с Хэллоуином. За то время, которое понадобилось Саске на осмысление ситуации, мужчина развязал у него на шее галстук и поднял его выше. Саске почувствовал, как тот затягивается поверх платка, закрывая рот. Чужие пальцы вплелись в волосы, массируя кожу головы, словно извиняясь за давешний сильный удар. Несмотря на темноту в комнате, Саске попытался повернуть голову, чтобы глянуть на мужчину, но ее резким рывком за конец галстука вернули на место. Обхватив руками за пояс, на нем расстегнули брюки и спустили их до колен, мешая тем самым побегу – как будто он вообще хотел сбежать. Смокинг, задранный ему на голову, теперь перекрывал весь обзор полностью. – Приподнимись, – услышал он требовательный голос, заглушенный тканью пиджака, закрывавшего уши. Саске задрожал, поднимая тело над полом, в такой позе его задница была невероятно уязвима, а ноги прижаты друг к другу спутавшимися вместе штанами и боксерами. Он чуть не задохнулся, когда смутно разглядел из своего лишенного преимуществ положения свой пояс, зажатый в руках мужчины. Тот работал быстро, используя ремень, чтобы стянуть вместе запястья Саске. И вскоре руки, которые он так любил, исчезли из его ограниченного поля зрения, но только для того, чтобы коснуться груди. Одновременно с этим к спине прижалось тепло чужого тела. Саске ощущал, как шелк его костюма трется о рубашку любовника, когда тот начал расстегивать пуговицы на блузке, оставляя ее свободно – и почти щекотно – висеть вдоль боков Саске. Живот напрягся от удовольствия, когда горячие пальцы огладили кожу рядом с пупком и сместились к груди. Саске задыхался от ощущений, соски встопорщились, стоило рукам еще раз пройтись вниз по бокам, переходя на внутреннюю сторону бедер, сжимая и разминая их. Мужчина издевался над ним, водя ладонями близко-близко, но так и не дотрагиваясь до члена, отчего Саске громко разочарованно стонал в импровизированный кляп. Саске изогнулся, пот катил с него градом от перегрева. Ему было так жарко, так горячо, и горячее всего там, где так остро требовалось прикосновение. Он зарычал, чтобы скрыть плаксивые нотки, появившиеся в голосе, когда что-то мягкое и влажное прижалось к анусу. Он чувствовал, как его чистят, вытирают. Зашипел, едва прохладная ткань толкнулась внутрь его тела, и сжался от контраста температур. Внутри было жарко, даже несмотря на эту освежающую прохладу. Саске не хотел никакой прохлады. Он хотел пульсирующий, горячий, толстый член своего любовника. Палец, удерживающий материю, зашел глубже, когда к нему добавились другие. Тепло от них быстро впиталось в ткань, разгорячая Саске изнутри. Секунду спустя он почувствовал легкое покалывание: видимо материал содержал анестетик. – Ммм, – простонал Саске. Влажная ткань внезапно исчезла. Из опыта прошлых встреч Саске ожидал ощутить хорошо смазанные растягивающие его пальцы. Но вместо этого, почувствовал, завопив в кляп, как горячий член его любовника прижимается, а потом и проталкивается внутрь него. Мужчина надавил ему на спину, так чтобы зад оказался в воздухе, а лицо – прижато к рукам, и Саске едва хватало сил удерживать бедра наверху, когда тот начал двигаться. Саске получил, что хотел: его любовник был тверд как камень и безжалостно его трахал. Наслаждение разгоралось пожаром, все внутри пульсировало от вожделения. Он пытался подаваться навстречу толчкам, чтобы увеличить скорость, но чужие руки удерживали за бедра. Ему было так нужно, он так хотел еще больше удовольствия, даже несмотря на то, что готов был кончить от малейшего прикосновения. Он попытался было сместиться так, чтобы член терся хоть обо что-нибудь, но его тут же оттащили прочь от пола. Расстегнутая блузка задралась к плечам, и Саске стонал от ощущения шелковой ткани чужой рубашки на своей потной спине. – Нет. Еще рано. Тебе еще нельзя кончать, – хрипло уверил его греховный голос, и Саске в наслаждении замычал, вслушиваясь в сладостные нотки, сквозящие в этом голосе. Тело Саске содрогалось от силы толчков. Где-то на окраине сознания забрезжила мысль, что мужчина просто использует его для собственного удовольствия: словно он был только инструментом для достижения разрядки. Казалось бы, это так унизительно. Однако вместо горечи унижения, Саске переполняло чувство собственного великолепия: он заставлял этого сильного мужчину идти на поводу у своих желаний, не прилагая к тому никаких усилий. Да, у него определенно были проблемы с головой, но он не мог отыскать в себе и тени беспокойства по этому поводу. Тело было словно в огне, разум – одурманен привычной нехваткой воздуха. Все ощущалось так остро. Шелковое прикосновение чужой рубашки. Слияние их тел на какую-то долю секунды перед глубоким толчком снова, и снова, и снова. Внезапно чужие пальцы нежно прочертили линию от головки вниз по всей длине, и Саске словно поглотила приливная волна. Такое необходимое внимание к члену толкнуло его за грань блаженства. Саске пронзительно закричал, от силы оргазма в глазах потемнело, и он провалился в небытие. Когда Саске пришел в себя, он сперва не мог сообразить, где находится. Голова кружилась, тело дрожало и подавалось вперед, не останавливаясь, кажется, с тех самых пор, как он провалился в сон, поскольку все еще был связан… …а его любовник все еще безжалостно в него вбивался. – Блять, – выдохнул тот, – смотреть, как ты теряешь сознание от наслаждения было так классно. Давай повторим, – прохрипел мужчина позади него. Саске затрясло. Повторим? Повторим? Он уже хотел остановиться. Саске попытался всерьез вывернуться. Но это только сильнее распалило мужчину, так что тот крепче впился пальцами в бедра Саске и стал сильнее в него вколачиваться. Он обернул руку вокруг талии Саске и, обхватив член горячей ладонью, начал снова его накачивать. Саске брыкался и извивался. На вечеринке еще остались люди, с которыми ему необходимо повидаться, да? Не говоря уже о том, что кто-нибудь может обнаружить их в любой момент! Ему нужно было возвращаться. Но любовник по-прежнему, не демонстрируя никакой жалости, отказывался его отпускать. Вместо этого Саске перевернули набок, так, что ноги оказались прижатыми к груди, и начали толкаться в него сбоку, вбиваться, не позволяя сдвинуться с места или отстраниться. Пиджак смокинга закрывал глаза, мешая ему разглядеть своего любовника, заставляя задыхаться от блаженного удушья еще больше, все его тело горело, как в лихорадке. Саске пытался отодвинуться, извиваясь, стараясь вырваться, но все, что у него в итоге получилось – это распалить свою собственную похоть. Его любовник знал его слишком хорошо: знал, как сильно он любил, как страстно желал внимания, несмотря на все его попытки «уйти». Этой ночью они испробовали все существующие позы, включая исполнение его любовником обещания с их прошлой встречи – заставить Саске отсосать ему. Они определённо пробыли там несколько часов кряду. Саске был не в состоянии точно сосчитать количество своих оргазмов, но он знал, что еще трижды терял сознание. С его любовью к удушению сознание от раза к разу уплывало все легче. Всякий раз, когда он приходил в себя, он ощущал сильные толчки своего любовника, именно той силы, как ему нравилось. И всякий раз это заводило Саске снова и снова.
Когда его любовник наконец-то вышел из него, Саске трясло от истощения после идущих один за другим оргазмов и недостатка кислорода в мозгу. Все тело ломило, а голова пульсировала болью. Однако он еще никогда в жизни не чувствовал себя таким удовлетворенным. Таким умиротворенным. Проворные руки развязали его опухшие запястья, потянули вверх брюки, аккуратно прикрывая саднящую задницу и абсолютно мягкий член. Тело налилось свинцом, его любовник осторожно уложил Саске набок. Но как только он встал и направился к выходу, как еще одна волна адреналина накрыла Саске с головой. Он медленно отодвинул смокинг с лица. Это был его шанс. Пришло время узнать, как выглядел его любовник. Саске выжидал, притворяясь обессиленным – что было правдой всего несколько секунд назад – пока мужчина отойдет на достаточное расстояние и не сможет помешать Саске, снова прижав его к земле… несмотря на то, как эротично это звучало. Саске неслышно застегнул пуговицу на штанах, потом встал и стащил галстук со рта. Он медленно, бесшумно шел следом за своим любовником. Замер на месте, когда тот открыл дверь, и свет из банкетного зала осветил знакомые черты. – Наруто? – неверяще выдохнул Саске. Наруто инстинктивно оглянулся, услышав свое имя, но тут же застыл, встречая взгляд Саске. Они стояли, глядя друг на друга. Смокинг Наруто был расстегнут, плечи, всегда так самонадеянно и заносчиво распрямленные, – опущены, и Саске никак не мог уложить в голове эту картину, словно окаменев от шока. С лица Наруто сошло всякое выражение, он решительно выпрямил спину и быстро покинул комнату. – Наруто! – позвал Саске, выбегая следом, и начал спешно натягивать до этого зажатый в руке пиджак, чтобы скрыть свой расхристанный вид. Тех нескольких секунд, в течение которых Саске застегивался, хватило Наруто, чтобы исчезнуть из виду. Саске ворвался в переполненный зал, отмечая изменения в людях, произошедшие пока его не было: все были пьяны и похотливы. Их совершенно не заботило, как он выглядел, и он сомневался, что здесь все еще был кто-нибудь из его коллег. Но Саске все равно метался в толпе, пытаясь отыскать там Наруто. Безуспешно. Его любовник в очередной раз просто испарился в воздухе. Саске проглотил ком, застрявший в горле от шока и неверия. Его любовником был Наруто. Наруто. Это сон? Наруто не мог быть его любовником. Это было просто невозможно. Наруто. Имя резонировало в голове, и Саске не представлял, как ему отойти от такого ошеломляющего, запредельного шока.