×5×
Неважно спала этой ночью. Вертелась, как тот уж на сковородке. И никак не могла принудить себя уснуть. Уже прозвучал последний по счёту будильник, тем не менее, вставать с кровати не спешила.
Солнце светило устойчиво. Заставляло гореть и без того красно-жёлтые листья ярким пламенем. Прекрасная осенняя пора, воспетая в стихах многих поэтов. Разноцветные деревья, мягкая, шуршащая под ногами дорожка, свежий, ещё совсем не холодный ветер. Одним словом – романтика.
Только в моём случае никакой романтикой не пахло. Если только воспоминаниями из минувшей ночи. Неужели она и правда была настоящей? А не просто приснившимся мне сном?
В глаза падал единственный луч, проникавший в комнату сквозь шторы. Я сперва долго крутилась и пыталась скрыться от него, и всё же настойчиво преследовал. Казалось, пробивался даже спустя плотное одеяло. Рано или поздно сдалась, заправила кровать и стала собираться.
Стоило оказаться в школьном коридоре, как на меня враз устремились взгляды присутвующих. Не стесняясь, все тыкали своими пальцами и нагло перешёптывались. Впрочем, продолжала идти дальше. И всё-таки старалась уловить главную нить в их болтовне. К сожалению, мне это не удалось.
— Ничего не хочешь рассказать? — Блэр появилась на пути и возмущённо потребовала ответ.
На самом деле я не понимала о чём идёт речь. Похоже, моя реакция была достаточно убедительная. Клинтон достала телефон, нашла нужную фотографию и показала её. Секунду всматривалась в экран, просмотрела остальные картинки, наконец, вернулась к той, которую продемонстрировали мне изначально.
Кто-то сфотографировал, когда я находилась в комнате Тайлера. Ещё и с такого ракурса. Кажется, будто мы с ним целуемся.
Мой рассудок сломали на куски. Не верила уже и самой себе, не верила глазам, ушам. Так хотелось, чтобы всё это было неправдой.
— Мне пора, — быстро протороторила и убежала.
Проскользнула в туалет. Лучшее место, где можно поплакать и подумать. Всё пошло не по плану. Хотя привлекла к себе всеобщее внимание, но по неправильным причинам. И снова в деле фигурирует Мур. Почему бы ему просто не оставить меня в покое и не исчезнуть из моей жизни?
— Вы встречаетесь? — послышался мужской голос.
Прикусила свой язык, сдерживая неконтролируемые всхлипы.
— Ты меня раздражаешь, — в диалог вступил знакомый тембр.
Накрыла волна возмущения. Что вообще делают парни в женском туалете? Хватило секунды, и всё встало на свои места. Со стороны актового зала – дверь направо, а со стороны центрального входа – налево. Получается, я свернула не в ту сторону.
Поскорее вытерла лицо, остановила поток слёз. Потом кто-то дёрнул за ручку и потянул её на себя.
— Занято?
Ещё какое-то время кто-то пытался попасть ко мне. Когда всё стихло, я аккуратно встала на унитаз, выглянула и посмотрела вниз. Тайлер в компании, по всей видимости, своего одноклассника. Попала в настоящую передрягу. Казалось, хуже уже некуда, вот только меня заметили. Я содрогнулась, тут же зажала рот рукой и присела на корточки.
— Сходи в учительский туалет, — заговорил мой неприятель. — Там всё равно лучше.
До меня донеслось как кто-то выругался, ударил кулаком по дверце, в которой пряталась. Даже подпрыгнула от такой неожиданности.
— Открой, — послышалось тяжелое дыхание. — А если не откроешь, то позову Питера обратно.
У меня не было другого выбора. Пришлось сделать так, как хотел этого Мур.
— Не ожидал от тебя такого, — в открытую издевался. Потешался надо мной. — Прятаться в мужской туалете.
— Мы разве не в женском? —ямочки на его щеках некстати привлекли моё внимание. Вовремя опомнилась, сжала зубы и подняла подбородок. — А вообще, это твоя вина, — иногда лучшая защита, это нападение. — Сфотографировал нас и распространил по всей школе!
Брови напротив меня удивлённо взметнулись вверх. Мои слова его знатно развеселили.
— Как, по-твоему, должен был сфотографировать себя же? — прищурился и сложил руки на груди. — И какой толк? Думаешь, хочу, чтобы меня ассоциировали с тобой?
Больно и обидно. Своей речью Тайлер ранил меня. Тем больше, чем правдивее она прозвучала. Старалась не подавать виду, просто безмолвно опустила взгляд куда-то в пол.
— Совсем не завидую, — к нам кто-то приближался.
Мною овладела паника. Во рту пересохло, в висках колотило. Мур заметил моё замешательство. Быстро оценил сложившуюся ситуацию. Поскольку других вариантов не нашлось, втиснул меня в туалетную кабинку. Следом зашёл и сам.
Таким образом оказались прижаты друг к другу. Единственной возможностью не тыкаться подбородоком ему в грудь было слегка запрокинуть голову. Так мы и стояли лицом к лицу. Его правая рука зарылась в мои волосы, слегка сжала затылок, пока другая касалась спины, словно удерживала от необдуманного рывка. Сердце билось как сумасшедшее. Моё так же. Непонятно, почему тело так трясётся: из-за страха или нашей близости?
Тайлер неотрывно смотрел на меня. Глаза приобрели более тёмный оттенок. Поблекливали время от времени, стоило лишь заостриться на моих губах.
Невыносимо так и дальше продолжать, потому я первая прервала этот зрительный контакт. Вместо этого посмотрела вниз. Делая вид, будто нахожу его грудь интересным объектом для рассмотрения.
— Ещё как завидуешь, — утверждал кто-то по ту сторону. — Ведь Мур получает всех девушек, которых только захочет. Даже Рэйчел получил раньше тебя.
— Мур не достоин её.
Сердцебиение моего недруга участилось, если такое возможно. Посмотрела на него вновь. В нём закипал гнев, лицо перекосилось от злобы, а в глазах вспыхнул огонь безумия. Жевалки ходили на лице. Неужели такая реакция вызвана упоминанием обо мне? Или причина в другом?
— В конце концов расстанутся.
Тайлер резко отпрянул, повернулся спиной и стукнул кулаком по кабинке.
— Слышишь? — встревожились парни.
Тогда стукнул сильнее, и с большей силой.
Они явно засуетились. Их голоса отдалились, стихли. Вышли и прикрыли за собой дверь. В тот момент, по-прежнему сдерживая тлеющую внутри себя агрессию, Мур открыл замок и дёрнул за ручку.
— Постой, — неуверенно окликнула его. Слова застряли в горле, но всё же выговорила их, пускай и несмело: — Спасибо, — Тайлер остановился.
— В следующий раз, — повернул голову и бросил встревоженный взгляд. Шумно выдохнул, словно кто-то взял и снял с плеч тяжкий груз. Притом мгновение спустя на лице опять появилось досадливое выражение. — Будь внимательнее, — произнёс напоследок и ушёл. Оставил одну. Наедине с собой и своими мыслями.