Обреченные

Listen to this: Cecilia Krull - My Life Is Going On

Поздняя ночь. Свет во всем доме уже потушили. Только на первом этаже он все еще горел.

Оливия вошла в ванную и начала чистить  зубы.

Внезапно она услышала крики.

— КАК ТЫ СМЕЕШЬ ПРЕРЕКАТЬСЯ СО МНОЙ! — кричал мистер Эванс.

— Папа, это не то, что я хотел сказать... Это все-таки не конец света... — отвечал ему Нолан.

— Я НЕ ПОТЕРПЛЮ ПОСРЕДСТВЕННОСТИ В ЭТОМ ДОМЕ! — продолжал кричать мистер Эванс.

Оливия словно окаменела, слушая, как на Нолана кричит его отец. Она опустила зубную щетку и умыла лицо, продолжая прислушиваться к их разговору.

Вдруг раздался громкий шлепок. Отец Нолана его ударил и Оливия это услышала. Она прислонилась к двери ванной и медленно соскользнула вниз. Ей было больно. Ее худшие подозрения подтвердились.

Наступило угрожающее молчание. Оливия все еще не могла сдвинуться с места, но вдруг кто-то постучал в дверь и пробудил ее из этого состояния.

— Ну, я могу пойти в ванную? — спросила Элизабет.

— Д-да, — растерянно ответила Оливия и открыла ей дверь.

— Что с тобой? Ты такая бледная, точно увидела приведение, — сказала Элизабет.

— Я только что услышала, как Нолан ругается с вашим папой. Это было достаточно... мощно. Это часто происходит? — спросила Оливия.

— Мои родители строги к нему, они ругают его, когда он опаздывает, к примеру. Мне от этого смешно, потому что мне они позволяют намного больше, — ответила Элизабет.

— Понятно... Я пойду переоденусь в пижаму... — собственный голос казался Оливии очень далеким.

— Хорошо. Я переоденусь в ванной. Мне не очень хочется видеть тебя без одежды, я боюсь, что меня вырвет, — сказала Элизабет.

Оливия была так поражена, что даже не обратила никакого внимания на эти слова девушки. Она вернулась к ней комнату, переоделась и села на свой спальный мешок, все еще обдумывая произошедшее.

Спустя какое-то время пришла и Элизабет.

— Где ты купила такую ужасную пижаму ? — сразу же сказала она Оливии.

— Так или иначе, меня успокаивает, что у нас с тобой разные вкусы, — ответила девушка.

— Но носить такие вещи... — Элизабет скорчилась.

— Я не на дефиле моды сюда пришла, — безо всяких эмоций отвечала Оливия.

— Ах, кстати, а зачем ты тогда сюда пришла? — поинтересовалась Элизабет.

— Помнишь про отметины на спине твоего брата ? — спросила Оливия.

— Что ты еще придумываешь?! — грозно сказала Элизабет.

— Перестань врать, Элизабет, ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Ты в курсе... — сказала Оливия.

— Ты опять будешь мне рассказывать об этой истории? Я уже сказала тебе, что это был всего лишь способ заставить тебя замолчать.

— То есть ты действительно ничего не знаешь?

— Я уже говорила и тебе, и твоей тупой подружке, что я не знаю, откуда у него были эти отметины. Ты глухая или что?.. — сказала возмущенная Элизабет.

«Блин, кажется, она действительно не врет. У меня больше нет выбора, мне нужно заставить говорить Нолана», — подумала Оливия.

— Дело не в том, что мне не доставляет удовольствие вспоминать моменты, когда я врала тебе, просто мне хочется спать. Я желаю тебе спокойной ночи, надеюсь, тебе будет хорошо спаться в твоем... спальном мешке, — сказала Элизабет, надела свою маску для сна и легла спать.

                                   *  *  *
Оливия ждала, когда Элизабет заснет, чтобы пойти поговорить с Ноланом. Она думала, что ей будет непросто выбрать момент, чтобы уйти, но... когда Элизабет начала громко храпеть, ее сомнения рассеялись.

«Вот тебе и принцесса...» — думала Оливия, закрывая за собой дверь.

Она надеялась, что Нолан все еще не спал. Уже через мгновение она стояла перед дверью в его комнату.

«Если бы мне нужно было делать ставку, я бы сказала, что у него старомодная клетчатая пижама, — от этой мысли девушка улыбнулась, — Я думаю о всякой чепухе, но мне нужно немного разрядить обстановку, чтобы набраться смелости...»

Я итоге, Оливия пару раз глубоко вздохнула и тихо-тихо постучалась в его дверь.

— Кто там? — спросил Нолан.

Оливия вошла в комнату.

— Тише, — прошептала она, прижав указательный палец к своим губам.

— Оливия? Что ты здесь делаешь? — спросил Нолан.

— Я... Мне надо поговорить с тобой. На этот раз ты не уйдешь от меня, — слегка смущенно ответила Оливия.

Только в тот момент она поняла, что Нолан стоял перед ней в одних боксерах. Он оказался намного более накаченным, чем она себе представляла.

— И ты решила, что середина ночи - это самый подходящий момент? — Нолан сложил руки на груди.

— Мне нужны... — девушка вдруг замолчала.

«Сконцентрируйся, Оливия, перестань рассматривать его с ног до головы...» — мысленно повторяла она себе.

— ... Да? — спросил Нолан.

— М-мне нужны были доказательства перед тем, как поговорить с тобой, —произнесла Оливия.

— Доказательства?

— Доказательства... Что твой отец поднимает на тебя руку, — ответила девушка.

— Я сказал тебе не вмешиваться в эту историю! Это тебя не касается, пойми же ты, наконец! — сердито крикнул Нолан.

— Пожалуйста, не кричи. Вдруг твои родители нас услышат... — просила Оливия.

— Выйди отсюда немедленно, — сказал Нолан, указывая ей на дверь.

— Нет! Я не уйду. Это слишком серьезно. Я не могу делать вид, что все в порядке, это невозможно, — ответила Оливия.

— В-все намного сложнее, чем кажется, — Нолан тяжело вздохнул.

— Тогда расскажи мне. Ты можешь доверять мне... — Оливия взяла его за руку, но он был так расстроен, что даже не заметил, — Думаю, что тебе пойдет на пользу этот разговор, — добавила она.

— Я не хочу вредить моему отцу... Понимаешь, у него сейчас сложный период.  Поэтому я никому не говорю о... о том, что он со мной делает, — после недолгого молчания сказал Нолан.

— Извини, но мне кажется, что из вас двоих, это у тебя сейчас самый сложный период, — ответила Оливия.

— Ты не знаешь, о чем говоришь. Мой отец всегда вел исключительный образ жизни с тех пор, как он поднялся по служебной лестнице на его предприятии международного уровня. Он всегда делал все для нас, для моей мамы, моей сестры и меня, до того... — Нолан замолчал.

— До чего? — с нетерпением спросила Оливия.

— До того, как кто-то увел у него из под носа его повышение, и все разлетелось вдребезги. Некоторое время назад мой отец должен был стать вице-президентом на своем предприятии, — ответил Нолан.

— Это совсем не маленькое повышение...

— Именно. Но вместо него назначили начинающего специалиста с кучей дипломов, — продолжил Нолан, — Несмотря на опыт и компетенцию моего папы, его начальник предпочел остановить свой выбор на молодом человеке.

— Я понимаю, это должно быть ударом для него, но это не оправдывает его действия. Наверное, твой отец сохранил хорошее место на этом предприятии? — спросила Оливия.

— Нет, проблемы продолжились. Новый вице-президент почувствовал опасность и постепенно понизил моего отца до абсолютно обычной должности. Он всегда делал все, чтобы достичь совершенства, теперь же он будет до конца своей карьеры сидеть на одном и том же месте, — ответил Нолан.

— Но я не понимаю... В чем связь между тобой и его профессиональными неудачами? — сказала Оливия.

— Я... я не знаю, тебе нужно все разжевывать? Кажется, что мой папа проецирует на меня образ этого молодого человека. И одновременно, он хочет, чтобы я был так же безупречен, как и он. Даже лучше, чтобы никто не смог так меня вытеснить, — сказал слегка раздраженный Нолан.

— Но это невозможно. Никто не может быть полностью безупречным, — ответила Оливия.

— Думаю, что таким образом он хочет защитить меня от неудач, которые постигли его. Изначально это не плохое намерение...

— Может быть. Но это не оправдывает его действия. Ты осознаешь это? Как ты можешь принимать все это, даже не моргнув глазом? 

— Если я расскажу, это разобьет мою семью еще больше, чем сейчас. Мой папа наверняка потеряет свою работу. Мы уже сейчас в долгах, а так у нас вообще не будет дома. Что будет с моей мамой и сестрой? — ответил Нолан, подняв взгляд на девушку.

— А твоя мама и Элизабет тоже ничего не говорят? Они в курсе? — поинтересовалась Оливия.

— Элизабет ничего не знает. Она всего лишь думает, что она любимица, чьи капризы всегда исполняются, а её брата всегда ругают. А моя мама... Мне кажется, что она всего лишь делает вид, что ничего не знает, — с досадой ответил Нолан.

— Но как она может так поступать?! Мать должна защищать своего ребенка, — возмутилась Оливия.

— Тебе не нужно преувеличивать... Все дети раз или два в жизни получали затрещины от своих родителей... — сказал Нолан.

— Но не до такой степени, чтобы оставались следы! И что-то мне говорит, что твой отец уже не раз поднимал на тебя руку, — сказала Оливия.

— Это случалось не так часто... — сказал Нолан.

— Уже недопустимо то, что это случилось один раз. Мать или отец шлепают своего ребенка, чтобы дать ему понять, что он зашел слишком далеко, но не для того, чтобы сделать ему больно! — ответила Оливия.

— Я уверен, что это не является целью моего папы.

— Может быть, но результат на лицо. Он ранил тебя физически, это нарушение прав ребенка!

— Что бы то ни было, тебе не нужно беспокоиться, хорошо? Я сам с этим разберусь.

— Н-но, он причинил тебе боль и сегодня вечером, не так ли?

— Ничего страшного, — прошептал Нолан.

— Я-я... Нол... — почти неслышно проговорила Оливия.

— С твоего разрешения я пойду спать. Уже поздно, и я хочу быть завтра на уроках в форме, — Нолан лег в кровать и повернулся к девушке спиной.

Оливия не могла просто так уйти, это было сильнее нее. Она легла рядом, приобняв Нолана. Так как он лежал к ней спиной, она не видела его лица и не могла понять, что он мог чувствовать. Но он и не оттолкнул ее.

Они остались так лежать несколько минут, не двигаясь.

— Тебе, наверное, нужно идти. Ты... Я бы не хотел, чтобы мой папа увидел нас, — внезапно проговорил Нолан, медленно вставая с кровати.

— Да, конечно, я понимаю. С тобой все в порядке? — спросила Оливия, сидя на кровати.

— Теперь да. Твое присутствие пошло мне на пользу. Но тебе лучше пойти спать к Элизабет, а то мы случайно уснем вместе, — ответил Нолан.

— Хорошо. Тогда я пошла. Спокойной ночи, — Оливия встала с кровати и направилась к двери.

— Оливия? — позвал ее Нолан.

— Да? — Оливия развернулась и посмотрела на него.

— Спасибо, — Нолан слегка улыбнулся. В его взгляде читалась благодарность.

— Не за что, — ответила Оливия и вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.

После этого она осторожно вернулась к  Элизабет, которая храпела, как паровоз, и залезла в свой спальный мешок, но у нее никак не получалось отойти от того, что произошло... Ей совершенно не хотелось спать после того, что ей рассказал Нолан.

«Только подумать, я легла в его кровать. Я никогда не думала, что способна на такое...» — думала она.

Из-за все этой истории Оливия почти не сомкнула глаз.

                                   *  *  *
На следующий день Элизабет не нашла убедительного предлога, чтобы Оливия поехала на автобусе одна. Ее папа подвез к школе всех троих. И, конечно же, этот приезд не остался незамеченным...

Увидев, как Нолан, Элизабет и Оливия приехали, Роузи, Мия и Хлоя тут же направились встречать свою подругу.

— Ну, давай, рассказывай, что ты узнала,  — сразу начала Роузи.

— Я... Я пока не хочу об этом говорить, — честно ответила Оливия.

— Ты же знаешь, что можешь доверять нам, не так ли? — спросила Мия.

— Извините, девчонки, может позднее... — сказала Оливия.

— Ничего страшного, скажи, когда будешь готова, если что, мы всегда рядом, — сказала Хлоя и обняла свою подругу.

После этого подруги пошли на урок.

                                   *  *  *
Весь урок Оливия чувствовала на себе взгляды учеников и слышала, как они перешептываются.

На перемене она мгновенно вышла из класса.

В коридоре, у одного из шкафчиков стояла Мелани и Оливия заметила, что девушка смотрела в ее сторону.

— Привет, Мелани, — поздоровалась Оливия.

— Здравствуй, — сухо ответила девушка.

— Ээ... Что-то не так?

— Я всего лишь... Ну... Я видела, что ты приехала сегодня утром вместе с Ноланом, — сказала Мелани.

— Я ночевала у него, да, — подтвердила Оливия.

— То есть, вы...

— Нет! Н-не выдумывай всякую чепуху. А вообще... Это Элизабет меня пригласила, а не Нолан, — перебила ее Оливия.

— Ты проводишь время с Элизабет? — спросила Мелани.

— Я знаю, в это сложно поверить, — сказала Оливия.

— Не так уж и сложно, — с хитрой улыбкой проговорила Мелани.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросила Оливия, но Мелани ушла, ничего ей не ответив.

— Это хорошо, что ты помирилась с Элизабет, — сказала Оливии Ирис, которая как раз проходила мимо.

— С чего ты это взяла? — спросила Оливия.

— Я видела, что вы сегодня утром приехали вместе, — ответила Ирис.

— Ты все придумываешь, Ирис, — сказала слегка рассерженная Оливия и быстро пошла во двор.

Там стояли Адриан и Виктория и о чем-то разговаривали. Оливия решила к ним присоединиться.

— Я не знал, что у тебя появились новые близкие друзья, — сказал ей Адриан.

— Если ты говоришь об Элизабет, это не то, что ты думаешь... — ответила Оливия.

— Что тогда происходит? — поинтересовался Адриан.

— А что происходит? — сказала Оливия.

— Я не знаю, это ты мне объясни. Что это все значит? — сказал Адриан.

Оливия не знала, что ей ответить, поэтому просто решила промолчать.

— Это то, чего я боялся, — сказал Адриан и поспешно ушел.

— А как у тебя дела, Виктория? — спросила у девушки Оливия.

— Сегодня у меня нет вдохновения для моих рисунков, — ответила она.

— Это очень хорошо, — сказала Оливия, радуясь тому, что хоть кто-то не стал ее допрашивать об Элизабет и Нолане.

— Напротив, это огорчает меня... — сказала Виктория.

— Я хотела сказать... Наконец-то хоть кто-то не говорит мне о моей «дружбе» с Элизабет, — сказала Оливия.

— А вы теперь подруги? — спросила Виктория.

— Нет! — возмущенно ответила Оливия.

— Надеюсь, что ты знаешь, во что ввязалась, малышка! — крикнула Кейт, слышавшая этот разговор.

— О чем ты ? — Оливия развернулась в ее сторону.

— О тебе и о нашей барби. Я не знаю, что вы замышляете, думаю, что я предпочитаю ничего не знать. Но будь осторожна. Можешь быть уверена, что она подарит тебе подножку, когда ты меньше всего будешь ждать этого, — ответила Кейт.

— Спасибо, Кейт. Я буду иметь в виду, — сказала Оливия.

«Боже, неужели вся школа видела, что мы приехали вместе сегодня утром?» — продумала Оливия, попрощалась с девушками и вернулась в школу.

                                   *  *  *
— Просто ужас, ты так быстро перемещаешься, мне очень сложно тебя поймать, — послышался вдруг голос Пэрис позади Оливии, когда та вошла в школу.

— А зачем тебе нужно меня ловить? — Оливия остановилась.

— Ты думаешь, что я не заметила, что ты приехала в школу в компании Элизабет и нашего старосты? — ответила Пэрис.

— Я не вижу в этом ничего экстраординарного... — с безразличием ответила Оливия.

— Признайся, что ты провела у них ночь. Зачем тебе это было нужно? — спросила Пэрис.

«Если она думает, что я буду говорить... Я еще не забыла роль, которую она сыграла, когда Дэйзи вернулась в школу. Она отвернулась от Мии, когда ей нужна была помощь. Я не доставляю ей удовольствия сделать тоже самое со мной», — подумала Оливия.

— Колись! — сказала Пэрис.

«К тому же, Нолан не простит мне, если я расскажу Пэрис; с ней все сразу же все узнают», — продолжала размышлять Оливия.

— Скажи хотя бы слово, а то ты начинаешь пугать меня, ничего не говоря, — сказала Пэрис.

— Три слова: до свидания, Пэрис, — ответила Оливия и продолжила свой путь в класс.

— Очень смешно, — сказала Пэрис и загородила ей проход.

— Пэрис, право на информацию не разрешает тебе держать меня в заложниках, — сказала Оливия.

— Знай, что я не перестану искать. Лучше, если ты мне сама скажешь, — ответила Пэрис.

«Раз она так настаивает, мне нужно будет дать ей ложный след. Она никогда не поверит в мою «дружбу» с Элизабет, так что...» — рассуждала Оливия.

— Ну? — торопила ее Пэрис.

— Элизабет... платит мне, чтобы я делала ее домашнее задание, — сказала Оливия.

— Это похоже на правду... Ты хорошо учишься, если у нее есть средства, она не могла не воспользоваться этим. Но почему тогда не попросить своего брата, который учится еще лучше тебя? — с подозрением спросила Пэрис.

— Она... Она не хочет, чтобы ее родители знали, что она просит помощи у Нолана. Комплекс неполноценности, — ответила Оливия.

— Элизабет? Комплекс неполноценности? Это не похоже на нее, — сказала Пэрис.

— Знаешь, Пэрис, может, люди немного сложнее, чем тебе кажется... — сказала Оливия.

— Допустим, что я верю тебе. Но это не объясняет то, что ты осталась у нее спать, — сказала Пэрис.

— Элизабет должна все переписать от руки, чтобы учителя не заметили, что это мой почерк. Сегодня у нее очень важная презентация и ей нужно было хорошо к ней подготовиться. Она предложила мне прийти к ней, чтобы постепенно переписывать за мной, а не сидеть и писать накоплено, — врала Оливия, — Было поздно, когда мы закончили, и ее родители предложили мне остаться ночевать.

— А они не такие ужасные, какими кажутся, — сказала Пэрис.

— Да, — сухо ответила Оливия. В мыслях у нее в тот же миг появились воспоминания о вчерашней ночи и о том, как мистер Эванс ударил Нолана.

— Ну, на этот раз это прокатит. Но если я узнаю, что ты соврала мне, поверь я больше никогда не окажу тебе ни одну услугу, — сказала Пэрис.

Оливия не стала продолжать это разговор и быстро ушла.