Freed [H.S.] РЕДАКТИРУЕТСЯ

3 недели спустя.

Погода желала оставлять лучшего, я старалась даже не поднимать глаза вверх, лишь бы не наблюдать эти серые, тяжелые, свинцовые тучи.

Время близилось к 7 утра, я наконец-то официально могу бодрствовать, хотя то, что я делаю ночью, сном вряд ли можно назвать.

Я задвинула шторы и принялась собираться в новую жизнь.

Надев на себя брючный костюм, я на секунду вспомнила как собиралась на работу к тому самому человеку, в таком же офисном, с такой же сумкой, и с тем же парфюмом. Только за окном теперь не ЛА, а Торонто, и иду я совершенно в другое место. По большому счету, себе я не изменила ни в чем, я человек привычки, вот только саднило у меня в груди, будто что-то важное в себе я всё-таки предала.

Он не приехал. Не прилетел за мной, не написал и больше в моем телефоне не дрожал его голос. Это освобождало меня и одновременно делала эту свободу такой ненужной. И как бы я не делала вид, что не хотела его возвращения, какая - то часть меня всегда будет его ждать.

Я тихо закрыла дверь за собой в квартире, которую так великодушно арендовал для меня Найл. По правде говоря, она была слишком шикарна для меня, но зная его, он просто не мог себе позволить, чтобы я в чем то нуждалась.

Мне так везло с людьми, и им так не везло со мной, что кажется в следующей жизни я буду за это много и долго расплачиваться.

Мои лодочки стучали по асфальтной кладке, я торопилась проследить за рабочими, которые второй день не могли включить освещение над вывеской нашей кофейни. В мои обязанности теперь входило практически все - и если надо, то и пол мыть. Но я не была против,  карьера шла вверх, пускай и не так, как я рассчитывала, ведь ещё каких-то три недели назад я была беспомощным приложением к самому мистеру Стайлсу, а сегодня я управляющая в одной из кофеен сети Flap Jack. Мне нравится ощущение, что я несу ответственность за свою жизнь отныне сама, и винить в этом будет больше некого.

На старый номер периодически поступают короткие смски от Зака и Беллы, с допросами о новом месте, о персонале, и насколько больше тут зарплаты. Я отшучиваюсь, и говорю что таких сотрудников как они тут днём с огнём не найти, но по правде говоря - работать тут хотят многие, и работают они хорошо.

Наконец загорелась тёплыми огоньками вывеска, официантка сменила табличку на "открыто", и начался очередной рабочий день. Я наблюдала за торопливыми смешными студентами, которые наперебой просили бармена побыстрее разобраться с их заказами, за сотрудниками офиса напротив в деловых костюмах, и складывалась ощущение, будто стаканчик кофе уже прилагается как атрибут одежды или аксессуар. В ЛА в кафе заходили не торопясь, никуда не спеша пили свой черничный смузи и могли до обеда сидеть наслаждаясь беседами. Такой разный темп жизни меня немного выбивал из колеи, но у меня не было другого выбора, кроме как привыкнуть.

Все было правильно. Я ни на секунду не сомневалась, что хотя бы попыталась спасти себя и его, сделать наши жизни менее трагичными и дать нам обоим шанс на новую, возможно даже счастливую жизнь.

Я была довольна собой.

***

В списке дел на сегодня было зайти в супермаркет, больше некому следить за тем, чтобы я хоть что-то ела, поэтому моя одежда слегка свисала с плеч. Оттого я и решила, что пора взяться за себя, совсем как взрослая.
Время было уже за 10 часов вечера, когда я закрывала кофейню, ветер путал мои волосы и забирался под самую кожу, вызывая у меня мурашки от холода. Пора было купить одежду, подходящую под эту погоду.

Машиной обзавестись я не успела, а самое страшное, что я осознала - я не умела водить. Стайлс всегда был рядом, как личное средство передвижения, так что мне не нужно было думать об этом, но теперь похоже я запишусь на курсы.

На курсы самостоятельной жизни.

До супермаркета идти было не близко, но прогулки отрезвляли меня, тем более к вечеру становилось уже дурно от запаха кофейных зёрен.

Небывалый аппетит напал на меня, когда я проходила между полок с ароматами горячей еды, я скорее схватила какие-то полуфабрикаты, овощей и мятный чай, тот самый, что заваривал мне мой бывший лучший друг. Продавщица на кассе попросила расплатится картой, так как они уже закрывались, и ей было неудобно искать мне сдачу, так что я достала телефон, как на него пришел денежный перевод с немалой суммой.
Я стояла в оцепенении, зарплата ещё и не маячила на горизонте, да и не такие там были деньги, Найл обещал больше не присылать ничего. Я была в замешательстве.

Женщина за кассой недовольно на меня уставилась, я под гнетом ее возмущения быстро оплатила покупку и выбежала из магазина.

"Компенсация за невыносимость характера и слабость моей воли.

H."

Ну конечно, Гарри.

Естественно он знал где я, это не сложно было узнать. Только ни у него, ни у меня не осталось сил спасать нас, и он принял правильное решение, оставив это все в прошлом. Принцессу вроде меня больше не нужно было вытаскивать из горящего замка. К счастью.

Только его сообщение было пропитано ненавистью к себе, за то что так и не смог, так и не решился, а деньги для меня были унизительной платой за разбитые надежды и пускай хоть недолгое, но счастье.

Так что я не могу и не хочу их принимать. Достаточно было той точки и той последней ночи, чтобы расплатиться друг с другом сполна.

F

lashback

"От него пахло алкоголем, впрочем последнее время только так от него и пахло, но это не делало его омерзительным в моих глазах, это доставляло мне боль, но не презрение.

Он потянул меня к себе, и я легла ему на грудь, отчаянно пытаясь успокоить поток новых и непрошеных слез. Гарри гладил меня по голове, пробираясь сквозь мои темные длинные волосы и спускаясь к спине. Я больше не хотела плакать, и говорить не хотела, я хотела лишь одного: проснуться, и осознать что все это был кошмарный сон, поцеловать своего ребенка и пойти готовить завтрак для семьи. Для моей семьи.

Живот предательски заныл. От последствий аварии остался только этот шрам, как напоминание о том, что это всё-таки не сон.

- Я брошу пить, милая, только скажи что сделать, чтобы не было так мучительно больно на тебя смотреть, - прохрипел Гарри. Его глаза даже в темноте были красными и уставшими, и мне хотелось прекратить в ту же секунду всю скорбь и страдания, если бы я только знала как.

- Могу предложить не смотреть на меня, Стайлс. - Я улыбнулась ему самой лучшей из возможных улыбок на тот момент, давая понять, что это шутка. Он улыбнулся в ответ.

Эта неловкость между нами, будто пропасть, расстояние в тысячи километров казалось ближе, чем мы.
Я уже хотела укрыть его одеялом и уйти, как сквозь эту тяжёлую тишину опять послышался его голос:
- Я так нуждаюсь в тебе, Мисти. Останься,  прошу.

Его рука снова потянулась ко мне, я отчаянно не хотела сопротивляться и поддалась вперёд. Человеку нужен человек. И он мне был нужен тогда, как никто другой.

Я потянулась к его лицу, мои губы едва коснулись его, почти не осязаемо, я словно пробовала, не ударит ли меня током. Про себя засмеялась: через меня уже давно прошли все 220 вольт его электричества.

Гарри тоже боялся, боялся сделать мне больно, он еле дыша положил меня на кровать под собой, опираясь своим телом лишь на спинку кровати, лишь бы не дотрагиваться до тех мест, где я категорически себя не устраиваю. У нас не было близости уже не сосчитать сколько дней, я не могла и не хотела, он терпеливо ждал, хотя я знаю, каких титанических усилий ему это стоило.

Он тихо спросил:
- Можно?

Если и уходить от него, то мне бы хотелось запомнить каждую клеточку его тела, каждое прикосновение моего первого и единственного мужчины. Запомнить то, как ко мне прикасался именно он.

Я кивнула ему, и притянула его к себе, целуя его шею. Мои ноги обвились вокруг его талии, Гарри легко снял с меня домашние шорты, и ему на глаза попался  этот кривой, совсем не сексуальный шрам. Он наклонился, я боялась что сейчас он передумает и отвернется от меня, но Стайлс, едва касаясь, начал целовать каждый миллиметр моего тела, словно в благодарность, что оно вообще выжило.

Я сняла с него эти офисные брюки, по телу прошли мурашки, когда я пальцами судорожно расстегивала пуговицы белоснежной рубашки. За ними показались рисунки на теле, выведенные чернилами навечно. Он был самым лучшим из возможных мужчин для меня, и я не жалела ни секунды, что когда-то влюбилась в него.

- Ты прекрасен, - прошептала я.

Парень ничего не ответил, лишь ухмыльнулся и потянулся в тумбочку за презервативом, но я его остановила.

- Нам это ни к чему, милый.

Не думаю, что он понял смысл этих слов, но тем не менее лезть туда не стал.
Объяснять было бы сейчас неуместно, тем более когда мы так желали друг друга.

Я чувствовала как в комнате не хватает воздуха для нас двоих, как его мощное и сильное тело так нежно и трепетно со мной, стараясь не навредить, не испортить момент. Гарри точно знал, как обращаться с девушкой во время секса, он знал как обращаться со мной. Я целовала его плечи, и с каждым новым движением оставляла красные полосы от ногтей на его спине.

Это было бы идеальным прощанием. Самым лучшим из всех возможных.

Уже на следующее утро я соберу все свои вещи и покину его квартиру.

Надеюсь твое сердце выдержит.
Hope your heart is strong enough."