Касание души

Прошёл уже целый месяц, как я с Османом прилетел в Россию и стал работать в одной из самых крупных фирм отца моей бывшей жены. Уроки с Мариссой не проходят даром: девушка с необычайной скоростью смогла обучить меня главным словам, фразам и правилам. Признаться честно, русский язык даётся мне намного тяжелее, нежели моему другу,  но моя настойчивость и упрямость, поддержка друга и бесконечное терпение Мари не дают угаснуть моему внутреннему огню.

С того отеля мы переехали в просторную трёхкомнатную квартиру в центре Москвы. Конечно, жилплощадь у нас в Турции чуть отличается от здешней, но у нашей квартиры есть прекрасный вид на все красоты Российской столицы. Да и ремонт тут явно не хуже того, который был в отеле.

За этот месяц я смог сблизиться с Мариссой, правда совсем немного, поверхностно, при этом не стараясь сделать для этого абсолютно ничего. Я лишь изучал её, смотрел на изысканные манеры, слушал эксцентричную, но при этом негромкую и приятную речь. Моему другу, видимо, она запала в сердце, тогда как я лишь хочу узнать её как человека, при этом пока не понимая, зачем мне это вообще нужно.

Наблюдал за ней на работе: когда нервничает, начинает слегка покусывать свою пухлые губы, чаще всего накрашенные помадой цвета спелой вишни. Когда злится – виду не подаст, но будет постоянно убирать прядь своих огненных волос за ухо, а движения её станут резкими, отрывистыми и машинальными. Но отходчивая, не злопамятная, при этом очень ранимая и мягкая. Расстроится – отведёт взгляд и закроется в себе, своих мыслях.

Но её улыбка, смех. Ох..

Когда обладательница кофейных глаз смеётся, то всё вокруг словно меняется, обретая яркие и позитивные краски. Я представляю её, такую маленькую и весёлую рядом со мной – большим и грубым и каждый раз понимаю, что мы слишком разные, чтобы быть вместе. Рядом. Вдвоём.

Я – человек эгоистичной и серьёзной натуры, привык получать своё и добиваться того, чего мне хочется, но с ней же всё иначе. Эту молодую женщину в теле девочки я готов защищать от целого мира, при этом обижая сам – не умею иначе. Наверное, в ней есть черты Айлы, она напоминает мне чем-то сестру, именно поэтому во мне появился этот инстинкт защитника и «хорошего парня», которого я ненавижу. Иначе быть не может, другого объяснения у меня нет.

Всегда холоден, имея горячее сердце и вспыльчивый восточный нрав. Строг с окружающими, уверенный в себе мужчина, который не каждый раз может устоять перед её улыбкой – улыбаюсь невольно в ответ.

Наблюдаю за ней, изучаю как коллекционный предмет искусства в единственном экземпляре, о она даже не догадывается об этом\делает вид?\, рассказывая мне о каких-то глупых или пока ещё неизвестных для меня фразах. Осман несколько раз на дню ищет повод зайти к ней в кабинет, чтобы увидеть и привлечь внимание, когда же моя дверь находится напротив её.

Я достал из кармана своего чёрного пиджака портсигар. Ужасно-убийственная привычка, от которой тяжело, а порой просто не хочется избавляться. Вытащил сигарету и закурил, облегчённо откинувшись на спинку кресла. Закрыл глаза и представил, как заработаю деньги, открою уже собственное дело и вернусь в Стамбул. Отвезу маму куда-нибудь отдохнуть и устрою сестре самую шикарную свадьбу.

- Кемаль, Вы занят? – Женский голос отвлёк меня от раздумий. Я открыл глаза и увидел перед собой его обладательницу.

- Нет, Мари, Вы что-то хотели? – Наши беседы чаще стали на русском, но всё же из-за недостаточного опыта и знаний временами я могу перейти на турецкий. – Господин Орхан просил передать, - её нежный и даже детский голос невольно заставлял меня улыбаться, отчего приходилось сдерживаться, чтобы не показаться дураком. – Почему-то именно меня, - на этом её лицо выразило лёгкое недовольство, - что завтра будет проходить встреча с важными партнёрами. Вы и Осман должны будете поехать с ним за город, там проведёте пару дней.

Я задумался. Интересно, что это за «важные партнёры», ради которых нужно будет куда-то ехать и быть гостеприимными. Показать, так сказать, всё своё радушие и щедрость.

- Я всё понял, спасибо, Мари, - сделав акцент на её имени, я снова затянулся и потушил сигарету.

- Кажется, я говорила, что для Вас я – Марисса. – Её нежный голос стал твёрже, я почувствовал этот холод между нами. Взгляд её хитрых женских глаз был устремлён точно в мои. Выдержала взгляд достойно. Она не заискивалась передо мной, но боялась подпустить ближе. Раньше я не церемонился с женщинами, но отбирал качественно и со вкусом, а она же была для меня закрытой книгой, непрочитанной историей, тайной, которую нужно разгадать.

— Наверное, мы будем в одном из домов Орхана. Начнёт говорить о своей охоте, политике, бизнесе в более непринужденной обстановке? Хах, забавно,  — я устало потёр виски, проигнорировав слова девушки.

— Разве Вам не нравятся разговоры о политике? – Удивилась она.

- Они часто утомляют, – вздохнул. – Ты не видела, случайно, Османа? Ах, извините, Вы, а не ты, — съязвил я, наблюдая за реакцией девушки.

Она закатила глаза и пожала плечами. После молча вышла, аккуратно закрыв за собой дверь.

Уже после рабочего дня мы с другом собрались поехать домой, как в кабинете Мариссы я заметил силуэт незнакомого мне человека. В нашей фирме работает очень много людей, постоянно мелькают какие – то новые лица, но именно на нём, почему-то, остановился мой взгляд. Делая вид, что собираю документы со стола, краем глаза наблюдаю за их беседой. Они о чём-то увлечённо беседуют, при этом улыбаясь друг-другу с искренней и тёплой улыбкой\актёрская игра?\ . Так может показаться на первый взгляд, но если присмотреться, то можно заметить, как в кофейных глазах Мари не радость, а боль, скрытая за маской веселья и улыбок. Осман заметил мой взгляд, посмотрел в ту же сторону и промолчал, ничего на это не сказав.

Марисса и этот мужчина стали выходить, он аккуратно, но уверенно приобнял её за талию. После мы все вчетвером столкнулись в коридоре. Её взгляд вмиг показал мне свой испуг и удивление, но в ту же секунду всё обернулось в безразличие и равнодушие. Я даже не обратил внимания на её спутника, который оказался ниже меня на целую голову, со скользким взглядом и чрезмерно большим носом.

- Хорошего вам вечера, Кемаль - обратилась она ко мне, а после - к моему другу. Спокойный голос лишь увеличил моё внутреннее негодование.

- И вам доброй ночи, мисс.

Мы вышли на улицу и закурили. Я расслабил свой галстук и расстегнул верхнюю пуговицу белоснежной рубашки. Осман небрежно причесал свою бороду и устремил взгляд на удаляющиеся силуэты двух людей.

- Ну. Что скажешь? Наша яркая невинная пташка оказалась не такой уж и чистой?

- Оставь, её, брат, - я выкинул сигарету и дружески похлопал его по плечу. – Счастливые птички в клетках не сидят, а она явно чувствует себя взаперти.

- О чём ты, Кемаль?

- Да так, брат, о птицах.